Primus Inter Pares

После ухода Тэна Джемин все-таки отключился. Очнулся он только спустя несколько часов: в квартире не было никого, кроме него, а рука болела настолько сильно, будто еще немного — и отвалится. А ведь На даже не знает, есть ли у Донхека обезболивающее. Джемин медленно поднимается с пола и осматривается в поисках телефона: ему срочно нужно узнать, сколько у него осталось времени. Мобильник, однако, никто не трогал: он лежал там же, где парень его оставил — на столе. Стоило экрану загореться, как Джемин облегченно выдохнул. У него еще двадцать два часа, за которые он сделает абсолютно все, чтобы выжить.

***

Одной рукой работать в разы сложнее и медленнее, чем двумя, но Джемин из кожи вон лезет, чтобы докопаться до личности Отца. Он уже девять часов практически неотрывно сидит за ноутбуком, пытаясь найти хоть что-то, от чего можно оттолкнуться. Раз за разом пытается отследить звонки, но ничего не удается; пробует искать через людей, которые недавно передавали слова Отца — безрезультатно. Будто новый глава Стервятников — просто миф, какая-то непонятно кем и для чего выдуманная легенда. Джемину начинает казаться, что Тэн дал ему реально невыполнимое задание, но хакер просто не позволяет себе паниковать и опускать руки: не будь на кону его жизнь, он бы, несомненно, так и сделал, но сейчас цена неудачи слишком высока. На работает еще четыре часа, не прерываясь ни на еду, ни на сон, и все же находит что-то, за что можно зацепиться. Всего одна оплошность со стороны неизвестного, и Джемин уже начинает перебирать различные варианты, приближаясь, наконец, к раскрытию тайны. Фоновый шум перестает существовать, весь мир сужается до размеров экрана ноутбука, а пальцы стучат по клавиатуре чисто механически, будто не находясь под контролем хозяина. С каждым новым словом, с каждой новой буквой в коде дыхание замирает, а пульс учащается, будто Джемин бежит марафон, а не печатает текст в специальной строке. На не знает, сколько времени уходит на то, чтобы наконец узнать имя и местоположение Отца — за окном уже светло, значит с сумасшедшей скоростью пролетели вечер и ночь, — но когда парень наконец видит то, на что потратил столько времени, у него от шока открывается рот, а глаза расширяются настолько, что вот-вот вылетят из орбит. Он знает его. Джемин буквально подскакивает с места, чтобы успеть записать то, что он обнаружил: парень не сомневается, что его атаку скоро обнаружат, поэтому медлить нельзя. На находит какой-то наполовину исписанный лист и почти сточенный простой карандаш в комнате Донхека — плевать, что тот говорил ему не заходить туда — и возвращается к ноутбуку, чтобы переписать IP-адрес и имя. Только вот он совсем не замечает, что в квартире появился кто-то помимо него.

***

Я – 13:07 Встретимся сегодня?

Юно – 13:42 Не получится. Джонни загрузил работой :( Тэен хмыкает и убирает телефон в карман, заходя в особняк. Он прекрасно понимает, что Джэхен загружен не меньше него самого, поэтому особо не зацикливается на том, что у них не получится увидеться: обычно они встречаются на следующий день, сполна наверстывая упущенное время. Он первым делом идет к Тэну, который привычно сидит в зале, попивая кофе и просматривая последние новости: сбитая с толку полиция пытается найти виновника нескольких недавних убийств провинившихся наркодилеров, только вот Ли знает, что это гиблая затея — вот он, стоит здесь и наблюдает за их жалкими попытками через экран. — С возвращением, — говорит Тэн, и Тэен легко кивает ему, присаживаясь рядом и расслабленно закидывая ноги на стол: раньше, еще в детстве, таец ругал его за это, но потом смирился с такой привычкой своего друга разгружаться после поручений Отца. — Тут о тебе говорят, — Тэн следит за девушкой на экране, не прекращающей вещать об убитых мужчинах. — Что говорят? — незаинтересованно спрашивает, прикрывая глаза. — Что лучший детектив города не может тебя поймать уже несколько месяцев. До этого показывали интервью с ним, где он предположил, что ты какой-то отбитый серийник, выкашивающий преступников во имя собственной справедливости. — Детектив, если честно, туповат, — у Тэена на губах начинает играть веселая улыбка. — А по-моему он прав, — Тэн говорит абсолютно серьезно, на что Ли открывает глаза и удивленно смотрит на него. — Ты комнатный рэмбо-мститель, — кивает в подтверждение своих слов, сохраняя бесстрастное выражение лица. Тэен не может сдержать смех от услышанного, и Тэн слабо улыбается, видя, как его друг веселится. — У тебя хорошее настроение? — предполагает он, и таец кивает еще раз. — Что случилось? — Я почти нашел убийцу Марка, — Тэен одобрительно мычит, думая, что на этом новости заканчиваются. — Во-первых, это новоиспеченный Отец Стервятников, — красноволосый произносит удивленное «оу», и Тэн продолжает: — Во-вторых, Джемин в течение дня узнает его личность. — А с каких пор он работает на нас? — Вчера мы с ним замечательно побеседовали, и он согласился сотрудничать, — уголки губ ползут вверх, когда Тэн вспоминает свой визит к хакеру. — У него осталось три часа, — потом я загляну на чашечку чая. — Двух зайцев одним выстрелом. Ты как всегда, — Тэен откидывается на мягкие подушки и спустя несколько минут проваливается в легкую полудрему под фоновый шум телевизора.

