Корнелия и Калеб. Книга вторая. "Посмотри мне в глаза"

      Первые лучи солнца показались из-за горизонта, орошая темные края Назария утренней зарей, словно крича на всю округу, что тьма не в силах противостоять свету. В реальности же, все было с точностью наоборот.       В крепости никто не спал уже сутки. Предательство Корвина всколыхнуло размеренную жизнь ассасинов, ведь прежде дезертиров в клане не было. И предателем оказался не кто иной, как самый близкий по рангу к Арриану человек, его преемник, правая рука, товарищ.       Когда Корвин только вступил в клан и дал пожизненную клятву ассасина, Арриан сразу подметил юношу. Силен и молод, Корвин вдохновлял своими умениями многих молодых парней, которые будучи одного возраста с меридианцем, не могли держать в руках самое простое оружие. Немногие знали историю парня, и каким образом он попал в клан, но те, кто знал, восхищались силой и твердостью характера новоиспеченного ассасина. Тем временем, Арриан продолжал наблюдать за ним, за лидерскими качествами, которыми обладал в прошлом главнокомандующий армией принца Фобоса. Уже тогда мужчина понял, что придет время и молодой ассасин возглавит наемников, заняв его место. Как казалось Арриану, лучше Корвина направлять клан за многовековыми традициями не сможет больше никто, ведь для того, чтобы называться главой ассасинов, нужно гораздо больше умений, чем просто убивать.       Впервые за годы своего правления Арриан крупно просчитался. От него отвернулись, подставили, предали. Такое ассасины не могли простить даже собрату, и на такое никогда не закроет глаза предводитель древнего клана. Арриан уже принял окончательное решение. С Корвина сорвут черный плащ, который он больше не имел полномочий носить, его поставят на колени перед всеми и заставят смотреть на казнь его любимой стражницы, которая своим вмешательством лишила Арриана его лучшего ассасина и одновременно магического портала. Слишком много потерь из-за одной маленькой птички, которой давным-давно следовало подрезать крылышки.       Темные мысли мужчины прервал короткий стук в дверь, и переведя тяжелый взгляд на вошедшего, Арриан кивком головы позволил тому войти.       - В главном зале все готово, владыка, - поклонился молодой парень, которого отправили за главой. Он старался держаться перед Аррианом твердо, но его с головой выдавала неопытность. – Все ждут только вас.       Мужчина сжал челюсть, и оставив на столе деревянный кубок с недопитым вином, обошел парня, направляясь в главный зал. Предстояло обсудить все детали поимки Корвина и Корнелии, распределить лучших следопытов и охотников за душами. Корвин очень умен, умнее многих в клане, и он сможет скрывать и прятать девушку какое-то время, если очень постарается. Но парень никогда не сможет обойти магию, и тут уже силы были не на его стороне. Глава клана собирался самостоятельно воспользоваться своей знаменитой магической картой дабы определить местоположение предавшего его Корвина, это будет его личная вендетта. В глубине души, Арриан хотел быть первым, кто доберется до предателя. Посмотреть в его глаза и, возможно, быть тем самым палачом его любимой стражницы.       Войдя в главный зал, Арриан сразу подметил, как сильно изменилась атмосфера среди его людей. Всегда расслабленные, готовые к любым заданиям даже в самых отдаленных мирах, ассасины сидели мрачнее тучи, понимая, что им придется открыть охоту на собственного капитана, который когда-то сам учил их навыкам выслеживаний. Корвин предал не только клятву и доверие наставника. Он предал своих братьев, которые верили ему и следовали за ним беспрекословно с момента его вступления в клан. Это вызывало в Арриане еще больший гнев, и медлить он не был намерен. Пройдя к массивному креслу у центра в конце зала, мужчина занял свое место, сразу же переходя к сути собрания.       - Вы все уже знаете, что случилось на Меридиане, поэтому не вижу смысла пересказывать все в деталях, - низким басом раздался его голос в полнейшей тишине. Ассасины сосредоточились, внимая каждому слову предводителя. – Наша цель: найти стражницу, доставить ее в крепость и казнить. Если она окажет сопротивление, казнить ее на месте. Тело, из которого нам предстоит выкачать всю силу, которую она поглотила с портала, доставить в Назарий. Также вы должны найти Корвина и переправить его в крепость. Живым, - медленно оглядывая зал, Арриан выделил последнее слово особенно четко. Убивать мальчишку он так просто не планировал. – У кого-нибудь есть вопросы? – смотря на ассасинов, глава не видел сомнений в их глазах. Пусть Корвин и был когда-то их братом, но одно его решение перечеркнуло все. Сейчас он стал врагом номер один в Назарие, и этому есть цена. Клятва и честь. – Приступайте к заданию, - не получив ничего в ответ от наемников, Арриан поднялся на ноги, давая последние наставления. – Корвин умен и хитер, прочешите каждую планету, но найдите мне его вместе с девчонкой. У вас неделя.       