Моё имя Бён Бэкхён

Они пролежали на диване минут с десять, прежде чем дыхание восстановилось, и Бэкхён зашевелился под Паком, пытаясь выбраться из-под тяжести чужого тела. Заметив это, Чанёль поднялся, выпуская паренька, и наконец вспомнил о Мине, про которую абсолютно забыл. Нужно было хотя бы ей позвонить и извиниться. Вот только как с ней говорить после того, что ей сказал этот ревнивый пацан? Штаны нашлись на полу около дивана, а сотовый в их кармане. Бэкхён, недовольно крякнув, посмотрел на него и насупился, услышав, что он общается с сегодняшней девушкой. У него от задницы ещё не отлегло, в прямом смысле! Она жутко болела. А он снова подкатывает булки к той вертихвостке. Бэкхён не слушал их разговор и недовольно сидел. Нужно было бы сходить в душ, но он продолжал сидеть и ждать, пока Пак наговорится. Чанёль закончил разговор и потянулся его поцеловать, но Бэкхён укусил его, не позволяя. А ведь казалось, что он уже благосклонно к нему настроен! — Эй! Почему ты снова меня укусил, разве мы теперь не вместе? — растерянно возмутился Чанёль, не понимая, что произошло, и почему тот уже сидит недовольным, хотя несколько минут назад сам жался к нему и не желал отпускать. — И чё? Я уже говорил, я тебе не баба, чтобы ты целовал меня, когда тебе вздумается. Вон у тебя уже есть одна. — Кто? — вновь удивился Чанёль, непонимающе посмотрев на Бэкхёна. — Да эта, с которой ты приходил, — недовольно проворчал пацан и, простонав, дотянулся до широкой футболки, а потом быстро натянул на себя. — Мина, что ли? — Чанёль забавно округлил глаза, а потом вдруг рассмеялся, что пушистые глаза Бэкхёна опасно сузились. — Кажется, я говорил, что она только мой друг, а трахаю я тебя, как ты и сказал. — Трахаешь, значит? — И люблю. Чанёль впервые видел, чтобы этот наглый парнишка смущённо насупился, натягивая футболку едва ли не на колени, и покрылся румянцем, что безумно захотелось его обнять, что он и сделал. Прижал к себе, зарываясь пальцами в мягкую пшеницу волос. — Ты мне тоже нравишься, — еле разборчиво пробормотал Бэкхён в его ключицу, и Чанёль заулыбался, отодвинувшись. — Что? Повтори. — Ой, забудь, — Бэкхён попытался вытолкнуть его с узкого дивана, избегая взгляда в глаза. Это почти удалось, но Чанёль вновь придвинулся к нему и поцеловал, властно впиваясь в губы, а Бэкхён и не сопротивлялся, наоборот, позволял себя целовать и отвечал сам, теряясь в поцелуе и обвивая его шею тонкими руками. — Как я могу забыть, если снова тебя хочу? — Тогда мне нужно тебе помочь? — с придыханием спросил Бэкхён, опустив руку вниз, и обхватил ладонью полувозбуждённый член Чанёля. Прикусив за губу, стал медленно надрачивать его, пока тот полностью не стал твёрдым, а Чанёль смотрел на него с похотью и восхищением. Он был готов продать душу за эти пушистые глаза с блеском, и влажно поцеловал его, прорываясь в чужой рот языком. А потом Бэкхён развернулся, приподнял футболку, позволил Чанёлю раздвинуть мягкие половинки и скользнуть во влажную после недавнего секса дырочку. Пацан простонал, когда вновь почувствовал тугое ощущение наполненности с привкусом боли. — Только осторожнее, у меня всё болит после первого раза, ты слишком большой. — Твои игрушки меньше? — Идиот, до тебя в моей заднице ничего и никого не было!.. Аах!.. Извращенец! Чанёль сделал толчок, и Бэкхён изогнулся почти дугой, прижимаясь к нему попкой, словно хотел почувствовать ещё глубже. — Я же просил. — Кажется, тебе и так безумно нравится. — Трахай уже!.. Чанёлю не нужно было повторять, он согнул ногу Бэкхёна в колене, открывая себе больше места и раздвинул ладонями мягкие половинки, смотря на края блестящей красной дырочки, которая жадно обхватывала его член, а потом стал трахать его, вырывая изо рта сладостные стоны, во время которых Бэкхён просил сильнее и больше, и