Daemon stella

      Амабель застонала, бормоча что-то насчет «еще пару минуточек», когда она перевернулась в постели. К сожалению, ее просьба была проигнорирована, и в следующий момент тяжелое одеяло было сорвано, и ей стало холодно. Она проскулила, свернувшись клубком, чтобы сохранить тепло как можно дольше. «Миледи, просыпайтесь!», — сказал незнакомый для девочки женский голос. Быстро сев, зеленоглазая увидела перед собой две служанки, в руках одной из которой было одеяло.       Они были одеты в чёрные длинные платья, волосы их были собраны в строгий пучок, что ни один волос не торчал. Они не смотрели в глаза.       «Где я?», — спросила шатенка, наконец обратив внимание на свое окружение. Ярких тканей и рисунков на стенах, как в её комнате, не было. Это была не её спальня. Это была большая комната, с высокими стенами, огромными окнами, что открывали вид на бирюзовый океан. Даже кровать была слишком большой и роскошной для неё. Кровать была настолько большой, что Амабель могла бы спать на ней вместе со всей своей семьей! Семьей… События вчерашнего дня ударили в голову. Её охватила дрожь. В голове эхом зарождались вопросы, и эту суету прервал голос служанки. Она сказала, что девушка спала двое суток.       Встав с кровати, она вздрогнула, когда её босые ноги коснулись холодного деревянного пола. Голова кружилась. Она посмотрела на свой палец и раны почти не было. Подняв голову, она увидела перед собой длинное зеркало. Она заметно побледнела и исхудала. На ней была ночная сорочка. «Кто меня переодел?» — спросила она у служанки, что копалась в огромном шкафу с одеждой. Её там было очень много. «Я, миледи», — ответила вторая служанка, уже поправившая постель. Не успела девочка опомниться, как они начали её раздевать. Амабель кричала на них, чтобы те её не трогали, а служанки покорно отвечали, что им нужно её умыть, и это приказ короля.       Безумный король!       На крики шатенки пришел главный слуга, холодным тоном усмирив пыл юной особы. «Коль вы желаете собственноручно умыть своё тело, то ступайте, но с этого дня они везде будут за вами приглядывать». В конце концов всё случилось так, как и сказал дворецкий. Амабель, приученная с самого детства к самостоятельности, было некомфортно, и от настойчивых взглядом служанок она лишь сильнее смущалась.       Выйдя из ванной, они усадили её на богато украшенный стул за туалетным столиком, высушили ей волосы и аккуратно их расчесали, одели её в пышное розовое платье. На руках были буфы, на талии и на плечах бантики фиолетового цвета. На ногах розовые туфельки, тоже с бантиками.       Одна из служанок поспешно вышла из комнаты, вернувшись с огромным подносом еды. Вскоре рядом с окном для зеленоглазой был накрыт стол, полный яств. Живот сильно урчал. Сев за стол, прислуга начала подавать ей еду. После обеда к ней пришел дворецкий, который стал учить её манерам. Он пугал её, и зеленоглазая, какой бы смелой она не была, сторонилась ему перечить. Она лишь кивала и сохраняла молчание.       Ближе к вечеру все оставили её одну в комнате. Эта комната была как у самых настоящих принцесс, о которых она читала в своих книжках. Белоснежные стены, дорогая мебель, посуда из серебра, украшения и драгоценности из ценных камней… И одета она была как принцесса, а не как служанка. Ей не верилось глазам, она желала думать, что это сон. Вспоминая вчерашнее, она по-правде начала считать этот сон кошмаром. «Нужно отсюда бежать!» — подумала она. Подойдя к двери и повернув ручку, шатенка медленно выглянула в обоих направлениях тускло освещенного коридора. Убедившись, что никого нет, она вышла. Она проходила мимо экстравагантных портретных картин и фонарей при свечах, размещенных на стенах. На фоне слабого света, лица на портретах выглядели устрашающе. Обняв себя, Амабель тяжело вздохнула и увидела пар, исходящий из её рта. Здесь было настолько прохладно.       Большинство дверей, которые она пробовала открыть, были заперты, и ей открывались лишь пыльные спальни. К её удивлению, на её пути до сих пор никто не появился. Она продолжала блуждать по запутанным коридорам, похожим на какой-то внутренний лабиринт, пока не вышла в сад. Он был в центре замка. За садом никто давно не ухаживал, это было понятно по увядшей и мертвой листве. Земля была сухая и твердая. В середине сада был фонтан, из которого по идеи должна была идти вода, но этот механизм не работал. В ней почти не было воды.       — Что ты здесь делаешь?       