Короткий срок для обычного человека, и непозволительная грань времени для любого ассасина. Их обучали находить цели за более короткие сроки. Неделя – это слишком долго.       Поднявшись со своих мест, ассасины приготовились покинуть Назарий, проверяя свою амуницию. Они уже разбились на группы, намереваясь прочесать вселенную вдоль и поперек, но найти беглецов. За все существование тысячелетнего клана, от ассасинов еще никому не удавалось скрыться.       Пока наемники обговаривали последовательность поисков со своими командирами, Арриан подозвал к себе самых ключевых игроков данной вылазки. Ассасинов, знающих Корвина лучше других, способных определять его настроение, мысли и последовательность действий. Тех, кто способен предугадать его шаги раньше остальных. Его когда-то верные товарищи, друзья, самые близкие люди вечно закрытого Корвина. Которых он тоже предал.       Кристиан и Альберт.       Два молодых ассасина подошли к Арриану, прежде чем выдвигаться на охоту. Они все еще с трудом верили, что Корвин принес в их мир хаос, что стражницы нарушили все приказы до единого. Они потеряли не просто собрата, очередного ассасина или приятеля по выпивке и девушкам. Они потеряли друга, которого любили, на которого всегда равнялись, и который оставил их одних разбираться с дерьмом, которое Корвин заварил вместе со своей стражницей.       Они были злы и считали, что у них было полное на это право.       Оба ассасина выглядели угрюмо, но сразу же обуздали свои чувства, как только поравнялись с главой. Мужчина не любил чрезмерные эмоции, особенно в таком важном задании. Он смотрел на них, и понимал, что им будет нелегко пойти против своего друга и командира. Но у них не было выбора.       Приказ есть приказ.       - На вас лежит задача посложнее, - обратился к ним Арриан, словив взгляд каждого по очереди. – Вы знаете его лучше других, знаете, куда он пойдет в первую очередь и какой, возможно, шаг предпримет, - низкий голос звучал уверенно и твердо, и два молодых ассасина слушали главу не перебивая. – Он будет делать все, чтобы спасти девчонку. Хотите получить Корвина – начните охоту за Корнелией.       Альберт бросил беглый взгляд на Кристиана, и сжав губы, уверенно кивнул головой. Было сложно заставить себя идти против друга, но еще сложнее пойти против собственной клятвы. Кристиан разделял те же чувства, что и его товарищ, он злился на Корвина, на Корнелию, и даже на Арриана. Но отступать никто не намерен. Корвин будет биться до конца, ровно, как и ассасины.       - Мы найдем его, - коротко ответил Кристиан, проклиная себя за то, что так много знает о Корвине. Они ведь стали настолько близки, что доверяли друг другу самые опасные тайны, которые теперь каждый из них будет использовать в своих целях. – Мы будем держать тебя в курсе настолько, насколько это возможно. Мы отправимся на Меридиан, добудем хоть какие-то следы оттуда, затем двинемся дальше.       - У вас неделя, - напомнил Арриан. Он остался доволен полученной реакцией и готовностью молодых ребят довести задание до конца. - Помните, если будет легче убрать стражницу, убейте ее и доставьте тело в крепость. Для того, чтобы вырвать из нее силу портала, она не нужна нам живой.       Альберт бросил на владыку настороженный взгляд, но тут же отбросил все ненужные мысли. Корнелия нравилась ему, но Арриан отдал четкий приказ. Оступиться сейчас ни в коем случае было нельзя, каждый шаг обязывал быть осторожным. Без лишних прощаний, оба ассасина открыли портал на Меридиан, и скрылись в нем до того, как другие отряды обратили на них хоть какое-то внимание. Вычислить Корвина и стражницу Альберт и Кристиан намеревались сами, без чьего-либо вмешательства и присутствия.       Оказавшись на Меридиане, оба ассасина незамедлительно скрылись в чаще леса, дабы определить свой окончательный путь.       - Ты действительно готов пойти на это? – наблюдая за метаниями друга, спросил Кристиан. Сейчас или никогда, они оба это понимали.       - Да, мы должны сделать то, что должны, и я готов идти до конца, - впервые за последние сутки легкая улыбка коснулась губ всегда жизнерадостного Альберта. Во всяком случае, это было честно по отношению к самому себе.

