Часть 18
19 июня 2022 г., 03:43
Комнату заливал солнечный свет, и солнечные же зайчики шаловливо разбежались по покрашенным стенам, мебели и прочим различным предметам, населяющим эту самую комнату; в основном они отражались от металлических частей механических игрушек. Лайз лениво и безэмоционально, как бы ему хотелось, наблюдал за этой феерией солнечного безумия, и несомненно то, что он видел ему нравилось, но эмоции его были настолько приглушены, что он ничего не мог поделать. Сперва он намеревался разнести на мелкие запчасти все игрушки в комнате, но припомнив, с какой любовью Шэм водил по каждой из них, едва касаясь кончиками пальцев, словно боялся их ненароком поломать, то передумал, весь пыл Лайза спал на нет. Это его мучило, ведь парень ему одновременно нравился, и в то же время был причиной разлада в их семье. Дилемма нависла злым роком над головой мальчишки. Что же делать ему? Он решительно держался стороны матери, считая ее пострадавшей, но... Как его это раздражало! Неужели всегда нужно выбирать между важными вещами одно единственно преобладающее, ценное.
Ранее, он подозревал, что произошла некая неприятность, точнее возникла какая- то проблема, которая влияет на благополучие его семьи, однако, до недавних событий, он не мог даже предположить, что этой причиной станет человек, который ему нравится. Впервые ему кто-то так нравился. Да, он и теперь не перестал симпатизировать Шэму и это вызывало у самого Лайза недоумение: он абсолютно не способен ненавидеть Шэма Акиса. Вот это и составляло проблему. Неужели симпатии способны подобным образом влиять на людей? Пожалуй, Лайза это даже немного пугало. Размышляя объективно он понимал, что у него есть несколько путей, необходимо только выбрать определённую тактику поведения, но эмоции всё портили, вносили смуту и переворачивали принятое решение с ног на голову.
Лайз вздохнул. Пожалуй, будет правильным оставаться в стороне и наблюдать, и пока взрослые играют в свои непонятные игры, он подумает над тем, как ему наладить собственные связи со всеми игроками одновременно. И первым с кем ему предстоит поговорить, будет Уильям Абелайо. Лайз твёрдо решил, что сейчас это самый нужный и полезный для него человек из всех, который был причастен, - это он понял чуть позже, прокрутив события в голове несколько раз, - Вилли имел некую информацию, о которой сам Лайз не знал, и именно он мог помочь определить картину в целом. Поэтому, прежде, чем делать выводы, нужно было ещё раз увидеть Уильяма. В последний раз они столкнулись в доме Абелайо. Оставалось придумать, как это сделать снова, не вызывая подозрений. Лайз нахмурился; видимо, без помощи деда не обойтись.
И, пожалуй, ему стоило прикрыть шторы и выгнать этих солнечных прохвостов из комнаты, уж слишком безнаказанно они развеселились!
***
Свет от лампы потускнел и Шэм рассерженно ударил по столу: вот уже третий час он торчал в этом злосчастном подземелье дома Абелайо и, тщательно проверяя, переписывал учётную книгу, исправляя и внося уточнения в записи Кэрри, который, как оказалось, не был так безупречен в подсчётах и теперь ему - Шэму - поручили перепроверить и заново сделать работу, которой они занимались весь прошлый день. Порой Кэрри был невыносим, а Шэм об этом периодически забывал. Он с обречённым стоном ударил лбом о раскрытую книгу. Что касается света, то лампа каким-то образом, через определённые промежутки времени тускнела и гасла, реагируя на движение. Нет, Шэм о таком слышал, но не предполагал, что Абелайо установит подобную систему в своём погребе-подземелье, где ему приходилось периодически взмахивать рукой или каким-либо другим образом напоминать о своём присутствии. Хотя сейчас он себе казался почти недвижимым трупом. Шэм успел замёрзнуть, но возвращаться ему не хотелось из-за собственных упрямства и обиды, и хотя это было глупо, он продолжать прозябать в холодном полуподвальном помещении. Он невольно вспомнил о приятном прошлом и так и застыл, уперевшись лбом в исписанные листы, и настолько погрузился в себя, что не заметил, как свет окончательно погас. Лишь ругань Кэрри привела его в чувство и он поспешно взмахнул рукой. Снова стало светло. Кэрри приблизился. - Извини, но не мог бы ты больше так не делать? - на возмущённое высказывание, Шэм лишь приподнял бровь, как бы намекая, что это должны были быть его слова. Но Кэрри даже не смутился. - И не надо делать такое лицо! Допустим я сделал ошибку, допустим я не товаровед, и допустим, что я немного виноват, но ты! Ты меня до чертиков напугал. И Кэрри, шумно выдохнув, как ни в чём не бывало уселся на стул напротив. - Какого тогда ты так уверенно взялся за эту работу? - удивился Шэм, едва не выронив перо из рук. Слова Кэрри его ошарашили. Нет, он конечно подозревал, что этот парень "оторви и выбрось", но чтобы настолько. - Зачем морочил всем голову? - Послушай, я старался быть полезным, - бесхитростно ответил Кэрри. - Согласен, я немного переоценил свои силы. До Тиво мне далеко. - Ты, ты, - но Шэм не нашёл ничего лучше, чем промолчать. Он возмущённо задышал, поджимая губы, и продолжил работу. Они какое-то время молчали. Керри вздохнул. - А у тебя хорошо получается, - донеслось до Шэма. Он только тихонько фыркнул. - Пожалуй, ты даже сможешь когда-нибудь его заменить. - Кого? - не отрываясь от букв и цифр, переспросил Шэм. - Тиво, конечно, - похоже, Кэрри был серьёзен. Шэм поднял голову и внимательно на него посмотрел. - Я не собираюсь никого заменять. - Но, хммм, - многозначительно произнёс Кэрри, изобразив в конце загадочную мину на лице. Шэм отмахнулся от него. - Может я смогу тебе помочь? Ладно, понял-понял, не надо на меня так зыркать. И обиженно вздыхая, Кэрри удалился, у выхода напомнив Шэму, что обед через час и он ещё его навестит. Когда Кэрри ушёл, Шэм задумался: он искренне удивлялся положению Кэрри. Зачем Абелайо его держал? Ну, ему, конечно, нравился Кэрри, как человек: он был весёлым, непосредственным, немного хулиганистым, дружелюбным, однако, несмотря на всё это, часто делал ошибки в работе, нередко увиливал, бездельничал и порой бесцельно болтался по дому. Зачем? Зачем Абелайо, с точки зрения полезности, такой работник? Шэм недоумевал. Его это даже заинтриговало. Но, пожалуй, он подумает об этом в другой раз. Ему оставалось выполнить ещё две трети работы, исправление которой требовало куда большего времени, нежели он ранее предполагал.***
