Моё имя Бён Бэкхён

Бэкхён встретился у чёрного входа с Ченом и передал ему документы, которые выкрал из кабинета хозяина клуба немного ранее. Китайцу бы сменить охрану в клубе, потому что свои обязанности они выполняют весьма плохо. А может, это просто Бэкхён за время работы на мафию научился проскальзывать даже туда, куда пути нет. Закрыв тяжёлую двёрь чёрного хода, он хотел было вернуться в зал, где его ожидал Чанёль, но буквально налетел на охранника, который вертел в руках пачку сигарет. Похоже, это был как раз тот самый, что должен был охранять вход в кабинет Цзы Тао, но вместо этого наблюдал за представлением, происходящим внизу в зале. Мелькнувшее растерянное выражение на лице сменилось подозрительным, и он грубо спросил: — Тебя тут быть не должно. Что ты тут делаешь, питомец? Какого чёрта вынюхиваешь? — Я просто дышал свежим воздухом, — быстро ответил Бэкхён, попытавшись обойти охранника, но тот преградил путь. — Где твой хозяин? Почему ты разгуливаешь один? Охранник угрожающе двинулся на него, а Бэкхён дёрнулся в сторону и чудом проскользнул под его руками, пытаясь сбежать по коридору в зал, а там в полутьме его вряд ли уже найдут и опознают. Но, несмотря на свои неповоротливые габариты, у мужчины оказалось на удивление хорошая реакция, он схватил его за талию и, вернув назад, буквально вжал в стену своей тушей. Бэкхён трепыхнулся, попытавшись вырваться, но его лишь с силой вжали в холодный бетон носом, схватив за шею. — Не рыпайся. — Пустите! — прохрипел он, схватившись за пальцы, которые пережали доступ к кислороду. — Где твой хвост? — спросил мужчина, лапая его за задницу и пытаясь найти дырку в шортах. От этих прикосновений замутило, охранник таки услышал его хрип и чуть ослабил хватку на шее. Бэкхён услышал, что дыхание того сбилось, и стал вырываться сильнее, планируя, как бы ему сбежать. «Чёртов извращенец, тут не только гости, но и весь персонал ненормальный!» Рука мужчины прошлась по его животу и легла на застёжку шортов, и он попробовал лягнуть того ногой, но охранник ловко встал между его ног, словно сам об этом попросил! Тут Бэкхён услышал отголоски голосов, и руки охранника застыли, похоже, через его наушник передавали какую-то важную информацию. Голос вскоре стих, и в следующее мгновение Бэкхён вскрикнул, потому что его грубо схватили за волосы и сжали плечо. — Ах ты тварь, это случайно не тебя засекли камеры в кабинете Босса? — рявкнул охранник, широким шагом направившись в зал и потянув за собой. — Среднего роста, худой питомец со светлыми волосами! — Конечно нет! Да под это описание полклуба подойдёт! Бэкхён порадовался, что по крайней мере ему удалось передать документы Чену и у него ничего не найдут, если станут обыскивать, главное, теперь выбраться отсюда и больше тут не появляться. Он уже сделал всё, о чём просил Джунсу, так что теперь он чист перед мафией, ведь тот обещал его отпустить! Однако, когда его втащили в зал, где сновали охранники, сеяв смуту в зале, и хватали питомцев, ища подходящих под описание, он понял, что так просто ему не сбежать. Он быстро осмотрел зал и, только отыскав глазами Чанёля, который сидел среди группы гостей, смог на мгновение успокоиться. Клиенты были напуганы и возмущались, почему с ними так обращаются, но покорно сидели на своих местах, позволяя осматривать своих питомцев, они слишком опасались оружия за поясами охранников. Он увидел, что Чанёль его заметил, и слегка качнул головой, надеясь, что тот поймёт и не попытается ринуться к нему. — Вы нашли крысу? — Сбоку раздался знакомый голос с акцентом, и по спине Бэкхёна прошла ледяная волна. Он медленно перевёл взгляд в сторону и застыл, пересекаясь взглядом