§§§

      Фобос медленно обходил тронный зал под пристальными взглядами меридианцев. Они так давно не были дома, и сейчас, когда все оказались внутри родных стен, домом по-прежнему не пахло. Все было чужим, мрачным, оставившем после себя ядовитое послевкусие Оливии. Им придется приложить немало усилий, чтобы вернуть уют и покой в эти стены. Сейчас же им не везло на каждом шагу, и тьма может забрать у Меридиана гораздо больше, чем прежде.       Стражницы держались около Ребекки, не отходя от девушки ни на шаг. С момента, как Арриан открыто пообещал блондинке смерть, бывшие хранительницы Кондракара не оставляли ее одну, постоянно следуя за ней по пятам. Это ужасно раздражало Ребекку, она любила подруг, но няньки ей были не нужны, особенно, когда она знала и верила, что в силах сама за себя постоять.       - Ты бы поступила точно также, - упрекнула ее Вилл, намекая на опеку Ребекки, когда опасность грозит одной из них. Вот только Ребекке опасность грозила куда больше, она стала целью ассасинов, это более опасная игра.       Больше всех озадачился Роланд. Он был готов пасть в бою против врага ради дочери. Он собирался вызвать Арриана и любого ассасина на бой в обмен на жизнь своего ребенка. Ребекка никогда бы не позволила отцу принять удар на себя, и Роланда остановил Фобос, понимая, что если и должны быть жертвы, то не со стороны меридианцев. Они обязательно что-нибудь придумают.       По Меридиану уже пошли слухи, что Калеб жив. Всеми любимый юноша, младший брат принца, верный воин и друг оказался не погибшим вовсе. Жители не знали, каким образом и как давно, но имя Калеба было у всех на устах, и это было еще одной задачей для решения. Осталось только определить, в каком порядке их лучше решать.       - Нам опасно идти по следам Калеба, - размышлял Роланд, не имея представления, куда в принципе ассасин мог направиться. – Мы повлечем за собой хвост и можем сделать только хуже.       - Согласна, - воскликнула Тарани, хотя в глубине души она рвалась помочь подруге. – Нам нужно дать им время залечь на дно, уверена, они появится сами, как только все более и менее уляжется.       Ребекка свирепо сжала кулаки, не желая медлить ни секунды. Ее друзья нуждались в ней именно сейчас. Она однажды доверила Корнелию Грегору, а после стражницам, и оба раза ее чуть не убили.       - Нам нужно их найти, - твердость в ее голосе звучала бескомпромиссно. – Мы не можем оставить их одних на съедение волкам.       - Тебя саму волки съедят, - упрекнул дочь Роланд, подходя к ней ближе. – Думай о своей безопасности, а с Корнелией и Калебом мы разберемся сами.       - Вы не понимаете! – выкрикнула Ребекка, отходя от отца на приличное расстояние в знак протеста. Она обвела взглядом друзей, поражаясь их глупости. – Вы забыли обо всех преимуществах, коими обладает Арриан? – ироничный голос звучал устало, но она не сдавалась. – Может вам напомнить, что у ассасинов волшебная карта под боком? А про Грейс вы забыли? Или вы думаете, единственный способ воспользоваться картой – это сердце Кондракара? – указав на Вилл, Ребекка встретилась глазами с лидером стражниц. – Извини, Вилл, у Грейс таланты не хуже твоих, и Арриан использует ее вместе с этой чертвовой картой, чтобы добраться до Корнелии с Калебом, - под конец ее голос сорвался на крик. Полный злобы и отчаяния крик.       Об этой важной детали уже многие успели забыть, но только не Ребекка. Она еще помнила, каких проблем доставила им магическая карта, за которой они с Корнелией охотились больше полугода назад. Если Арриан нацелился убить Корнелию, и, вероятнее всего, Калеба, он прибегнет к любым способам, но достанет их из-под земли, в каком бы из миров они не прятались.       Они настолько сильно просчитались, что сейчас любое их действие может привести к катастрофе. Но в одном Ребекка была уверена - бросить Калеба и Корнелию на произвол судьбы в борьбе с Аррианом и Оракулом – это слишком жестоко и неправильно. Им нужна будет поддержка, кто-то кто сможет защищать их тыл в разгар невиданной бойни. На эту роль, со всей ответственностью и принятием рисков, Ребекка назначила себя саму.

