Extra: Юнги и Чимин. Часть 1
24 июля 2018 г., 10:30
Иногда слишком непросто принять себя таким, каким ты являешься на самом деле. Непросто и осознать своё положение — идеально ли оно во всех смыслах? У тебя много знакомых, есть лучший друг, любящие родители и прекрасная школа, которую ты закончишь в скором времени. Однако постоянно возникает потребность в большем. Часто приходят мысли о чём-то неизведанном и более интересном. Например, о девушке.
Не то чтобы Чимин мечтает о ней днями и ночами, как почти каждая школьница о своём прекрасном принце, но ему, как и многим его сверстникам, хочется познать все прелести подростковой жизни — что в этом такого запретного? Только если то, что в последнее время желание оторваться с какой-нибудь красоткой с четвёртым размером груди нарастает со стремительной скоростью. Да только беда, как правило, одна не приходит, так и у Чимина. Нет, проблема вовсе не в его внешности — очень даже симпатичный парень, — а в том, что он кажется окружающим слишком порядочным. Таскается хвостиком за тихоней Тэхёном, вечно на заумном языке с ним о чём-то переговариваясь с ним, вот и получил подобную репутацию. И нет, Чимина вовсе не раздражает тот факт, что из-за друга его прозвали «порядочным парнем-заучкой», скорее ему не нравится, что ни одна девушка его не воспринимает всерьёз именно как отдельную личность. Всякий раз, когда он к какой-нибудь «подходящей» особе пытался подкатить, та могла спокойно общаться с ним, притом делясь своими девчачьими переживаниями насчёт других парней, всё пытаясь найти в его лице поддержку. Раздражает! Почему как парня, с которым можно встречаться и хорошо провести время, его никто не вопринимает? Неужели девушкам действительно порядочные парни никак не могут понравиться?.. Чимин, буквально потеряв всякую надежду, также пытался это выяснить. Просто наплевав на то, что какой-то там очередной девушке нравится другой парень, вроде Чонгука или Юнги, и которые по какой-то чистой случайности не обращают на неё внимание, Чимин признался в том, как сильно та ему нравится (хотя на самом деле он к ней ничего не чувствует). Каков же исход у этой ситуации? Очевидно — парень получил первый в своей жизни отказ, притом на своё первое признание. И вдобавок — две причины полагать, что он просто неудачник, который не привлекает противоположный пол. Но сдаваться на этом Чимин не собирался, в конце концов, есть же много различных способов наладить свою личную жизнь и, наконец, переспать завести длительные и крепкие отношения.
И подходящее место.
Чимин рад бы ещё попытать счастье, но что-то его отталкивает. Наверное, осознание того, что других, более адекватных людей, здесь просто напросто нет. И какой волной его, такую прилежную чайку, сюда принесло — также сказать не сможет. Когда он хотел подойти к более менее спокойной компании из четырех человек, его сбил взгляд одного из них. Такой сосредоточенный, чуткий и… знакомый. Он находился в тени, поэтому Чимин не смог разглядеть, кому он принадлежит. Да и, в принципе, не пытался этого сделать, никак не заострив на этом внимание. Единственное, почему он запомнил этот взгляд — именно он отбил в нём желание общаться с кем-то тут.
Звучит глупо, но Чимин и впрямь верил, что сможет с кем-то нормально заговорить и завести круг друзей, чтобы и потом ходить сюда с ними. В результате — он просто одинокая заблудшая душа, что пытается найти своё спасение в лице алкоголя. Он направился к бармену, чтобы попросить его налить что-то, от чего он больше не почувствует своё тело и разум. Тот коротко усмехнулся на такую необычную просьбу. Бывают здесь, конечно, странные личности, но подобное за все свои годы работы он встречает впервые.
— Хах, ты, наверное, в первый раз здесь, — делая напиток, заговорил с ним бармен. — Не можешь найти компанию и во многом разочаровался, не так ли? — Поставив стакан, он с хитрой улыбкой посмотрел на удивлёние парня: ещё бы, не каждый день твои мысли кто-то читает.
