Подранок

      Некоторые уже покидали переговоры. Один рыцарь, встретившийся Геральту, с руганью возмущался, что Хенсельт получит весь Аэдирн, и ему придётся плясать под каэдвенскую дудку! Настоящее безумие! И Радовид поддакивает Хенсельту – хочет получить темерские земли. Стервятники. Плюнув, рыцарь пошёл прочь, а Белый Волк и Трисс продолжили путь.       Вот и ворота амфитеатра, за которыми всё закончится.       – Мы станем свидетелями великих событий, – улыбаясь разбитыми губами, сказала Трисс.       – В таком случае, не будем медлить. Заходим.       – Сейчас или никогда…       На занесённой песком площадке стояли владыки северных королевств, маги и нильфгаардские делегаты.       – Нравится тебе это или нет, Ян Наталис… Темерия будет разделена. Для её же блага, – наседал на коннетабля Хенсельт, хозяйской походкой расхаживая перед ним.       – Для блага всего Севера, – добавил Радовид.       – Объединённые силы Каэдвена и Редании остановят междоусобицу и гарантируют мир от Горс Велена до Элландера.       – Темерия ещё не сказала своего последнего слова, – отвечал королям Наталис, оглядываясь по сторонам. Но он смотрел не на королей, а за них, ожидая кого-то.       – Вернон Роше, командир специального отряда вашего покойного короля, сегодня утром учинил резню в лагере каэдвенцев, – рассказал король Редании.       – Его поймали? – спросил Хенсельт.       – Он бежал. Наши люди его уже ищут.       Все присутствующие заметили приближение со стороны ворот бойца Синих Полосок в сопровождении двух темерских солдат. Это была Яска. Она несла в руках свой футляр с документами и отдельный лист с печатью.       – Даже менее значительные инциденты нередко кончаются войной, коннетабль, – раздражённо сказал Наталису владыка Каэдвена. Назревал скандал прямо на переговорах.       – Роше действовал по собственной инициативе, – сказал ему на это Наталис.       – Вот почему Темерию нельзя предоставить самой себе. Она катится к хаосу и анархии, – получив ещё один аргумент в пользу раздела Темерии, сказал Радовид.       – Можно, поскольку теперь у неё появился законный правитель с твёрдой рукой! – сказала Мортейн, слышавшая последнюю реплику реданского короля. Она подошла к Наталису и обратилась к присутствующим. – Уважаемые владыки северных королевств и чародеи! Как недавно стало известно, коннетабль Ян Наталис является близким родственником покойного короля Фольтеста, о чём свидетельствуют документы, которые я держу в руках. По порядку наследования престола он является полноправным претендентом на корону, – с этими словами она вручила бумаги Наталису. Это её с результатами проверки документов на подлинность он высматривал, пока беседовал с владыками северных королевств. К началу переговоров проверка ещё не была завершена.       – Все документы являются подлинными, что подтверждает данное свидетельство, – добавил Наталис, подняв над собой отдельный лист с печатью. – Вы можете ознакомиться с ними лично.       – Что тут, ***, происходит?! – от души возмутился Хенсельт. – Мало того, что на трон Темерии хотят посадить самозванца, так ещё и какая-то солдатская *** врывается на переговоры и суёт всем под нос бумаги сомнительного происхождения! Они не могут быть подлинными, и срать я хотел на ваше свидетельство!       – Бумаги стоит проверить самым тщательным образом, – настаивал Радовид, не терявший лица. – Подозрительно вовремя они открылись общему обозрению, и я полагаю, что имеет место подлог.       – Я не имею права отказывать владыкам Севера в повторной проверке документов на подлинность, – ответил на подозрения коннетабль. – И хочу отметить, что сейчас вы невольно оскорбили представительницу древнего темерского рода баронов Мортейнов, – он слегка указал рукой в сторону Яски. – Даже менее значительные инциденты нередко кончаются войной, Ваше Величество, – сказал он Хенсельту, и тот посерел.       «Зря Наталис ответил так, – подумал Геральт. – Эта фраза только подожжёт конфликт».       В разговор вступил представитель интересов чародеев на переговорах, Кардуин из Лан Эксетера.       – Приступим к делу. Документ, определяющий права и обязанности Совета и Капитула, является, как мы установили, точной копией статута, найденного в развалинах на острове Танедд…       Дальнейшие слова Кардуина Яска запоминала плохо. Она с грустью и затаённой злобой поглядывала на Радовида и Хенсельта, которым никто не сможет отомстить за покушения на неё. Это нарушило бы связи между странами Севера перед лицом Нильфгаарда. Баронесса, которая всё же жила внутри, негодовала из-за отсутствия мести, а гражданка Темерии советовала заткнуться и следовать интересам страны, которой с трудом удалось сохранить сейчас суверенитет.        Вспоминая утренние новости о резне в каэдвенском лагере, Мортейн, опустившая свои большие серые глаза в песок, думала о Роше и готова была отчаяться из-за того, что не может перенестись к нему, где бы он ни был. Он сейчас абсолютно один, его разыскивают реданцы и каэдвенцы. Они поменялись теперь местами. Больше всего она хотела, чтобы Вернон не остался один. Хотела быть с ним, поддержать его, как он её поддержал в трудную минуту.       В речь представителя чародеев вмешалась Трисс, и Яска невольно отвлеклась на неё. Мортейн слышала, как сзади кто-то ядовито шептал:       – Не переговоры, а проходной двор! Каждый, кто хочет, приходит когда угодно и приводит кого угодно!       По заявлению Трисс Шеала де Тансервилль не имела права входить в новый Капитул и быть советницей королей: на её руках ещё не высохла кровь монархов. На вопрос, какие у неё будут доказательства, Меригольд ответила, что есть свидетели, которые подтвердят, что Шеала причастна к заказу смерти Демавенда и Фольтеста.       Радовид велел арестовать Шеалу немедленно и приговорить к смертной казни, если слова Трисс подтвердятся. В амфитеатр спустились рыцари Ордена Пылающей Розы.       – Арестуйте её! – скомандовал им король.       Дальше произошло самое возмутительное и нечестное вмешательство в ход переговоров: над амфитеатром появился дракон. Мортейн округлила и без того крупные глаза и ахнула, увидев его.       «***, как над замком Ла Валеттов!» – подумал ведьмак, положив руку на рукоять меча.       Дракон тяжело сел на стену амфитеатра, осыпав стоящих внизу людей камнями, и выпустил пламя из пасти прямо на рыцарей. Люди в раскалённых доспехах горели заживо, падали на землю и изгибались, издавая пронзительные вопли от боли. Ведьмак кувырком уклонился от потока огня. Началась паника.       Яску схватил за руку и потащил за собой Наталис. Девушка обернулась в последний раз и краем глаза увидела, как дракон бережно берёт в лапу Шеалу и уносит на вершину одной из башен.       «Как ручной», – пронеслось в голове Яски.       Дракон вернулся и начал поливать сверху огнём оставшихся в амфитеатре. Место мирных переговоров превратилось в ад.