Талый лёд

      Утро выдалось ужасным. Полночи Вилли провозился в кровати, которая несмотря на все преимущества перед приютской, казалась неуютной и неудобной; всё другое время он вышагивал по комнате, напоминая мечущегося по клетке зверя. События минувших дней никак не выходили из головы.       Сперва он застукал долговязое чучело, выходящим из квартиры Шэма, куда Вилли помчался в один из прошлых вечеров. Стоя на пороге, рыжеволосое чудовище собственнически прижимало к себе Шэма и совершенно нагло целовало. Любому стало бы ясно с первого взгляда, что между ними существует связь.       Не то, чтобы он не знал об их более, чем близких отношениях, но видеть это своими глазами, как оказалось, весьма трудно и болезненно. И увиденное подняло с глубин его души тихую озлобленность, тут же взорвавшуюся в бешенную ярость.       Тогда, движимый этой ослепляющей разум эмоцией, с немерением высказать всё в лицо Адэхо, Вилли решительно шагнул в сторону любовников из скрывающих его кустов. Он немедленно хотел прервать этот ужас, но его с силой дернули за локоть обратно, не позволяя осуществить задуманное и зажали рот. На что Уильям со злым выражением на лице зыркнул в сторону наглеца, уже собираясь оказать сопротивление, - возможно, и поколотить, как следует, проходимца! - и затем высказаться нецензурно, но промолчал, уставившись на знакомую физию.       - Снова ты? - зашипел Вилли, едва наглец убрал руку от его рта.       - Угу. Он самый, - согласно кивнул мужчина. Артур пристально поглядел через его плечо, совершенно игнорируя возмущение Уильяма, и снова уставился на парня, приложив палец ко рту с непререкаемым:"Т-с-с-с!"       - Не понимаю, зачем это нужно, - тихо проворчал Вилли себе под нос, но, подавляя вспвышку гнева, тоже принялся осторожно наблюдать за Шэмом и Адэхо. Точнее уже за одним Адэхо, так как мужчина простился с юным любовником и двинулся прочь по тропинке, мимо кустов, где и замерли, затаив дыхание, оба наблюдателя. Пройдя несколько шагов, Адэхо замер, обернулся. Вилли и Артур забыли, как дышать. Однако, мужчина смотрел на отвратительную дверь, за которой мгновения назад скрылся парень. Адэхо улыбнулся так широко, что даже в полумраке затаившиеся смогли без труда различить её на смягчившемся лице мужчины.       Вилли закусил губу, почувствовав болезненный укол в сердце, настолько его ранила та нежность, с которой Адэхо пялился на эту отвратную дверь и полагал, что никто не видит его тайных проявлений любви. Готовый разрыдаться от горя, Вилли сжал кулаки, впиваясь в кожу ногтями. Проклятый Адэхо действительно был влюблён! И это уже никак невозможно было отрицать, как ни настраивал себя Вилли в отношении легкомысленности и непостоянстве чувств мужчины к Шэму. Однако это понимание привело к тому, что Вилли казалось, что его прямо сейчас стошнит себе на ботинки от шока. Последние надежды казались тщетными, и рушились в эти секунды.       Между тем мужчина вздохнул и быстро ушёл, вскоре скрывшись из вида.       - Какого хрена ты тут трёшься? - оживился рядом с Вилли Артур, раздражённо ухватив парня за предплечье и встряхивая, как провинившегося сопляка. Но был вынужден его отпустить, так как Вилли резко его оттолкнул и отвернулся. Его всё-таки стошнило.       Артур выругался сперва отпрянув, но заметив, что парень присел на корточки, склонив голову, дёрнулся к нему.       - Эй, как ты? Полегче? - Артур растерянно смотрел и раздумывал, что ему теперь нужно сделать. Но Вилли кивнул и медленно поднялся. Его штормило. И Артур подхватил его под локоть.       - Я провожу тебя, - прошептал Артур, хмуря брови и костеря себя за то, что выдал своё местоположение, а мог бы и проигнорировать младшего Абелайо, так уверенно шедшего к весьма занятому на тот момент другу, мимо укрытия Артура.       Утеревшись листвой, а после и платком, любезно протянутым ему Артуром, Вилли послушно побрёл рядом с мужчиной, который тихо вывел его из засады и сейчас бормоча под нос ругательства, пытался прикурить выуженную откуда-то сигарету. Немного придя в себя и вдыхая прохладный свежий воздух, перемешивающийся с дымом сигареты, Вилли покосился на сопровождающего.       - Мне нужно умыться и привести себя в порядок, - заявил он мужчине. Артур поперхнулся от этого, и остановившись, возмущённо вытаращился на парня.       - А я тут причём? Вернёшься в дом Абелайо, там и прихорошишься, - развёл руками Артур. Вилли шмыгнул носом и потёр его пальцем, затем нагло выудил сигарету из пальцев мужчины и затянулся, прикрыв глаза от удовольствия. Артур опешил от подобного поведения. В свете фонарей фигура немного худощавого парня, но с чрезвычайно бледным и отрешённым лицом, казалась эфемерной, почти призрачной. Растрёпанные волосы светлыми прядями обрамляли словно выточенные скулы и задранный вверх подбородок. Красивая линия губ, которые неспешно отпускали на свободу сизый сигаретный дым. Всё это смотрелось печально и драматично. Артур про себя отметил, что молодой Абелайо несомненно красив, несмотря на скверный характер и ледяной взгляд голубых глаз, которые прямо сейчас смотрели на него, застав врасплох.       - Любуешься? - раздражающе-елейным голосом спросил его парень. Артур прокашлялся, будто очнувшись от непонятного морока и, рассердившись на себя, сунул руки в карманы длинного пальто.       - Пожалуй размышляю, что не смогу забыть недавнее происшествие в кустах, и теперь вряд ли стану докуривать эту сигарету, - потёр лоб Артур. Вилли вспыхнул, но сдержался, сощурив глаза, и снова затянулся, отслеживая реакцию мужчины.       - Полагаю будет лучше, если мы сделаем вид, что ничего не было, - первым предложил Вилли, так как его собеседник молчал. Артур пожал плечом и глазом не моргнув. Они продолжили идти, но неспешно и молча, пока Вилли не избавился от останков сигареты и снова с ехидцей обратился к спутнику:       - И что же, так и будете до самого дома провожать? Пешком?! - Артур кивнул молча. Вилли вздохнул, снова раздражаясь. - А может стоит остановить извозчика? Вон там, смотрите.       И Вилли замахал неспешно проезжающему экипажу. Артур, окинув попутчика нечитаемым взглядом, всё же озвучил направление их движения извозчику и послушно сел внутрь, где он и Уильям оказались друг напротив друга.       - Итак, очевидно вы там оказались неслучайно, но вы, в отличие от меня, не списке друзей Шэма, - утвердительно заявил Вилли, спустя минуту. Артур улыбнулся, скорее ухмыльнулся. - Так что там ещё старик задумал? Какие новости?       - Отчего бы не задать этот вопрос ему напрямую? Не думаю, что он откажет Вам в разъяснениях, - нарочисто вежливо ответил Артур, оскалившись в подобии улыбки и склонив набок голову, он с любопытством рассматривал собеседника. Ни капли не смутившись, Вилли лишь презрительно фыркнул, недовольный ответом. Ну, а что он собственно ожидал. Впрочем, тут всё и без разговоров ясно. Сейчас его больше интересовал другой вопрос.       - И-и, - сощурил глаза Вилли, - как давно Шэм встречается с этим, - и он сжал губы, скривив их. Ему не нравилось, что совершенно посторонний мужчина знал о Шэме больше, чем он сам.       - Недавно, буквально на днях, - не сопротивляясь ответил мужчина. Он немного остыл и теперь, как прежде, насмешливо смотрел на Вилли, что невероятно подбешивало последнего.       Всё же сжалившись над парнем, Артур заявил, что ничего особенного тот от него не узнает и все вопросы следует задавать либо самому Абелайо, либо лично Шэму. Себе дороже вмешиваться во взаимоотношения родственников, это Артур решил, наблюдая за племянником. Ему и без того хватало проблем. Тогда младший Абелайо приуныл и замолчал, но ненадолго.       - Как думаете, это надолго?       - Что именно? - переспросил Артур.       - Эта его "влюблённость"? Серьёзно ли всё это? - при этом Вилли взмахнул рукой, пытаясь изобразить эту самую непонятную влюбленность.       - Полагаю, что да, ты же и сам всё видел, - едва слышно ответил Артур, уходя в размышления.       - И почему именно он? Будто не мог найти получше, - пробормотал удручённо парень, но не Артуру, а словно самому себе.       - Кто знает, что у него на уме, хотя тебе должно быть самому виднее, чем мне, - дернул плечом мужчина. Затем он спохватился и решил прояснить для себя некоторые моменты. - Тебе-то чего переживать? Вы же вроде друзья.       Однако Уильям предпочёл промолчать и не освещать своему спутнику подробности взаимоотношений с Шэмом. Ему многое хотелось узнать от этого мужчины, не часто выпадает такой шанс, но Уильям так и не решился, посчитав этот выбор более верным.       Как только они добрались до места, то Артур, не выходя из экипажа, лишь махнул рукой напоследок, скорее отмахнулся, пытаясь поскорее избавиться от проблемного парня. Вилли же вслух отметил, что пальто (или плащ, или что это такое вообще тот пялил?!) просто отвратительно и, вдогонку сказанному, послал ему звонкий воздушный поцелуй, от чего мужчина состроил такую неприязненную мину, словно съел какую-то примерзкую гадость, чем и вызвал ответный смешок у парня. На том и расстались.