§§§

      Калеб проснулся еще до рассвета, так и не погрузившись в глубокий сон. Отключаться он позволял себе только в Назарие, куда без ведома ассасинов и мышь не прошмыгнет. Там было спокойно, тихо, все как он любил. В последние годы кроме тишины ему мало что доставляло радость, разве что Альберт, который вихрем врывался в его покои, чтобы утащить в очередной трактир или на уличные бои. Они любили в них учувствовать, и пусть Арриан это не приветствовал, но и не имел привычки запрещать своим подчиненным коротать время подобным образом. Бои подпитывали в Калебе жестокость, холодность и равнодушие. Те качества, которые он намеренно вырабатывал в себе, лишая пути к отступлению или никому не нужному сожалению. В какой-то момент его жизнь перевернулась и ему пришлось выживать так, как он умеет.       Хладнокровием.       Оковы клятвы никогда не отпускали его, затянувшись на шее удавкой. Калеб и не противился, он взял себе другое имя, перевоспитал свою личность, и готов был идти по новому пути до конца. Он прекрасно справлялся с повседневными буднями в новой для него жизни, пока однажды на горизонте перед ним вновь не пронесся ее силуэт. В тот самый момент ему снова стало трудно дышать. Самовнушение не сработало, она разбила в пух и прах его броню, не прилагая к этому никаких усилий, не подозревая об этом. Лишь ее силуэт и голос, который так долго преследовал его на протяжении четырех лет. С ней хотелось закрыть глаза и унестись в прошлое, которое они загубили по его вине, и которое он так и не сумел исправить. Оказалось, она давно его простила, хоть Калеб и понимал, что не заслужил этого. Даже спустя годы. Но это было их прошлым, одним на двоих, и она единственная, с кем ему хотелось разделить каждую возможную минуту, и она единственная, с кем это было невозможно. Может быть однажды им удастся найти лазейку и позволить себе построить все заново, когда не будет смертельной опасности, темной магии и угрозы мирам. Возможно однажды…       Однако здесь, сейчас, когда за ним и Корнелией отправили лучших охотников, которые уже рыскают по всем уголкам всевозможных, он не мог расслабиться ни на секунду, не мог предаться тайным желаниям, в которых он и Корнелия были счастливы. В эту самую минуту, как никогда прежде, ему нужен был холодный ум и расчетливость. От него зависела жизнь Корнелии, не в первый раз, но, как и в прошлый, он не позволит опасности коснуться ее хладной рукой.       До Мории наемники дойдут не сразу, и обнаружить их будет не так просто, однако парень не мог рисковать. Ночью он поддался и растворился в девушке, о чем совершенно не жалел.       Но ночью все и закончилось.       Ему нужно быть на пределе, внимательным к любому дуновению ветра, иначе ее убьют. На его глазах, без промедлений. В глубине своей мрачной души он ненавидел себя за страх, что испытывал. Если Корнелию лишат жизни, если ее не станет, если он не сможет сохранить ее существование, Калеб падет во тьму. Липкую, опасную. Он попадет в ад, где будет гореть не только сам, но и сожжет ядовитым пламенем всех вокруг. Этот страх не мешал ему, и все же делал слабее, чем он мог себе позволить. Не сейчас, не тогда, когда от каждого принятого им шага решалось, будет Корнелия дышать или нет.       У него под боком послышалось сонное бурчание, и все мысли разом покинули голову ассасина. Корнелия сонно сопела, не подозревая, какие мысли прорезали голову Калеба. Наслаждалась сном, издавая едва слышные звуки, пока парень охранял ее сон.       