***

Тэн поворачивает ключ в двери и удивляется тому, что она была не заперта: как таец ушел из квартиры, так На и не удосужился проверить дверь. Он нажимает на ручку и входит внутрь, встречаемый абсолютной тишиной — этого хватает, чтобы понять, что что-то не так. Джемина он находит в зале с дырой в затылке. Стреляли вплотную и, судя по тому, что соседи никак не отреагировали, или пистолет был с глушителем, или убийца создал выгодный для себя фоновый шум, заглушающий звук выстрела. Таец не может сдержать мат, когда видит, что ноутбук, на котором работал хакер, пропал: человек, убивший парня, забрал его с собой, видимо зная о том, что На что-то ищет. Или что он что-то нашел. Тэн замечает, что рядом с Джемином лежит один лишь простой карандаш с клочком криво оборванной бумаги. Будто парень хотел написать важную информацию, но ему не позволили. На обрывке были записи — судя по всему, Донхека — о планах на какие-то дни: ничего нужного Тэну. И снова кто-то оказался на шаг впереди него.

***

Джонни собирается домой. Ему уже осточертела возня с документами, которые не были проверены отцом; к счастью, сегодня последний лист был готов, и теперь он со спокойной душой может сбросить эту работу на мужчину, который занимался подобным еще при прошлом главе: Со хотел проверить все лично, чтобы сразу убрать тех людей, которые проворачивали выгодные для себя махинации. Енхо выходит из высотного здания поздним вечером и поворачивает в сторону своей машины. Пришлось припарковаться достаточно далеко из-за того, что его подчиненные, не зная, чего ожидать от Отца и боясь его гнева, приезжают засветло и уезжают только после того, как Со покидает помещение. Джонни срезает путь через безлюдный переулок: ему не хочется лишний раз сталкиваться с идущими навстречу людьми — зачастую в это время пьяными в подобной части города — и тратить лишние пару минут. Где-то рядом проезжает сигналящая, судя по всему, алкашу на дороге машина, на долю секунды освещая переулок. В это же мгновение раздается выстрел, и Енхо падает наземь.