с хозяином клуба. Цзы Тао. Этот взгляд преследовал его долгие годы в кошмарах. Китаец окинул его в руках своего подчинённого взглядом и подошёл ближе. — Это он? — Он подходит под описание, ребята ещё ищут в клубе всех, подходящих под описание, а потом отведут их в комнату безопасности для сравнения с видео, — отчитался охранник. Китаец вновь посмотрел на Бэкхёна, который пытался спрятать глаза под пшеничной чёлкой, но охранник, заметив взгляд Босса, сжал его волосы на затылке и задрал его голову. — Разве это не ты в прошлый раз потерялся в моём кабинете? — медленно протянул Цзы Тао, подходя ближе и внимательно вглядываясь в его лицо. — Мне кажется это странным совпадением. — Это не я, — только и смог пробормотать Бэкхён, разом растеряв всё своё красноречие. Он сглотнул, чувствуя себя кроликом перед удавом. Чёрные глаза Цзы Тао были самыми жестокими, в которые он только заглядывал. Даже глаза Джунсу не были глазами беспощадного убийцы, хотя его руки были по локоть в крови. — Мне знаком твой взгляд, — после недолгого молчания вновь сказал китаец, остановившись напротив. Бэкхёна тут же толкнули в спину и заставили больно рухнуть на колени, из-за чего он буквально носом ткнулся в чужие кожаные ботинки с острыми носами, такие ударят, что кровавый синяк надолго останется. — Говори, куда дел документы из моего кабинета. — Я же сказал, это был не я! — воскликнул он, чувствуя, как внутри нарастает паника перед мужчиной. — Уверен? А если окажется, что на камерах засекли тебя? Бэкхён сглотнул и даже не пискнул, когда охранник сзади вновь грубо ткнул в спину, когда он попытался выпрямиться. Он будет всё отрицать, надеясь на то, что Чен или Джунсу соизволят вытащить его отсюда, ведь Чен наверняка уже передал бумаги Боссу, из-за которых Бэкхён рисковал. Хотя стоит ли надеяться на наличие совести у босса мафии? Внезапный звук выстрела прозвучал оглушительно в суматохе клуба. Он в ужасе посмотрел в зал, жаждая найти единственного человека, за которого переживал, и почти вслух выдохнул, встретившись со встревоженным взглядом Чанёля. Никто не успел понять, откуда прозвучал выстрел, как в клубе началась самая настоящая паника. — Наведите тут порядок, — коротко бросил китаец своим людям, словно перестрелки в этом клубе были обычным делом. — А нам с тобой нужно разобраться. Бэкхён вновь посмотрел на мужчину, и тот схватил его за волосы. — Но я ведь уже повторил, это был не я! Вам нужен другой человек, я ничего не знаю! В клубе стало шумно, люди, в панике пытались бежать из клуба, повсюду слышались крики и грохот мебели, а следом ещё несколько выстрелов. — Какой идиот открыл перестрелку в моём клубе? — услышал он голос китайца, прежде чем тот дёрнул его за волосы за собой, из-за чего Бэкхён еле удержался на гудящих от боли в коленях ногах, а трое охранников двинулось вслед за ними. — Хёнсу! Бэкхён оглянулся на любимый голос и заметил, что Чанёль ринулся к нему, прорываясь сквозь паникующих людей и упавшую мебель. Охранники, которые искали виновника паники, тут же навели на него оружие, но он этого не заметил. — Нет… — сердце Бэкхёна зашлось в страхе, когда он подумал, что может его потерять. Голос китайца донёсся до него словно через толщ воды. — Хёнсу?.. Сын моего вечного должника Ву Ванхока? Значит, вот откуда я помню твой взгляд, — хохотнул он, взглянув на него с сумасшедшим огоньком, а потом его резко потащили за собой. Бэкхён лишь успел с облегчением заметить, что рядом с Чанёлем уже оказался Чен и дёрнул его за стол, спасая от пули охранника. До него только потом дошёл смысл произнесённых мужчиной слов. Он перевёл взгляд в чужую спину. Цзы Тао его вспомнил. Страх буквально сковал.