Сзади донесся знакомый властный голос. Амабель быстро повернулась к нему и с опущенной головой поклонилась, как и учил сегодня дворецкий. Она могла поклясться, что чувствует куда он сейчас смотрит. От его янтарного взгляда по всему телу бежала волна мурашек.       — Мне повторить свой вопрос?       — Я решила прогуляться, — робко ответила она всё так же с опушенной головой. Она слышала, как он шагал в её сторону. И ей становилось всё холодней. Он схватил её за подбородок, подняв её взгляд с туфелек на свой глаз. На лице его была ухмылка.       — То есть ты сейчас скажешь мне, что не пыталась сбежать?       — Ваше величе… — он закрыл ей рот рукой.       — Я разве сказал тебе отвечать? Чем сегодня Саймон с тобой занимался, черт возьми, — раздраженно сказав, он пустил свои руки на её плечи, после чего усадил на край фонтана. — Последний раз говорю, сделай себе одолжение, будь хорошей девочкой. Если ты будешь хорошей, то, — он широко улыбнулся во все зубы. — может быть, я дам тебе встретиться со своей семьей. Поняла меня? — в ответ последовал кивок. — Я тебя не слышу.       — Я вас поняла, ваше величество.       — Умница.       Он небрежно погладил её по голове, что немного взбесило Амабель. Ей не нравилось, когда чужие трогали её волосы. В таком случае она выходила из себя. Она была очень эмоциональной натурой, хоть её и нелегко было задеть. Она может весь мир в клочья разорвать от гнева и обиды, не сумев промолчать. Не всегда у неё получалось терпеть слова по-девичьи скромно, скрывая обиду и раздражение. Ей мать и отец, зная о её импульсивности, всегда говорили, чтобы она была послушной, проявляла только сдержанность, была осторожней и нежной, не кричала, ведь вдруг услышат соседи, а потом будет такой позор. Но сейчас она не могла ничего сделать королю.       — Ну как тебе тут? Нравиться? — спросил он с усмешкой.       — В саду нет цветов, все растения мертвы, — ответила она, повернув голову к пожелтевшей воде в фонтане. — Какие ваши любимые цветы?       — Я не люблю цветы.       — Совсем не любите? — она с сомнением посмотрела на него.       — Не вижу смысла любить то, что недолговечно.       — Жизнь сама недолговечна, — ответила она, не задумываясь. — Время на всё ограничено. Никто не вечен, ничто не вечно. Разве не потому следует любить? — она улыбнулась. — Звёзды падают, падают государства, империи… океаны могут испариться и весь мир тоже когда-нибудь погибнет.       — Но не я, — шепчет он еле слышно. — Какие цветы ты любишь? — и меняет тему разговора приятно сладким голосом.       — Одуванчики, — её улыбка стала шире, когда в её голове предстали воспоминания о цветах. — И маки. Я люблю полевые цветы, — полевые цветы всегда вызывали у неё восхищение. Такие нежные, ароматные. Маки, полевые ромашки, одуванчики, незабудки… Растут на свободе без ухода, ведь им никто не нужен.       — Здесь такие не посадить, — эти слова поразили её. Неужели король хотел по её желанию восстановить сад?       — А можно тогда розы? — её глаза заблестели и она, как маленький ребёнок, посмотрела на него в ожидании ответа. Он всё так же улыбался и забавлялся тем, что она быстро теряла бдительность. Обмануть её было проще простого.       — Можно, — он кивнул. — Я завтра же дам приказ посадить здесь цветы и деревья. Но до тебе запрещено покидать свои покои без сопровождения.       — Кстати об этом, — лицо у девочки стал серьёзным. — Ваша милость, зачем мне прислуга, если я ваша служанка?       — Скажем так, ты не простая служанка. И работа у тебя будет не простая, — он хитро улыбнулся. Амабель ничего не поняла, и вопросов у неё стало только больше. — Что за истерику ты сегодня закатила? — он засмеялся, а она закрыла покрасневшее лицо. — Что же, раз тебе так с ними не комфортно, ты можешь самостоятельно принимать ванну и переодеваться. Но ты должна знать, что они везде не будут следовать за тобой… Ты спала двое суток, и я уж начал думать, что ты не проснешься. Не предполагал, что ты такая слабая. Мне придется тебя ещё больше кормить, чтобы в следующий раз ты так быстро не потеряла сознание.       Зеленоглазая внутри сжалась. Подул холодный ветер. От мягких солнечных лучей не осталось и следа. Они остались за стенами каменного замка. Она начала дрожать. То ли от страха, то ли от холода. Её мнение о короле постоянно менялось. В начале он предстал перед ней как нечто великолепное, идеально, затем жестокое и холодное, а теперь внимательное и обаятельное.       Быстро встав с фонтана, Амабель поклонилась на прощание перед своим королем и хотела побыстрее уйти с его поля зрения, но вдруг её тело застыло. «Тебе от меня не сбежать», — услышала она у своего уха перед тем, как холодные и длинные пальцы закрыли её глаза.