- Спасибо, Кэрри, ты можешь идти, - отпустил молодого человека Гарольд. И как только тот вышел, он уже не размышлял о том, что будет делать дальше, а точно знал. - Итак, - подал голос молодой мужчина из кресла напротив. - Зачем вам всё это? - Уважаемый господин Блэйр, - начал Гарольд, медленно растягивая слова. Он сложил руки перед собой в замок. - Скажу начистоту, я хотел оставить мальчика здесь, и даже имел намерения обучить его. Безвозмездно, естественно. Однако, всё сложилось не лучшим образом, и он поддался влиянию... этого человека... - Адэхо, - прошипел Артур, сверкнув глазами исподлобья. Он был вне себя от гнева. - Почему вы раньше не сказали, не предупредили меня? Я мог бы это предотвратить! На что Гарольд многозначительно промолчал. А потом продолжил: - К сожалению, всё сложилось именно так, как есть, и теперь нам, а точнее вам, - при этом он выразительно взглянул на мужчину, - следует поспешить и оградить господина Акиса от разрушительного влияния господина Адэхо. Их взаимоотношения ничего хорошего не сулят. Для всех нас. - Так почему вы не предусмотрели этого? Он же был под вашим наблюдением! - Я не настолько всесилен, - Гарольд едва сдерживал раздражение, зарождающееся внутри него. Он действительно упустил ситуацию, поддавшись эмоциям, он был слишком самоуверен, но не хотел этого показывать. Впервые за долгое время он поддался эмоциям и потерял контроль. Конечно, он не привык иметь дело с сопляками. Особенно, когда они тянули за собой воспоминания из прошлого. Даже Кэрри был достаточно взрослым и ответственным, по сравнению с Уильямом или Шэмом. Правда, об этом знал только сам Гарольд. Он сжал губы в тонкую линию. Ну не говорить же этому идиоту, что он совершил ошибку, посмел расслабиться и недопустимо размечтаться, как старый наивный осёл. - Что, простите? - Артуру показалось, что молчавший всё это время господин Абелайо, что -то прошептал, что-то напоминающее по тихим звукам слова "старый" и "осёл". Гарольд прокашлялся. - Мы будем выяснять, кто и что сделал или не сделал, или всё же приступим к действиям? - на что Артур молча кивнул, соглашаясь. - Полагаю, что тут один выход. - Если вы о том, чтобы увезти мальчика подальше отсюда, то вы правы, - Артур быстрым движением пригладил выбивавшиеся из скромной прически непослушные волосы и поудобнее уселся в кресле, пытаясь скрыть нервозность. - У меня нет другого предложения. - Вы говорили раньше, но... вы уверены, что он согласится ехать с вами, вот так сразу? - усмехнулся Гарольд. Но Артур смотрел без тени веселья, слишком серьёзно, и сейчас напоминал этим выражением своего племянника. - Хорошо, вы можете расчитывать на помощь в этом деле. Я как никто другой заинтересован в скорейшем решении... этого вопроса. Гарольд сжал губы, чтобы не назвать мальчишку "проблемой", каковой он его и считал в данный момент. Из-за этой интрижки Адэхо и Акиса всё летело к чертям, и ведь он видел, к чему всё идёт, точнее летит, но продолжал беспечно наблюдать. На что он рассчитывал? С трудом он признал, что совершил глупость, не вмешиваясь в полную силу, как он мог сделать. Где-то в глубине души, очень глубоко, обитало знание о собственных привязанности и ревности. Единственное, что гасило горечь от ошибки, от потери, это приобретение важной фигуры в этой игре. Он добился расположения другого более значимого человека - Уильяма Абелайо. Это была победа, по сравнению с которой меркли все убытки. Достижения Гарольда обрели смысл в достойном наследнике, в чём он не сомневался ни на секунду. Осталось лишь немного обработать алмаз, чтобы он в полную силу заиграл своими гранями. - Пока ничего не говорите ему, - донёсся до него тихий голос Артура. Мужчина был внешне спокоен и задумчив. Затем он уверенно посмотрел в глаза господину Абелайо. - Мне нужно немного времени, чтобы привезти сюда сестру. Её присутствие необходимо. Если это не сработает, то ... - Уверен, что это лучшее решение, - прервал его Гарольд. - Я достаточно пообщался с господином Акисом, и смею утверждать, что он не глупый и весьма чувствительный мальчик. Встреча с матерью, как нельзя лучше подействует на него, и поможет скорейшему принятию верного выбора. Точнее, он будет вынужден принять это, как данность. - Надеюсь, что это так, - угрюмо рассматривая мужчину, фыркнул Артур. Вспоминая счастливое выражение лица паренька, он уже ни в чём не был уверен. Но и оставлять его здесь было недопустимо. Слишком много дел наворотил ненавистный Адэхо. Артур искренне полагал, что именно этот долговязый мужчина и втянул в опасные отношения несмышлённого мальчишку. Именно такой вывод сделал Артур, со стороны наблюдая за ничего не подозревающим Шэмом. В этот момент дверь распахнулась и в комнату вошёл привлекательный молодой человек со светлыми волосами и красивым, но недовольным лицом. - Какого черта этот наглый идиот всё время следит за мной? - сразу зло выпалил Вилли, не обращая внимания на гостя и такие условности, как этикет, правила и воспитание. В доме Абелайо он сознательно вёл себя вызывающе, и пусть это выглядело по-детски, но он не мог отказать себе в удовольствии покапризничать и насолить старикану. - Позвольте представить, мой племянник, господин Уильям Абелайо, - произнёс Гарольд, обратившись к гостю и игнорируя выходку Вилли. Тот насупился и перевёл взгляд на гостя. - Ты?! Ты! Это ты! - позабыв о жалобах на Кэрри, воскликнул Вилли, ткнув