— Да нет, у меня тут много знакомых, — недоверчиво покосившись на бармена и взяв напиток, ответил Чимин.
— Ладно тебе. Это вполне нормально, — он сказал это с такой успокоительной интонацией, что Чимин невольно расслабился. Или это так первые глотки совершенного неизвестного напитка на него так влияют. — Могу дать тебе простой совет. Тебе стоит найти кого-то похожего на тебя. Знаешь, тут на самом деле полно таких как ты. Вон видишь тех девчонок? — он взглядом указал на них. — Они тоже жаждут чего-то большего, но слишком стеснительные, с непривычки то. Выбирай любую, может, у вас что-то выйдет, — заботливо отметил мужчина, хотя в его обязанности это никак не входит. За долгое время работы он свёл уже не одну парочку, пусть даже многие из них были лишь на одну ночь. Всё равно он со временем начинает чувствовать на себе ответственность за помощь заблудшим душам, вроде Чимина. К слову, Пак, пока слушал бармена, выпил всё содержимое стакана, сквозь неприятные ощущения и понимание, что осилить и больше пары глотков не смог бы, но оставлять стакан наполовину не допитым — не самая лучшая затея. Если всегда всё бросать на половине — ничего так и не добьёшься.
Поднявшись, Чимин почувствовал головокружение и как ноги постепенно перестают его слушать. Но это лишь поверхностное ощущение. Конечно, он может спокойно ходить и отвечать за свой разум. Правда… в один прекрасный момент ему может неслабо так влететь за злоупотребление своими желаниями.
Постучав себя по голове, чтобы привести мысли в порядок, он направился к одной из девушек, притом сказать «почему именно к этой» он не сможет. Просто в голову ударил алкоголь, и он, поддавшись инстинктам, пошёл в её сторону. Ближайшую сторону.
— Привет, потанцуем? — смело и без присущего стеснения поинтересовался Чимин, протягивая руку. Ему всё равно, что он даже лицо её разглядеть не может. Всё равно, что он даже не заметил, как подошёл к ней. Главное, что она пока — в первую же секунду — не послала его или какие-нибудь её друзья не избили его за попытку познакомиться с их подружкой.
Девушка тут же осмотрелась по сторонам, словно ищет адресанта этой фразы, и, поняв, что она на самом деле адресована именно ей, коротко кивнула, улыбнувшись и взяв протянутую ей руку.
Играет ритмичная музыка, вокруг тёмнота вперемешку с мелькающими огоньками и подростками, движения которых совсем не похожи на адекватный танец. Однако никто не обращает на это внимание. Все веселятся, чувствуя себя раскрепощёнными и свободными, будто они единственные, кто находятся здесь, и никто не сможет заметить их неудачную попытку косить под айдолов какой-нибудь известной группы.
Всё же, это далеко не бал-маскарад девятнадцатого века, и люди здесь далеко не из высшего сословия, скорее — обычные подвыпившие подростки.
В таком состоянии Чимин не может сказать, рад ли он происходящему. Вот он добился своего — попал сюда, смог заговорить с симпатичной девушкой; трогает её за поясницу, спуская руки на её ягодицы, грубо сжимая их. Она вздрагивает, издав тихий стон, но выбраться из цепкой хватки едва знакомого парня не пытается, даже наоборот — обвила его шею руками, уткнувшись к нему в грудь. Поняв, что идёт по правильному пути, Чимин начал жадно касаться всего тела девушки, попутно уводя с танцпола, находясь в предвкушении. Сейчас он не может сказать наверняка, хочет ли он этого. Находясь в не совсем трезвом состоянии, точнее — находясь в состоянии пьяного, неумеющего пить подростка, Чимин не полностью отвечает за свои поступки, может, лишь оставшаяся в здравом уме частичка мозга подсказывает ему, как нужно поступать.
И видимо эта частичка что-то упустила.
Иначе объяснить, где та самая симпатичная девушка и почему его, крепко держа за запястье, волочат в неизвестном направлении, он не сможет. Так же как и то, почему его завели в какое-то жуткое тёмное помещение и толкнули на холодную поверхность. Что говорить о том, почему этот тип начал раздевать его, буквально разрывая на нём одежду.
