All (aboard) to school

Бен даже понятия не имел, почему дошёл до этого. Это ведь совершенно на него не похоже. Он отнюдь не был романтиком, однако сейчас у него внезапно появилось желание сделать для Мика что-то воодушевляющее. Конечно, он мог что-то такое воодушевляющее купить, однако понимал, что Йозефу такое не понравится. Ему вообще не нравилось, когда парень на него тратил свои деньги. Сводить парня на свидание тоже было так себе идеей, потому что всё опять упиралось в деньги, которые Миколас в соотношении с Ингроссо терпеть не мог. Нужно подарить что-то от души. Тогда и возникла эта идея, в процессе которой Бен потерял около шести часов, нервы и желание жить. Так вот, читать и учить стихи Ингроссо не любил, сочинять их — тем более. Но приятно сделать хотелось, поэтому, выделив в выходной день свободное время, он сел за пыльный рабочий стол, за которым в последний раз сидел, наверное, года три назад, и разместил перед собой лист бумаги и ручку. Итак, начало будущего поэта положено. Первые полчаса в мыслях было пусто. Совершенно. Бену хотелось бы пошутить о типичном состоянии своего мозга, однако думать не хотелось даже о его хобби — футболе. И это было странно. Итак, ладно. Почему бы не написать порошок? Сколько там слогов в порошках? Девять-восемь-девять-два? Пф, легко! Спустя минут десять на листе красовался первый стих следующего содержания: «тебя люблю я бесконечно и ты меня конечно, но я к сожалению плохое говно» Да, Ингроссо решил, что указать на собственную неидеальность в стихе было бы неплохой идеей. Тем более, несмотря на свою высокомерность, он считал, что не заслуживает такого солнца, как Мик. Так вот, стих Бену понравился, однако ему показалось, что Йозеф подобную романтику не оценит. Надо придумать что-то другое. Бенджамин начал вспоминать совместные истории с Миколасом. Непонятно почему вспомнилась вчерашняя история, когда Ингроссо, гуляя по парку и разговорившись с Йозефом, смотрел только на него и не заметил, как через несколько секунд должен был упереться головой в ветку встречного дерева. К счастью, Мик вовремя пригнул голову парня. И тут Бена осенило. Через десять минут был готов очередной стих: «я шёл и не смотрел вперёд я ветвь не заметил ты любя меня нагнул, а я нагну ведь тебя» Стоит ли говорить о том, что Ингроссо эта идея опять понравилась? К сожалению, он понимал, что Йозеф вновь её не оценит в силу своей необразованности касаемо высшего чувства (а ещё он технарь, да — откуда ему что-то знать о романтике?). «ты носишь бабочки на шее во мне их около двухсот они уже заполонили живот» Романтично. Очень даже. Но анатомия казалась немного неуместной в стихе о любви. Ладно, что там по хокку? «Я люблю тебя, Как птица любит гнездо. Ты теперь мой дом» «Пишу на сердце Нестираемой ручкой: "Я люблю тебя"» «Твоя улыбка Дарит надежду на жизнь. Улыбайся мне» Ох, это слишком романтично. Слишком. Вполне не в духе Бена. Да и не в духе Мика. Ладно, почему бы не попробовать обычные стихи? Это, к слову, оказалось труднее, чем Ингроссо себе представлял. Возможно, именно по этой причине в стихи невольно проскальзывали матерные словечки. Маты — выражения чувств, подметил Бен. И, к слову, многие поэты грешили матами, так почему бы и не попробовать Бенджамину? «начитался шекспира, хотел написать для тебя стих с любовью, но запнулся на рифме к слову блять и уснул тут от горя» Идеально! Учитывая то, что Бен уже проклясть хотел чёртову идею и чёртовы стихи, этот стих казался парню не таким уж и плохим. Даже упоминание Уильяма Шекспира есть, Йозефу, как заядлому ботану, понравится (забудем о том, что он технарь). «я в душе не ебу, что тебе подарить не цветы, не конфеты, не яхту. я могу свою пятку тебе отрубить и подать в туалетной бумажке» Восхитительно! Невероятно! Какие эмоции, какая подача! Какой словарный запас! Мик однозначно оценит! (нет) Итак, Ингроссо отчаялся. Отчаялся ровно настолько, что готов забросить это дело. Утеряны уже пять с лишним часов, дофига нервных клеток и желание жить. Осталось совсем немного, прежде чем парень просто забросит это дело и выйдет в окно. Надо же, он даже не подозревал, что писать стихи настолько сложно. Так вот почему поэты в представлении многих желают покончить жизнь самоубийством. В голове Бенджамина вдруг появился Миколас. Появилась его невероятно солнечная улыбка, которая провоцировала всех вокруг, а особенно Ингроссо, на хорошие дела. Появились его сияющие глаза, которые смотрели, казалось, только на Бена. Появились те пресловутые бабочка и очки, без которых Ингроссо уже не представлял Мика. Появился тот бархатный голос, которым Миколас напевал любимые песни, думая, что Бенджамин его не слышит. Внезапно Бена осенило. Схватив ручку и лист, он начал судорожно писать, буквально вырывая следующие строки из своей головы. «Казалось бы: причём тут ты К моим стихам нелепым? Ты для меня — как те цветы с коробки от конфеток. Ты, вроде, был всегда, а я себе же делал хуже, не выделяя лишь тебя из однотипной кучи» Перечитав полученный результат, Ингроссо шумно выдохнул. У него получилось. У него, чёрт возьми, получилось. Вечером этого же дня Мик прочитал стих. Бен хотел ему предоставить лишь последний, однако совершенно случайно показал все, благодаря чему Йозеф ещё очень долго с улыбкой припоминал его скоротечную карьеру поэта. Однако Ингроссо видел, что Миколасу было очень приятно, и это безумно грело душу.