Рябое зеркало

Э-м-м! А что это только что было? Я с утра, как уже повелось, сварил кофе и принес его и бутер с ветчиной и сыром очень занятому дирику. Тот как раз пиздел с кем-то важным по телефону и не обращал на меня никакого внимания. Ну, по крайней мере, мне так казалось. Я поставил поднос и со спокойной совестью развернулся и тронулся к выходу, перечесляя в уме, с каких договоров лучше всего начать рабочий день, как мне вдруг, ни с того, ни с сего, прилетело прямо по филею. Бац! А потом звук еще такой — шлеп! Больно… От неожиданности чуть не подпрыгнул. Оборачиваюсь и глазам не верю. Сидит себе. Продолжает увлеченно разговаривать и медленно вычерчивать какие-то знаки в блокноте. Ну, очень занятой человек. Весь его вид демонстрирует: я тута не причем. Ага. Инопланетяне, блин, прилетели, ебнули по булке и быстренько улетели. — Вам не кажется, что вы переходите уже все границы? Кладет трубку. Откладывает карандаш. Медленно поднимает голову и… — То есть, ты хочешь сказать, что, когда я тебя целовал, лапал, дрочил, все было в пределах нормы, но как только я шлепнул тебя по мягкому месту, то перешел все границы… Странные у тебя границы… ты не находишь? — Я… Да вы… Да что вы себе позволяете! Да вы достали меня уже! И вообще… Хватит так со мной обращаться! Я на Вас работаю! Работаю? — дожидаюсь утвердительного кивка и продолжаю: - Секретарем, а не мальчиком для битья или там еще для каких извращенных штучек, которые , не дай Бог, в вашу больную голову придут! Я — Секретарь!!! Вам понятно? Он встает из кресла, а я пячусь от него. Весь запал куда-то подевался. Он давит массой, волей, аурой (понимайте, как хотите). Большой, серьезный, решительный и весь сейчас сосредоточенный на мне! Во что я снова вляпался? Вот правду говорят: «Не буди лихо, пока оно тихо». Чего мне стоило промолчать? Ведь молчал же до сих пор. Ан нет. Решил разобраться и вывести на разговор… Походу вывел, но на разговор ли? И я уже не так уверенно, чуть дрогнувшим голосом, но все же повторяю: — П-понятно? И тишина. Я шаг назад. Он вперед. Еще шаг, еще… теперь огибаем стол. Танго, ебтыть! Оглядываюсь на дверь, и это моя стратегическая ошибка! Он действует стремительно. Хватает за плечи и, чуть развернув, впечатывает в шкаф. Ауч! Кажись, приехали. Конечная. Наклоняется. Смотрим друг другу в глаза. Боже, как же мы с ним похожи! И в тоже время какие же мы все-таки разные! Я никогда не смогу стать таким, как он. Властный… Несгибаемый… Мощный… Незаурядный… И… ой! Да что же это такое-то? Я снова на цырлах, а меня нагло вылизывают… Шею… Кадык… Чуть прикусывают кожу, посасывают… Мочка уха… Тропинка к подбородку… Губы… Рот… Языки сплетены. Где чей, уже не разобрать. Классно. Он уже меня не держит, так, поддерживает, чтоб не грохнулся… Его руки поглаживают спину, опускаются на ягодицы и подтягивают меня выше, прижимают к себе. Мои же взлетают вверх и конвульсивно сжимают его плечи. Сладко… Как же вкусно он целует! Глаза закрываются сами. Я тону в ярких ощущениях… И тут… Раздается скрип открывающейся двери и голос. Женский… — Артур Джасимович, мне срочно нужно под…пи…сать, — открываю глаза и вижу замершую на пороге Юлиану. Глаза у нее по пять копеек и шок на лице. Она на автомате договаривает оборванное слово и замирает, как статуя. — Позже! Выйди! Но то ли на нее столбняк напал, то ли еще что, но она только и может, что, как та рыбка, стоять и то открывать, то закрывать рот… Руки сжимают чуть сильнее и отпускают на пол. Оглядывается и добавляет:  — Не видишь? Я занят! Заминка дает мне время очухаться и вырваться из ослабевшего захвата. Одергиваю пиджак и, стараясь сохранить остатки гордости, чуть хрипловатым голосом произношу: — Мы уже закончили, Артур Джасимович. Надеюсь, вы воспримете мои слова всерьез, потому как мое мнение на этот счет не изменилось! Всё! Пора сваливать, что, собственно, я и проделываю, предусмотрительно прикрываясь Юлианой, как щитом. Фух!!! Вот это экстрим! Американские горки не взлетают. Меня давно так не трусило и не колбасило, а тут… Каждый день как по минному полю хожу! Шаг влево, шаг вправо — расстрел! Прыжок на месте — провокация! Как жить? Ну, зато точно — не скучно! Слышу приближение голосов и спешно сматываюсь в курилку. Я некурящий. Бросил года два назад, после того, как мамку врачи с того света вытащили, но такими темпами скоро опять начну, закурю с ним. Доведет! Ну, а если серьезно, то мне стоит уже признаться, хотя бы самому себе, что он мне нравится. Нравится не для того, чтобы чисто потрахаться, а-а-а… Хочется чего-то более… Просто у меня все как-то не по-людски… Отношений ни с кем не было, да и не хотелось как-то. Никто не цеплял за душу. Партнеры, конечно, были, но мальчики на одну ночь. Потрахались — разбежались. Ни контактов, ни лишних разговоров. Не хочу так больше… Надоело! Хочу… Быть с кем-то, засыпать и просыпаться в одной постели. Хочу, чтоб было с кем поделиться о наболевшем или просто помолчать в уютной тишине. Или, например, обняться и смотреть какую-то муть по телеку. Хочу переживать и беспокоится о дорогом для меня человеке… Будет ли всё это с Артуром? Я не уверен. Он не такой, как все остальные. ДРУГОЙ. Да, именно с больших букв. Я таких, как он, еще не встречал и поэтому не понимаю, что у него на уме. Понятно, что, если я буду с ним (или стоит сказать уже когда, не дурак, если бы не Юлиана, он бы меня уже разложил!), то только в роли пассива. Меня это не особо напрягает, тем более, что я не представляю себя с ним в другой позиции. Но… Чего он добивается? Просто спортивный интерес или что-то более? Чего он хочет в долгосрочной перспективе? Вопросы, вопросы… И нет ни на один готового ответа! Посидел, подумал, но поговорка про работу, лес и волка явно не про меня. Работу, если не работать, то она меньше сама по себе не станет, так что пора подрываться и топать. Глядишь, и озабочка у шефа уже спасть успела, и мы наконец-то сможем спокойно и продуктивно поработать (пипец какие словечки я за неделю выучил). И правда. В приемной пусто, у Артура дверь закрыта. Тишина. Лады. Сажусь за клаву и пропадаю для окружающего мира. Договора, кофе, письма, двойной кофе, отчеты по статистике, кофе и выпечка, тендеры… Обед… Документы на подпись шефу (без эксцессов, только рабочая атмосфера) и бегом в налоговую, но сначала — кофе со сливками… Налоговая сожрала остаток дня, и я под вечер, наконец , освободившись, вбегаю в приемную и стучусь к шефу — отчитаться. Никого нет. Странно… Спускаюсь на пост охраны. Уехал. Ну, значит, и мне домой пора!