До Чимина и впрямь слишком долго доходит происходящее. Иначе бы он, скорее всего, очнулся бы и оттолкнул незнакомца своими неслушающимися руками значительно раньше, чем тот доберётся до застёжек на его штанах.
Не обращая внимания на помутнение во взгляда — видимо алкоголь даёт о себе знать в полной мере — Чимин попытался добраться до двери, но она, как и ожидалось, оказалась закрыта. Да вот только Пак в панике и не совсем (далеко не) трезвом состоянии надеялся на другой исход. Теперь ничего, кроме как попытаться найти способ оглушить этого незакомца и, найдя ключ, выбраться отсюда, Чимин предпринять не сможет. Хотя кто сказал, что сделать это он в силах?
— Солнышко, куда же ты убегаешь? — этот голос он ранее уже где-то слышал, поэтому точно знает, кому же может принадлежать этот хрипловатый бас. В нём проскочили заметные нотки издевательства, будто Чимин — малолетняя школьница, что призналась тому в любви, а незнакомец — тот самый старшеклассник, который, посмеявшись, отказал несчастной. Именно так себя ощущает Пак. Но всё на самом деле гораздо хуже. Только масштаб всей трагедии ощутить так сразу и не получится.
— Юнги?.. — будто замерев на мгновение, не веря собственным словам, отозвался Чимин. — Какого хрена ты творишь?! — резко спросил он, словно хочет узнать ответ сиюминутно.
Чимин ощущает непонятные чувства, когда удивление, недовольство, неприязнь, страх смешиваются воедино и ты при этом неспособен контролировать весь этот круговорот. Вроде бы пару минут назад одноклассник нагло к нему домогался, и сам он хотел сбежать подальше от этого человека и места, но сейчас будто расслабился, забыл, что было и что может случиться, если он не постарается взять ситуацию в свои руки.
— Только одно. — Он начал приближаться к Чимину, который, всё же осознав это, испугался и стал пятиться назад, хотя это в его состоянии было не так уж и просто. — Только ты. — Оказавшись возле парня, Юнги уложил его обратно на поверхность и бысто избавился от последней части одежды, оставив парня в одном нижнем белье.
Чимину ужасно стыдно.
Стыдно за свой поступок, когда он решительно пришёл сюда. Стыдно, что он пытался измениться, начав с такого шага. Стыдно, что он больше не сопротивляется. Стыдно, что он оказался на месте подстилки, которой воспользуются и бросят на следующий день. Стыдно, что ему начинает нравится, как руки Юнги нагло поглаживают его член через ткань трусов, вызвав протяжный стон. Как эти самые руки чуть не доводят его до пика, заставляя испачкать последнюю оставшуюся часть одежды. Противно смотреть, как этот парень ухмыляется и стягивает с него те самые запачканные его же спермой боксеры. Противно ощущать, как Юнги нагибается к нему, чтобы не по любовному поцеловать его, укусив за губу, благодаря чему Чимин приоткрыл рот и позволил проникнуть внутрь. Противно то, что Юнги добивается своего, пока он бездействует.
Так было бы. Было бы стыдно, было бы неприятно, было бы противно. Но Чимин ничего из этого больше не чувствует. Наоборот. Ему хочется большего. Хочется, чтобы Юнги продолжал трогать его, вызывая бурю эмоций и доводя до ещё более сильного возбуждения.
Прям как та девушка, Чимин обхватывает Юнги за шею, отвечая на поцелуй; Чимин не пытается оттолкнуть его, скорее — дает тот самый зелёный свет. «Пожалуйста, трахни меня пожёстче. Я ведь так люблю» — именно в подобном положении ощущает себя Чимин. Точнее — ощущал бы, если бы не выпил тот чёртов напиток и не потерял бы чёртово самообладание. Он не ощущает ничего неправильного, запретного. Он лишь протяжно стонет, когда Юнги, смазав пальцы чем-то влажным и липким, входит в него сначала одним пальцем, а потом и несколькими, начиная двигать ими, тем самым растягивая стенки. Тугие мышцы сразу не поддаются напору, потому что Чимин сейчас слишком напряжён. Юнги, поняв это, помог тому расслабиться, нагнувшись и поцеловав его, уже более нежно и не пытаясь проникнуть к нему в рот языком. Обычный поцелуй, как когда девушка чмокает своего парня на прощание.