пальцем в сторону Артура и выразительно тараща глаза. Мужчина насмешливо смотрел на него, улыбаясь, и затем приветственно кивнул ему. Вилли едва не задохнулся от возмущения, - это что? Что ОН тут делает? - Уильям, это господин Артур Блэйр, - терпеливо, как маленькому ребенку, объяснял господин Абелайо. - Он здесь по делу, а ты, ворвавшись сюда, между прочим, прервал нашу беседу. - Ха! Я его знаю! И что же? Очередное злодейство обсуждали? - наплевав на приличия заявил Вилли, он чувствовал, что при этом госте ему можно безнаказанно повеселиться. Он развязанным шагом прошёл к креслу и наглым образом протянул руку мужчине. - Приятно познакомиться, снова, хотя я предпочёл бы вас больше не встречать. - Вот как? Очень интересно, молодой господин Абелайо, а вот я наоборот, очень рад нашей встрече, - шутливо ответил Артур, уцепив протянутую руку и не позволяя Вилли вырвать её обратно, вгоняя его, тем самым, в краску. Наглючий тип заставил Вилли смутиться. Когда Артур всё же отпустил его, тот фыркнул, не принимая проигрыша, и задрав нос вызывающе плюхнулся в соседнее кресло, не обращая внимания на недовольство "старика" Абелайо. Вилли и сам не знал, отчего он так глупеет и упрямится, подобно ребёнку, но именно такое действие, влияние на него оказывал гость старикана. - Уильям, тебе стоит нас оставить наедине, - Гарольд призвал всю свою выдержку, чтобы не сорваться. Этот мальчишка слишком много себе позволял! Но Вилли лишь звонко засмеялся в ответ. - Уважаемый дядюшка, не стоит так сердиться, ведь господин Артур вовсе не против моего присутствия, верно? - и, ожидая поддержки своим словам, он повернулся к Артуру, который также явно веселился с его выходки. - Верно, я действительно вовсе не против, тем более, что мы уже всё обговорили, - мужчина бодро и с лёгкой улыбкой поднялся с места и озорно подмигнул Вилли. - Эй! Так не честно, - обманчиво обидчивым тоном протянул Вилли. Ему не понравилось, что мужчина ему подыграл и стал в глазах Вилли менее противным и подозрительным. Это было плохо, значит гад не такой уж гад. Он тоже вскочил с места. - Тогда разрешите вас проводить, - он хитро улыбнулся, и тут же спросил у закипающего Абелайо, - дядюшка, вы же не против? - Отчего бы и нет, - поддакнул беззаботно Артур. Гарольд прикрыл на секунду глаза и устало махнул рукой, позволяя тем самым этим двоим делать, что заблагорассудится. Он, пока что, не имел достаточной власти над мелким негодяем, и впереди у Гарольда предстояла большая работа по воспитанию неуправляемого племянничка. Вилли кривляясь в благоговейном полупоклоне, руками пригласил гостя к выходу, предоставляя тому право первым покинуть кабинет. Артур учтиво поклонился хозяину, едва сдерживая смех, и последовал к выходу. Вилли направился за ним, не обращая внимания на грозно зыркающего им вслед Абелайо. - Молодой господин не боится расстроить дядюшку? - хитро щурясь, спросил Артур у сопровождающего его Вилли, когда они отошли подальше от двери кабинета. Вилли смерил его насмешливым взглядом. - Молодой господин вообще не заморачивается по поводу каких-либо расстройств своего дядюшки, - быстро ответил он. - И можете называть меня по имени. - Видимо, это будет мне дорого стоить, - засмеялся Артур. Они подошли к лестнице. Вилли хмыкнул. - Вам виднее, - он склонил голову. - Так что же, вы снова следите за мной? - Нет, - честно и просто ответил мужчина, и Вилли ему поверил. Он прекрасно различал ложь и правду. - Тогда за кем? - от этого вопроса Артур на время впал в ступор. Он внимательно посмотрел в глаза парню. - На этот раз вы слишком долго думаете, значит я прав? - Это не имеет к тебе отношения, Уильям, - выкрутился Артур. Вилли печально улыбнулся. - Отчего-то мне так не кажется, - произнес он. И вздохнул. - И когда же вы снова нас посетите? - Э-э, возможно через пару дней, - замялся Артур, и замер, столкнувшись взглядом с поднимавшимся им навстречу Шэмом Акисом. - Ох, добрый день! - Добрый день, - удивленно ответил Шэм. Он остановился, прижимая к груди кипу бумаг, и уставился на мужчину и Вилли, которому он кивнул, обрадованный встречей с последним. - Привет, Вилли. - Привет, вижу, что работа кипит, - и Вилли указал на ношу друга. Шэм скривил губы в подобие улыбки. Артур тихонько наблюдал за ними со стороны. - Подожди меня, я только провожу гостя и помогу тебе. - О, нет, что ты, не стоит, - торопливо воспротивился Шэм. - Я справлюсь, не волнуйся. Не думаю, что это то, чем тебе следует заниматься, Вилли. - Ты шутишь? И чем же мне, по твоему следует заниматься? - нахмурил брови Вилли. Но тут он заметил, с каким интересом их слушает его спутник и передумал спорить с другом. - Хорошо, давай потом поговорим. Они разошлись, и Шэм проследил косым зрением, как Вилли и "гость" молча спустились, и скрылись в лестничном пролёте. - Это твой друг? - поинтересовался Артур. Он-то уже знал, что мальчики были друзьями. - Вы же это прекрасно знаете, - усмехнулся Вилли, и Артур почувствовал себя дураком. Вилли остановился. - Но есть вещи, о которых даже вы не в курсе, и это меня чрезвычайно веселит. - И что же это? Может любезно поделитесь со мной? - и засмеялся, когда увидел реакцию Вилли. - Пожалуй, я ошибался на ваш счет, - спохватился, сперва растерявшийся от такой наглости Вилли, - вы ещё хуже! Артур всё ещё смеялся и вдруг похлопал по плечу возмущенно глазевшего на него парня. В ответ Вилли весело фыркнул. Однако мужчина ему понравился, в отличие от их первой встречи. Что-то было в нём, чего он не рассмотрел прежде. Возможно, ранее он был просто раздражён и не обратил должного внимания, или просто ситуация не располагала. А чуть выше к их смеху беспокойно прислушивался Шэм, поудобнее перехватывая кипу бумаг. Ему показалось, что он уже где-то видел этого мужчину, он казался смутно знакомым. Но его мысли тут же уступили место другим, более приятным воспоминаниям. Шэм расплылся в улыбке, и