совсем не помнил, что ему больно… А после они снова лежали на диване и долго целовались, отходя от секса, пока Чанёль всё не испортил, вспомнив, что нужно бы спуститься и загнать машину на стоянку, что и сообщил разморенному сексом парню. Бэкхён тут же, словно очнулся от гипноза нежности и поцелуев, вновь столкнул его в дивана, пнув ногой! — Удачи, я из-за тебя двинуться не могу, гад, — буркнул он, недовольно сверкая глазами. — Вот же ёжик, — по-доброму усмехнулся Чанёль, потирая ушибленную задницу, и потянулся его поцеловать. — А ты кобель. — Почему это я кобель? — возмутился он, застыв на полпути и заметив, что Бэкхён помрачнел и вжался в спинку дивана. — Ты с той девкой собирался трахнуться! — Да с чего ты это взял? — С того, что я не давал. — Ты совсем дурной? Я же говорил, что мы с ней друзья. — Знаю я таких друзей, она только и ждёт, чтобы к тебе в постель нырнуть. — Она как ангел, добросердечная и милая, — начал оправдывать девушку Чанёль, но, кажется, сделал только хуже, потому что пушистые глаза полыхнули гневом, и Бэкхён поднялся на локте. Вот же ревнивец. — Я не верю в ангелов! И уж тем более в людей, что притворяются ими. — Но ты её даже не знаешь, как ты можешь так говорить о ней? — Мне не нужно знать человека, чтобы понимать, что идеальных людей не существует, — вкрадчиво произнёс Бэкхён. — Почему у меня ощущение, что у тебя заведомо ложное предубеждение по отношению к ней? — Вовсе нет. — А по-моему, да. Бэкхён недовольно фыркнул, сузив глаза, и подтянул колени к груди. — Ты собирался спуститься к машине! — Вот и спущусь. — Вот и вали! Может, та девица тебя там ждёт! Поставив точку в их разговоре, Бэкхён отвернулся к спинке дивана. Чанёль посмотрел на насупившегося парня с пушистой пшеницей на голове, которая была растрёпана даже больше обычного, на косточки позвоночника, которые проглядывали через тонкую футболку и розовые пятки, и не выдержал. Залез обратно к нему на диван, и мягко обнял со спины, прижав к себе худенького парня за талию. Поцеловал в загривок и обнял лишь крепче, когда тот попытался брыкнуться, чтобы вырваться из объятий. Ну уж нет, он не собирался так легко отпускать того, о ком мечтал столько времени. Почему они вообще ссорятся из-за такой глупости? — Ну если хочешь, пойдём вместе загоним автомобиль на стоянку, ты же не думаешь, что Мина всё ещё ждёт меня там? — примирительно спросил он, а Бэкхён фыркнул, поёрзав и пытаясь отодвинуться, вот только двигаться было некуда. — Если ты продолжишь ёрзать, завтра не встанешь, потому что я затрахаю тебя до смерти. — Извращенец, — рассмеялся Бэкхён, и Чанёль почувствовал, что тот наконец расслабился и сам прижался к его груди, греясь в объятиях. — Не встречайся с ней, ладно? — совсем тихо попросил он, что Чанёль бы сделал всё, о чём он ни попросил, если бы это было возможно. — Мы с ней работаем вместе, не получится не встречаться. — Вне работы не встречайтесь. — Обещаю, если тебе будет так спокойней, — сразу же согласился Чанёль, зарываясь носом в мягкие пушистые волосы, пахнущие его личным солнцем. Бэкхён развернулся в объятиях и чмокнул в нос, вызвав улыбку. — Ну что, пойдём машину загонять? — с энтузиазмом спросил он, радостно сверкая глазами, в которых хотелось раствориться. — Пойдём. — Только у меня зад болит и душ нужно принять. — На руках понести? — Ну уж нет, я как-нибудь доковыляю, если зайдём сначала в душ, — поморщился пацан, пихая его в бок. — Может, я просто загоню машину на стоянку? Это же займёт не больше пяти минут. Бэкхён недовольно поджал губы, вот же глупыш. Пришлось согласиться с ним и утянуть в душ, где он снова не удержался и дорвался до тела Бэкхёна, правда, ограничился лишь обоюдной дрочкой, иначе бы его реально пришлось нести на руках до машины и обратно, потому что этот упрямец категорично не хотел