Девятый Король

      Выпав из портала, Грох упал на колени.       — «Спаслись…» — Промелькнула мысль и затерялась в дали, стоило только монаху осмотреться.       Взору мужчины предстала картина, сильно отличающаяся от привычной тому действительности.       Компания авантюристов приземлилась на холме, вид с которого открывался на огромный, залитый светом и заполненный шумом, город. На взгляд Гроха, до города, что не был защищён стенами или иными другими способами защиты, на подобии рва или, на худой конец, выставленной стражи, идти было минут пятнадцать, но даже с такого расстояния был слышен гул, крики и нечто похожее на стон сладострастия.       Потратив время на приведения в чувство своих товарищей, Грох меж тем кидал взгляд на город, что странным образом манил к себе, пробуждая в душе здоровяка давно подавленные чувства.       Люди встали плечом друг к другу и направили свой взор на бескрайнее место проживания разумных.       — Какой замечательный и…       — Пугающий город.       Начавшего было произносить фразу Кроффа перебила Лира. Она зябко поёжилась, словно бы вспоминая нечто неприятное.       — Деваться нам некуда, так почему бы не пойти и не осмотреть это место? — Крофф потёр руки, представляя свой заслуженный и долгожданный отдых.       — Не будем торопить коней. Нам ничего неизвестно ни о городе, что простирается до горизонта, ни о месте где мы находимся. Не забывай, что изначально мы заходили в замок одного из Королей Жадности! — Казас высказал вслух мысль, что нет-нет, да посещала головы других членов команды, разве что у плута эта мысль как залетела, так сразу и вылетела.       — Ну вот, зайдём в город, заодно и узнаем ответы на все вопросы: и куда мы попали, и что это за город, и где можно вкусно поесть? Давай, босс, вон, даже Грох согласен.       Монах действительно кивал на фразу, что произносил черноволосый парень, одетый в кожаный доспех. Чары города манили полуголого мужчину.       — В твоих словах есть зёрна правды… Ай, всё равно его не обойдёшь и ответов на холме мы уж точно не найдём. — Махнул рукой лидер группы, не обращая внимания на побледневшую девушку. В его голову так же пробрался и укоренился зов Города.       Мужчины, будто каждый день репетировали, синхронно, чуть ли не в припрыжку, стали спускаться с холма и Лире ничего не оставалось, как отправиться за ними, поудобнее перехватив свой магический посох с шарообразным навершием, переливающимся всеми цветами радуги.       Вход в Город действительно не охранялся. Он был образован из домов, настолько плотно теснившихся друг к другу, что не оставляли зазора для прохода, а высота зданий не позволяла их перелезть. Если смотреть вдоль домов в обе стороны, то можно было заметить отсутствие других входов. Либо приключенцам везло, либо ход появлялся в зависимости от местоположения гостей.       Путники осматривали промежуток, не решаясь зайти внутрь. Мужчины сопротивлялись голосу Города настолько, насколько это возможно. Меж домов висела табличка с непонятной авантюристам надписью, однако путешественники и без перевода могли понять смысл: «Добро пожаловать». Под надписью была нарисована маленькая мордашка с улыбкой. И всё бы ничего, если бы не красная кожа, выступающие клыки и чёрный хвост, что оплетал надпись.       Гул голосов, перемешиваемый смехом и криками, звучал из домов, расположившихся на мощенной камнем дороге, начинающейся у входа и теряющейся в дали. Дорога была прямая как полёт стрелы, но от неё, словно ручейки, уходили небольшие улочки по бокам. Каждый дом имел свою вывеску с непонятными надписями: у кого-то она была зелёного цвета с цветами, где-то на красном фоне танцевала синяя полуголая девушка, а вот и дубовая кружка пива на жёлтом фоне. Некоторые владельцы ставили перед входом ростовые фигуры из материала, на первый взгляд похожего на дерево, но отличающегося тонкостью и хрупкостью — Крофф с любопытством попробовал потрогать грудь одной из таких фигур, сделанную в виде красивой девушки с рожками, одетой в костюм служанки с оголённой грудью, и нечаянно оторвал сосок оной.       — Упс. — Произнёс плут и, оглядываясь по сторонам, воровато положил кусочек ненастоящей девушки себе в карман. — Какой-то вандал посмел испортить такое совершенство, тц-тц-тц. — Пощёлкал языком молодой парень и, держа руки в карманах, отошёл поближе к группе.       — Не понимаю. — Протянул Казас. — Гул стоит неутихающий, а значит людей здесь множество. Но почему на улице никого нет?! — Отсутствие людей по какой-то причине нервировало лидера приключенцев и, борясь с желанием зайти в первый попавшийся дом, Казас держал руку на рукояти меча.       К огромному удивлению путников, несмотря на свет в окнах, разглядеть творившееся в домах было невозможно — лишь смутные тени перемещались внутри, но не более.       — Предлагаю начать поиск информации вон в том заведении. — Рука авантюриста-вандала указывала на заведение, на вывеске которого была изображена девушка-кошка, прикрывающая свою грудь двумя небольшими бочками с эмблемой винограда.       Группа не ставала возражать, ведь где ещё лучше всего можно узнать информацию, как не в питейном заведении.       Большое двухэтажное здание багрово-коричневого цвета внушало уважение. Перед входом стояла широкая доска с различными светящимися надписями, которые буквально кричали о разнообразии меню.       Примечательным было то, что здание не имело окон на первом этаже. Глухая стена и огромная массивная дверь, открывающаяся в обе стороны — вот и все, что было из функционала. Зато по стене, на уровне пояса, были реалистичные изображения пьющих посетителей, играющих в кости и карты, танцующих девушек на подиуме. Над дверью полукругом огромными буквами была выведена кроваво-красным цветом надпись, скорее всего означающая название таверны. Крыша была плоская, широкая, отделанная коричневой черепицей. По центру крыши стояла фигура в три человеческих роста, изображающая смесь женщины и кошки, одетой в вызывающий костюм и держащей на подносе пивную кружку. Сделана эта фигура была из дерева, но из-за краски она казалась живой, а уличные фонари и светящиеся надписи делали фигуру еще более реальной.       Первое, что отметили путешественники — внутри было душно и многолюдно.       На втором этаже были небольшие по ширине окна в половину человеческого роста в количестве двадцати пяти штук.       — Так, слушаем сюда. — Обратился Казас к товарищам. — Сейчас мы пойдем и купим комнаты на пару ночей. Переговоры буду вести я. Займите пока свободный столик — Закончив речь, мужчина, не дожидаясь реакции других, отправился в сторону барной стойки, не обращая внимание на посетителей, контингент которых варьировался от откровенных пиратов до модно одетых франтов. Зал был длинной в 200 шагов. В самом конце находилась обширная сцена, занавешенная красной портьерой. Слева от сцены была широкая лестница, ведущая на верхний этаж. Справа от сцены виднелись незнакомые музыкальные инструменты. Сейчас там сидел бородатый дед и наигрывал живую и веселую музыку. Барная стойка располагалась между лестницей и сценой и была рассчитан на двенадцать мест. За стойкой стоял мускулистый зверолюд-кот, на котором идеально сидел строгий темный костюм. Казас невольно напрягся — хоть он и не разделял идеологию Теократии Слейна, однако годы авантюрной жизни приучили к тому, что любое существо, не являющееся представителем человеческой расы, почти всегда жаждало полакомиться плотью человека, особенно зверолюды. Сейчас кот скучал без дела, наблюдая своими большими зелёными глазами за работой официанток, периодически протирая находящийся в его лапах стакан чистой белой тряпкой.       Мужчина, чуть помедлив, направился в сторону трактирщика.       — Добрый день, господин…       — Силлас. — Представился прямоходящий кот. Одного роста с Казасом, от него веяло какой-то природной мощью. Отставив стакан в сторону и пригладив топорщащиеся в разные стороны усы, зверолюд продолжил.       — Чего дорогие гости желают в лучшем питейном заведении Южного Города? — В мурлыкающем голосе человеку чудилась насмешка.       — Мы здесь недавно. Мы оказались поблизости от Вашего города, попав в межпространственную ловушку. Я бы хотел узнать у Вас информацию о месте нашего пребывания, а также любые другие полезные для путешественника сведенья.       Морда Силласа приобрела скучающее выражение, а лапа вновь потянулась к стакану.       — Не бесплатно, само собой. — Поняв намёк, исправился Казас. — Я и мои товарищи готовы остановиться у Вас на какое-то время, а так же заплатить за еду и информацию.       — Мр, другое дело. — Уши зверолюда дёрнулись в сторону человека на словах об оплате. — Лейла! — Крикнул трактирщик идущей мимо миловидной официантке. Та без промедления подошла к барной стойке.       Казас невольно задержал дыхание: невысокого роста, Лейла была обладательницей густых светлых волос, идеальной фигуры и груди третьего размера. Большие голубые глаза смотрели на предводителя «Танцующего Листа» с интересом и с непонятной жаждой, которую мужчина интерпретировал как вожделение. Воин невольно распрямил плечи и пригладил свои короткие чёрные волосы с редкими следами седины.       — Сообщи Мадам Рекамье о наших гостях.       — Слушаюсь, мастер Силлас. — Девушка поклонилась и, бросив ещё один мимолётный взгляд на гостя, отправилась в сторону лестницы на второй этаж.       — По поводу информации и размещения Вам необходимо поговорить с хозяйкой заведения — Мадам Рекамье. А пока Вы ждёте её решения о встречи, я могу порекомендовать Вам отправиться к Вашим друзьям за столик и подождать одну из наших очаровательных работниц. Она примет у Вас заказ. Стоимость первого заказа за счёт заведения, остальные цены Вы узнаете уже напрямую от Мадам.       Произнеся фразу дежурным тоном, кот-переросток потерял интерес к Казасу и вернулся к непередаваемо-увлекательному занятию — протирке стакана. Мужчине ничего не оставалось, как развернуться и отправиться к привставшему из-за стола и махающему ему Кроффу.       — Чего изволят столь мужественные господа и, несомненно, красивейшая из всех дам? —Стоило только опуститься Казасу за столик, как около путников материализовалась официантка, нарочито низко наклонившаяся над столом, давая возможность группе оценить глубокое декольте девушки. Фиолетовые волосы до плеч не могли скрыть двух небольших рожек багрового цвета.       — Ух… Мне бы это… — Глаза Кроффа замаслились. Под очарование официантки попали все авантюристы, даже Лира.       — Я могу оставить вам список меню. Как только определитесь, крикните: «о прелестная Марджин, мы желаем тебя» и я обязательно к вам подойду! — Послав воздушный поцелуй, девушка кокетливо повернулась и отправилась в сторону другого столика, за которым грозного вида дварф махал зажатой в руке тяжёлой кружкой в сторону элегантно одетого эльфа, возле которого сидела фривольно одетая работница таверны.       Очарование официанткой стало медленно пропадать, и группа смогла сделать выдох облегчения.       — Давайте вернёмся к выбору еды. — Девушка-целитель оправилась быстрее всех, мысленно дав себе обещание разобраться с внезапно проявившимися у неё нестандартными сексуальными предпочтениями. — Я бы не отказалась от вина из долины Харкаст и м… Утки по прикинске.       Мужчины с трудом переключили своё внимание на меню и вскоре заказ был составлен: решив не мелочиться, они заказали по литровой кружке пива каждому и двух жаренных поросят, фаршированных птицей.       Встал вопрос — кто будет звать Марджин? Казас, Крофф и, к удивлению Лиры, Грох не были готовы уступить друг другу такое просто действо, как вызов работницы таверны. Решение было найдено Казасом — нетленная игра камень-ножницы-бумага должна была разрешить возникшую ситуацию. С радостным возгласом победил Крофф, за что был удостоен двумя мрачными взглядами и одним презрительным.       — О сияющая Маржин, я желаю тебя! — Прокричал в сторону барной стойки плут, не видя объект своего призыва.       — Шалун! — Мило покраснела девушка, внезапно оказавшись за спинами путников. Стоит уточнить, что стулья за всеми столами были обращены в сторону сцены. Сами столы были сделаны в форме полумесяца. — Но я не против обсудить твои пожелания чуть позже.       — Рогатая официантка облизнулась и приняла официальный вид. — Я вас слушаю по заказу.       Еда и напитки группе «Танцующий Лист» были принесены за какие-то пару минут.       Восторгаясь вкусом блюд и приятным послевкусием напитков, путники набивали желудки как в последний раз.       Сыто откинувшись на спинки стульев, приключенцы медленно потягивали напитки.       Внезапно, красноватый свет, освещающий зал таверны, стал гаснуть, а на его место пришёл ослепительно белый луч в сторону портьеры на сцене. Затихла музыка, издаваемая старым музыкантом.       На сцену вышел человек в модном дорогом костюме. В руке у него была недлинная черная трость с набалдашником, в который персона стала произносить слова.       — Добро пожаловать в гостиницу-ресторан Кэт! — У Лиры расширились глаза. Посох с магией усиления голоса стоил приличных денег и был в ходу лишь у глашатаев правителей разных стран. Очень уж дорого обходился при создании.       Меж тем, человек на сцене продолжал говорить:       — С Вами неизменный ведущий Джим Бо! Как всегда, раз в неделю мы устраиваем концерт для наших посетителей! Сегодня нас почтит своим вниманием знаменитая певица Города Бэлла Холидэй!       Перерыв на овации, крики и свист посетителей, коих в таверне насчитывалось не меньше сотни представителей разных рас.       — Затем Вы услышите: Кортни Грей, Саламандра и Ко, Красный Ворс и… — На секунду Джим замолчал и ехидно улыбнулся. — А про последнего выступающего Вы узнаете уже в момент её выступления!       Разочарованные вздохи были перебиты возбуждёнными возгласами. Разумные получили свой хлеб и теперь жаждали зрелищ.       — Помните: нет Греха в Наслаждении! — Бо слегка откинул голову назад и развёл руки.       — НЕТ ГРЕХА В НАСЛАЖДЕНИИ! — Сотни глоток в едином порыве прокричали так, что шикарные люстры из хрустали затряслись.       — Неподражаемая Холидэй!       На сцену после представления вышла молодая женщина. Заиграла весёлая активная музыка и девушка запела сильным, проникающим в самую суть, глубоким голосом. Серебряное платье спускалось водопадом, а роскошную причёску украшала небольшая диадема.       Несколько часов пронеслись для путников как пара минут. Для людей, привыкших к развлечениям в таверне в виде наблюдения за драками посетителей, происходящее казалось волшебным сном, из которого так не хотелось искать выход.       Прозвучали последние аккорды грустной песни о жаркой любви между человеком и суккубой, повлекшей за собой смерть последней, на сцене вновь показался Бо.       — А теперь, в завершении нашего концертного вечера, встречайте обещанный сюрприз! — Забили барабаны. Со столиков, стоявших ближе всех к сцене, сначала робко, а затем увереннее стали доноситься звуки: «хуг, хуг, хуг, хуг». Вскоре, весь зал охватил таинственный гул. Путники почувствовали какое-то необузданное желание присоединиться к толпе, и они не стали его сдерживать. Казас и Крофф вторили своим «хуг-ам» ударами кружек по столу, Грох выводил звук на всю мощь своих лёгких и даже целительница старалась, сжав кулаки и блестя глазами.       — …Неподражаемая Джесс Рэб!       Вышедшая на сцену девушки была восхитительна, блистательна, желанна! Не было слов описать её красоту: чёрные ниспадающие прямые волосы до бёдер закрывали один глаз, оставив второй полузакрытый глядеть на восторгающийся зал; грудь четвёртого размера еле помещалась в облегающее красное платье, выгодно подчёркивающее тонкую талию и широкие бедра; разрез платья оголял одну из прелестных ножек, обутых в красные туфли на высоком каблуке. Фигура излучала эманации желания и страсти.       