Ассасин не смог сдержать улыбки, наблюдая за сонным лицом стражницы. Она вроде бы и не изменилась вовсе, была той самой хрупкой Корнелией, которая любила его больше, чем саму себя. И в то же время годы трансформировали ее в совершенно другую личность. В чем-то она стала похожа на Калеба: холодная, расчетливая и грубая. Она переняла лишь худшие качества у своего любимого, хотя парень и вовсе сомневался о наличие хороших качеств в себе самом. Но одно он подметил особенно ясно – Корнелия больше не любила его так, как раньше. Сейчас она выберет себя, не будет сражаться за его внимание и любовь. Она наконец поставила себя на первое место, это пугало юношу, но и вызывало чувство гордости.       Корнелия стала взрослее, яростнее, а он принимает ее любую, всю без остатка. Возможно однажды, если им повезет, он сможет сказать ей об этом, глядя в чарующие небесным светом, глаза. За все годы вдали от нее, едва ли хоть одна обладала таким ясным и искренним взглядом. Все он были пустыми и поверхностными. Или Калеб так думал, потому что знал, что сердце требовало другую. Упрямую, эмоциональную и так нежно его любящую.       Наблюдая за спящей девушкой, ассасин вдруг нахмурил брови, до скрежета зубов сжав челюсть. Перед ним красовался длинный шрам на бедре девушки, который он увидел только сейчас, когда она в дреме повернулась в его сторону, подмяв под себя подушку.       Тяжелое дыхание участилось одновременно с ударами сердца. Быстро, шумно, опасно.       Калеб резко отвернулся и закрыл глаза, стараясь удержать нахлынувшие эмоции под контролем. Но также резко открыл их, уставившись перед собой в пустоту. Он не забыл про Седрика, вовсе нет. Змей был для него тем блюдом, которое он будет есть мучительно долго, растягивая удовольствие. Кусок за куском, пока не останется даже шкуры. До самой последней кости.       Выдохнув, ассасин стремительно повернулся обратно к девушке, и действуя аккуратно, чтобы ненароком не разбудить ее, принялся считать количество шрамов на ее теле. Корнелия спала без одежды, и не отвлекаясь на ее мучительно притягательное тело, Калеб легкими касаниями переходил от шрама к шраму, проговаривая количество цифрами у себя в голове.       Руки, шея, спина, живот, в районе груди и ноги…       Не было ни одного участка кожи, где Седрик бы не оставил свой след. Он истязал хрупкое тело с особой жестокостью, и несмотря на то, что многие шрамы Калеб уже видел, его глаза потемнели от заполонившей его ярости. Сжав кулаки, он снова закрыл глаза, медленно выдыхая, как учил его когда-то Арриан.       Сорок восемь шрамов…       Сорок восемь раз Седрик подверг Корнелию пыткам. Изощренным, мучительным и долгим, после которых не каждый выстоит, ибо ассасин был достаточно наслышан о том, как издевается над пленными змей. Корнелия попала в ад, несметное количество раз, проходя все круги пламени раз за разом, снова и снова. По вине самого Калеба. Он ненавидел себя за это. Но еще больше он ненавидел Седрика. Он уже знал, чем угостить змея, как отплатить ему сполна за все, что тот сделал с Корнелией. Терпение – вот чему еще научил его Арриан. Калеб обладал стойким терпением, и когда нападал, скрыться больше не представлялось возможным.       Мысли о расправах над Седриком отвлекли Калеба от реальности, и он упустил момент пробуждения Корнелии. Девушка проснулась, удобно устроив голову на воздушной подушке, отчего ее голова проваливалась вовнутрь. Она наблюдала за Калебом сначала с легкой улыбкой, а затем, словно кое-что вспомнив, прикусила губу, сменив радостную улыбку на спокойствие.       - Ты всегда такой угрюмый по утрам? – не до конца проснувшийся голос, и черные глаза встретились с небесно-голубыми. Она была расслаблена, говорила легко и без эмоций. Еще одна ночь с еще одним человеком. Даже если они вчера признавались друг другу в любви.       Ночь закончилась. А вместе с ней и вся магия.       