You are my lust

POV Lili Три дня спустя Радостный визг черноволосой девушки доносится до ушей, отвлекая меня от разглядывания выбранного мною платья, и я недоумённо посмотрела в сторону застывшей от необузданного счастья подруги, которая, как мне показалось, была готова завизжать на весь бутик. Пытаюсь подавить смешок и лишь качаю головой. — Лили, ты посмотри на это платье! Оно идеально, чёрт возьми! Ты точно должна купить его для Сан-Диего! — восторженно кричит Мендес, а я начинаю чувствовать возрастающую тревогу, заполняющую все клеточки моего тела. До предстоящего мероприятия оставалась всего пара дней, прежде чем мы сможем доснять первые два эпизода третьего сезона и отправиться в Сан-Диего. Внимание множества журналистов, фанатов и интервьюеров будет уделяться нашему сериалу, что не могло меня не огорчать. Да, я действительно рада, что наш сериал имеет такой успех и популярность, но только не теперь, когда фанаты или журналисты могут заметить мой совсем ещё небольшой животик, и тогда новая порция слухов облетит весь интернет, чем и привлечёт всё внимание ко мне, чего мне категорически нельзя допускать. От мысли, что общественность узнает информацию о моей беременности раньше, чем положено, сдавило грудь, а воздуха и вовсе будто бы перестало хватать. Я должна сохранить эту новость как можно дольше. Нельзя допустить, чтобы интернет узнал раньше, чем это невозможно будет больше скрывать. Перевожу взгляд на платье, и мои зрачки расширяются, когда я замечаю черное обтягивающее платье с глубоким вырезом в зоне декольте, так хорошо подчеркнувшее бы мои достоинства. — Нет, Кам, оно не подойдёт мне, —грустно усмехнувшись, пробормотала я, поджав губы и вяло уставившись в одну точку. Брюнетка удивлённо прожигает меня глазами, от чего я вздрагиваю и ощущаю пробежавший по спине холодок. — Подожди, почему? Оно же классное! Красивое, тебе подойдёт, — оживленно рассказывает Камилла, попытавшись донести до меня, что это платье идеально мне подойдёт, но я лишь просто качаю головой, отрицая все слова подруги до этого. — Я не спорю, что оно красивое, но оно слишком обтягивающее. Актриса хмурится. — Я имею в виду, что почти к концу второго месяца мой живот стал чуть-чуть больше, и я не хочу, чтобы пошёл новый слух, — пролепетала я, надеясь, что девушка перестанет навязывать одежду. Но в глубине своей души я знала, что это не единственная причина, по которой я не хочу покупать эту вещь. Есть ещё одна. И очень важная. — Коул не разрешает тебе носить такие вещи? — прямолинейно спрашивает она, сложив руки на груди и недовольно сузив глаза, посмотрела на меня. От этого пронизывающего все мои атомы взгляда в венах забурлила кровь, а сердце заколотилось как сумасшедшее. Мендес сразу поняла важную причину, которая мешает мне носить такие вещи. Ревнивый до безумия Коул Спроус, который практически всегда против того, чтобы я носила такую откровенную одежду. «Меня раздражает, что они пялятся на твою грудь», — буквально прорычал мне эти слова парень, когда мы остались наедине друг с другом, оторвавшись от остальных людей из каста. Тогда его злость можно было с лёгкостью увидеть в потемневших от застилающей разум ярости, заметив то, как какой-то мужчина окинул глазами мое декольте, чем вызвал невероятный гнев Спроуса в тот вечер. «Только я могу смотреть на твоё декольте», — эти слова навсегда сохранились в моем сознании. Ничего не отвечаю, просто киваю, соглашаясь с предположением девушки. Та лишь раздражённо закатывает глаза. — Чёртов собственник. Хихикаю, облизнув пересохшие губы. — Ладно, Рейнхарт, — деловито говорит Камилла, сразу продолжая, — Раз уж твой парень до такой степени ревнив, что готов убить всех, кто просто посмотрит на тебя, чем невероятно меня раздражает, то мы должны найти тебе менее откровенный наряд. Не в моих правилах сдаваться обнаглевшему Спроусу, но проще найти тебе другое платье, чем бороться с его чувством собственичества, — радостно киваю в ответ, забирая платье из рук девушки и вещаю его на место, оглянув магазин и заметив закрытое белое платье, чем-то схожее с нарядом Мэрилин Монро, которая ещё с раннего детства вдохновляла меня своими поступками, и направляюсь к нему, оставив Камиллу позади себя. Беру в руки вещи и удовлетворёно вздыхаю, осознавая, что это платье точно можно будет надеть на Comic-Con, не заботясь о ревности любимого. — Ну, что, нашла что-нибудь? Оборачиваюсь на голос Мендес и улыбаюсь в ответ, сильнее прижимая ткань к груди. Камилла окидывает глазами платье, после чего медленно кивает. — Да, вполне симпатично. Тебе точно пойдёт. И твой обезумевший от ревности Коул, я надеюсь, не будет против, —фыркнув, сказала та, снова закатив глаза при упоминании ревности моего парня, всем видом показывая своё недовольство по поводу того, какой же брюнет всё-таки собственник. Пожимаю плечами, глубоко внутри себя надеясь, что это действительно так. Наш диалог прерывает неожиданно возникшая из моей сумочки вибрация моего телефона, вынудившиая меня оторваться от платья и достать гаджет. Тепло расползается по организму, а все страхи мгновенно исчезают, когда я замечаю на экране такое родное, нужное мне сейчас слово «Мама». Мы не общались больше двух недель и это было ошибкой. За это время я успела понять, что соскучилась по маминому голосу, да и не только по нему. По ней всей. С радостью отвечаю на звонок, даже не представляя, что произойдёт дальше. —Лили, как ты могла скрыть от меня, что беременна?!