Явление Богини, как мысленно окрестил её каждый сидящий за столом «Танцующий Лист», было мимолётным — спустя две песни она исчезла со сцены под благоговейную тишину зала.       — Вас желает видеть Мадам Рекамье. — К столу подошла Лейла. — Идите за мной.       Группа людей поднялась и безропотно отправилась на встречу с хозяйкой заведения, всё ещё оставаясь под впечатлением выступления живой Богини.       — Сюда, пожалуйста. — Девушка указала на последнюю дверь в коридоре второго этажа.       Обстановка внутри была необычна для гостей, однако с первого взгляда было понятно, что все предметы стоили безумных денег.       Комната была отделана в алых тонах: красные обои с золотыми молдингами, красные тяжелые на вид шторы, картины, развешанные по стенам в золотых рамах. На небольших столиках из красного дерева, возле золотого двухместного дивана, стояли синие вазы с алыми розами. Перед диваном располагались небольшие золотистые мешки в количестве четырех штук — для каждого из гостей.       На диване лежала женщина, про которую можно было сказать: «возраст лишь подчеркнул её красоту». На вид ей можно было дать около сорока, однако по своему виду она даст фору многим молодым красоткам.       Женщина молча указала на приготовленные для гостей мешки и также жестом приказала подать напитки.       — Давно я не видела гостей из Внешнего Мира.       Прозвучал бархатный голос спустя некоторое время. Хозяйка заведения дала возможность гостям осмотреться и пригубить напитки.       — Понравилось ли вам в моей гостинице? — Вопросительно подняла бровь Мадам.       Слово решил взять Казас. Откашлявшись, он попытался сесть как можно более прямо, однако проклятые мешки мешали ему это сделать.       — Мы благодарны Вам за Ваше радушие. Всё, начиная от интерьера и заканчивая выступлением, настолько глубоко нас тронуло, что мы никогда не забудем восхищение от посещения этого места. Сейчас мы бы хотели узнать у Вас стоимость проживания в Вашей гостинице, а также, как бы мне ни хотелось не идти на такой шаг, но всё же — мы были бы Вам признательны за снабжение нас информацией о Городе, его территориальном расположении и о других полезных вещах.       Казас постарался придать своему взгляду уверенность, что вкупе с его позой показалась Рекамье смешным. Женщина откинула свою голову назад и обворожительно засмеялась, прикрываясь невесть откуда взявшимся веером.       — Отчего же не помочь? — Отсмеявшись, произнесла женщина в золотом платье, игриво вертя в пальцах золотую серёжку в виде кошачье лапки. — Я помогу Вам попасть к королю Города — Миносу. Взамен, — Голос Мадам лился словно патока. — Если наш правитель разрешит остаться кому-либо из вас в Городе, то вы будете обязаны жить в моём заведении на весь срок, определённый царём.       — Но мы так и не узнали стоимость проживания у Вас, и я боюсь, что у нас просто не хватит денег… — Растеряно произнёс Казас, переглядываясь со своими сопартийцами. На их лицах также можно было заметить замешательство.       — О, не переживай. Я не возьму с вас денег, ведь если вы получите разрешение от самого Миноса, то я смогу предоставить вам кров и еду — это будет даже почётно и выгодно для меня!       Ещё раз переглянувшись с командой, Казас согласился на предложение Мадам Рекамье.       — Тогда не будем задерживаться! — Женщина в золотом вскочила с дивана и щелчком пальцев открыла портал ало-золотого цвета.       Глаза всей группы полезли на лоб — порталы считались магией шестого ранга и ею владел только Парадин! А тут владелица некой таверны элитного уровня щелчком пальцев творит невозможное!       — Что встали? — В голосе женщины проскакивало нетерпение. — Давайте быстрее, у меня ещё дел множество.       