Глава 30. Я принимаю тьму, ибо тьма есть мой дар
3 июня 2022 г., 19:00
Tommee Profitt, Fleurie - Shallow
Тьма. Бездна. Отчаяние. Я падала во мрак, в самую пучину ада, испытывая неимоверную боль. Часть меня была зла, яростна, не в силах побороть желание убивать всех, на кого только падал взор. Другая часть, гораздо более ранимая, кричала от боли, пустоты и усталости. Она сдалась, полностью отдаваясь во власть темной силе. И уже никогда не будет как прежде. Удар об землю отрезвил меня мгновенно. Легкие свело, и я тяжело задышала, пытаясь подняться на ноги, но сил не хватало даже чтобы просто оставаться в сознании. - Вставай, - рядом послышался грубый голос, и следом меня резко подняли на ноги, не заботясь об осторожности. - Твою мать, Корнелия, что ты, черт возьми, устроила? Низкий голос звучал с примесью бешенства, волнения и злости. Мне понадобилась секунда, чтобы сфокусировать взгляд и увидеть перед собой остервенелое лицо Калеба. Его взгляд пылал, и кажется, он собирался меня прикончить. - Что происходит? - на одном дыхании выдохнула я, осматриваясь вокруг. - Где мы? Незнакомая мне планета. А может, мы все еще на Меридиане? Долго витать в своих мыслях мне не позволили. - Какого дьявола ты забыла на поле битвы? - встряхнув меня за плечи, прорычал Калеб, игнорируя мои вопросы. - Дура, какая же ты дура! - Выкрик мне в лицо, и я вдруг увидела в его глазах хорошо спрятанное отчаяние. - Ты хоть понимаешь, что теперь с тобой будет? Арриан тебя из под земли достанет. Внезапно проснувшаяся злость не заставила себя долго ждать. Внутри меня творился хаос, и выслушивать то, как Калеб меня отчитывает не входило в мои планы. Я отбросила от себя его руки, отходя на шаг назад. - Убирайся в своей клан и оставь меня в покое, с Аррианом я сама разберусь. Ты попрощался со мной, я тебя отпустила. Не смей нарушать собственное слово и лезть ко мне со своей опекой. Я не хотела говорить. Не хотела слушать, оправдываться или даже видеть его. Я никого не хотела видеть. Мне было плохо, внутри меня извергался вулкан, все внутренности горели, и, кажется, что еще немного, и я закричу от боли. Калеб видел мое состояние, но сейчас им управлял только гнев. Мои слова, брошенные с безразличием, сделали лишь только хуже. Ассасин сократил между нами расстояние в долю секунду, и схватив меня за челюсть, сжал ее, вынуждая смотреть в свои чёрные как смерть глаза. - Маленькая стражница стала такой смелой? Арриан уже отправил за тобой своих лучших наемников. Оракул объявит на тебя охоту как только узнает, что ты поглотила в себя всю магию портала, - он перечислял проблемы, свалившиеся на мою задницу, но отчего-то страшно мне не было. - Тебе всего-лишь надо было переждать битву и жить дальше своей жалкой жизнью, но нет, великая Корнелия как всегда рвется в гущу событий и тем самым подставляет свою жизнь и жизни других людей в опасность. Как и много лет назад, когда я получил клинок в сердце, вытаскивая тебя из дерьма. Резкая пощечина оглушила нас обоих, когда моя рука взметнулась к его лицу. Голова ассасина дернулась в сторону, его хватка ослабла, а после и вовсе отпустила меня. Больно. Каждое слово Калеба резало меня похуже, чем когда меня пытал ножами Седрик. Единственный человек, от которого я ждала немного тепла, сейчас закапывал меня заживо. Я думала, я уже на дне, дальше не пробиться, но у дна нет границ, этот урок я запомню навсегда. Взгляд Калеба на мгновение прояснился. В очередной раз поддаться импульсу и причинить мне боль словами - мы проходили это бесконечное количество раз, он делал это намеренно, а потом жалел о своем поступке. Однажды наступает момент, когда осознание приходит слишком поздно и уже не играет никакой роли. Этот момент наступил сейчас. Мое тело напряглось, я больше не видела Калеба, я видела Корвина, который представлял собой опасность. Незнакомый внутренний голос нашептывал, что от этой опасности необходимо избавиться. - Не волнуйся, Корвин, - совершенно чужим голосом воскликнула я, в неожиданной манере растягивая слова. - В этот раз я сдохну без чьего-либо вмешательства, я обещаю. Убирайся от меня подальше, если не хочешь получить очередной клинок в сердце, на этот раз от меня. Перемены в моем поведении невозможно было не заметить. Калеб уловил, как потемнели мои глаза, как тело дрожало от едва уловимых судорог. Сдвинув брови, ассасин