И это действительно помогло. Чимин расслабился, и тогда в ход пошёл третий палец. Несмотря на дискомфорт и явное неудобство, Пак тонет в этих ощущениях. От боли в пояснице он выгибается, рефлекторно пытаясь снять с себя напряжение. Но дискомфорт уходит только тогда, когда Юнги заводит пальцы поглубже и нащупывает простату. Чимин насаживается на пальцы и двигается им в такт, всем своим видом показывая, как ему приятно, хотя боли явно больше; особенно боль проявляется в области ягодиц, где хозяйничают сильные пальцы Юнги, сжимая эластичную кожу. Но, как ни странно, от такого Чимин получил только больше удовольствия — это видно по его возбуждённому выражению лица.
Комната наполняется громкими стонами Пака. Из-за его горячего вида и стонов Юнги стало невыносимо жарко, он почувствовал, как собственное возбуждение трётся о грубую ткань, давая о себе знать; он больше не может сдерживать своё желание, и, наконец, стягивает с себя мешающиеся вещи, высвобождая возбуждённый член, выделяющий естественную смазку,
Юнги медленно проталкивает головку, чувствуя приятную узость. Он начинает не спеша двигаться, доставляя себе и Чимину ещё больше удовольствия. Как бы Юнги не хотелось сразу перейти на быстрый темп, сделать это он пока не может, поскольку тогда сделает больно ему. Возможно, в какой-то мере у него есть желание так сделать с ним, но это совсем не повод доставлять излишний дискомфорт.
Чимин поддаётся бёдрами навстречу, всем видом показывая, что он хочет большего, чем эти медленные едва ощутимые толчки. Сейчас другая частичка его сознания хочет полноценно ощутить член в заднице, получив максимум наслаждения. А та самая, отвечающая за здравый смысл, временно находится в спячке. Поняв намерения своего партнёра, Юнги хмыкнул и ускорил темп.
Казалось, стоны парней и звуки соприкосновения тел могли услышать даже люди, находящиеся в главном помещении клуба, несмотря на разговоры и громкую музыку. Юнги долго вдалбливался в Пака, будто пытаясь проникнуть в него полностью, ощутить всеми частями частями тела.
Толчки постепенно становились медленнее, и Чимин, не выдержав, кончил прямо на живот Юнги, тот же в свою очередь вышел из парня и испачкал его ягодицы, свалившись рядом с ним.
Как бы Юнги не было сейчас хорошо, как бы не хотелось любоваться перепачканным в сперме Чимином…
Вопрос лишь один: что делать дальше.
постоянно изредка так называют окружающие. Неважно. Кому понадобится насиловать парня, когда вокруг столько симпатичных девушек? Вот именно, не буду я бояться всяких маньяков. Просто я попал в какой-то несчастный случай, вот и всё. И как я это сделал, что это за такой несчастный случай — всё не имеет должного значения. Не хочу придумывать то, чего просто не существует.
Я спустился на первый этаж. В общем, очень уютное оформление. Именно в таком доме я хотел бы проживать, пока нахожусь, например, на отдыхе летом. Посередине гостинной стоит красивый расписной диван, наверное, дороже всего, что находится в моей комнате. На нём не самым эстетичным образом лежит чья-то чёрная куртка. Я не знаю, что меня дёрнуло так поступить, но я подошёл, чтобы аккуратно сложить эту вещицу, притом неимоверно обрадовавшись, когда я это сделал.
— Что, уже проснулся?
Казалось, стандартный вопрос. Казалось, чему тут можно удивиться. Но лично меня и лично сейчас этот вопрос выбил из равновесия, отчего я упал лицом прямо на мягкую поверхность дивана. Могу поспорить, со стороны это выглядело очень забавно. Не зря же этот бесячий парень по имени Мин Юнги усмехнулся, притом видно, что он это даже не пытался скрыть.