***

Очнулся Джонни в больничной палате под мерзкий писк аппарата жизнеобеспечения. В нос сразу ударил запах медикаментов; грудь болела и была плотно перевязана, а у себя на ногах Енхо чувствовал какую-то тяжесть. Со рассматривал белый потолок, пытаясь вспомнить, как он здесь оказался: в голове почти сразу возник громкий сигнал автомобиля и оглушительный звук выстрела. Значит, на него, как на Отца Чистых, было совершено первое покушение. Стоило ему сесть, как рана открылась, и всего минуту назад белоснежные бинты окрасились в красный. Зато теперь Джонни понял, что давило ему на ноги, и сильно удивился: на них, с накинутым на плечи медицинским халатом, спал, мирно посапывая, уставший Тэн. Енхо совсем не ожидал увидеть кого-то в своей палате: он привык, что Чистые предпочитают продолжать заниматься своими делами вместо того, чтобы тратить время на бесполезное посещение раненого — так делал его отец, так делал и сам Джонни. Но в другом секторе, как оказалось, все иначе. Джонни долго рассматривает спящего тайца: под глазами залегли темные синяки, сам парень был каким-то бледным, почти болезненным, будто и не спал вовсе. От одной лишь мысли о том, что Тэн просидел рядом с ним все то время, что Енхо был без сознания, внутри разливается приятная теплота: в том, что на месте тайца он поступил бы также, Джонни отчего-то не сомневается, готовый проигнорировать принцип Чистых. Он вообще ради тайца многое готов сделать. Готов откладывать, казалось бы, важную работу, лишь бы уделить больше внимания Тэну, который это самое внимание требует с особой настойчивостью; готов подвергать свою жизнь опасности, ставя на кон все и делая то, что ему несвойственно. Джонни проводит рукой по мягким темным волосам, и таец медленно открывает глаза. Он все еще сонный, но стоит ему увидеть багровое пятно на груди уже бодрствующего Енхо, как глаза сразу становятся ясными. — Я позову врача, — порывается встать, но старший хватает его за запястье и сразу жмурится от боли. — Джонни. — Ничего серьезного, посиди тут, — голос Енхо звучит хрипло, и мужчина откидывается на подушку сразу, как чувствует, что Тэн не намерен сопротивляться. — Ты кровью истекаешь, если не заметил, — таец смотрит на него осуждающе, но Джонни лишь тихо и коротко посмеивается. — И вправду, — боль с каждой секундой усиливается, и Енхо хмурится, пытаясь ее игнорировать. — Лежи тут. Не надо врать мне, что все хорошо, — Тэн видит, как Джонни бледнеет, и подрывается за врачом. Медик приходит быстро, по новой обрабатывая и перевязывая рану от пули. За все время, что третий лишний находился в палате, Енхо не проронил ни слова, молча ожидая, когда тот закончит и уйдет. Как только тот покидает помещение, Джонни задает интересующий его вопрос: — Как я здесь оказался? — Тебя нашел кто-то из ваших и привез сюда. Я приехал сразу, как только узнал о случившемся, и успел поговорить с ним. Представился, кажется, Джисоном; рассказал, что шел вечером домой, как вдруг услышал звук выстрела и, разумеется, помчался на него, но в переулке не нашел никого, кроме тебя, лежащего в луже крови. Он выглядел совсем маленьким, перепуганным, и то и дело озирался на тебя, будто боялся упустить из виду. Потом тебя увезли в операционную, и я отправил Джисона домой: так бы он и сидел тут, не зная, что теперь делать, и ожидая, когда ты проснешься и что-нибудь ему скажешь, — Тэн говорил медленно и тихо, сверля взглядом чистые бинты. — Пулю вытащили. Оказалось, что она из такой же беретты, как твоя собственная, — таец переключает внимание на панораму утреннего города, стоя рядом с окном. — В Чистых многие стреляют из беретт, — Джонни выдыхает и тоже переводит на него взгляд и видит только, как светит яркое солнце, проникая своими лучами в больничную палату. Тэн наблюдает за тихими утренним городом, скрестив руки на груди. — Кто-то из наших, судя по всему, уже хочет занять мое место. — Нет, — пересекает таец, и Енхо смотрит на него с интересом. — Я практически уверен, что это были Стервятники. А если быть точнее, то их Отец. — Почему ты так думаешь? — заинтересованный Джонни снова порывается сесть, но Тэн, слыша за своей спиной какое-то копошение, оборачивается и несильно касается его плеча, пресекая обреченную на неудачу попытку. — Долгая история, — таец садится на край кровати, чтобы у Енхо больше и мысли не было шевелиться. — Мы никуда не спешим, — произносит Джонни, и Тэн, устало выдыхая, приготавливается рассказывать. Спустя несколько долгих минут монолога в голове Енхо вся картина складывается целиком. Единственное, что он не может понять — это для чего Отец начал действовать так скоро, подвергая и себя, и своих людей опасности. Ведь ни Чистые, ни Двуликие так просто это не оставят. — Вы проверяли городские камеры? — Джонни надеется, что хоть так они смогут узнать, кто это был, но ответ Тэна обрубает всю надежду на корню. — Да. Ни одной записи того вечера.