сделал шаг ко мне. - Нам обоим нужно успокоиться, - пошел на попятную Калеб, но мой внутренний голос кричал не поддаваться манипуляциям парня. Он опасен. Избавься от него. Он хочет твою силу. - Не подходи ко мне! - выкрикнула я, отступая назад. Тело не слушалось меня, мои руки налились кровью, неведомая сила просилась наружу, боролась со мной, жаждая атаковать Калеба. Что, черт возьми, со мной происходит? Я не могу сделать ему больно, я не хочу этого, это не я. Мне не хватало воздуха, схватившись за волосы, я отвернулась от парня закрывая глаза. Я не могу убить Калеба, но почему все во мне кричало об этом? Почему часть меня хотела разорвать его на части, вырвать его сердце, чтобы больше ни один звук не вырвался из его паршивой груди. - Корнелия, посмотри на меня, - обеспокоенный голос раздался прямо за спиной, я отшатнулась от него, как от раскаленного железа. - Не подходи, не смей ко мне приближаться, - слова вырывались шепотом как в бреду, черная пелена застилала глаза. Я почувствовала вкус крови в пересохшем рту, отчаянно хотелось попробовать ее на вкус. Стоило этой мысли пронестись в хаосе всех моих чувств, мои глаза расширились, и я со страхом уставилась в пустоту. Теплое касание вернуло меня в сознание, и я увидела перед собой черные глаза ассасина. - Что с тобой? - сейчас его голос звучал нежнее, с примесью страха и непонимания. - У тебя что-то болит? Пожалуйста, ответь мне. Столько вопросов, но мысли о крови не давали мне покоя. Липкий страх стал сковывать каждую клеточку дрожащего тела. - Я не знаю, - замотав головой, я старалась прогнать наваждение. - Внутри меня что-то есть, оно управляет моими мыслями. Калеб, мне страшно, - под конец голос уже вконец дрожал, и я посмотрела на него глазами полного отчаяния. Не говоря ни слова ассасин притянул меня к себе, пряча моя голову у себя на груди. Так крепко, нежно и в тоже время твердо. - Я рядом, - медленно, чтобы я уловила смысл в каждом слове, зашептал мне на ухо парень. - Мы оба вспылили, потому что оказались по уши в дерьме, но мы справимся, слышишь, - его голос, его до боли нежный голос пытался прогнать тьму в моей голове. - Пожалуйста, ничего не бойся. Я не позволю никому навредить тебе. То, что я сказал ранее - ложь. Ты никогда ни в чем не была виновата. Мы оба знаем, что я единственный несу ответственность за все события в прошлом, - осторожное касание к моему лицу, и вот я уже снова смотрю в его глаза, стараясь найти в них успокоение. - Тобой управляет тьма. Не позволяй ей взять контроль над разумом. Слушай мой голос всякий раз, когда чувствуешь, что она тебя настигает. Я замотала головой, закрывая глаза. Я ставлю Калеба под удар. Снова. Как и много лет назад. Арриан. Оракул. Теперь моя проснувшаяся темная сторона. Слишком опасно быть рядом со мной. Я несу смерть. Эта мысль окончательно стерла всю нежность, которой Калеб пытался вернуть меня в сознание. - Ты должен вернуться в Назарий, - страх исчез их моего голоса, ровно как и со взгляда. - Я благодарю тебя за помощь, но к счастью, она мне не понадобится. Тьма брала надо мной верх, и кажется, мое измученное жизнью сознание напрочь отказалось бороться. Я перестала видеть свет, воздух больше не был пропитан надеждой. Остался только смрад из глубокой бездны бесконечного ада, откуда никто не возвращается. Я принимаю тьму, ибо тьма есть мой дар. - Я никуда не уйду, - твердый голос ассасина на мгновение вернул меня в реальность. Я не могла не улыбнуться, но эта улыбка была не той, которую обычно дарила Калебу настоящая Корнелия. Я больше не была ей. Потерянная личность – жертва обстоятельств. - Твои проблемы, - выдохнула я спокойно. Казалось, что не было никакой истерики всего минуту назад. Я чувствовала себя прекрасно, страх отступил, стоило оставить попытки бороться с темнотой. - Я собираюсь убраться отсюда нахрен. Понятия не имею, куда ты меня притащил, и зачем. - Я спасал твою красивую задницу, милая, - без капли веселья ответил Калеб, с опаской наблюдая перемены в моем голосе и поведении. Он уже понял, что именно со мной творилось. - Дернешься, и я свяжу тебе руки и ноги, чтобы ты никуда не сбежала. Я облизнула губы, бросив на него игривый взгляд. Перед глазами стало темнее, и боже, я солгу, если скажу, что мне это не нравилось. Медленно сократив между нами расстояние, я провела пальцем по его