Калеб, еще не до конца отошедший от мыслей, в которых он пытает Седрика, старался придать голосу спокойный тон, и у него едва вышло.       - Ты спишь как маленькая коала, долго, и постоянно сопишь.       - Ты вымотал меня этой ночью, мне нужно было восстановить силы, - Калебу показалось, что ее голос стал теплее, глаза засветились ярче, всего на мгновение, после которого их будто накрыли холодной пленкой. Это был нехороший знак. Он знал, что перепады настроения связаны с темной силой, но пока не имел ни малейшего понятия, что это из себя представляет, и как именно скажется на самой Корнелии. Ему необходимо замедлить распространение заразы по ее организму, и единственное место, которое могло помочь ему с этим, было далеко. Туда не добраться так просто при помощи портала.       Нужно было выдвигаться в дорогу, и ассасин мысленно попросил помощи у богов пройти этот путь беспрепятственно. Он больше волновался не о собственном клане, преследовавшего их, а о девушке, которая сейчас лежала перед ним и могла выдать все что угодно. Вчера она ясно это продемонстрировала.       - Не думал, что всесильную Корнелию так легко вымотать, - непринужденная шутка, пока черные глаза сканировали ее лицо, ища в спокойствии подвох. Корнелия сладко потянулась, откидываясь на кровать спиной. Ее взгляд бегал от его лица к оголенному торсу, и подавив в себе желание, девушка присела на кровати, неожиданно для Калеба, подарив ему легкий поцелуй, от которого у обоих забегали мурашки по телу.       - Я хочу кушать, - подавив смешок, выдала она. – Не помню, когда ела в последний раз. В животе урчит.       Ее надутые губки вызвали бы в Калебе смех, не будь он сосредоточен на чем-то более серьезном. Но Корнелия права, им скоро выдвигаться, и накормить ее было необходимым, чтобы потом она не размякла посреди дороги.       - Сегодня я исполняю желания, принцесса, - щелкнув ее по носу, Калеб поднялся на ноги, и стоило ему повернуться к ней спиной, улыбка пропала с его лица.       Он уже понял, что перед ним не Корнелия. Надежда была на то, что она не догадалась о его мыслях. Обернувшись к ней, ассасин вернул лицу непринужденное выражение.       - Пойдешь со мной на охоту? Не хочу оставлять тебя здесь одну.       Всего два предложения, и глаза Корнелии потемнели. Девушка словно почувствовала неладное, и резко опустила взгляд, слегка тряхнув головой. Рука сжалась в кулачок, но ту же расслабилась. Словно не было секундной заминки. Все произошло так быстро, но, к несчастью, Корнелии, Калеб был слишком внимательным.       Порой достаточно одной секунды, чтобы убедиться в своей правоте. Корнелия только что эту секунду ему подарила.       Наблюдая за ним, склонив голову набок, девушка не запрещала себе улыбаться, так искренне, и одновременно так фальшиво.       - Если ты дашь мне время привести себя в порядок, я вся твоя, - ни капли стеснения, полная раскрепощенность. Даже ее голос был другим. Калеб уже понял, что все будет также, как и вчера. Ему придется ее усыпить.       - В купальне есть вода, - указал он головой на стену, за которой было заветное место. – Ты пока собирайся, а я проверю все для охоты.       - Как скажешь, капитан, - звонкий смех, не имеющий ничего общего с настоящей Корнелией. Она ведь даже не заговорила о проведенной вместе ночи. Словно для нее это обычное дело, просыпаться в чужой постели, принимать ванную и двигаться дальше.       Калеб проводил ее тяжелым взглядом, и как только девушка скрылась в купальне, он сразу же надел на себя походную рубашку, накинул на плечи плащ, мало переживая за кричащий орнамент. Их найдут и без этого. Пройдя в другую комнату, где у него хранились оружие и запасы снотворного, ассасин взял пару кинжалов, свои клинки, и несколько растворов снотворного. Можно было дать Корнелии больше времени проявить себя, но рисковать он не хотел. Она может выкинуть что угодно в любую минуту.       