— Лучше скажи, что я тут делаю. — Я постарался сделать вид, будто того неловкого (по крайней мере, для меня) случая не было, встав с дивана и уверенно смотря ему в глаза. Почему мне кажется, будто этот самодовольный и принижающий взгляд я уже где-то видел. Да, раньше я безусловно сталкивался с ним в школе, мы ведь всё-таки одноклассники, как никак. Но вот именно этот взгляд, которым он сейчас меня поедает, говорит мне о чём-то другом, будто он так смотрит только на меня.
— Как будто ты не помнишь… — Его эта ухмылка меня раздражает, как и сказанные им слова. Да всё, чёрт побери, в нём раздражает, — мой огромный член в твоей упругой заднице.
На этих словах я застыл, смотря в одну точку. Мне не хотелось видеть его выражение лица, то, как он издевается надо мной. Я сам не могу сказать почему, но… я поверил его словам. Конечно, я ничего не помню, но подобные мысли проскакивали у меня в голове, и сейчас я будто, наконец, разобрался в чём заключается их суть. Возможно, в какой-то мере я даже рад, что этим человеком был не какой-нибудь маньяк-насильник, желающий незаметно закопать мой труп в ближайшем лесу. Хотя… какого хрена я несу, конечно, этот тип хуже всего вышеуказанного. Наверняка он сделал это не просто так. Спор? Желание сделать из меня ещё большего неудачника? Испортить мне жизнь? Всё может быть. Только сейчас это уже неважно. Прошлого не вернуть, но зато я в силах исправить будущее.
Я не стал показывать перед ним свои эмоции. Неважно, что я чувствую, как тысячи частиц разрывают меня на куски, как меня почти одолевает паника, что я одет в его вещи, что я не знаю, где находится это место.
Плевать, чёрт возьми, я готов уйти куда угодно, лишь бы не видеть его самодовольное выражение лица. Лишь бы убежать от какой-то там суровой правды, которая… правда ли вообще?
У меня есть здравый смысл. У меня есть ноги. Значит, я смогу отсюда выбраться. Неважно, как и сколько времени на это уйдёт.
Я прошёл мимо Юнги, будто его и нет в этой комнате, и спокойно направился к выходу. Вокруг и впрямь красивая природа. Если бы это был не дом этого парня, я бы даже сказал, что хотел здесь летом отдохнуть. Да вот только проблема, конечно, именно в том, этот большой и шикарный дом принадлежит Юнги и поэтому такие мысли будут далеко не к месту. Они — плод моего больного воображения, не иначе.
Когда я прошёл за ограду, мне начала виднеться дорога. Я не знаю, в какую именно сторону мне нужно идти, чтобы вернуться домой. Да, я ещё не знаю, сколько времени и сил нужно будет приложить, чтобы добраться до города, и смогу ли я это сделать с моими то колящими от боли ногами. Но… буду просто идти. Просто вышагивать вперёд в одну из сторон, которую я выбрал с помощью обычной считалочки. Забавно. Просто замечательно. Правая сторона. Я почему-то так и думал.
— Постой, Чим, — услышал я голос Юнги. Почему-то мне показалось, что в нём прозвучали нотки сожаления и беспокойства. Но, наверное, мне только показалось. По крайней мере, мне всё равно на его попытки помочь (?). Если бы он действительно хотел оказать мне поддержку, вряд ли бы он так надменно тогда посмотрел на меня. Вряд ли бы говорил такие ужасные вещи. Вряд ли бы, в конце концов, переспал со мной. Почему он — такой красивый и популярный — выбрал парня вроде меня? Какого хрена, спрашивается. Тут явно что-то нечисто. Наверное, и впрямь поспорил какому-нибудь своему дружку, что сможет переспать с неприметным «бабаподобным» парнем.
И вообще… почему я должен ему доверять, только потому что он мой одноклассник?! Я ничего про него не знаю. И даже при этом он всегда казался мне мутным типом.
