You're All I Want

— Нет, ну ты посмотри! — кричал я в порыве радости, продолжая трясти многострадальной тетрадью перед носом своего нового приятеля. — У меня четыре! Гребаная четыре! Рихард, сидящий напротив меня, покосился, всем видом показывая, что он не со мной. Ну порадуйся же, блять, за меня. Ведь именно благодаря тебе у меня такая оценка. Тут немалую роль сыграло еще и мое упорство. Хотя… о каком упорстве вообще речь? Причина улучшения моих оценок явно не оно, а человек, упомянутый выше. Рихард. Сколько всего в этом чертовом имени? На данный момент я даже не могу ассоциировать его с чем-либо, потому что за последний месяц некоторые вещи в моей жизни немного изменились. Ммм… немного? Все нахуй изменилось. С тех пор как мы с Рихардом начали общаться —, а прошло ни много ни мало: две с половиной недели, — я почувствовал себя совсем другим человеком. На самом деле сейчас я уже точно и не вспомню тот самый момент, когда я посмотрел на Круспе совсем другими глазами, и понял, что он вовсе не тот человек, каким хочет казаться. Он совсем не такой, и он доказал мне это своими поступками. Со временем Рих стал приходить не только чтобы помочь мне с домашкой, но и просто посидеть и поговорить, поиграть на гитаре. Мне так хорошо проводить время с ним. И сейчас мне уже глубоко похуй, что там, блять, у них за терки. В конце концов, и не такое бывает. Я уже и забыл про все, что было в прошлом, и даже не хочу вспоминать ту дрянь, что была между нами когда-то. Но я часто спрашиваю себя о том, почему я так просто простил его? И каждый раз до меня доходит одно и то же. Ведь за последние пару недель в моей жизни произошло гораздо больше хорошего и приятного, чем всего плохого, что было когда-то. И разве нельзя ли давать людям еще один шанс? Все мы делаем ошибки, а ошибка Рихарда была лишь в том, что он зависел от общественного мнения и статуса своих друзей. Я до сих пор не знаю, что у них произошло, что он даже пересел от Томаса, и каждый раз, когда он слышит его имя, Рихарда начинает потрясывать, но, если честно, я даже не хочу знать. Иногда я, конечно, вспоминаю про тот «туалетный случай» — блять, как же хреново звучит — и просто надеюсь, что перебрали чутка ребята. Бывает. Если бы это было что-то важное, о чем должен знать я, Круспе бы сказал мне. Как же я смог такое допустить? Я и Рихард — друзья. Бля, охуенно. Просто… что-то подсказывает мне, что я поступаю правильно и все будет в порядке. В конце концов, я ему очень благодарен. Послав нахер все свои странные мысли, я огляделся по сторонам: в класс потихоньку подтягивался народ, и людей становилось все больше, что говорило о приближении звонка. Ну заебись. Я вновь перевел взгляд на Рихарда. Весь в себе. Черт, сколько уже можно? Честно, я не понимаю его — да и вряд ли когда-нибудь пойму, ведь мы совершенно разные люди, —, но это вообще выводит меня из себя. Я вообще не догоняю, что движет им в такие моменты. Я, конечно, в курсе, что у людей бывает разное настроение, но то, что творится с Рихом, — это не перемены в настроении. Просто он время от времени начинает очень странно себя вести, и я даже не могу понять причину его раздражения или же, наоборот, радости. Но меня все чаще посещает мысль, что причина во мне. Ведь так он себя ведет только со мной. Не знаю почему, правда…, но это так. Видимо свойство у меня такое странное есть — бесить людей. Ничего не поделаешь. Плюхнувшись на место рядом с Рихардом, я толкнул его в бок, в ответ на что получил многозначительный взгляд, как на говно. — Ну и пошел на хуй тогда, — обиженным голосом произнес я, практически одновременно со звонком. Высокие отношения, однако. Ухмылка. Да блин. — Всем доброе утро, начнем наш урок, но сначала парочка объявлений, — послышался голос учительницы по немецкому. Дальше я не слушал, ибо у меня завязался разговор поинтереснее. А начался он именно в тот момент, когда Маргарита повернулась ко мне. — Привет, — пролепетала она. — Как дела? — Да все нормально вроде, а у тебя? — какой диалог, а. Сколько же экспрессии! Я не люблю подобного рода разговоры, поэтому сначала делал вид, что мне все равно, и отвечал неохотно. Даже учебник открыл и уже было начал читать, но так и не закончил читать первое предложение параграфа. — Тоже отлично, — моментально ответила она, снова похлопав своими ресничками. Видимо поняв, что наш разговор зашел в тупик, она решила сразу перейти к тому, о чем, собственно, и хотела меня спросить. — Пауль, что ты делаешь в субботу вечером? И тут-то я, собственно, и поднял голову, натолкнувшись на любопытный взгляд