скуле, отчего крепкая шея напряглась, и парень тяжело сглотнул. - Ты можешь связать меня в любое время, если пообещаешь продолжение, - зашептала я ему на ухо, сдерживая себя, чтобы не провести языком по его щеке. Не знаю, какой именно бес в меня вселился, но он стирал абсолютно все границы в моем подсознании. Именно в этот момент, когда последняя связь с моей светлой стороной обрывалась, я хотела почувствовать Калеба в себе. - Мы можем даже пригласить Грейс присоединиться к нам. Я знаю, что она вызывает в тебе такое же сильное желание, как и я. Я не пыталась его задеть, ни в чем не обвиняла, упоминая Грейс. Мне вдруг стало абсолютно плевать на их прошлое. Я лишь предложила развлечься, да и секс втроем, уверена, для него был обычным делом. Как и для меня. Но когда глаза Калеба потемнели как никогда прежде, когда он резко сжал мою кисть своей крепкой рукой, я догадалась что секс втроем ему совсем не по вкусу. - Спасибо за наводку, принцесса, - процедил он, перехватывая мою вторую руку, дабы предотвратить возможность вырваться. - Ты окончательно убедила меня, что ты не в себе. Не закроешь рот, я вырублю тебя, чтобы ты больше не выводила меня своим конченым бредом. - Я всего-лишь предложила развлечься, - возмутилась я от его грубости. - Если не хочешь меня, иди и трахни хотя бы Грейс. Ты до ужаса раздражённый, уверена, у тебя давно не было женщины. Крепкие руки сильнее сомкнулись вокруг кистей и развернув меня спиной к себе, Калеб устало выдохнул. - Я ведь предупреждал, - спокойно воскликнул он, и прежде чем я что-то заподозрила, он резко поднес к моему лицу ткань, пропитанную едким ужасным запахом. Я даже дернуться не успела, как меня стало клонить в сон. - Отключись ненадолго и постарайся прийти в себя, принцесса, - последнее, что я услышала, прежде чем полностью потерять связь с реальностью. Клубы едкого дыма застилали когда-то синее небо Меридиана. От прекрасного королевства уже давно ничего не осталось, последняя битва за независимый мир лишь еще больше пропитала невинную землю человеческой кровью. И казалось бы, вот он, конец. Оливия была повержена, можно вернуться в родные края, отстраивать города заново, без оглядки на прошлое. Но было одно “но”. Это “но” было самым опасным препятствием на данный момент. Последних морийцев меридианцы уже добили. Часть из них сбежала обратно в Морию через портал вместе со своим предводителем Седриком. Уцелевших врагов не осталось на земле принца Фобоса, не считая древнего клана, планы которых разрушили шесть девушек. И с них непременно собирались спросить за эту оплошность. Ассасины выстроились в шеренгу, ожидая приказ своего главы. Перед ними уже находился сам Фобос, готовый либо вести переговоры, либо принять весь удар на себя. Позади него Роланд прикрывал собой Ребекку, держа наготове свой меч. Отец девушки чувствовал, что убийство Оливии клан не простит Ребекке. Благо на их стороне были стражницы, готовые в любой момент обрушить на наёмников силы своих стихий. Арриан молча сверлил взглядом то место, из которого Калеб открыл портал, сбежав с поля битвы вместе с Корнелией. Глава ассасинов медленно приходил к осознанию, что он потерял своего приемника, человека, в которого вложил всю свои знания и веру. Человека, который предал Арриана, предал клятву ассасина ради девушки. Корвин выбрал сторону. Арриан же принял решение. Он пустит по их следу своих лучших убийц, вернет Корвина в клан и парень понесет достойное наказание за свое предательство. Смерть юной стражницы отрезвит Корвина и напомнит ему, что случается, когда предаешь клятву ассасина. Глубоко вдохнув, Арриан обуздал свой гнев, ибо прекрасно умел владеть эмоциями в нужный момент. Пока Фобос и остальные ждали, какой дорогой пойдут переговоры, глава ассасинов медленно перевел свой взгляд на правителя Меридиана. - Твои люди нарушили приказ, - короткий бас раздался на всю округу, вынуждая всех напрячься в ожидании худшего. - Уговоры нельзя нарушать, принц Фобос. Вам ли не знать. Фобос не отрываясь смотрел Арриану в глаза, готовый идти до конца в этой битве. Холодное оружие никогда не сможет противостоять магии. - Ты не тронешь никого их моих людей, - спокойно предупредил его принц. - Я не хочу войны с ассасинами, но если хоть одну из девушек ты попытаешься достать, я доберусь до каждого из вас. - Вы угрожаете мне, принц? - с насмешкой