Один за другим воин, вор, монах и целитель прошли через портал и оказались на открытой каменной площадке. Архитектура была непривычной для путников: каменные двухэтажные, а кое-где и трёхэтажные, здания по левую и правую стороны будто бы сливались в одно. Вместо дверных проёмов стояли белые колонны, у каждой пары которых был свой рисунок капители.       Пройдя всё белоснежное великолепие архитектурного стиле, неизвестного в этом мире, через час люди оказались в огромном зале без крыши. Границы зала составляли уже опостылевшие посетителям колонны.       — Преклоните колени, смертные, пред ликом Судьи, чьё право решать судьбы было даровано Владыками!       Стоило только словам прозвучать, как ноги сами собой подкосились. Несмотря на отсутствие стен, глубокий мужской голос порождал эхо, заставляя каждого из находящихся в зале покрыться мурашками.       Мощное ментальное давление, что появилось у спутников Мадам Рекамье при входе в зал, ослабло — это позволило авантюристам более-менее осмотреться, но не встать с колен. Перед ними на возвышении стоял массивный трон, на котором восседал не менее массивный человек. Седой, мускулистый, его рост был никак не меньше трёх метров! Одетый в белоснежную простыну, — тога путниками, как одежда, была незнакома — он внушал трепет и уважение.       — Ты, — Мужчина указал пальцем на Казаса. — Я читаю тебя словно гомеровские поэмы. Именем своим, Я, Судья Минос, признаю тебя виновным! Да понесёшь же ты положенное наказание отныне и до помилования Владыками!       С алых небес ударила черная молния, попавшая точно в тело коленопреклонного лидера Танцующего Листа. Грох, Лира и Крофф с ужасом переводили взгляд с Миноса на то место, где раньше был их командир. От него не осталось даже пепла. Разбойник попытался встать, однако никакого эффекта, кроме вздувшихся вен на лбу, он не достиг.       — Ты, — Настала очередь Кроффа. — Гомеровские гимны в понимании сложнее, чем твоя душа. Именем своим, Я, Судья Минос, признаю тебя виновным! Да понесёшь же ты положенное наказание отныне и до помилования Владыками!       Ещё одна чёрная молния и минус второй подсудимый.       — Что происходит?! — Шёпотом прокричала Лира. Голос подвёл её. Её начала бить крупная дрожь, едкий пот жёг глаза, однако она не смела поднять руку для того, чтобы стереть с лица лишнюю влагу. Минутой назад они были чуть ли не почётными гостями, а теперь — преступниками?! Им даже не дали слова сказать, да они даже не смогли толком Миноса разглядеть!       — Ты, — Указывающий перст Судьбы, неумолимый жест Рока, теперь был направлен на монаха. — Ритм твоей души походит на дорийскую поэзию. — Минос, бывший царь Крита, правитель Кносского дворца, король Города, на несколько секунд замолчал, подарив эфемерную надежду на помилование. — Я принял решение. Именем своим, Я, Судья Минос, признаю тебя виновным! Да понесёшь же ты положенное наказание отныне и до помилования Владыками!       Надежда разбилась на куски и растворилась в чёрном сиянии молнии.       Лира сжала кулаки и с усилием закусили губу, от чего алая струйка крови потекла у неё по подбородку. Бросив быстрый взгляд на Мадам, девушки с неприятным удивлением отметила ехидную ухмылку на губах хозяйки таверны, а так же горящие в вожделении глаза.       — Ты.       — «Вот и настала моя очередь предстать пред правосудием. Долго же я бегала» —       Отстранённая мысль пролетела в голове девушки, когда ей зачитывали приговор.       Подняв глаза к небесам, девушка расслабилась и даже смогла улыбнуться летящей молнии.       Удар. Чёрная вспышка. В зале вновь остался лишь один Минос — Мадам Рекамье не стала искушать судьбу и сразу же удалилась, как только молния попала в последнюю из гостей Кносского дворца.       — Да будут наказаны грешные души, да будут вечно властвовать Закон и Справедливость. — Тихо произнёс Минос и закрыл глаза.