девушки, полный надежды. Она мгновенно перевела взгляд на тетрадь моего соседа. Я сразу же отметил ее глубокое декольте, совсем непривычное для ее стиля. Никогда она так не одевалась. Ну, все тут понятно. Тебе повезло, я вроде в субботу балду пинать буду. Впрочем, как и всегда. И когда это девушки такими смелыми стали? — Да ничего, вроде, — я пожал плечами, слегка улыбнувшись. Бля, лучше бы я этого не делал. На ее лице сразу появилась широчайшая улыбка, а глаза засверкали приятным блеском. Нахуй давать человеку надежду, Пауль? Знаешь же, что она в тебя втюрилась, а все равно фигней страдаешь. А вообще… почему нет? Я нравлюсь ей, она давно в меня влюблена. Все влюбляются, с кем-то встречаются, общаются, а я один как лох. В конце концов, хоть узнаю, что это. «Хуже тебе от этого точно не станет, Пауль», — вспомнил я слова Шнайдера, который недавно читал мне лекцию о том, как важно иметь девушку, хотя бы для статуса. Статуса, блять. А что я могу поделать, если меня просто не интересуют девушки? — У меня день рождения в субботу, — начала она немного неуверенно. — Не хочешь к нам присоединиться? Я очень хотела бы, чтобы ты пришел… — Да, конечно, почему бы и нет, — я пожал плечами. Почти сразу же после моих слов, кажется, впервые за весь день, Рихард ожил: оторвался от своей тетрадки и придвинулся ко мне ближе, всем видом показывая, что хочет принять участие в разговоре. — Суббота, говорите? — издевательски поинтересовался Рихард. Я же знаю, как они друг друга ненавидят. Только вот почему? — Да, Рихард, ты тоже можешь прийти, — с натянутой улыбкой ответила девушка немного разочарованно. — Вот и отлично, — он ответил ей тем же. На хрена этот спектакль? — Рита, а кто еще будет? — Ну, — девушка подняла глаза на меня, — почти весь наш класс и параллель. — Отлично. — Пауль, я сейчас напишу тебе в записке адрес и время, — она бросила последний ненавистный взгляд на Рихарда и отвернулась. — Ну и нахуя, Круспе? — прошептал я на ухо своему товарищу. — Я не могу повеселиться? — шикнул он в ответ. — Не думаю, что с Ритой тебе это понравится, — я усмехнулся, вспоминая тот случай, который Рихард вряд ли помнит, а вот Рита уж точно навсегда запомнила. — Какая разница: с Ритой или с хуитой? Главное, чтобы вокруг нормальные люди были, а не курицы вроде нее, — закончил он. Я сделал вид, что не расслышал последнее. Как же так о девушках. Она нормальная. — …И поэтому ты идешь к ней на днюху. Как логично. — Ну, а то. *** — Веселая будет суббота, — протянул Рихард, сидящий напротив меня. Он делал домашку, а мне было просто лень. Лень просто списать. Приехали, бля. Я нахмурился и посмотрел на него, но затем снова вернулся к своему салату, который я ковырял уже, наверное, минут десять, так как доедать мне его не хотелось. В полупустой столовой было непривычно тихо, и казалось, что все вокруг слышат, как хрустит этот гребаный огурец. Бля, какой нахуй огурец. О чем я там? Ах да. — Я же вижу, что ты не хочешь идти… Тогда зачем? — пробормотал я. Не то что бы я не хотел, чтобы Рихард шел со мной, просто не хочу конфликтов. Вижу же, что Рита не очень-то была довольна. Наверное, все-таки были у них какие-то ссоры или разногласия, и не хочу я, чтобы потом это испортило ей праздник. Ну и… стесняюсь я немного, что ли.  — А ты хочешь? — Рихард, не отвечая на мой вопрос, направил разговор совсем в другую сторону, заставляя меня отвечать. Блеск хитрых голубых глаз снова вынуждает меня вытаращить глаза на салат, говоря правду и только правду. Но выходит не очень. — Мне… да мне все равно. Она вроде ничего такая, да и отказывать неудобно… — замялся я. — Ей тоже, — хмыкнул он. — Ты о чем? — О безотказности твоей Риты. Я закатил глаза. — Что? — мой вопрос заглушил только что прозвеневший звонок, но я все еще ждал ответа. — Звонок, говорю. Пошли, не хочется опаздывать, — равнодушно произнес он. — Да бля-я-я, — протянул я, медленно вставая со стула и взваливая рюкзак на плечо. Ненавижу, когда он так делает. Просто ненавижу. Встав из-за стола, я поплелся за Рихардом с мыслями о том, чтобы уговорить его проебать следующий урок и свалить домой. Но ладно, это потом. А сейчас меня больше волновали другие вещи. Протянув руку в задний карман джинсов, я вытащил смятый клочок бумажки в клеточку, на которой Рита написала мне адрес и время, а также и свой телефон. Может… позвонить? — Эй, ну ты идешь? — услышал я голос Рихарда, который стоял в паре метров от меня, застывшего посреди школьного коридора с бумажкой в руках. — Да, конечно, — я сунул эту хрень обратно в карман и поспешил на урок. Да, я позвоню ей.