отпускать его одного, сочиняя, что он обязательно встретит затаившуюся там Мину, и они сбегут… куда-то, в общем. Вот только зачем ему сбегать из своего же дома? Не логичней ли выгнать Бэкхёна? Конечно, Чанёль пошутил. Но только пацан шутки не оценил и прожег его убийственным взглядом красивых глаз, так что пришлось поспешно сообщить, у него и в мыслях такого не было. Спустились они к машине уже глубоко вечером. Бэкхён кутался в широкую тёплую кофту Чанёля, потому что на улице похолодало, а Чанёль искоса поглядывал на него и думал, что в принципе жизнь прекрасна. Конечно, никакой Мины возле машины его не ждало, так что Бэкхён мог расслабиться, но он не стал напоминать, что всё-таки мог сходить и один уже давно, а сейчас нежится с ним в постельке. Правда, когда они загнали машину на стоянку, Чанёль поменял мнение и согласился, что, конечно, ни в коем случае одному ему идти не стоило, ведь иначе бы рядом не было Бэкхёна с пушистыми хитрыми глазами, который позволил прижать себя к капоту и целовать, ненадолго забыв, что он не девчонка, чтобы облизывать его, когда вздумается. Его губы были мягкими и податливыми, словно он наконец смог договориться с самим собой и перестал противиться Чанёлю, который полностью в нём погряз и не мог от него оторваться. Каждую минуту Паку хотелось его трогать, обнимать, целовать, смотреть в пушистые глаза, подёрнутые пеленой удовольствия и находить там своё отражение. Он бесповоротно погряз в этом парне. — Вы встречаетесь теперь, что ли? — послышался за спиной протяжный голос, когда он вновь целовал Бэкхёна, прижав к своей машине. — Бэкхён же у тебя просто жил. Обернувшись, Пак увидел неподалёку Чена, который, похоже, заметил их с тропинки, ведущей к его дому. На его лице сверкала коронная чеширская улыбка, а глаза с интересом быстро скользили по ним, пока наконец не остановились на друге. Чанёль заметил, что Бэкхён сразу как-то приуныл и ощетинился. — Так получилось… — Таки продал свою задницу за жильё, — спокойно предположил Чен, а Чанёль аж подавился от его откровенности и убрал руки с талии Бэкхёна. Он уже давно понял, что этот странный парень всегда выкладывал то, о чём другие бы тактично промолчали. — Всё было не так, — сквозь зубы выдавил Бэкхён, отпихнув Чанёля, чтобы пройти, и, едва заметно прихрамывая, направился к дому. — А как? — Чен тут же увязался за ним, позабыв, что кроме них был ещё один участник этой сцены. Чанёлю ничего не осталось, кроме как пойти следом, глядя в их спины. — Не твоё дело! — А-а-а! — в расстройстве протянул Чен, кидая взгляд на Чанёля из-за своего плеча. — Я так хотел Чанёля себе забрать, а его соблазнила задница Бэкхёна. Там же лапать нечего, я проверял, — доверительно добавил он и подмигнул. Бэкхён дёрнулся, жаждая наподдать говорливому другу, а Чен только рассмеялся, увернувшись от острого локтя, и сказал, что ему в общем-то пора, он просто мимо проходил. Вот только, как он оказался тут, проходя мимо, непонятно, потому что жил он явно в другом районе. — Стой, — Бэкхён поймал его за руку и напряженно посмотрел, а после нескольких секунд безмолвных гляделок, отпустил, — а пофигу, всё равно нет смысла просить тебя промолчать, ищейка, блин… Чен только улыбнулся чеширской улыбкой, а Чанёль не понял, о чём они говорили. Он боится, что его друг расскажет в университете, что они встречаются? Зачем Чену его подставлять, они же друзья. Бэкхён хмуро проводил его взглядом и на мгновение прикрыл глаза, казалось, он был очень сильно расстроен. — Вы поссорились, что ли? — Что? Нет, вовсе нет. Он с улыбкой обернулся к Чанёлю, пшеница волос красиво растрепалась, зазывая убрать с лица, что он и сделал: протянул руку и нежно завёл прядь за ухо. — Просто вспомнил об одной небольшой проблеме, не волнуйся. И Чанёль не стал придавать значения тому взгляду.