продолжил свой путь. Ему ещё нужно было согласовать несколько моментов с господином Абелайо, и сверить некоторые пункты в документах. А также озвучить своё окончательное решение на предложение господина Абелайо. Шэм решил продолжить здесь работать, но временно, пока не найдёт другую более подходящую работу, хотя Эйкен как-то и упомянул о необходимости обучения. И даже предложил посодействовать поступлению в местную академию. Забота Эйкена не могла не радовать Шэма, но он всё же не хотел беспокоить своего любимого на этот счет. Шэм вообще не считал правильным подобное вмешательство. Что касается предложения Абелайо, то оно было заманчивым, но Шэм решил, что не может воспользоваться и им. Он особо не рассуждая на этот счёт, пришёл к тому, что самое правильное, - это самостоятельный, независимый ни от кого путь. Сейчас он просто не мог поступить иначе. Однако, спустя час, после разговора с господином Абелайо, Шэм ужасно рассерженный шагал к себе в комнатку, где он хотел поскорее переодеться и оказаться в своей скромной квартирке. Желательно с Эйкеном. Но даже мысли о возлюбленном не могли приглушить его возмущения. Господин Абелайо пытался его шантажировать, - намёками, не прямыми угрозами, конечно, - или на что это было похоже, когда твои отношения связывают с возможной оглаской, что несомненно приведёт к непоправимому вреду для репутации любимого человека. А ведь Эйкен, он не готов сейчас уйти, разорвать отношения с супругой. Шэм про себя называл Мирлинду "супругой Эйкена", он ещё чувствовал себя виноватым перед ней. И зачем ему всё это терпеть? Но уволиться сейчас он не мог, ему нужны были деньги, а брать их от Эйкена он не мог, и даже мысли такой не допускал. Возможно его суждения были поверхностными, но он никак не желал задумываться обо всём, что с ними обоими происходило; погружаться в ситуацию, принимать ответственность, чувствовать вину ужасно не хотелось. Слишком тяжела ноша... Так, отмахиваясь от всего, он примерно и рассуждал, пока мчался в комнатку, но он не успел захлопнуть за собой дверь, как её дернули. И следом за ним в комнату вошёл младший Абелайо. - Что тебе нужно, Вилли? - резче, чем он того хотел, рыкнул Шэм. Настроение не располагало к беседе. Ничего, он потерпит все неприятности и прочее эти несколько дней, пока не найдет другую работу! Взвинченный разговором с господином Абелайо, он принялся озлобленно расстёгивать пуговицы на сюртуке, не обращая внимания на друга. Вилли замер, его сердце забилось чуть быстрее, но он тут же одёрнул себя и, по-привычке, тряхнув головой, якобы отбрасывая уже подстриженную челку, поинтересовался: - Что-то случилось? - улыбка вышла снисходительной, на что он получил очередную порцию сверлящего гневного взгляда от раздевающегося парня. Волосы у Шэма были всклокочены и торчали, что делало его схожим с вздыбившим шерсть кошаком; глаза готовы были метать убийственные молнии, а щеки разрумянились. Но это выглядело чрезвычайно мило по-мнению Вилли, потому он и не мог скрыть улыбку, молча рассматривая Шэма. Едва ли не по-кошачьи фыркающий друг грозно нахмурил брови: ему показалось, что Вилли насмехается над ним. - Ну что? Что ты лыбишься? Всё веселишься? - бросил ему Шэм, отворачиваясь и резкими движениями сбрасывая с себя узкий ненавистный сейчас сюртук, а затем и рубашку. Потом он расстегнул штаны и тут его остановило молчание наблюдателя. - Чего притих? - Откуда это? - Вилли в одно мгновение оказался рядом и ухватив Шэма за горло, повернул его голову вбок, приподнимая подбородок и впиваясь во что-то взглядом. Шэм пытался вырваться, не понимая сперва, но через секунду пришло осознание. - Черт, пусти, - дернулся он в сторону, рукой отодвигая друга, но безрезультатно. Вилли не отреагировал на эти протесты. Он словно окаменел и онемел, рассматривая более внимательно шею, а затем медленно опуская взгляд ниже - грудь и торс. Смущённый этим Шэм, снова дернулся, но Вилли лишь сильнее сдавил рукой его шею, подавляя. Ведь осмотр ещё не завершился, и Вилли не слышал ничего вокруг. Шэм от сиюминутного испуга перешёл к изумлению. Наконец, Вилли поднял взгляд и уставился ему в глаза. - Я спросил, откуда ЭТО? - тихо, но требовательно спросил он, не выпуская горло "друга". Шэм обеспокоенно часто заморгал, но улыбнулся, как можно беспечнее. - Что тебя так смущает, Вилли? И какая вообще тебе разница? - это было довольно дерзко, но Шэму захотелось ужалить Вилли. Какого хрена он себе позволял?! Он снова сделал попытку вырваться из захвата, ощутив, как Вилли сжал горло сильнее, отчего Шэм закашлялся, вцепившись в его руку своими обеими. Сейчас он не воспринимал угрозу всерьёз, не испытывал реального страха, и поэтому не действовал в полную силу, пытаясь достучаться до друга по-хорошему. Со стороны могло показаться, что Уильям находился в какой-то прострации. - Вилли, что ты делаешь? Пусти, - хрипло выдавливая слова, Шэм ударил его в грудь. Вилли опомнился и оттолкнул его так, что Шэм плюхнулся на узкую кровать и, полулёжа, опираясь локтем о жёсткий матрас, другой рукой потёр горло и с раздражением в голосе спросил: - Сдурел?.. Что за херню ты творишь? - Ты, идиот, - сощурил глаза Вилли, и звук его голоса был похож на змеиное шипение. Контролировать себя стало сложнее, тем более, что придурок вообще не понимал последствий. Вилли склонился над замершим "другом", как над жертвой, упираясь обеими руками о матрас и зажимая его таким образом по обе стороны. В итоге они оказались лицом к лицу, и нос к носу, смотрящими друг другу в глаза. Находясь настолько близко, Шэм смог рассмотреть плескавшиеся в глубине небесно-голубых глаз холодную ярость и ненависть. Но ведь Вилли совершенно точно не мог его ненавидеть, тем более неизвестно за что! Ведь так? Это так поразило Шэма, что у него стали наворачиваться слёзы от одной только мысли о подобной неприязни со стороны дорогого ему человека: он никогда не видел, чтобы