Тяжёлый выбор
17 мая 2018 г., 22:58
«За тобою просторы и города, Сотворить и разрушить вольна рука. Выбирай –полетит ли твоя стрела?» (С. Маврин, «Стрелы в небо»)
Убить. Убить Хенсельта. Да, сначала его! А потом Детмольда. Или лучше наоборот? Роше по пути в Верген в красках представлял себе, как убьёт и короля, и его чародея. Дорога в город шла во время осады только через подземелья. Там Вернон и Белый Волк столкнулись с солдатами, среди которых был Адам Пангратт — опытный наёмник, который, как выразился Роше, случайно нигде не бывает и появляется только там, где лучше платят. Было ясно, что их тут ждали. Пангратт приказал товарищам убить ведьмака и командира Синих Полосок, а сам ушёл вглубь подземелий. Наёмники – не куролиски, с ними вдвоём Вернон и Геральт расправились легко. Они поспешили туда, куда направился Пангратт, и – ну надо же! – увидели его беседующим с Детмольдом в окружении ещё нескольких солдат. «Значит, сначала всё-таки Детмольд», – решил про себя Роше, сжав рукоять меча. – Ты сказал, что убрал их, – недовольно сказал наёмнику чародей. – Я их недооценил. – Ублюдок! Ты заплатишь за моих людей! За всех разом и каждого по отдельности! – разразился Вернон. Детмольд приказал атаковать чересчур живучих гостей и сам стал сражаться с ними магией. Если наёмников Роше и Белый Волк, уклоняясь от чародейских атак, одолели достаточно быстро, то до Детмольда не достали: маг поставил между собой и ними прочный магический щит. – Не пытайтесь меня поймать. Это бессмысленно, – сказал он и спокойно ушёл в магический портал. В одиночку, что ни говори, Детмольд опасался сражаться с легендарным ведьмаком и слишком строптивым темерским солдатом. Роше пообещал себе достать его, когда они доберутся до Лок Муинне: больше Детмольд никуда направиться не мог. В Вергене на выходе из подземелий Геральта и Вернона встретил с оружием наготове Золтан Хивай. Краснолюд чуть было не кинулся на них, приняв за ещё одних каэдвенских воинов, прошедших через тайный ход: – Я уж думал, что это Хенсельтова шваль пробралась! Перекинувшись с ним парой слов о Лютике и посоветовав быть осторожнее при дальнейшей осаде Вергена, Геральт спросил приятеля, не видел ли он Хенсельта и Шеалу. Золтан ответил, что видал короля с частью войска по дороге к подвесному мосту. А Шеала де Тансервилль (или, как её иногда называли нелюди, Шалава де Тансервилль) обосновалась в доме чародейки Филиппы Эйльхарт. Геральт прибежал к дому чародейки первым, но дорогу ему преградил здоровый голем, вызванный Шеалой для защиты. Пришлось повозиться с ним, и из-за этого Белый Волк опоздал: Шеала сомкнула портал прямо у него перед носом. – До встречи в Лок Муинне, – сквозь зубы попрощался с Тансервилль ведьмак. Почти сразу же в дом Филиппы ворвался Хенсельт с четырьмя солдатами в доспехах. – Ты опоздал, король. – Где они? – осмотревшись в поисках Филиппы и Шеалы, спросил владыка Каэдвена. – Понятия не имею. Геральт по настроению короля понял, что тот не собирается выпускать его отсюда живым. Вот и вся королевская «благодарность», с которой Геральт сталкивался уже не раз... Вздохнув, ведьмак опять обнажил меч и уложил всю охрану короля, а потом сразился и с самим каэдвенским владыкой. Белый Волк подустал, расправляясь с охраной, и это сравняло силы дерущихся. Хенсельт был доволен, что встретился с достойным противником, даже несмотря на то, что Геральт всё-таки одолел его. – Ты выиграл битву, но проиграл войну, – пытаясь отдышаться после боя с ведьмаком, сказал ему король. – Город в моих руках! Тут в дом Филиппы вошёл Вернон. Он молча заложил дверь изнутри на тяжёлый засов, хищно обернулся на короля и произнёс, как приговор: – А ты – в моих. И пошёл в сторону Хенсельта. Король был уверен, что это всего лишь грозные жесты и тронуть его не посмеют. Он начал спокойно убеждать Геральта и Роше, что его ради сильного Севера стоит оставить в живых. Только он может приструнить чародеев, которые вновь собрались командовать владыками королевств. Только благодаря ему нильфгаардцы ещё не ходят по Северу. Вернон не хотел слушать никаких его доводов. Отомстить. Отомстить за своих ребят! Он напомнил королю о повешенных солдатах: – Никто из повешенных не состоял в заговоре. Только я, – Роше говорил, чувствуя, как всё внутри горит от вины перед бойцами и что ад, которым так пугает церковь Вечного Огня, сейчас близок, как никогда. Настолько близок, что находится в нём самом, и он падает в него с бешеной скоростью. – Знаешь пословицу – «Лес рубят – щепки летят»? – только и ответил Хенсельт. Короля не заботили ни солдаты Роше, ни Бьянка, с которой он позабавился и которая, по его словам, «пищала, как несмазанная ось». Не выдержав слов Хенсельта, Роше выхватил кинжал и занёс над королём. Пусть ребята на том свете порадуются! Он уже представлял, как у этого ублюдка будет из горла хлыстать кровь, такая же красная, как у самого последнего крестьянина. Но тут его остановил Геральт. – Ты хотел убить короля, а поймал таракана. Хенсельт своими словами и поступками показал, что недостоин умереть от руки Роше. И самому Вернону как воину не пристало убивать безоружного, он выше этого. Он же не хочет помогать убийцам королей? Вернон сначала не послушал слов Геральта: его вели гнев и жажда мести. Он взмахнул кинжалом снова и понял по взмаху ресниц Хенсельта, что тот его боится. Тут же Роше ощутил брезгливость к нему. Ради этой дряни в королевских одеждах он намерен уподобиться Лето и его приспешникам? Как ни странно, Роше подумал сейчас о Яске. Что она, та, которая считает его хорошим человеком, скажет, когда узнает, что он поставил себя в один ряд с убийцей Фольтеста? Что он продолжает сеять хаос и ломать жизни таких, как она? Мысли продолжали расширяться: убьёт он короля сейчас — что будет с Темерией, если раскроется, что её подданный причастен к смерти владыки Каэдвена? Боль за повешенных солдат была нестерпима, но Вернон, перешагнув через неё немыслимым усилием воли, опустил руку с кинжалом и свысока посмотрел на Хенсельта. Ему на миг даже показалось это забавным: да, он ублюдок, как его всегда называли, а сейчас он стоит выше короля. Хенсельта явно оскорбил взгляд Роше: – Если вы меня убьёте, вас найдут мои люди! Геральт от души врезал королю, и Вернон, глядя на это, получил хоть какое-то моральное удовлетворение. Ведьмак добавил: – Пусть сперва поймают. – Пошли отсюда, пока я не передумал,– сказал Вернон, с красными гневными глазами поворачиваясь к двери. Вместе они оставили дом Филиппы Эйльхарт и направились к реке, чтобы сесть на корабль, как было условлено. По дороге из Вергена Геральт хвалил Роше за сделанный выбор. – Ты мог убить безоружного Хенсельта или сразиться с самим собой. Ты выбрал более серьёзного противника и победил. Роше не был рад сделанному выбору. – Возможно, я ещё пожалею.