Взять в пример меня. Про меня, если ничего не знаешь, я кажусь вполне себе адекватным парнем. И совсем неважно, что этот адекватный парень шатается по левым клубам, трахается с мудаками и просыпается в их домах, хрен знает в какой глуши. Господи, так говорю, будто я каждую ночь так делаю. Хотя, кто сказал, что если б я ходил каждую ночь в клуб, то со мной такого всегда не случалось бы? Думаю, именно по этой причине я должен отвесить себе несколько десяток пощёчин. Или, может, сделать татуировки по всему телу, побриться налысо, и, уверен, хотя бы тогда все перестанут принимать меня за дофига женственного парня и я… ох да, нахрена мне теперь спать с какой-нибудь красоткой, если я уже переспал с симпатичным парнем. К тому же этот самый парень вон какую заботу мне оказывает, могу поспорить, те девчонки такого никогда не получат. О нет. Когда я уже прийду в себя?..
— Не делай вид, будто не слышал меня. — Он подбежал, схватив меня за руку, и развернул к себе лицом, как какую-то неодушевленную куклу.
— Отвали, придурок. — Я посмотрел на него прожигающим взглядом, но это на него не подействовало. Он оставался всё таким же спокойным и ужасно раздражающим.
— Просто разреши помочь тебе, пожалуйста. — Я очень удивился, когда увидел в его глазах искренность. По нему видно, будто он не отпустит мою руку, пока я не соглашусь, и что он не отстанет, пока я, опять-таки, не соглашусь.
— Ладно. — Я вздохнул, чтобы создать видимость своего великого сожаления из-за согласия и назвал адрес, правда, не свой, потому что мне не хотелось бы, чтобы он узнал, где я живу. Однако на самом деле я буду только рад, если смогу, наконец, попасть домой и отделаться от всего этого. Он просто подвезёт меня, и я больше никогда не пересекусь вот так один на один с этим надменным типом.
* * *
Сегодняшний день для Чимина полон надежд и загадок. Он никогда ранее не посещал какие-то высококлассные клубы и тем более те, на которых, так сказать, зависают компании его сверстников, приходящие специально, чтобы отлично провести время с каким-нибудь незнакомым красавчиком или красавицей. Это не те мероприятия для проведения времени в кругу друзей или для обсуждения деловых вопросов. Здесь, скорее — запах дешёвых духов, пота, клубы табачного дыма и веселящиеся после приятия палёных наркотиков подростки. Такое место принадлежит лишь самым отчаянным любителям прожигать свою молодость за весельем и познанием всех прелестей жизни. Относится ли Чимин к такому типу людей хоть на малый процент? Вряд ли. Не относился, не относится и… может, когда-нибудь будет относится, но наверняка никто сказать об этом не сможет, потому что не знает, насколько один отчаянный шаг может изменить всё, что было ранее. — …и я бы не сказал, что тот вариант был сложным, — спокойно рассказывает про прошедшую самостоятельную Тэхён. Слушает ли его сейчас Чимин? Относительно. Хотя, скорее, его мысли витают где-то далеко от этого места в классе, где они находятся с другом. В последнее время у Пака слишком много планов по преобразованию своей жизни и изменинения её в любую другую сторону, а лучшая она или же нет, решать не ему — обстоятельствам. Изредка Чимин задумывается, что же будет с дружбой между ним и Тэхёном, когда у него появится девушка и компания, с которой он будет постоянно зависать. Он не хочет лишаться общения с этим рассудительным и искренним пареньком. Тэхён буквально стал для него второй его личностью — также важен и дорог, также не хочется вычёркивать из своей жизни. Но что сделаешь, если тот слишком замкнутый и наверняка даже не захотел бы познакомиться с его девушкой, когда она, конечно, появится. Что уж говорить о том, как бы он отреагировал на заявление о желании попасть на мероприятие подобного плана. Хоть они общаются не так уж и долго, притом Чимин не особо много знает о друге, но об этом может сказать наверняка, без страха оказаться неправым. Со стороны и при более близком знакомстве Тэхён