Вилли смотрел на него ТАК, и множество ссор и недомолвок в прошлом никогда не давали повода для настоящей ненависти. И в этот момент на лице Шэма отобразились отчаяние и боль, и Вилли слегка отпрянул, растерявшись. Гнев сменился на недоумение и беспокойство. И ещё что-то, но Шэм не успел понять, так как в этот момент Вилли одной рукой приобнял Шэма и с силой прижал к себе, уткнувшись ему в шею. - Прости, не знаю, что на меня нашло, - прошептал он в ответ, отворачиваясь. - Я только хотел узнать, всё ли у тебя хорошо, а вовсе не пугать. - Всё хорошо, Вилли, - удивившись странному поведению друга, пробормотал ошарашенный происходящим Шэм. - Тебе вовсе не стоит так беспокоиться обо мне. И, кстати, тоже извини. Просто до этого я немного поспорил с Абелайо, поэтому и злился, и был груб с тобой. Но ты знаешь... Договорить он не успел, так как Вилли отодвинулся и печально улыбаясь кивнул, всё ещё отводя взгляд и скрывая эмоции, которые Шэм не мог разгадать. Он поднялся и отошёл к столу, вставая вполоборота. Шэм не смог рассмотреть эмоции на лице друга, но чувствовал, что явно упускал нечто важное. - Так что ты хотел сказать? - донеслось до Шэма. Он сел на кровати и потёр переносицу, неосознанно копируя жест Эйкена, и укоряя себя за слабость. И с чего это Вилли так разозлился? - Сейчас я вполне счастлив, Вилли, - вполне серьёзно заявил Шэм, но для Вилли это был болезненный удар прямо в сердце. Он медленно выдохнул воздух из легких, а вдохнуть не мог, чувствуя спазм в горле. Вилли ничего не желал сильнее, кроме того, чтобы как можно быстрее покинуть удушающую его комнату, и избавиться от сдавившего горло спазма. Действуя, как ненормальный, прямо сейчас и почти не контролируя себя, накинулся и едва не задушил Шэма, за что и получил в ответ более болезненную моральную травму. И всё же он нашёл силы, чтобы не выказать свои настоящие эмоции драгоценному "другу". Вилли, прикрыл глаза, и заставил себя сделать вдох. Он всё упустил, потерял, не замечая очевидного. А теперь всё не имело смысла. Осталось довести дело до конца, и хотя бы спасти "друга", оградить его от опасных отношений. Бледное лицо Вилли посуровело и утратило любые эмоции. Он обернулся к молчаливо смотревшему на него Шэму и окинув беглым взглядом, улыбнулся. Сидя на краю кровати, Шэм вопросительно уставился на друга. Он чувствовал, как будто вокруг него порхает нечто невидимое и неосязаемое, но никак не мог догадаться, что именно. Но это было крайне важным, пожалуй самым важным в жизни. И Шэм занервничал из-за своей недогадливости и слепоты, оттого, что никак не мог уловить ускользающей мысли. - Ты же знаешь, что я желаю тебе только добра? - неожиданно спросил Вилли, он повернул голову в сторону, опираясь одной рукой о край стола. Речь с откровениями Вилли затолкал в себя поглубже, в самый тёмный уголок души, куда в последнее время тащил от друга всё подряд. Удивительно, сколько в человеке может копиться тайн и загадок. В нетерпении Шэм удивлённо вскинул брови. - Да, - он не смел в этом даже сомневаться, они были слишком близки. Как братья. - Конечно, Вилли, я знаю об этом. - Я всегда, - Вилли запнулся, и зажмурился на мгновение и поморщил лоб, словно перебарывал что-то изнутри. И открыв глаза посмотрел прямо на Шэма. - Помни, что я всегда желаю тебе только добра. Я всегда на твоей стороне. Это важно. - Да что с тобой, Вилли? Ты сам не свой. Всё это я знаю, ведь так всегда было, и тебе вовсе не нужно это озвучивать. С чего это ты так расчувствовался? - Шэм заподозрил недоброе. - Это Абелайо тебе что-то сказал? Он тебе угрожает? Что с тобой? - Если бы я и сам мог это понять, - усмехнулся с горечью в голосе Вилли. Он приблизился к "другу" и потрепал его волосы на макушке. - Прости, что я тебя напугал. Сегодня выдался на редкость дурацкий день. - Да ладно, бывает, - протянул Шэм, подозрительно приглядываясь к другу. Он стянул штаны, продолжив переодеваться. Вилли, будучи смущённым его действиями, отвернулся. Как он мог раньше не замечать, аккуратной и ладно сложенной фигуры "друга". Вилли выругался про себя. Сейчас его мысли плыли в крайне нежелательном направлении. Он прикрыл глаза. - Вилли, я, наверное, буду другую работу искать, - подпрыгивая, Шэм засунул ногу в штанину. Он наклонился, стоя спиной к другу. Вид открывался впечатляющий. Вилли задышал тяжелее, приоткрыв в этот момент глаза и пялясь, куда вовсе не следовало. До него не сразу дошли слова. - Что? Но зачем? - такие новости его не радовали. Какого черта творил Абелайо? Куда он там смотрит? Надо бы всё узнать получше. Шэм отмахнулся. - Расскажу позже, обещаю, но сейчас, поверь, так нужно, - с серьёзным видом заявил Шэм. Вилли не знал, чего он хочет больше: всё таки придушить, или прижать и не отпускать придурка. А тот продолжал. - Знаешь, Вилли, тебе всё таки надо отдохнуть. Так кидаться на людей из-за каких-то засосов, ахаха, можно подумать, что ты ревнуешь! И Шэм беспечно засмеялся. Вилли получил новый болезненный удар. Однако снисходительно улыбнулся. - Хотя, я тебя понимаю. Я тоже немного злился, когда впервые заметил у тебя засос на шее. Что? А, думаешь, что я не заметил тогда? Ахаха, я даже со злости разбил что-то, уже и не помню точно, и это из-за твоих дурацких секретов, - Шэм продолжал беспечно трепаться, вспоминая прошлое. Вилли удивленно таращился на него. Наконец, Шэм оделся, прибрал рабочую форму и встал посреди комнаты, уперев одну руку в бок, а другой поглаживая лоб, и оглядываясь вокруг. И между делом продолжал болтать. - Вот такие дела, дружище. Поэтому я могу понять твоё удивление. Ну, мне пора, до завтра, Вилли. - Куда-то спешишь? - прокашлялся Вилли. Он был в смятении. Услышанное окутало его в надежды и мечты. Так он тогда заметил?! Немыслимо... Он и не предполагал, что Шэм... - Спешу, а куда не скажу, - усмехнулся Шэм. Он уже простил Вилли его выходку, и его нейтральный тон, как нельзя