***

Цзы Тао тащил его за собой, вцепившись кулаком в волосы, и Бэкхён едва успевал передвигать ногами, хватаясь за чужую руку. Колени жгло от боли, потому что иногда он спотыкался, но его продолжали тянуть за собой, не давая возможности успеть подняться на ноги. Охранники распахнули перед Боссом дверь, и он швырнул пацана в кабинет. Бэкхён упал на пол, неудачно ударившись рукой, и взвыл от боли, прижав её к себе. Цзы Тао не дал опомниться, так как тут же прилетел сильный удар под дых, который выбил из лёгких воздух. Бэкхён сжался на полу, закашлявшись и пытаясь вдохнуть воздуха. — Решил отомстить мне за нашу связь? — спросил китаец обманчиво спокойным голосом, и острый носок туфли больно ударил Бэкхёна в бок, заставив вновь взвыть от боли. — Долго же ты к этому шёл. Сколько лет прошло? — Ты слишком высокого о себе мнения, если считаешь, что я вынашивал план мести, — прошептал Бэкхён, хрипя и хватая ртом воздух. Тао быстро оказался рядом и дёрнул его за волосы, заставляя задрать голову и посмотреть на себя. От боли в уголках глаз появились непрошенные слёзы. — Мне и тогда понравился твой острый язычок, — усмехнулся он, и Бэкхён вздрогнул, увидев в его глазах сумасшествие. — Знаешь, я скучал по твоей заднице и очень жалел, что отпустил тебя тогда. Нужно было забрать тебя за долг твоего папаши. Он ведь отдал бы мне тебя, если бы я только попросил. — Мне быть польщенным? — криво улыбнулся он. — И та мразь мне вовсе не папаша. Он храбрился, но жутко боялся Цзы Тао. И никогда не прекращал бояться. Китаец внушал ему дикий безотчетный страх. И хотя он больше не был тем мелким пацаном, который отдавал долг отчима, он всё равно ничего не мог сделать против него. Он даже не мог посмотреть ему в глаза, потому что его пугали эти глаза убийцы! А ещё китаец был намного сильнее него хотя бы потому, что страх перед ним сковывал движения. Попытки Бэкхёна заниматься хапкидо успешно провалилось ещё в самом начале обучения, потому что на занятия не было денег. И всё равно он бы не выстоял против него, Цзы Тао знал ушу. Так что он боялся однажды вновь встретиться с ним, поэтому делал единственное, чему смог научиться с годами. Он виртуозно прятался, сбегал и изворачивался. Он перекрасил волосы, стал одеваться в толстовки и всегда натягивал на голову капюшон, чтобы спрятаться от всего мира. Бэкхён бросил отчаянный взгляд мужчине за спину, но лишь уткнулся глазами в закрытую дверь, которую подпирало два охранника и скользили по нему брезгливо масляным взглядом. Наверняка натуралы, но дырка есть дырка, так почему её не трахнуть? Его замутило, по спине прошлась дрожь, и, приподнявшись, он попытался отползти назад. — Мне нравится, что я вновь вижу в твоих глазах страх, — снисходительно сказал китаец, склонившись над ним. — Это очень возбуждает. — Больной извращенец, — прошептал он, потому что голос не желал слушаться, и вскрикнул, когда тот схватил его за шею. Притянув к себе, он укусил его за губу, и Бэкхён дёрнулся, чтобы избежать этого прикосновения, а потом взвыл. По подбородку потекла струйка крови. Дверь распахнулась, и он отчаянно понадеялся, что это пришли ему на помощь, но надежда померкла в глазах. Цзы Тао отпихнул его от себя на пол и обернулся. В кабинет затащили полуголого мальчишку, в котором Бэкхён узнал питомца этого китайца. Мужчина взглянул на охранника, который его сюда завёл, и выгнул бровь. — Этот стервец пытался позвонить в полицию, — тут же доложил охранник. — Крыса почувствовала, что тонет? Он полгода под меня копал, но ничего не получилось. Глупый японец. Цзы Тао рассмеялся, а Бэкхён, про которого на время забыли, ошалело искал пути отступления, медленно отползая назад и пытаясь не замечать боли в теле. Ринуться вперёд прямо в лапы охранников было бы опрометчиво, но и другого выхода из