спросил Арриан, слегка улыбнувшись. - Вы ведь понимаете, кто мы, не так ли? - тонкая угроза сквозила с каждым произнесенным словом. - Вы так же понимаете, на что мы способны. Я не веду войны, Фобос. Я убиваю. Когда никто не ожидает угрозы, - один медленный шаг в сторону Ребекки, который не остался незамеченным. - Когда кажется, что жизнь вернулась в прежнее русло, - еще один, после которого Ребекка приготовила свое оружие вместе с отцом. - Когда никто не видит. Не слышит. Не подозревает. Мы появляемся тогда, когда даже самая сильная магия становится уязвимой, - легкие шаги, пугающий голос. Арриан не только не боялся стражниц и Фобоса, он им открыто угрожал. Предупреждал, что их ждет. - Одна за другой, вы падете и канете в бездну. Такова цена за вмешательство в планы ассасинов. Таково наше наказание для тех, кто встает на пути у великого клана. Фобос не боялся за себя. Он боялся за стражниц завесы. Арриан был ментально сильнее, умнее и гораздо коварнее. Им никогда не одолеть его ум, а то, что глава ассасинов был умен сомнений не было ни у кого. Договориться - единственная возможность избежать жертв. - Оливия бы все равно пала, от вашей руки, или от нашей, значения не имеет. - Ваше самое большое заблуждение, принц Фобос, - тут же перебил его Арриан. - Мы спросим с каждого, кто разрушил сегодня наши планы, и начнем с двух главных героинь сегодняшней битвы, - его глаза сверкнули гневом, стоило подумать о стражнице земли, а затем он бросил уничтожающий взгляд на дочь Роланда. - Мне нужны Ребекка и Корнелия, - процедил он сквозь зубы. - Я достану их, и заставлю вас смотреть, как они будут истекать кровью перед смертью. Ребекка была готова ринуться в бой. Она знала, что проиграет, но отступать была не намерена. Только крепкая рука ее отца останавливала от безрассудной идеи кинуться на Арриана. Отец ее был настроен менее радостно. Роланд был готов бросить главе ассасинов вызов и вызвать его на бой один на один, дабы избежать ненужных жертв. Но Арриан был непреклонен. Сейчас у него были только две цели, и лишь одна была в поле зрения. - Никакой крови не будет! - Властный голос обрушился на всех без предупреждения, и лишь спустя мгновение меридианцы, ассасины и стражницы заметили розовый вихрь у самой кромки леса, означающий прибытие нежданных гостей. Оракул, в сопровождении всего совета Кондракара, медленно направлялся в центр событий, где жаждал увидеть стражниц завесы, предавших его доверие. Он уже знал, что Оливию обезглавила Ребекка, что Корнелия впитала в себя магию портала, и что юный Калеб в очередной раз спас девушке жизнь, унося ее подальше от Арриана в другой мир. Но еще больше он не мог им простить кражу орамеров. Стражницы лишили Кондракар рычага давления, забрали себе силу, не принадлежащую им, и прежде, чем они за все заплатят, необходимо вернуть утерянную магию. Лицо Мудрейшего не предвещало ничего хорошего. Он обвел взглядом каждого представителя верхушки Меридиана, прежде чем задержать взор своих глаз на стражницах. Правая рука Оракула – Люба, держалась рядом, перекатывая в своих руках два магических шара, пристально разглядывая толпу собравшихся. Ее глаза зацепились за Фобоса. Принц вышел вперед, замечая, с каким безразличием отреагировали ассасины на появления Оракула. Никто не видел лиц наемников, но их не трудно было понять по ленивым телодвижениям. Им плевать на меридианцев, на Оракула. Им нужны были только Корнелия и Ребекка. Живыми. Поравнявшись с Аррианом и Фобосом, Оракул остановился, не обращая внимания, как позади него также замерли советники волшебной цитадели. - Вы нарушили мои планы, - без вступительных речей, Мудрейший сразу пошел в наступление. Первыми под раздачу попали ассасины. - Я приказал вам убить Оливию и передать мне ее магический портал. Вы провалили оба задания, Арриан. Вместо вас с Оливией покончила Ребекка, а портал и вовсе был уничтожен стражницей, - взгляд Оракула метнулся в сторону Фобоса – Удивительно, как стражница смогла уничтожить портал, если ее вообще не должно было быть на поле боя, принц Фобос. Следить за стражницами было поручено вам, и вы не справились, подставляя Кондракар под удар. - Стражницы не звери, чтобы за ними следить, - за спиной Фобоса послышался голос Вилл. Девушки парили в нескольких метрах над землей, осматривая местность. Появление Кондракара напрягало их