лучше подействовал на Шэма. Настроение заметно улучшилось, в разы. Он даже немного обрадовался, сам не осознавая отчего. Может быть от того, что они с Вилли снова поссорились, как делали раньше, всего-то дурачились, как настоящие друзья. Ну, конечно, Вилли переборщил, но всерьёз он бы Шэму не навредил, никогда, уж в этом Шэм был совершенно уверен. Кто угодно, но только не Вилли. Он даже и не подумал сопоставить его с Эйкеном. Это же совершенно другое! - Значит, у тебя свидание? - подчеркнуто равнодушным тоном произнёс Вилли. С деланно отстранённым выражением на бледном лице, он провёл рукой по поверхности столика, медленно проходя мимо него. Наблюдая это, Шэм склонил голову к правому плечу и расплылся в улыбке. Ему определённо нравилось говорить об этом с Вилли, поделиться с кем-либо ещё он не мог и не хотел. - Извини, но тебя взять с собой я не могу, - игриво заявил Шэм. И с важным и загадочным видом он прошёл мимо Вилли к шкафу и достал оттуда свою обувь. Вилли вопросительно вскинул бровь, посматривая со стороны, как Шэм переобувается, сам себе помогая пальцем натянуть на пятки потёртые туфли. - Что? Просто ты такой печальный, будто тебя броси-ли... Шэм успел прикусить язык, сообразив, что Вилли пришлось переехать к Абелайо, и теперь он не мог видеться с Крэгом, как это могли делать Шэм с Эйкеном. Возможно, что Вилли никогда больше не сможет его увидеть, своего обожаемого учителя Ая. Однако раздумывать над личной трегедией друга Шему просто не хватало времени, он сам едва успевал замечать события вокруг, полностью погружённый в своё увлечение. - Прости, я не хотел обидеть тебя, я идиот, - Шэм эмоционально хлопнул себя по лбу, шагнул два шага и уже стоял рядом с Вилли, повиснув у него на шее с объятиями во имя поддержания духа. - Прости, прости, я просто такой счастливый, что веду себя, как идиот. Но ты же простишь, Вилли? Хочешь, я... И Шэм замолчал, раздумывая, как бы заполучить прощение друга. И вдруг ему в голову пришла идея, точнее он вспомнил недавние слова Кэрри. Может дурацкая идея, но Шэму показалось, что это хороший способ развеселить хмурого друга, и поэтому он уверенно заявил: - А хочешь я тебя поцелую? - тут у Вилли, как ему самому сперва показалось, отпала челюсть. Но нет, она по-прежнему оставалась на своём месте в то время, как Шэм открыто скалясь, продолжал беспечно виснуть на нём. Вилли кивнул неосознанно. И Шэм тут же прижался губами к его щеке, громко чмокая. Вилли разочарованно замычал. - Я никогда тебя не прощу! Придурок! - воскликнул он. Это вышло настолько грозно, что даже Шэм опешил. - Тоже мне, извинение, - добавил Вилли, плохо играя роль "обиженки". Но это было сейчас не важно. Это был шанс. Притворство должно быть убедительным, и Вилли, будто подыгрывая, громко заявил: - Вот это извинение! И слегка приобнимая рукой за талию, он прижался губами к губам потерявшегося в пространстве Шэма. Прикосновение на миг его ошеломило, и Шэм приоткрыл рот, что расценили, как приглашение, а после произошёл самый настоящий, сомнительно дружеский, поцелуй. Шэму казалось, что всё завертелось и закружилось, едва не выбивая почву из под ног. Не в силах сделать вдох парень слегка отстранился, и уставился на Вилли. А тот как ни в чём не бывало, - даже в лице не изменился, - удовлетворительно кивнул: - Вот теперь я приму извинения, - он сделал вид, что ничего особенного не произошло, и отодвинулся от Шэма, неохотно освобождаясь из объятий. Лицо Шэма от смущения разрумянилось в одно мгновение и щёки стали почти пунцовыми. И сам того не зная, этот парень был таким притягательным. И доставался другому! Противоречивые чувства прокрались в душу Уильяма. Такого отчаяния ему ещё никогда не приходилось испытывать. - Эй! Так нечестно! - внезапно раздался возмущённый крик позади них, со стороны входа. Оба отпрянули друг от друга, как от огня, и обернулись. В проеме распахнутой двери стоял Кэрри. - Шэмми, ты же обещал поцелуй МНЕ!***
Позднее Вилли много раз прокручивал в голове произошедшую немую сцену и как он лишь благодаря собственным благоразумию и выдержке не накинулся на этого пройдоху, вечно вынюхивающего всё кругом в доме старикана. Заявлять какие-то права на Шэма? Он с ума сошёл? Да кто он такой, чтобы требовать от Шэма хоть что-нибудь? Тут некстати закралась мысль, что он становится чрезмерно предвзятым и надменным к окружающим. А отчего этот Кэрри не мог приударить за его любимым "другом"? Вполне себе мог, ведь Шэм не имел таких родовых обязательств, какие обрушились на голову Вилли. Это ему по идее необходимо придерживаться определённых правил, причём он сам выбрал этот путь. Пусть и с благими намерениями - спасти друга от неисправимых последствий его поступков в его будущей жизни и судьбе в целом. Вилли горько усмехнулся. Хитрый старикан ловко загнал его в клетку и даже хлыст не понадобился - он самолично прогнулся. На душе было гадко, и единственное, что спасало в этой беспросветной эмоциональной тьме и печали, так это воспоминание об обманом украденном поцелуе. Вилли прижал к губам кончики пальцев, будто стараясь навечно удержать этот невидимый отпечаток столь ценного для себя прикосновения. Он даже не вспоминал о Крэге, как о когда-то желанном мужчине. И был ли Крэг по-настоящему, всерьёз, желанным физически, или же, что скорее всего, надуманным образом идеального мужчины, возлюбленного? О делах и заботах приюта "Добрый день" Уильям был в курсе, так как навестил их ещё днём. Да, он мог посещать приют в свободное время, так как Абелайо не возражал против этой поездки. Крэг рассказал, что Игги теперь точно отойдёт от дел и скорее всего его - Крэга - назначат на должность директора приюта официально. Он явно нервничал, но Вилли его успокоил, как смог, уверяя, что лучшего директора для приюта невозможно и пожелать. Что касалось Игги, то Крэг, посоветовавшись с Хэррит и с доктором Райсом, решили, что она отдохнёт в