И словно наслав карму на самого себя, Калеб услышал звон битого стекла, а затем бег. Очень быстрый бег.       - Твою мать, - бросившись на звук, он увидел сквозь разбитое окно убегающую Корнелию, которая успела за это время натянуть на себя вчерашнюю одежду. Она бежала в чащу леса, надеясь запутать там своей след и избавиться от назойливого Калеба. Ассасин издал злобный рык, потеряв последние остатки самообладания. Что бы не управляло Корнелией, оно ведет ее на смерть.       Выпрыгнув следом за ней, парень помчался в сторону леса, слыша издалека ее задорный смех. Она играла с ним, убегала, путала, и наслаждалась этим. Он не мог позволить своим охотничьим инстинктам взять вверх над собой, ибо сделает ей больно, когда поймает. А он поймает, это лишь вопрос времени.       - Если не прекратишь это сама, я сделаю тебе больно, милая, - его выкрик прозвучал спокойно, но внутри его грудь распирало огнем. Он готов был вырвать эту темную магию из ее глотки руками. – Я все равно тебя поймаю, неужели прошлое тебя ничему не научило?       Ответом ему послужила тишина, и Калеб лишь сильнее разозлился, пытаясь понять игру стражницы. То она ведет его за собой своим смехом, то путает молчанием. Пробегая меж деревьев, вслушиваясь в каждый шорох вокруг, парень вдруг резко остановился, спиной почувствовав угрозу.       Его дыхание было ровным, несмотря на долгий бег. Руки сжались в кулаки, и он медленно обернулся в сторону просвета, где подтвердились его худшие опасения.       Всего этого можно было избежать, если бы Корнелия не поддалась черной магии. Но этого не случилось, девушка оступилась, допустила непростительную ошибку и их нашли.       Напротив него, всего в пяти метрах, стоял Альберт. Без маски, в своем привычном плаще, так по-обычному держа кинжал у горла Корнелии. Молодой ассасин делал это десятки раз, и не раз шутил, что это его любимая поза убивать людей. Он ненавидел их жалостные предсмертные крики, и предпочитал заканчивать все быстро.       Сейчас в его руках была Корнелия.       Лицо девушки словно прояснилось. Больше не было наглой насмешки, фальшивого смеха и едких слов. Сейчас Корнелия была настоящей, и в ее глазах, впервые за долгое время, появился страх. Она смотрела на Калеба, боясь сделать глубокий вдох, чтобы лезвие кинжала ненароком не поранило ее кожу. Она не успела собраться с мыслями, когда Альберт так внезапно поймал ее. Стражница едва помнила, как вообще оказалась в этом лесу. Последнее, что осталось в памяти – это ночь с Калебом.       Альберт какое-то время наслаждался тишиной, то и дело поглядывая на дрожащую в его руках девушку, а затем резко перевел взгляд на застывшего друга.       - Давно не виделись, Корвин, - тот же голос, полный легкости и забавы. Альберт очень часто вводил в заблуждение свои жертвы таким образом. Когда-то Калеб научил его этому, и сейчас успел пожалеть о содеянном.       - Отпусти ее, - низким голосом предупредил один ассасин другого. – Я не хочу биться с тобой, мы оба знаем, что ты проиграешь.       - Ты правда так думаешь? – еще один голос. За спиной. Так неожиданно и слишком близко. Калеб замер, сжав челюсть, но не оборачиваясь. – Великого Корвина застали врасплох, в кои-то веки, - острый кинжал уперся ему в спину, словно предупреждая о последствиях. – Арриан был бы недоволен, после всего, чему он тебя научил, - голос Кристиана был спокоен, как и раньше, когда они еще были друзьями.       Одно из правил ассасина – никогда не поднимай оружие на брата. Их дружба только что растворилась в утренних лучах морийского леса.       Клятве пришел конец.