Блондин в аду. Похоть.

Не бечено (ошибок туева хуча) Повернувшись, увидел его. Он изменился, волосы стали длиннее и чуть потемнели. В глазах пустота, а на губах улыбка. - Асмодей, - мои губы сами собой прошептали его имя. Я уже и забыл его голос. Ха! Всего-то полгода прошло. Оказывается у меня плохо с памятью. - Я вижу, прекрасная дама знает обо мне, - он взял мою руку и поцеловал её своими чуть шершавыми губами. Мне стало так приятно, но потом стало очень грустно. Я же под иллюзией, он меня не узнал. Он меня наверняка уже забыл. - Асмодей, я на неё первый глаз положил, - очухался прекрасный юноша, которого я не убил. Зря, между прочим. - Маммон, хватит употреблять спиртное. Оно для тебя вредно, - Асмодей злобно выхватил бокал, каким-то чудом выживший от столкновения с полом. В нем даже осталось немного вина. - Я, между прочим, не употребляю его каждый день вечером и не убиваюсь из-за какого-то смертного, - Маммон поднялся с пола, отряхиваясь от пыли, которую он успел насобирать. - Зявку прикрыл! – стремительным движением Асмодей схватил Маммона за горло, приподняв над полом. – Тебя это не должно касаться, это мои проблемы! И я уже говорил, что найду его, где бы он ни был! – сквозь зубы процедил он. Где-то в груди стало тепло. Нет, а вдруг он нашел себе другого человека? Ведь полгода это немаленький срок. И говорит он о нем, а не обо мне. - Заткнулись оба! – В таверну вошел еще один красивый парень, правда, он был намного старше этих двоих. Не слишком коротко подстриженные волосы были прекрасно уложены в красивую прическу. Кроваво красные глаза, смотрели на всех с некотрой злостью и недовольством, высокомерно и безжалостно. Бледная кожа без единого шрама чуть светилась в темноте. В одном ухе висел перевернутый крестик с красным камушком посередине. На нем был красивый аристократический черный костюм. Он был похож немного на вампира, красивого вампира. Нет, он был ужасно красив, но меня не цеплял, потому что я не знаю, что за демона он из себя представляет. - О господи, роди меня обратно. Черт! – еле слышно выругалась Саша, с ненавистью поглядывая на красавчика. Втюрилась что ли? Хотя нет, вон как побледнела, как будто смерть увидела. - Люцифер, какого хера ты меня тут затыкаешь, - Асмодей бросил Маммона, направляясь к красавчику. - Ой, какие девочки, извините, что я так плохо себя показал сначала, - белобрысый сразу же подбежал к нам, как только его отпустили, и он смог ступить на пол своими ногами. – Я думал, что вы легко…. - Закрой рот и не подходи к ним больше, - в два кулака Асмодей и Люцифер заставили целоваться Маммона с полом. - Знаете, мы тут подумали, что лучше переночевать в более спокойной таверне, - меня схватили за руку и потащили к выходу. - Сашенька, ты же не думаешь, что, найдя твою морду, я смогу отпустить тебя? – внезапно перед нами появился злющий аристократ. - Я девушка свободная и до свадьбы ни-ни, - с улыбкой проговорила Саша, глазами ища путь к выходу. - Вообще-то ты уже жената, - Люцифер подошел к ней, схватив за подбородок. - Мне пофиг! Я свободна как пингвин в полете, - вырвавшись из рук красавца, Саша кинулась к окну. Может быть, если бы она бежала чуть быстрее, то успела бы вырваться и сбежать прочь. - Я тебе говорил, что ты моя с самого начала и мне плевать, потому что ты моя и это не обсуждается! - Железная логика, правда, у моего брата? – ко мне подошел Маммон, с некоторой грустью глядя на них. - Так вы братья? - удивленно спросила я его. Хотя если сравнить их всех, то внешностью они похожи в основном на Лилит, а вот характер частично передался от Сатаны. - Да, - он прикрыл рукой свой рот, так как начал зевать, за ним присоединился я. - И вообще я не смогу быть с тобой! – Саша крикнула на Люцифера и топнула ногой по полу. - Почему это? – на его лице появилось недоумение. - Я парень, - спокойно сказал Саша. Стоп! Чего? Она парень? Так вот почему она говорила о себе в мужском лице! Финдец! Я тормоз. Самый настоящий тормоз! ЭЭЭ! Так он у нас трансвестит… Господи я был с трансвеститом все это время! И. Я. ДАЛ. ЕМУ. СЕБЯ. ПЕРЕОДЕТЬ В БАБУ! - А мне все равно, милый, - улыбнувшись, он закинул Сашу на плечо и понес на второй этаж. – Меня не