комнаты, кроме той двери, не было. — Проучи его и убей, а мы с Хёнсу ещё не закончили, да, малыш? — китаец вновь повернулся к нему. Как раз когда Бэкхён забежал за дубовый стол, и тут же стал выдвигать ящики, в надежде найти хоть что-нибудь для самообороны. — Мне нравится, что ты не сдаёшься, Хёнсу. Рядом послышался сдавленный стон пацана и смех охранника, а потом звук разрываемой одежды. Нет! Он не хотел так же! Цзы Тао обошёл стол и едва успел увернуться в сторону, когда Бэкхён подался вперёд, зажимая в пальцах ножницы. Он недовольно прошипел. — Схватите его, только живым, у нас с ним не закончен разговор. Китаец отошёл назад, уступая места двум бугаям из охраны, а Бэкхён отполз назад, сжимая в дрожащих руках ножницы. Мужчины были едва ли не в два раза больше него, так что когда его схватят, лишь вопрос времени. Но он не собирался так просто сдаваться, лелея надежду, что Джунсу не предаст, и это его люди устроили бойню внизу, что отчётливо стала доноситься до них. Когда один мужчина дёрнулся вперёд, Бэкхён, скаля зубы, резко ударил его ножницами, распоров кожу на руке. — Отвали! — выкрикнул он, и второй охранник гадко рассмеялся, опасно щурясь, пока первый громко матерился, прижимая к себе распоротую ладонь. Он подумал, что не всё потеряно, но в следующее мгновение его оружие резко выбили из рук и грубо приложили лицом о стол, что-то говоря по-китайски. В голове зашумело от сильного удара, а перед глазами заволокло тьмой. Он обмяк, держась на крае сознания и не понимая, что происходит. Его закинули на плечо и куда-то понесли, явно не заботясь о его состоянии. Мужчины о чём-то отрывисто говорили по-китайски, издалека доносились звуки выстрелов, а он чувствовал грубую ладонь, которая бесстыдно мяла его зад, хотя должна была лишь придерживать. Он пытался прийти в себя и ни в коем случае не терять сознание. Лоб жгло болью, а когда он до него дотронулся, то почувствовал влагу, пальцы окрасились кровью. Его закинули в кабинет, больно приложив о пол. Его оставили в покое лишь на минуту, а потом сдёрнули с ног шорты. Бэкхён, отчаянно сцепив зубы, попытался лягнуть ногой противника, но его с лёгкостью схватили за лодыжку и умело сжали сильными пальцами до крика боли. Звук расстегиваемой ширинки встрепенулся в душе отчаянием. — Нет… — он не хотел верить, перед глазами всё расплывалось, а во рту был металлический привкус крови. В задницу грубо вошли пальцы, раздвигая нежные стенки. Бэкхён взмахнул руками, пытаясь задеть насильника, но их оттолкнули, не давая и шанса на сопротивление. А потом он вцепился пальцами в жёсткий ковёр, ломая ногти и выгибаясь от раздирающей боли, с отвращением чувствуя как его грубо хватают за ягодицы. Крик застрял в груди с глубоко запрятанными воспоминаниями, когда Цзы Тао впервые его изнасиловал. Нет… он сам позволил это. Но ему ещё долго снился в кошмарах тот день. Сейчас его радовало лишь то, что Чанёль этого не видел. Он держался в сознании на чистом упрямстве, хотя ему очень хотелось сбежать от такой отвратительной реальности. Но он продолжал надеяться. Он должен быть в сознании, чтобы помочь разделаться с этой мразью, когда придут люди Джунсу. Они ведь обязательно за ним придут!.. Хотя зачем он нужен Джунсу? Он мог просто бросить его тут, ведь уже получил от него всю необходимую информацию, что хотел. И ему оставалось надеяться, что они хотя бы спасли Чанёля и увели в безопасное место. Джунсу обещал, что Чанёль останется цел и невредим, если он ему поможет. А он всегда держал слово. Сознание заволокло новой чёрной волной, разрывая его связь с реальностью, когда китаец грубо вошёл в него и укусил за шею, оставляя свою метку. — Да, продолжай кричать, мне нравится твой голос. — Чанёль! Он всё же позволил себе отключиться, с малодушием сбегая из ужасной реальности.

