Невольницы

Сжавшись в комок, Джинни куталась в плед на диване в спальне. Никогда еще она не чувствовала себя такой грязной. От осознания, что она позволила с собой сделать, ее колотил озноб. — Этого больше не повторится, — прошептала Джинни, еще сильнее запахивая на себе ворсистую ткань. — Уж лучше я умру. «А еще лучше — сбегу отсюда». Собравшись с силами, она поднялась с дивана и осмотрелась. Камина в спальне не было, но наверняка в замке имелся хоть один, связанный с общей каминной сетью. Поправляя сползающий плед, Джинни прошлась вдоль стены, изучая комнату. Выглянула в окно, прикинула расстояние до земли и оставила попытки открыть защелку на раме — прыжок с высоты в сорок футов был слишком рискованным. Шкаф оказался заперт на заклинание, поэтому Джинни так и не удалось заменить плед на что-то больше подходящее на роль одежды. Альтернативу ему могли составить лишь полотенца в ванной. Кое-как подпоясавшись подвязкой для штор, Джинни осторожно повернула ручку двери в коридор — та открылась, даже не скрипнув. Выбравшись из спальни, Джинни кинулась бежать и практически сразу уткнулась в стену — коридор заканчивался тупиком с портретом в резной раме. Волшебница на нем жеманно заулыбалась, но рассмотрев, кто перед ней, презрительно поджала губы. Джинни было не до нее. Отмахнувшись, она рванула в противоположном направлении, и в этот раз ей повезло — прямо за поворотом начиналась широкая лестница вниз. Надеясь, что та приведет ее в гостиную, Джинни прокралась к ступеням, но спуститься не успела — ее испугали чьи-то голоса. Попятившись, она спряталась за портьерой и прислушалась. — Умоляю, верни мне дочь. По спине Джинни пробежал холодок — она узнала голос матери. Люциус Малфой поднялся навстречу Молли. Он не предложил ей сесть, но в данный момент этикет меньше всего заботил их обоих. — Я знаю, что ты заплатил тысячу галеонов, — едва слышно прошептала она. — Мы соберем деньги… — Ничем не могу помочь. — Я лишилась уже четверых сыновей. Не заставляй меня страдать снова… Тебе ведь тоже знакома боль утраты. — Не говори о Нарциссе, — напоминание о жене заставило Люциуса нахмуриться. Он раздраженно отвернулся, игнорируя умоляющий взгляд. — К тому же, ты опоздала. Твоей дочери здесь нет. — Ты же купил ее… — Молли по-прежнему цеплялась за надежду. — Да, — Люциус равнодушно пожал плечами. — И перепродал на фабрику по вытравливанию драконьей чешуи. Там нужны молодые работницы, а мне незачем держать в доме мятежницу, пытавшуюся бороться с Темным Лордом. Фабрика научит твою дочь повиновению. На его последней фразе Молли вздрогнула. — Но… ты же… купил ее, — все еще не веря своим ушам, повторила она. Затаившаяся за портьерой Джинни с трудом сдерживала рыдания — ее сердце разрывалось на части. Больше всего на свете она хотела выбежать в гостиную и броситься матери на шею, но тогда ее жалкий вид и унизительное положение сделают Молли еще больнее. Пусть мать остается в неведении. — Что это за фабрика? — в отчаянии Молли потянулась к нему, но Люциус отдернул руку. — Не имею ни малейшего представления. — Я вижу, когда ты лжешь, — с горечью усмехнулась Молли. Люциус отвернулся, но она снова приблизилась и встала напротив, не давая отвести взгляд: — Во имя того, что было. Скажи мне. — Скажи мне, зачем ты это сделал? — рассмотрев Метку на его руке, Молли удивленно вскинула бровь. Они лежали на кровати в дешевом отеле на окраине города. Отодвинув ногой старое покрывало, Люциус брезгливо пробормотал: — Скажи лучше, зачем я дал затащить себя в такое убогое место. — Ты жуткий сноб, — Молли с улыбкой поцеловала его в щеку. — Не уходи от темы, — отстранился от нее Люциус. — Мы говорили о тебе. Ты все-таки выходишь замуж за этого недоумка? — Не говори так об Артуре, — обиженно попросила Молли и добавила излишне веселым голосом: — К тому же еще точно ничего не решено! — Поэтому в твоей сумочке лежит стопка приглашений на свадьбу? — Так и знала, что ты их заметил, — Молли