гораздо сильнее стычки с ассасинами. Девушки понимали, совет старейшин потребует орамеры назад, но никто не собирался отдавать их без боя. Пристальный взгляд когда-то ясных глаз Оракула уставился на лидера стражниц. - Не стоит переоценивать силу орамер, дорогая Вилл, как и недооценивать силу Кондракара. - Я думаю, это вам не стоит недооценивать стражниц, Мудрейший, - слегка улыбнувшись, перебила его Ирма. Чувство свободы окрыляло девушек, впервые за столько лет они не зависели не от чьих приказов. - Орамеры наши, и вам придется с этим смириться. Мы не вернем вам кристаллы. Совет старейшин недовольно оскалился от заявлений водной стражницы. Но как бы им не хотелось вернуть кристаллы в цитадель, сейчас главной задачей было поймать стражницу земли. Оракул тоже это понимал. - Мы еще успеем вернуться к орамерам, Ирма, сейчас нам нужна ваша подруга. Я хочу, чтобы вы сказали мне, куда ее переправил ассасин, - последние слова уже были обращены к Арриану, который с абсолютной скукой на лице слушал заунывные речи Оракула. - Позвольте вам напомнить, Мудрейший, что вы ведете дела с самым древним кланом, который когда-либо существовал в любом из миров, - без опаски за последствия, Арриан стал надвигаться на Оракула, сокращая между ними расстояние. - Если я сказал вам, что сила портала будет вашей, значит она будет. Я не люблю, когда в ходе моих переговоров заказчик начинает читать лекции. - Корнелия сбежала, - напомнил Мудрейший, продолжая стоять на своем. - Я найду ее, как и Корвина, и любой, кто встанет у нас на пути, будет убит, - обернувшись к Фобосу, ассасин указал рукой на меридиане, - это касается вас и ваших людей, принц Меридиана. Если хотите в будущем стать королем, я советую вам держаться подальше от моего клана и наших целей, - усмехнувшись под конец, Арриан резко открыл портал в Назарий. - Нашему альянсу пришел конец, Фобос. Молитесь, чтобы я нашел стражницу до того, как всажу клинок в сердце вашего брата. За Ребеккой мы вернемся, когда справимся с куда более важным делом. Последнее предупреждение, и ассасины как по команде скрылись в портале, не оставляя после себя ничего, кроме удушающего чувства смерти. Как только портал зато ассасинами закрылся, Оракул открыл другой на Меридиан. - Время пошло, стражницы, - напоследок бросил он. - Помните, Кондракар всегда получает то, что по праву принадлежит ему. Им понадобилось лишь одно мгновение, чтобы убраться из Меридиана, оставляя королевство разбираться с последствиями войны самостоятельно. Фобос закрыл глаза, сжимая руки в кулаки. Сейчас вся надежда была на Калеба, что он найдет способ защитить себя и Корнелию. Тяжелая мысль стрелой пронзила его голову. Он обернулся к друзьям, которые ждали его распоряжений, и увидел в их глазах тоже отчаяние, которое испытывал сам. - Корнелия и Калеб официально в бегах, - с трудом выдавливая слова, воскликнул Фобос. - Нам нужно в замок. Необходимо придумать план как действовать дальше. Они еще даже не до конца осознали, что Меридиан, их дом, наконец-то был свободен. Осторожно пробираясь сквозь деревья, Калеб тащил на своем плече отключившуюся Корнелию, наслаждаясь тишиной, которую не нарушали ее сумасшедшие мысли вслух. Его голова не переставала работать, он устал, физически и морально, но даже в таком состоянии понимал, насколько все плохо. За головой девушки отправят лучших наемников. Ей не скрыться от них, не сбежать, и даже не убить. Она не сможет сразить целый клан, насколько бы не была сильна. Всего одна стрела, один клинок, и ей придет конец. Сможет ли Калеб спасти ей жизнь на этот раз? Впервые у него не было ответа на этот вопрос. Он сделает для этого все, но его сил может не хватить. Им нужно было укромное место для ночлега, чтобы прийти в себя и обсудить дальнейшие действия. Калеб уже знал, где они в итоге найдут временное пристанище, о котором не знал даже Арриан. Но туда еще нужно добраться, а это будет целое приключение самоубийц и отшельников. А пока их ждал небольшой домик в самой чаще леса вражеского королевства. Красное солнце уже село за горизонтом, но они были близко, Калеб знал эту дорогу наизусть. Он бывал здесь несколько раз после своего воскрешения, когда девушка из прошлого особенно сильно травила его душу воспоминаниями о себе. Магия Фобоса держала это место в секрете уже очень много лет, и сейчас это было как никогда