***

Он сидел у ног Цзы Тао безвольной куклой, потому что не мог даже подняться. Он чувствовал себя избитым и униженным, но ощущал ровно ничего, каждая клеточка тела болела, но внутри была пустота. Видимо, он смирился, что останется тут. Ноги не слушались, а в голове так и не развеялся шум. Наверное, у него было лёгкое сотрясение. Внизу уже всё стихло, и оставалось лишь гадать, кто же остался в победителях. Единственное же, о чём думал Бэкхён, смог ли Чанёль в безопасности выбраться из клуба. Китаец с усмешкой сказал, что знает, живым ему не выйти, если это не его люди одержали верх, но один он сегодня точно не уйдёт. И Бэкхён понимал, что это значит, и готов был уйти вместе с ним, если с его исчезновением жизнь Чанёля больше не будет такой опасной. Он не должен был втягивать его в свою жизнь. Он должен был давно уйти из его дома и не возвращаться, глупо было надеяться, что он не подставит адвоката, которым всегда восхищался, под удар. Когда дверь с грохотом распахнулась, Бэкхён почувствовал громадное облегчение и прилив силы. Больше не было пустоты, и разом вернулись все чувства. Даже если он не выберется из этой заварушки, он готов бороться до самого конца. Он готов драться до последнего вдоха за человека, которого любит всем сердцем. Глупый, смелый адвокатишка, ну почему он не убрался из этого клуба?! Хотя будь он на его месте, Бэкхён и сам ни за что бы не ушёл оттуда без него. Чанёль даже такой, чумазый от пыли, с растрёпанными чёрными волосами и потрёпанном костюме, показался ему невероятно красивым. Он зашёл в комнату вместе с Джунсу и его охранной. — Хёнсу… Бэкхён вздрогнул, услышав такое ненавистное имя из любимых уст, и заметил, как глаза Пака зажглись яростью, когда он увидел его, и дёрнулся вперёд, но его остановил Джунсу, заметив в руках китайца оружие. Он сидел в кресле с лёгкой улыбкой и запустил пальцы в пшеничные волосы. Бэкхён бы скинул чужую руку, но это заняло бы лишние силы. А терять сознание снова он никак не хотел. Джунсу посмотрел на него с еле заметным беспокойством на вечно непроницаемом лице, и это почти рассмешило, он впервые видел такие эмоции на лице хладнокровного босса корейской мафии, который сам же пихнул его в руки китайца. Но вместо смеха ему хотелось кричать от злости, почему он позволил Чанёлю подняться сюда вместе с ним?! Бэкхён поймал взгляд Джунсу и почувствовал стыд, когда заметил, как тот рассматривает следы насилия на его теле. Ему захотелось прикрыться руками, не видеть понимания в его глазах, не видеть жалости… А ещё, если он знал о его связи с Тао, то понимал, что так могло случиться! Уголок губы кровоточил и тянул тупой болью, лицо было вымазано разводами крови, шею жгло от собственнического укуса китайца, а чужая рука продолжала перебирать его волосы, словно всё было в порядке. На теле были ссадины и кое-где медленно наливались синяками отпечатки от рук, что недавно грубо его хватали. А довершением всего на бёдрах были разводы чужой спермы. Бэкхён сглотнул, встретившись взглядом с Чанёлем. Если он вдруг и выживет, будет ли он нужен Чанёлю таким?.. — Чаньли, мы с твоим питомцем вспомнили прошлое. Ты плохо его дрессировал, поэтому он так сладко кричал и был узким, словно мы вернулись на много лет назад, — китаец говорил так, словно встретился со старым другом, а по телу Бэкхёна