отвернулась. — Я не слепой. — Тебя все равно женят на Нарциссе, — запоздалое оправдание прозвучало как упрек. Люциуса позабавила ее серьезность: — Разве это проблема? — Теперь ты уходишь от темы, — нахмурилась Молли. — Мы говорили о тебе и об этой ужасной Метке. — Это мой выбор. И это должно стать выбором твоих братьев. — Ты слишком юн, и не понимаешь всей серьезности происходящего, — покачала головой Молли. Довод утонул в его смешке: — Мисс Прюитт, не стройте из себя моего опекуна. Для няньки на вас слишком много грехов, в том числе и совращение подопечного. Молли ответно рассмеялась, а Люциус довольно улыбнулся и потянулся к ней, чтобы поцеловать. — Люциус, пожалуйста… — Тебе лучше уйти, — он указал в сторону камина. На негнущихся ногах Молли преодолела путь через всю гостиную. По щекам катились слезы, но рыданий не было. Казалось, ей просто не хватает на них сил. Наблюдая, как она, сутулясь, заходит в камин, Люциус снова вспомнил их встречу в отеле и брезгливо поморщился: «Неужели это действительно было?» Едва Молли скрылась в зеленом пламени, он залпом осушил бокал. Мимо прошмыгнул домовой эльф, успев поклониться на бегу и что-то пробормотать. Люциус отчитал прислугу, перед тем, как тот трансгрессировал, и уже собирался подняться к себе, как рядом прозвучал новый хлопок — еще один домовик пронес стопку грязных полотенец. Люциус озадаченно осмотрелся и остановил взгляд на сыне, спускавшемся навстречу: — Драко, что здесь происходит? Тот на миг замер посередине лестницы. — Я купил ублюдка Грейнджер и велел его вымыть, — осторожно ответил он. — А то еще ковры испачкает. — Тебе мало того, что в нашем доме находится маглорожденная? Зачем ты купил еще и мальчишку? — Хотел ее подразнить, — пожал плечами Драко, продолжая спуск. Люциус остановил его на последней ступени: — Ты до сих пор не успокоился из-за этой девушки? Драко рывком освободил плечо: — С чего бы мне беспокоиться? — Она всегда показывала тебе, как ты слаб. В школе, получая лучшие оценки, и даже после битвы, когда умудрилась сбежать от тебя. — Ты теперь всегда будешь напоминать мне об этом? — разозлился Драко. — Не проще ли избавиться от нее? — настаивал Люциус. — Не хочу! В конце концов, я теперь ее хозяин, и мне решать, что с ней делать. Он хотел добавить что-то еще, но помешал очередной хлопок трансгрессии. — Чего тебе? — рявкнул Драко на ни в чем неповинного домовика, который робко переминался с ноги на ногу возле входа на кухню. — Хозяин не сказал, в какой комнате поместить мальчика, — он приоткрыл дверь, и в гостиную заглянул Дэмиан. — Мне все равно, — раздраженно отмахнулся Драко. — Исчезни! Люциус обернулся на голос прислуги, но тот уже скрылся в дверях — Малфой успел увидеть только удалявшуюся светловолосую макушку. В груди похолодело от страшной догадки. — Мальчишка — твой сын? Ты позволил какой-то грязнокровке родить ребенка? Драко закатил глаза. Похоже, очередной лекции о нравственности ему не избежать. — Чем ты думал? — продолжал Люциус. — Представляешь, что с тобой сделает Темный Лорд? Драко молчал, по своему опыту зная, что в такие моменты отцу лучше дать выговориться. — Ты поэтому его купил? И поэтому привел сюда? — Я не знал, — как можно спокойнее объяснил Драко. — Грейнджер только сегодня призналась. — Ты должен принять меры. Мальчишке не место под крышей этого дома. — Да что в этом страшного? — пожал плечами Драко. — Я же не собираюсь его признавать. — Признавать? — с презрением воскликнул Люциус. — Избавься от него. Ты знаешь, как. Глаза Драко удивленно округлились. — Я не стану марать руки из-за какого-то мальчишки. — Ты даже отдаленно не представляешь тех бедствий, которые он навлечет на наши головы. — Не делай из этого трагедии, — Драко скрестил руки на груди. — Незаконнорожденные дети есть у каждого второго Пожирателя. — Но не от маглорожденной подружки Поттера! — Люциус наклонился к сыну и со злобой процедил сквозь зубы: — Избавься от него. Иначе это сделаю я.