Цветочная лавка в Забытом переулке. Дилогия

​ Ян переступил порог подвала и тут же почувствовал, что дышать на подземном этаже нечем — не было ни вентиляции, ни окошек, иногда граничащих с уровнем тротуара. Осмотревшись, Ян заметил стоявший у входа стол, на нём гудел старенький сканер. Стационарный компьютер в полной комплектации был опущен на пол и его место на столешнице занимал ноутбук — как посчитал Ян, непозволительная роскошь для госучреждения. Вокруг стола были разбросаны папки с материалами дел, стояли коробки. — Здесь кто-то был? — спросил Ян, кивая на включённую технику. — Ты же говорил, что здесь сейчас никого нет. — А? — Пётр проследил за его взглядом. — А-а, это нашего айтишника. Видишь, проводов сколько? Приглядевшись, Ян кивнул, обратив внимание на распределительный щиток и кабели, которых поначалу и не заметил. — Уж не знаю, чем он тут сутками напролёт занимается, но парнишка странный. Сам себе на уме. Пошли, нам в самый конец. Там вроде старые дела лежат. Они двинулись вперёд. Здание теротдела было обычной кубической формы, без каких-либо дизайнерских излишеств и архитекторских пристроек, но из-за железных шкафов высотой до потолка у Яна создалось впечатление, что он попал в лабиринт со множеством поворотов. На полу повсюду были расставлены башни из коробок. В некоторых из них было столько бумаги, что картонные крышки лежали на папках только для того, чтобы где-нибудь не затеряться. Закрыть коробки они были не в состоянии. — Разве вы не должны утилизировать старые дела? Там же какой-то срок давности есть. — Должны-то должны, но… Всё как-то руки не доходят, понимаешь? — Пётр обернулся к Яну через плечо и тут же запнулся о коробку. — Ах, чёрт!.. Башня из коробок наклонилась в сторону, но Пётр успел подловить её и вернуть на место. — Да чтоб это всё утилизировать, — продолжил мужчина, пробираясь вглубь архивного лабиринта, — надо всё сначала как следует пролистать, рассортировать и сделать об этом соответствующие записи. Ну, знаешь, чтоб лишнего не выкинуть. Ян утвердительно кивнул. — А людей для этого всего нет. К нам даже практикантов не посылают, где руки-то лишние найти? — Действительно проблема. — А я о чём!.. — воскликнул Пётр, не расслышав в тоне Яна саркастические нотки. Как оказалось, дела и в самом деле никто не утилизировал, пуская их в лопасти шредера. Им пришлось потратить целый час, чтобы понять, с какого конца архива начинать поиски. Ян перебирал папку за папкой, но никак не находил нужных ему материалов. Сложность поисков заключалась в том, что он не знал, в каком году погибла интересовавшая его женщина. Так же, как он не знал, как полиция — в то время милиция — квалифицировала её убийство. И нашли ли они её тело, чтобы заводить дело? — Это как искать иголку в стоге сена, — подытожил Пётр, демонстративно закрывая шкаф, в котором оставалось ещё несколько полок с не просмотренными им папками. — Скажи уже, для чего всё это? — Меньше знаешь, Петюня, — вчитываясь в рапорт, произнёс Ян, — крепче спишь. Ты мне лучше скажи о том, как раньше делам номера присваивали? — Как? Да так же, как сейчас. Только сейчас всё вносится в систему. Ну знаешь, электронный документооборот и всё такое. У нас там, в компьютерах, таблички есть, в которые основная информация по делам и заносится. Раньше такого не было, номера по журналам специальным присваивались, но… Вряд ли эти журналы ещё хранятся. Ян захлопнул папку. — Значит, всё бесполезно? — Я этого не говорил. Но всё, что мы имеем на данный момент, это твоя информация о женщине, которую утопили. Когда-то давно, но как давно ты не знаешь. Где её утопили — ты не знаешь. Кем была эта женщина — ты не знаешь. Кто её убил — ты не знаешь. И нашли ли её тело… — Я не знаю, — закончил фразу Петра Ян, понимая, к чему он вёл. — Ты прав, это как искать иголку в стоге сена. Ян обвёл взглядом коробки. — Никогда бы не подумал, что у нас произошло такое количество преступлений. — Что? — Я обо всех этих делах, — пояснил Ян. — На первый взгляд наш город — само спокойствие. А на деле оказалось, что в тихом омуте чертей предостаточно. Пётр так же обвёл взглядом помещение и безразлично пожал плечами. — Не всё это наше. — В смысле? — удивился Ян. — В году так две тысячи пятом, если память меня не подводит, многие мелкие отделы стали объединять в более крупные по территориальной принадлежности. И так получилось, что к нам присоединилось семь или восемь отделов. Так как только у нас здание находится в собственности, то из нас решили сделать библиотеку. — Библиотеку? — Ну архивную, другими словами. Всю эту макулатуру к нам свезли. — Ясно. Ян взглянул на свои часы. Стрелки двигались к четырём часам дня. Ему отчего-то казалось, что найти в архиве старое дело не составит никакого труда: кто же знал, что материалы по совершённым во всей округе преступлениям свезут в одно место? Хотя, Ян это признавал, с самого начала его затея была провальной. Найти дело об убийстве женщины, не зная года совершённого преступления, места и предполагаемого преступника — даже хуже, чем искать иглу в сене, ту найти всё-таки было возможно. Когда Ян потянулся к ближайшей к нему папке, он услышал отзвук шагов, доносившихся от входной двери. Так и замерев с вытянутой вперёд рукой, он уже по привычке напрягся, готовясь абсолютно ко всему, что могло последовать за появлением незнакомца. Но когда человек показался перед его глазами, он нисколько не сомневался в том, кем этот человек являлся. Айтишником оказался парень чуть больше двадцати. Немного полноватый и невысокого роста, в очках из прозрачной оправы, чёрных потёртых джинсах и такого же цвета застиранной футболке. На груди облезала теперь уже нечитабельная надпись на английском. На подбородке и скулах сквозь кожу пробивались жёсткие тёмно-рыжие волоски зарождавшейся щетины. — Вам чем-то помочь? — спросил парень таким тоном, будто спрашивал: «А что вы, собственно, тут двое забыли?» — Если нет, то вы ведь знаете, что без разрешения в архив спускаться нельзя. Последнее он произнёс уже для Петра. — Мне, конечно, всё равно, но если вас кто-то заметит, то я буду первым, кому за это попадёт, — продолжил парень, намереваясь вернуться к своему столу. — Поэтому, если у вас нет разрешения, будьте добры уйти. Мне ещё кучу старых материалов отсканировать надо, а я не люблю работать в компании. Понимаете? Понимать заскоков этого парня Ян не собирался, но слова о сканировании старых документов заинтересовали его. Он вспомнил, сколько коробок стояло у стола на входе, вспомнил новенький компьютер и сканер. Парень действительно сканировал дела. — Старые документы? — повторил Ян. — Насколько старые? Парень взглянул на него недоверчиво, затем перевёл взгляд на Петра. — Так…что вы ищите? Ян вкратце рассказал ему о деле, которое искал, опуская из своего рассказа некоторые моменты.  — Здесь дела хранятся с 1950 года, — дослушав его, произнёс айтишник, зовя незваных гостей за собой. — Они старше моей бабули, если что. И я уже отсканировал материалы до 1973 года. Так что если там не найдём то, что вы ищите, придётся подождать ещё…недели три. — Ты проделал огромную работу, — сказал Ян, прикидывая, сколько страниц могло быть в одном уголовном деле. — Но зачем ты её делаешь? — Разгребаю свой будущий кабинет. — Будущий кабинет? — Большую часть подвала отдадут в моё распоряжение, если я освобожу для себя место от старых дел. — И ты их сканируешь, — произнёс Ян. — Да. — Но их ведь можно уже просто выкинуть, разве нет? — Можно, но начальство… — страдальчески протянул парень, усаживаясь на крутящийся стул. Нажав на клавишу пробела, он привёл ноутбук в чувство и, кликнув по таблице на рабочем столе, взглянул на Яна. — Начальство считает, что все эти документы ещё могут кому-то пригодиться. Поэтому, если я хочу занять подвал, мне нужно отсканировать все дела вплоть до начала нулевых, чтобы бумажные носители с чистой совестью можно было выкинуть. Сказав это, он опустил взгляд к ноутбуку. «В какой-то степени я даже рад тому, что здесь такой начальник», — подумал Ян, представив, что при другом руководстве все эти папки и коробки горели бы в бочках на заднем дворе, и тогда у него не было бы и одной сотой процента на то, чтобы что-то найти. — Значит, труп — женщина, да? — уточнил айтишник, вбивая в таблицу фильтр. — Года убийства Вы не знаете. — К сожалению, — подтвердил Ян, — Возраст? — Не знаю. — Способ убийства? — Насколько мне известно, её утопили. Айтишник постучал пальцами по краю стола. — Попробуем удушение, — печатая, произнёс он и нажал на клавишу «Enter». Таблица обновилась, количество строчек уменьшилось, но их всё равно оставалось около тысячи. — Смотришь на такие записи и удивляешься: откуда в людях столько злости? — почесав щёку, произнёс Пётр, выискивая взглядом место, на которое мог присесть. Айтишник покрутил колёсиком мышки вперёд-назад и спросил у Яна, верна ли его догадка, что убийство произошло на улице? Или же женщину утопили в ванне? — Это было на улице. Река, возможно. Пока парень вбивал очередной фильтр, Пётр с сомнением изрёк: — Так у нас тут ни речки, ни ручейка. Одни поля за городом, да лес. — Это сейчас, — обернувшись через плечо, произнёс Ян. — А в пятидесятых? — В пятидесятых город только-только на город становился похож. Если речки и были, то их осушили, чтобы дома построить. — Думаешь? — Уверен. Я помню, как в детстве любил у отца фотографии послевоенные рассматривать. У него целый альбом был, посвящённый нашему городу. В их диалог вмешался айтишник. — О, смотрите, — с неким восторгом произнёс он, заставляя и Яна и Петра обратить своё внимание на экран ноутбука. — Осталось чуть больше трёхсот записей. — А что ты сделал? — Убрал домашнее насилие из фильтров. Представьте только, сколько женщин убили в их же квартирах. — Парень встрепенулся, передёрнув плечами. — Жуть. — Три сотни записей уже не так много, и всё же… Какие ещё есть фильтры? — Полезных больше никаких, — признался парень. — Того, что есть, для архивирования вполне достаточно. Больше, в принципе, и не требовалось. Год происшествия, следователь, ведший дело, жертва. Место преступления, преступник, способ убийства и номер дела. Вот и всё. — Понятно. Значит, до семьдесят третьего года всё отсканировал? — Ага, и ещё столько же осталось. — Айтишник обернулся к Петру. — Так как будете искать? Не то, чтобы мне это было интересно, дела-то списанные — что хотите, то с ними и делайте, но… Мне куда файлы-то перекинуть? Работы ещё много, не хочу выбиваться из графика. Было решено, что таблицу с информацией по делам и сами дела в отсканированном виде айтишник скинет на компьютер Петра по внутренней сети. Чтобы не отвлекать друга от работы, покинув подвал, Ян направился к своей машине, оставленной на парковке во внутреннем дворе. В бардачке у него всегда лежала рабочая флешка, на тот случай, если по какой-то причине рабочую информацию будет проблематично передать с помощью Интернета. «Если повезёт, то уже совсем скоро мы узнаем, кем же Женщина в красном была при жизни», — подумал он, пряча флешку в карман и закрывая машину.