кстати. Отворив скрипучую дверь, Калеб прошел внутрь и сразу же направился в небольшую комнату, чтобы уложить Корнелию на кровать. Она уже должна была скоро очнуться, и тогда их ждет серьезный разговор. Он до сих пор не хотел верить, что все закончилось таким образом. С тех пор, как он присоединился к ассасинам, у него всегда все шло по плану. Но стоило только Корнелии появиться на горизонте, как все пошло к чертям собачьим. Она была ураганом в его жизни, сбивая с ног и уводя с намеченного пути. Сейчас он мог праздновать победу над Оливией в Назарие в компании своих собратьев. Возможно, провел бы остаток вечера в трактире с Альбертом и Кристианом. Дабы заглушить отчаяние от разлуки с Корнелией, он, вероятнее всего, напился бы, позволяя себе забыться в алкоголе на один вечер, и провел бы его с незнакомой девушкой, лишь бы только не думать о голубых глазах стражницы. Но всему этому уже не быть, потому что причина его терзаний сейчас ворочалась во сне, вот-вот готовясь к пробуждению. Вздохнув, он подошёл к небольшому комоду, налил в хрустальный бокал немного воды, и поставил его на прикроватный столик. Скинув себя черный плащ, тяжёлой ношей легший на его плечи, он, не думая дважды, раскинулся на второй половине кровати, закрывая от усталости глаза. Оставалось только ждать, когда неугомонная Корнелия соизволит очнуться от крепкого сна, вызванного снотворным. Ему показалось, что он задремал, когда шорохи рядом вернули его в сознание. - Калеб? - слабым голосом позвала его девушка, схватившись одной рукой за голову. Незнакомая обстановка слегка напугала ее, она не помнила и половины из того, что случилось. Лишь обрывки фраз, событий, собственного страха. - Очнулась, сумасшедшая, - не открывая глаз, бросил ассасин. - Надеюсь, ты пришла в себя? Не хотелось бы снова тебя усыплять. Со стоном боли девушка заняла сидячее положение, пытаясь сфокусировать свой взгляд на парне. Все казалось ей слишком чужим и холодным. - Что случилось? Где мы? - Ты разве ничего не помнишь? - Калеб открыл глаза, и первым делом отметил, что сейчас Корнелия была самой собой. Тьма отступила. - Я помню портал, помню как меня ударило волной силы, - зашептала девушка, прикасаясь к груди, пострадавшую от темной магии. - Арриан, - она испуганно выдохнула, посмотрев в черные глаза парня напротив. - Он хотел меня убить, но ты снова спас меня. Было очень темно, все вокруг было черным, я будто дышала темным воздухом. - Это последствия удара магического портала, - вставил Калеб уже намного более расслабленно. Вести беседу со вменяемой Корнелией было гораздо легче, чем с ее темной стороной. - Ты по уши в дерьме, милая. Надеюсь, это ты тоже вспомнила. - Где мы? - словно не слыша последние слова Калеба, девушка стала оглядывать комнату, которая вдруг стала ей такой знакомой. - В Мории, - вновь прикрыв глаза, ассасин готовился к худшему. Он хорошо помнил, что все их беседы заканчивались ссорами и криками. – Я должен был найти временное безопасное место. Это был единственный вариант. Корнелия слушала его, затаив дыхание, не переставая оглядывать комнату. В последний раз она была здесь еще до гибели Калеба, когда он устроил ей обещанное свидание. Все это было словно в другой жизни. - Мне нужно вернуться на Меридиан, - неуверенно воскликнула стражница, за что тут же словила взгляд черных сосредоточенных глаз. - Неужели? – не мог не съязвить Калеб, поражаясь ее глупости. – Почему сразу не в Назарий? Или лучше на Кондракар, как раз вернешь Оракулу украденные орамеры в придачу с магией портала. Корнелия прикусила губу, отводя взгляд в сторону. Кажется, ассасину было известно гораздо больше, чем она предполагала. - Что ты вообще здесь делаешь? Зачем снова бросился меня спасать? – не сдержалась девушка от взаимной колкости. Как и прежде, вспыльчивость Калеба не заставила себя долго ждать. Он резко поднялся на ноги, и, схватив маленький деревянный табурет близ кровати, швырнул его со всей силы в стену. - Ты шутишь, мать твою, - вскипел ассасин, не веря, что стражница настолько глупа и не воспринимает проблему всерьез. – Ты вообще слушала, что я тебе говорил? На тебя объявлена охота, Корнелия. Охота, черт возьми! Ассасины уже рыскают по твоим следам, а Кондракар объявит вознаграждение за твою голову. - Прекрати на меня орать, я прекрасно понимаю, что происходит! – вскочив на