остаётся всё тем же светлым парнем, про которого просто невозможно подумать: «Он желает трахнуть какую-нибудь левую девицу в каком-нибудь не менее левом клубе». Про Чимина вполне можно сказать, но только если хорошо узнать его. Только если опуститься на дно его сознания и полностью там осмотреться, записав краткий конспект. Кто знает, может, у Тэхёна подобные мысли на его счёт проскакивали — он знает его намного лучше остальных, — да только озвучивать он их не стал бы в любом случае. Слишком воспитанный и прилежный, будто выходец из благородной семьи. Его жизнь такая же вся прилежная, как и он сам. У него нет желания стать душой какой-нибудь компании или закурить косяк в два часа ночи. Тэхён его и не пробовал никогда. Тэхён его и не собирается пробовать. Только вот Чимин его мнение конкретно по этому поводу не разделяет. Как и по многим другим. Наверное, именно это нежелание куда-то стремиться отличает этих двоих. Вот Чимину хочется измениться, стать другой, совсем не похожей на нынешнюю, личностью. Хочется переступить через все имеющиеся ступеньки и добраться, наконец, до желанной вершины. Всё также делая вид, будто внимательно слушает рассказ Тэхёна, Чимин от незаинтересованности отвёл взгляд в сторону. Он не хотел кого-то увидеть и не пытался к чему-то приглядеться, но как-то случайно получилось у него столкнуться взглядом с тем самым красачиком-сердцеедом Юнги, про которого ему так часто рассказывали понравившиеся девушки. К слову, зрительный контакт они так и не прервали, пока Чимин не стал безразлично осматривать парня. «И что они в нём нашли? Обычный самодовольный выпендрёжник», — пронеслась мысль у Пака, после чего он перестал разглядывать одноклассника и сел на своё место возле Тэхёна, задав тому несколько наводящих вопросов, словно внимательно слушал его всё это время. Тот вздохнул и недовольно, но беззлобно что-то пробурчал про «я же только что об этом рассказывал», притом повторяя всё, казалось, так же, как и в первый раз. Чимин улыбнулся, про себя отметив, что всё-таки этого парня ему будет не хватать. Для него Тэхён классный и интересный. И неважно, что с ним слишком сложно двигаться дальше. Чимин никогда не будет смотреть на него как на «мешающийся груз», как и сбрасывать он его тем более не собирается.* * *
Одевшись в самую нескромную и вызывающую одежду из имеющейся, в виде чёрных обтягивающих джинс с белой рубашкой, расстёгнутой на несколько пуговиц, открывая вид на соблазнительные острые ключицы, Чимин закрыл глаза, досчитал до десяти и уверенно направился в клуб. Правда, пришлось ему незаметно сбежать из дома — родители своего сыночка на ночь глядя вряд ли бы отпустили или как минимум задали бы немало вопросов по этому поводу. Поехал он на такси, поскольку своя машина у него отсутствует, отчего пришлось выйти где-то за углом клуба, чтобы никто его не заметил. Нужно ли это кому-то следить за всякими «выбивающимися из общего движения» пареньками? Маловероятно. Но мало ли, вдруг найдётся кто-то, кому окажется не безразличен этот скромный (?) парнишка, несмотря на большое скопление других личностей, прямо показывающих свою открытость. Вот именно для таких случаев и нужна излишняя осторожность: одна ошибка, как правило, многого стоит. Пройти в клуб Чимину удалось без проблем, в конце концов, он один из немногих, кто так правильно протянул свой талон, чтобы попасть сюда. Многие, уже видно не в самом здравом рассудке, прошли спокойно внутрь, окинув «мальчика-правильность» взглядом, будто они короли этой жизни, а он — подвернувшаяся под руку пылинка, которую пора бы уже смахнуть. От такого начала «веселья» Чимин почувствовал впервые за недолгое время подступивший страх. Именно в этот момент он осознал, как же он не готов ко всей этой свободной и беззаботной жизни, когда пребывание в подобных клубах — твой второй дом. Ночной дом. Второй повод крупно пожалеть о своём походе в это место — нахождение отдельно от