прошлась дрожь. Он боялся увидеть отвращение в любимых глазах, поэтому быстро опустил голову и сжался, надеясь, что скоро всё закончится. — Остынь, — следом услышал он властный тихий голос Джунсу. В его голосе слышалась уверенность, и Бэкхён даже стал невольно верить, что у него всё под контролем. Наверное, именно это качество помогло ему встать во главе корейской мафии. Он мог внушить спокойствие и уверенность. — А ведь он так сильно тебя звал, когда я трахал его, что даже сорвал голос, а ты не слышал, — но Цзы Тао не собирался молчать, и спокойствие быстро сошло на нет, ненавистный голос увлекал за собой в пучину отчаяния, а ощущение чужих пальцев внушало отвращение к самому себе. — Всё кончено, Цзы Тао, ты остался ни с чем. Но я могу дать тебе шанс сбежать в свой Китай, если ты сейчас сдашься. — Чунсуя, ты так сильно хотел этот клуб, что даже нашёл этого паренька? Тебе повезло, что я оказался очень сентиментален, раз повёлся как мальчишка, — Цзы Тао ненадолго замолчал, а потом вновь заговорил, из-за чего внутри Бэкхёна всё заледенело, ему вовсе не понравилось, что тот снова обращался к Паку. — Чаньли, знаешь, не я тут главный злодей, а он. Бэкхён с ужасом проследил, как китаец небрежно указал пистолетом в сторону мужчин, и, казалось, даже не обратил внимания, что охрана Джунсу тут же взяла его на прицел из-за этого движения. Но ведь Ким должен понимать, что на самом деле китаец сделал это намеренно, и не должен медлить. Ему лучше убить Цзы Тао, прежде чем это сделает он. — Отпусти Хёнсу. Бэкхён даже сначала подумал, что ослышался, а встретившись взглядом с Джунсу, решил, что мог бы рассмеяться, если бы не гнетущее отчаяние в груди. Джунсу боится, что если его охрана откроет огонь, они заденут его? Китаец рассмеялся, слегка сжав его волосы в кулак, и Бэкхён сжал зубы, напряжённо вглядываясь в лицо босса корейской мафии. «Давай же, Джунсу, ты ведь должен понимать, что он знает, что не выйдет отсюда живым?» — Разве я его держу? Забирай. Бэкхён вовсе не ожидал, что его в следующий момент пнут ногой, и он почти растянулся не полу, простонав от боли в избитом теле. — Мне хотелось бы ещё понастольгировать вместе с Хёнсуя, но разве я могу пойти против любви? Бэкхён попытался подняться на дрожащих руках, а Чанёль кинулся к нему, Джунсу вновь попытался его остановить, но поздно, Цзы Тао вскинул руку с пистолетом. Его буквально подкинуло вверх от мысли, что он может потерять адвоката, и закрыл собой. Грянуло три выстрела, в звенящей тишине. Он даже не понял, что произошло, упав в руки Чанёля, который в ужасе на него уставился, а во рту появился отчётливый привкус железа. В ушах нарастал шум, и он лишь видел, как безостановочно движутся губы Пака, что-то повторяя, но он никак не мог понять что, потому что резко навалилась усталость. Он не понимал, почему стало очень холодно, и почему Чанёль смотрел на него с таким диким страхом в глазах, ему просто хотелось отдохнуть. Чанёль обнял его покрепче, с отчаянием смотря на Джунсу, а Бэкхён подумал, что он готов остаться в его руках навсегда. Вместо шума, в ушах появился звон и звуки заполнили всё вокруг, Бэкхён поддался усталости, закрывая глаза. — Хёнсу, держись за мой голос, слышишь? Не закрывай глаза! Всё будет хорошо. Всё будет хорошо, — последнее, что он услышал, прежде чем наступила пустота.