ноги, Корнелия тоже потеряла над собой контроль. – Я, блять, знаю, что мне не жить, но какого хрена ты снова полез во все это? Почему тебе все время надо меня спасать и ставить свою жизнь под угрозу? - Потому что если бы не я, ты бы давно уже сдохла, - не выбирая выражения, выпалил Калеб более ровным голосом. - Ну так может надо было дать мне сдохнуть, если от меня у тебя одни проблемы! Чертыхнувшись, Калеб схватил Корнелию за плечи, и с силой надавил, усаживая ее обратно на кровать. - Поздравляю, милая, ты снова вывела меня из себя. Девушка фыркнула, пытаясь скинуть с себя его руки. - Надо же, какой ты стал нежный. - Ошибаешься, принцесса, - иронично воскликнул Калеб, убирая руки с ее плеч. – Нежность никогда не была у меня в приоритете. Он отошел от нее подальше, упираясь лбом в стену, в надежде не задушить собственными руками, потому что она выводила его из себя так, как никто другой. Для нее это все шутки, она не понимает, в какой опасности теперь ее жизнь, где каждая минута может стать последней. Корнелия впервые молча следила за Калебом, хоть он и был повернут к ней спиной, взгляд улавливал, насколько напряжено его тело, а дыхание было прерывистым и тяжелым. - Прости, что я снова сорвался, - тишину прорезал его приглушенный голос. – Я не хотел срывать злость на тебе. Они не часто просили друг у друга прощение, но ассасин понимал, что если они не объединятся и не перестанут собачиться друг с другом, Корнелия умрет гораздо раньше, чем он думает. - Прости, что накричала на тебя, - ее искренний шепот накрыл его с головой, ассасин закрыл глаза, сжимая кулак. – Я очень напугана, Калеб, и твое присутствие не дает мне сосредоточиться. Он медленно развернулся к ней, не зная, как лучше убедить ее в безопасности. - Я обещаю, что не позволю никому навредить тебе. - Я боюсь не этого, - перебила девушка Калеба, поднимаясь с постели. – Ты знаешь, что именно пугает меня, и как бы ты к этому не относился, ты должен уважать мой выбор. - Нет, - отрезал он резко, отталкиваясь от стены. Девушка сделала маленький шаг ему навстречу. - Калеб, пожалуйста, - из последних сил взмолилась Корнелия. – Меня контролирует темная сила, за мной устроили погоню ассасины и совет Кондракара. Ты должен дать мне уйти. Рядом со мной сейчас слишком опасно. Я должна разобраться со всем сама прежде, чем смогу вернуться к вам. - Даже не мечтай, Корнелия, - усмехнулся Калеб, помотав головой. – Забавно получается, когда-то я точно также просил тебя отпустить меня. Ты не послушала. - Это другое, - уже зная наперед, куда он ведет, возразила стражница. - Нет, принцесса, не другое. Я сделал выбор, и тебе придется его принять. - Вернись в Назарий, - не сдавалась Корнелия, она не могла смириться с мыслью, что он снова ставил на кон свою жизнь ради спасения ее. Калеб стал надвигаться на нее, пытаясь лучше считать эмоции с ее обеспокоенного лица. Если он откроется ей, будет легче понять мотивы, почему же теперь внезапно так сложно признаться в слабости перед ней? - Как только я отдалюсь от тебя хотя бы на метр, тебя убьют, - сократив расстояние до минимума, Калеб выдохнул ей эти слова в лицо. – Если тебя убьют... - безнадежно сдавшись, ассасин закрыл глаза и опустил свою голову, соприкасаясь с ней лбами. - Я не хочу жить в аду, Корнелия. Ты намного сильнее меня, и в отличие от тебя…, - он слегка запнулся, выдыхая, - твою смерть мне будет перенести гораздо труднее. Поэтому, пожалуйста, заткнись и не высовывайся пока я не скажу. - Сам заткнись, - дрожащим голосом выдохнула девушка, уставившись в бездну черных глаз. – Если ты снова погибнешь из-за меня, клянусь всеми богами, я достану тебя в гребаном аду и порежу на мелкие кусочки. - Договорились, - окончательно сдавшись, шепот Калеба потонул в ее губах, когда он совершенно неожиданно для нее, накрыл их поцелуем. Медленно. Томительно. Мучительно, но так желанно. В прошлом он наказывал себя всякий раз, когда представлял ее губы на своих. Это было запретным плодом, необходимым до боли в мышцах, но невозможным одновременно. И сейчас, когда они оба были на краю гибели, у них были эти заветные мгновения насладиться друг другом перед самым концом. Наедине, не спеша, полностью закрываясь от посторонних миров. Только она и он. Схожая мысль пронзила их обоих, когда они оторвались друг от друга, распахивая глаза. Осознание происходящего