остальных. Казалось, все присутствующие разделились на небольшие компании, с наигранной крайней радостью поддаваясь присущей атмосфере. Также можно наблюдать скопление целующихся парочек, готовых раздеть друг друга прямо на виду у остальных, хотя пока им хватает поцелуя в засос и стонов от потерания одного мокрого тело о другое. Чимину от такого зрелища стало нехорошо, хотя по идее он должен был присвистнуть, порадоваться за того парня и представить себя на его месте. Ведь разве не ради этого он сюда пришёл? Чимин уже и сам не сможет сказать, почему он так сильно захотел изменить своё мировоззрение и жизненные принципы, если он — есть он, такой скромный и милый парень. И, главное, зачем ему это понадобилось? Какой механизм, отвечающий за порядочность, сломался, что возникли такие неполадки?.. Кажется, все сразу, добавив в придачу ещё кучу ненужного мусора, что только сильнее усугубляет ситуацию. Не зная, куда идти и как поступить дальше — путь назад, в принципе, отстутствует, Чимин решил таки попытать удачу. Он стремительно, будто отчаявшийся в жизни парень, собирающийся броситься под поезд, подошёл к одному из столику с компанией подростков, что-то бурно обсуждающих между собой. Их громкий смех немного сбил Чимина, но не помешал ему подойти вблизь к ним и смело поздороваться. Они сразу же перестали переговариваться, обратив на парнишку своё внимание. — Ты ещё кто такой? — осмотрев Чимина надменным взглядом и поморщив нос, словно от него пахнет просроченной консервированной рыбой, спросила самая близко сидячая к нему девушка. — Могу я к вам присоединиться? — голос дрогнул на последнем слоге, но это вряд ли кто-то заметил из-за шумной обстановки клуба. — Ты? — с нескрываемым недовольством оглядел его сидячий рядом с той девушой парень. — Свали по-хорошему, пидор крашеный, — он произнёс эту фразу с нескрываемой озлобленностью (к чему бы?), прямо намекая, что здесь всяким заблудшим душам не место. Чимин хотел было возразить, защитить свою гордость, но смех со стороны ребят из этой компании его остановил. Он сам навязался им — сам виноват, не умеет отбирать подходящий коллектив для знакомства.* * *
POV Чимин На утро я проснулся с ужасной головной болью. Хотелось снова заснуть, лишь бы не чувствовать, как эта чёртова голова в прямом смысле раскалывается, как отдаётся глухой звон в ушах. Но больше всего меня поражает, что я даже встать могу с трудом, поскольку ужасно болят ноги, особенно в области бёдер. И почему я одет в какую-то чужую одежду, ведь я… Совершенно ничего не помню. А конкретно с того момента, когда я пошёл в этот чёртов ночной клуб и попросил налить бармена какой-то левый напиток. Однако могу сказать наверняка. Только в нескольких вещах я точно уверен. Первое — переспать мне с кем-то, видимо, так и не удалось. Второе — я нахожусь не у себя дома. Кто знает, каким ветром меня занесло в какой-то левый дом. Кто же у нас такой любезный, интересно, что так заботливо предоставил мне помощь. Но вот только человек я неусидчивый и ждать подолгу, пока этот любезный появится, я не умею. Именно поэтому, превозмогая боль — я же всё-таки парень! — пошёл на так называемую разведку по дому своего либо спасителя, либо… узнаю, когда встречу этого незнакомца. Причём во всех подробностях. Выйдя из комнаты и оглянувшись, я пришёл к выводу, что это, видимо, частный дом, причём приличного размера. Теперь мне становится страшновато, ведь как выбраться отсюда самостоятельно, если скорее всего я нахожусь в каком-то отдалённом от города месте? Прогнав эти мысли, я аккуратно пошёл дальше, осматриваясь по сторонам. Никого не видно. Вокруг лишь тишина и кажется, будто слышен даже звук сквозящего ветра. Ноги всё ещё сильно побаливают, не зря же на них столько синяков. Хотя у меня возникает скорее такое чувство, будто я всю ночь пытался сесть на шпагат. Чёрт. Нет. Меня же не могли тут изнасиловать и бросить?.. В конце концов, я же не девка какая-то, хоть меня и