беспокоить, завтра все обсудим! – повернувшись, он сказал это нам. - Хорошо, брат, - чуть наклонив голову, Асмодей направился к столику. - Пойдем, - Маммон схватил меня за руку и повел в том же направлении. - Так как тебя зовут, красавица? – меня стали очень сильно изучать два очень знакомых глаза. Господи как я хочу к нему прикоснуться, как я хочу снова почувствовать его… Чего? - Андр… - чуть не сказав свое имя, я остановился, испуганно на них смотря. Мало того, что чуть себя не сдал с потрохами, так еще и думаю о какой-то фигне. - Знаешь, Андр. Мне, кажется, что мы где-то встречались. - Нет что ты, ни разу, - с улыбкой сказал я, еле сдерживая панику. - Слушай, а может он переодетый Андрей, а? Как тот Александр? – ох ебать меня четверо, да и через коромысло и на гамаке, как он догадался? Что за фигня? Почему тут все такие умные? - Он-то узнал Сашу, только из-за метки, которую снять сможет сам Люц, а вот у нас тут проблема… - Ой, Асмодей, извини. Я забыл, что метки-то у Андрюши нет, - подняв руки кверху, Маммон подозвал официантку. – Но мы же разрулили всю историю с переворотом, так что все норм. Не вижу проблемы. Да и найдется твой Андрюша. - Я буду на это надеется, - это сказал, а на меня пялиться. Вот прямо так охота подойти и поцеловать! И врезать хорошенько, до фонарей под глазами. - Чего глазенки вылупил? Девушку-блондинку, не видал что ли? - Да, нет, просто ты ужасно на него похожа, я просто удивляюсь вашему сходству. - Я? Ты меня с кем-то путаешь. Да и спатеньки мне уже пора,- встав из-за стола, я направился к дядечке, являвшемуся хозяином этой таверны. - Угу, - а сам идет за мной, даже после того как я вошел в комнату. - И долго ты меня будешь преследовать? – моему недовольству нет предела. Понимаю, что долго не виделись, но я-то в образе девушки. Даже если это всего лишь иллюзия, но я чувствую, что - Я хочу кое-что проверить, - он стал подходить ко мне. - Чего? – а я тихими шажками отступаю. Что-то уже похоже на дежавю, только теперь со мной в главной роли. - Позволь я только один раз, хочу проверить, - он схватил меня, прижимая к себе. Тепло. Он пахнет как тогда. Я не забуду этот запах, он неопределённо сладкий с маленькой горечью. Кажется, он тоже наслаждался этим объятием. Как будто мы чувствуем друг друга. Даже иллюзия не может этому противостоять. Как будто мы одно целое и ничто не сможет помешать быть нам вместе. Вместе? Мое сердце забилось быстрее, на щеках появился румянец. Почему мне так хочется прижаться к нему и никогда не отпускать? Кто он для меня? Он чуть наклонился, соприкоснувшись с моими губами. Это был не поцелуй, а мне мало. Хочу чуть большего. И я это получил, он стал целовать меня чуть углубляя поцелуй, но, не заходя за рамки приличия, а я таял. Таял в его руках как лед. Хочу, чтобы это продолжалось вечно. Хах, кто же меня послушал? Все хорошее когда-нибудь заканчивается, так и поцелуй закончился. - Прости, но мне нужно идти. Я и правда, тебя перепутал, - в его глазах появилась боль и отчаяние. Что он хотел проверить? И почему он разочарован? Что я сделал не так? – Пожалуй, я пойду. - Он тебе действительно так важен? – положив руку на грудь, чтобы хоть как-то успокоить сердцебиение, спросил его. - Да, прости, и забудь, что сейчас было. Мне никто не заменит его, потому что он тот единственный, которому я готов признаться в любви, - он чуть улыбнулся, покидая мою комнату. Хорошо что было темно, потому что действие кристалла кончилось раньше, чем ожидалось. Сейчас я был не в том прекрасном платье, а в бесформенной футболке, и потертых штанах. Светлые волосы в беспорядке, на щеках румянец и наверняка уставшие глаза. - Почему? Что это за чувство? – ноги меня не держали. Дрожа, я опустился на пол, хватаясь за сердце. – Почему так тепло в груди? Почему мое тело горит от его прикосновений? Что это за чувство? Почему? – беспорядочно шепча вопросы, на которые я не знаю ответов, ведь раньше у меня не было такой реакции. Может быть, я все искажаю? Может, я слышу то, что хочу услышать, а на самом деле все не так? - Я чертов параноик, - почти всю ночь я пролежал, смотря в потолок, опять изучая каждый сантиметр и анализируя свою реакцию на Асмодея.