своём поместье, как и полагалось сделать уже давно с её-то заболеванием. Ей было жизненно необходимо хотя бы периодически отдыхать. Но Игги настояла, что Крэг организует поездку детям в её поместье, чтобы и они смогли отдохнуть на природе хотя бы какое-то время. На том и порешили. Наблюдая за воодушевлённым Крэгом, несмотря на возложенную на того ношу и ответственность, Вилли искренне радовался за учителя Ая. Видимо, мужчина нашёл своё место в жизни, даже не понимая этого. Крэг всё ещё смущался под пристальными взглядами Уильяма, припоминая его откровения. Однако Вилли, заметив его поведение, тут же успокоил Крэга, что не станет беспокоить мужчину по этому поводу, и что сам Вилли чувствует себя уже намного лучше. Он, конечно, не стал рассказывать о внезапно открывшейся страсти к совершенно другому человеку, чтобы не опошлять и не принижать свою прежние чувства к учителю Аю. Ведь тогда Вилли искренне считал, что влюблён в своего обожаемого учителя. Как же он был слеп! И как же он был опустошён, понимая, что всё потеряно и он не сможет ничего исправить - судьбоносный механизм уже был запущен. Сегодня он, превозмогая стыд и растерянность, вернул свой ценный подарок, что ему прежде вручил Крэг. То самое кольцо. Несмотря на свои жалкие попытки и сопротивление, ему пришлось смириться с тем, что Крэг категорически отказался принимать подарок обратно. Он укоризненно поглядел на Вилли, и произнёс тихо: "Прошу, оставь его себе, это мой подарок, предназначенный исключительно для тебя, и пусть он таковым и останется." Крэгу ничего не пришлось объяснять, и Вилли бережно убрал ценный подарок в потаённый кармашек своего нового сюртука, выбранного и купленного лично для него господином Абелайо. Теперь же, пребывая в своей новообретённой и громадной, по его меркам, комнате в доме Абелайо, лёжа на не менее впечатляющего размера кровати, и блуждая взглядом вокруг, Вилли размышлял о другом: что конкретно задумал старик в отношении Шэма, какие намерения были у проныры Кэрри, и чем был занят Шэм в свободное время, и куда и почему он решил уйти из дома Абелайо? На самом деле, Вилли предполагал, что друг останется с ним в этом доме, ведь это было возможно, но всё складывалось не так, как хотелось Вилли. Конечно же, тут без долговязого очкарика не обошлось! Вилли фыркнул, до сих пор поражаясь выбору "друга". И как же его грызли ревность и злость, на Адэхо, на себя, на старика и на Шэма. Ну почему всё всегда так проблематично?! Он поднялся с кровати и прошёлся до огромного окна, высотой от пола до потолка. За стеклом он наблюдал за чуть клонившимися от ветра прямыми кронами высоких деревьев в саду, что довольно широко раскинулся внизу под окнами. Красиво, но так пусто и безмолвно. Он улыбнулся, вспомнив корявую яблоню во дворике приюта и вкус её кислых плодов, которые они с Шэмом, ещё будучи совсем сопляками, рвали недозрелыми. Он тосковал, испытывая в этот момент одиночество. Интересно, испытывал ли нечто подобное Шэм? Как он жил один в своей квартирке? Вилли решил его навестить. Для них никогда не было преград, если они хотели увидеть друг друга. Ему и в голову не приходило, что "друг" мог не захотеть принять нежданного гостя. Сорвавшись с места, Вилли быстро привёл себя в порядок и поспешил на встречу к Шэму.***
С задумчивым видом Кэрри медленно шёл к кабинету господина Абелайо, вспоминая, как быстро промчался мимо него "молодой господин". В паре шагов от цели он остановился, хихикнул, и, приняв ему одному известное решение, развернувшись на месте, бодренько зашагал в обратном направлении. В конце концов, ему предстояло принять прибывшее по распоряжению хозяина пианино для нового обитателя дома Абелайо, и Кэрри ухватился за это поручение, впервые увиливая от прочих. Всё менялось в этом доме, возможно, и ему тоже нужно немного изменить тактику.***
Задыхаясь от шага переходящего на бег, Шэм почти достиг двери своей скромной квартирки. Его губы всё ещё жгло от полученного поцелуя. И это ощущение словно клеймило его, как негодяя и изменника. А ведь он и не предполагал, что Вилли сделает нечто ...такое. Подобная выходка его лучшего друга, конечно невинная, в этом не было сомнений, но для Шэма она оказалась значимой. Наверняка, Вилли и подумать не мог, что Шэм так по-дурацки воспримет эту "шутку"? Ведь Вилли не мог специально это сделать? Шэм затормозил, шагая всё медленнее. Он пребывал в таком смятении, что не помнил, как покинул дом Абелайо и что ему смеясь говорил Кэрри, когда они остались в комнатке вдвоём, после того, как Вилли быстро их покинул. Как не старался Шэм, он так и не распознал эмоции на лице Вилли. Хотя на мгновение Шэму показалось, что Вилли будто готов заплакать. Но ведь такого не могло быть? Отчего тогда в тот момент его сердце словно сжали в тиски, когда он посмотрел на сгорбленную фигуру, поспешно уходящего Вилли? Что произошло? Что вообще происходило? Шэм остановился и уставился себе под ноги на тропинку, по которой подходил к дому. Вокруг него происходили какие-то важные события, но он всё никак не мог их понять, только лишь ощущать их значимость и неотвратимость. Он чувствовал, как что-то преступно упускал из вида. Нечто простое и очевидное. Нечто, что всегда замечаешь "потом" и "после". - Шэм, - его кто-то окликнул со стороны входа в квартирку. Такой знакомый голос. Любимый голос. Подняв взгляд на Эйкена, Шэм улыбнулся, позабыв обо всех неприятностях и кинулся к нему в объятия. Мужчина крепко обнял его и прижал к себе, целуя куда-то в районе шеи, передвигаясь к уху. - Ой, - воскликнул Шэм, когда у него зазвенело в ухе от звонкого короткого поцелуя. Он засмеялся, и открыв дверь, втащил за собой фыркающего от сдерживаемого смеха мужчину.***