пришло к Калебу первым. Он видел перед собой затуманенные глаза, пухлые губы, красные от его напористого поцелуя. Он видел схожее со своим желание в ее глубоком омуте. Сам же он выглядел как изголодавшийся зверь, и сейчас, когда Корнелия была в его руках, когда рядом не было вечно наблюдающего Арриана, или чрезмерно опекающего Корнелию, Фобоса, его стены рухнули окончательно. Впервые за все годы он позволил себе жить именно этим мгновением, когда он мог забрать Корнелию себе, и наслаждаться ею до самого рассвета. Хотя бы один раз. И Калеб позволил. Пока девушка молча наблюдала за переменами на его лице, ассасин схватил ее за скулы и прижал к себе в глубоком поцелуе. Он хотел быть с ней нежным, хотел не торопиться и убедиться, что Корнелия не против. Ее мокрые губы душили его изнутри, хотелось вобрать ее всю в себя, но он должен был сдерживаться. Пока не услышал ее стон. Сдавленный. Нетерпеливый. Пока не почувствовал ее цепкие пальчики в своих волосах, которые она потянула изо всех сил. Пока девушка не прижалась к нему ближе, стирая все границы дозволенного. Калеб позволил себе пойти на поводу у их желаний. Сейчас или никогда. Подхватив девушку за бедра, он приподнял ее, позволяя ей обвить его торс ногами. Она нетерпеливо задвигалась на нем, подстраиваясь под темп их поцелуев, обхватив Калеба за крепкую шею. Слишком близко, слишком хорошо. - Твою мать, - отстранившись от губ девушки, он едва дыша выдохнул ей в шею. Ее запах, ее чертов запах оставлял дрожь по всему телу. – Как же я скучал по тебе, Корнелия, - ее губы не отрывались от его шеи, лица, линий подбородка, пока он как безумный прижимал к себе хрупкое тело. – Если бы ты знала, как я скучал по тебе все эти годы. Стоило ему произнести последнюю фразу, как ее рука поползла вниз по любимому телу, дразня каждый пройденный участок. Она тяжело дышала, механично двигая бедрами ему навстречу, и как только ее пальчики нашли, что искали, она наклонилась к его уху и прошептала: - Я знаю, - всего два слова, после которых она сжала его пах рукой, ловя губами рычание и стон, вырвавшиеся из его груди. Она медленно водила по нему рукой, и не давая передохнуть, нашла его губы, завладевая ими самостоятельно. Она тоже по нему скучала, ей даже казалось, что гораздо сильнее, чем он. Хотелось растянуть удовольствие, насладиться долгожданным моментом, но видят боги, у них обоих не хватало на это терпения. Повалив Корнелию на кровать, Калеб тут же перехватил ее кисти, закинув хрупкие руки ей за голову. - Тебе конец, принцесса, - легкая усмешка, а дальше все как в тумане, где она полностью отдалась ощущениям, не видя абсолютно ничего. Всего за какие-то секунды они рывками избавили друг друга от одежды, наслаждаясь сближением тел. Корнелия закрыла глаза, позволяя чувствам управлять собой, заполняя легкие запахом Калеба, дыша только им одним, как и всегда, когда они были вместе. Его губы не оставляли после себя ничего. Ее грудь вздымалась под его натиском, легкий укус, после которого она вскрикнула, нетерпеливо прижимаясь к нему ближе. Хотелось больше, сильнее, навсегда. Прерывистое дыхание парня лишь еще больше кружило голову, но окончательно она потеряла себя, когда почувствовала его внутри себя каждой клеточкой ожившего тела. - Если бы ты знала, как долго я хотел признаться тебе во всем, - каждый его толчок сопровождался отчаянным стоном, который Корнелия не могла сдерживать, чувствуя желанное напряжение. - Дьявол, я мечтал о тебе все эти годы, и не признавался в этом никому, даже самому себе, - движения Калеба ускорялись по мере того как возрастали стоны Корнелии. Она была настолько на грани, что готова была разлететься на части. Снова и снова. Он шептал ей на ухо слова, которые не смел озвучивать раньше. Я скучал. Ты была нужна мне все это время. Я больше не могу без тебя, я сдаюсь. Она шептала его имя, умоляла, просила еще. И он давал ей, отдавал всего себя, и брал взамен намного больше, ибо тело его умирало без нее точно также, как и душа. Впервые за пять лет Калеб был самим собой. Обнажил душу перед Корнелией. Перед самим собой. И в моменты, когда она получала долгожданную разрядку, он был счастлив. Один раз, второй, третий… Они уже решили для себя, что эта ночь не закончится никогда. А когда наступит утро, наваждению придет конец, и им придется взглянуть реальности в глаза.