За окном стемнело, но Гарольд всё ещё мысленно перебирал новости, стремительно повалившие со всех сторон. Новые проблемы, новые поиски путей решения. Он любил решать проблемы. И он умел это делать. На столе стояли опустошённая наполовину чашка с уже остывшим кофе. Бумаги он уже привёл в порядок. Оставались мелочи, хотя он мог бы поспорить, что именно из себя представляли эти мелочи, и настолько ли незначительными они были. Предусмотреть в любой ситуации любой поворот - вот что являлось сложнейшим в его рассуждениях и принятых решениях. Гарольд с усталым видом и тяжёлым вздохом опустился в любимое кресло. Завести в доме "наследника" оказалось суетливым и неспокойным делом, но занятным. И Гарольд не жалел об этом своём поступке. Мальчишка перерастёт шалости и глупости и станет в итоге достойной заменой, точнее приемником. Замены он не желал, никому. Времени оставалось не так много, а столько всего ещё предстояло совершить. И ещё ему казалось, что преданный "Кэрри" в последнее время стал недоговаривать информацию. Это заставило Гарольда тихо рассмеяться. Наивные мальчишки. Но Гарольд мог себе это позволить, так он хоть как-то мог себя развлечь и напомнить о собственной юности. Конечно, если всё это не выйдет за рамки, а это никаким образом не могло выйти за рамки. Вспоминая возмущенное лицо господина Блэйра, он улыбнулся. Неужели тот и правда хотел контролировать даже эмоции и чувства своего вновь обретённого племянника? Конечно, Гарольд упустил ситуацию, позволив Адэхо добраться до парня раньше его дядьки, причём не в рамках безобидных родственных или дружеских отношений, а влезть в любовные отношения. Но самое главное, что он оградил собственную ценность - Уильяма - от непозволительной связи, с точки зрения разницы их с Шэмом Акисом положений. О новой влюблённости Уильяма он догадался. В их системе однополые браки не были законны, но партнёрство сплошь и рядом. Партнёры обоих полов заключали законные договора о своём "партнёрстве", по сути мало чем отличавшиеся от брачных. Но это небольшое отличие успокаивало представителей всех слоёв населения и общества. Это удовлетворяло претензии большинства. После всего, для Шэма все его возможности были утеряны в глазах Гарольда. И теперь господину Абелайо предстояло решить, что делать с разбитым сердцем его "наследника". Он перевёл взгляд на чашку с недопитым кофе и поморщился. Ему необходимо передохнуть. И с этой мыслью господин Абелайо поднялся и направился в спальню.***
Снова он стоял у порога отвратительно зелёной двери. Но сейчас это место вызывало лишь бурю эмоций, причём самых счастливых и приятных. Бросив всё, включая последнюю свою разработку, Эйкен целиком и полностью отдался чувству, этой невероятной сводящей с ума эмоции. Словно он балансировал на краю пропасти. Ещё никогда в жизни он не поддавался подобному безумному желанию обладать кем-то. Ему казалось, что ничто не способно его теперь остановить. Он, словно поезд потерявший управление и мчавшийся в неведомом никому направлении. Не обращая внимания, как за обедом, так и за ужином, на пристальные взгляды членов семьи, и пребывая в прострации, Эйкен всё время думал о скорейшей встрече с Шэмом. Странное имя, но он уже привык. Наверное, следовало быть пообщительнее с детьми и Мирлиндой, но он ничего не мог с собой поделать. Да и не считал это нужным и важным. Какая разница, ведь он не собирался их бросать, всё шло, как шло. И вроде бы всех устраивало такое положение вещей, по крайней мере ему свои недовольства напрямую никто не высказал, а значит всё относительно хорошо. Мирлинда, конечно, продолжала делать обиженное лицо, но Эйкен верил, что она скоро успокоится. Собственно, ничего в их семейной жизни не изменилось. Просто им всем нужно привыкнуть. Он искренне так считал. В отношении Шэма он также был уверен, что парня всё устраивает, ведь и тот ничего не говорил, не предъявлял каких-то претензий, ничего не требовал от Эйкена. Следовало полагать, что волнения сойдут на нет, и всё будет хорошо. Едва заметив бредущего по тропинке Шэма, Эйкен насторожился. Вид парнишки его растревожил. Что-то было не так, и Эйкен его позвал по имени. Однако, судя по однозначной реакции Шэма, предположения Эйкена - лишь выдумки, и волноваться не о чем. Позже, уже целуя трепещущего в его руках Шэма, стоя в узком и неудобном пространстве душевой под струями прохладной воды, Эйкен отбросил все сомнения и домыслы, отдаваясь лишь своим и желаниям партнёра.***
Напротив ненавистного цвета двери, ошеломляюще грязно-зелёного цвета, Артур выкурил не одну сигарету, находясь в наблюдении за парнем и его... Артур поморщился. Его не так смущало, что племянник связался с мужчиной, как то, что этот мужчина оказался настолько беспечным и безответственным, с его точки зрения. Он ненавидел Эйкена Адэхо. Как он не пытался его понять, оправдать, поставить себя на его место, но так и не мог прийти к принятию. Да, Артур его ненавидел. Искренне и от всей души. И теперь, заметив, что мужчина отирается у двери в квартиру племянника, - а Артур про себя уже смело называл Шэма "племянником", - он просто пожелал добраться до негодяя любыми путями. Можно было, конечно, подойти и врезать ему, но тогда весь план полетел бы к чертям. Абелайо снова смотрел бы на него насмешливо, а это выбешивало. Старикан многое не договаривал, и плёл какую-то свою игру. Да плевать! Главное выдернуть из этих сетей Шэма. Превозмогая отвращение и заставляя себя думать о предстоящей официальной встрече с Шэмом Акисом, как тот себя называл, Артур отвлекал себя от мыслей о том, что в этот момент происходило за отвратительно зеленой дверью. И что он пока никак не мог вмешаться в ситуацию. Артур снова закурил и продолжил выжидать.***
Засыпая, Лайз осознал, что вот уже несколько дней отец так ни разу и не зашёл в его комнату, чтобы пожелать хороших снов, как всегда делал прежде. Интересно, он также игнорировал и остальных? Или только его, Лайза? Разочарованно вздохнув, Лайз укутался в одеяло и спустя долгие тягучие минуты заснул.
Примечания:
Заранее прошу прощения за возможные ошибки!