***

      Помимо этого, Вилли вспомнил и о недавнем разговоре с младшим Адэхо, который приехал вместе со своим стариком к Абелайо на встречу, видимо, напросившись. Но что вызвало в Вилли заинтересованность, так это то, что о своём приезде Лайз его любезно предупредил в письме, как и о "необходимости в важном разговоре". Тут уж деваться было некуда, поэтому Вилли и пришлось брать в руки чернила и перо и старательно выводить вензеля на бумаге, дабы не пасть в грязь лицом перед сопляком, сочиняя ответное письмо.       Чуть погодя, после письма, прибыл и сам Лайз, которого сопроводил до двери "в комнаты молодого господина" всё тот же пресловутый Кэрри-проныра, и как всегда с невинно-хитрым выражением на лице и насмешкой, расплескавшейся в глубине глаз.       И тут началось. Вопросы посыпались из мальца, как из рога изобилия! Сперва он хотел узнать, как так произошло, что Вилли и Шэм оказались тут. Хотя про Вилли он не так интересовался, видимо, ему кое-что рассказал дед. Добрую часть времени Уильям только тем и занимался, что терпеливо отвечал на вопросы, конечно, только на те, на которые он мог и хотел ответить. А спустя почти больше часа, которые ему показались вечностью, он стал сам задавать вопросы. И первым был: "Почему спустя час Лайз всё ещё находился в этой комнате и о чём так долго разговаривали старики?"       - Возможно дедушка уже уехал, но мы договорились, что он обязательно заберет меня через три часа, именно столько времени я у него попросил, - ответил Лайз и глазом не моргнув. Вилли моргнул пару раз, поперхнувшись следующим словом, от этого заявления.       - То есть, ты хочешь сказать, что заранее запланировал эти пытки вопросами, даже не уточнив, готов ли я тратить на тебя эти три часа?! - сдерживая возмущение, граничащее с удивлением, переспросил Вилли. На что Лайз, устраиваясь поудобнее в небольшом кресле, удовлетворительно кивнул:       - Если я тебе надоел, или у тебя запланировано дело, то я могу подождать в гостиной, пока за мной не приедет дедушка, я частенько его жду, когда мы куда-нибудь выезжаем вдвоём, - и сопляк посмотрел на Вилли своими обманчиво-невинными глазами. На этой фразе Вилли застыл посреди комнаты и ему показалось, что у него задергалось нижнее веко у правого глаза. Но он проглотил возмущение, мысленно обругав самого себя за идиотизм.       - Ладно, - сощурив глаза согласился Вилли, и присел напротив на стул с ажурной спинкой и обивкой мятного цвета (он ему ужасно нравился, несмотря на то, что в комнате было много более удобных вещей, и все в смешении белого и мятного цветов).       - И всё же, что именно тебя привело сюда, ко мне? Наша приютская жизнь с Шэмом - это ведь не то, что тебя интересует, верно? - протянул Вилли, наблюдая за выражением лица мелкого Адэхо. - Давай не будем оттягивать неизбежное. Так что именно тебе нужно от меня?       - Хорошо, - Лайз пристально посмотрел на Вилли, будто решая про себя, стоит ли задавать вопрос. Он нервно пристукивал ногой по полу, а рукой поглаживал мягкую обивку на кресле.       - Кажется, я догадываюсь, что именно могло тебя сюда привести, - вздохнул Вилли, он уже устал от юного гостя и хотел поскорее отвязаться от пацана. Лайз удивленно уставился на него, состроив серьёзную мину. У него, несмотря на все старания, была довольно выразительная мимика.       - Вы же друзья, поэтому ты должен знать, - начал не так бойко, как до этого, говорить Лайз. - Возможно, ты в курсе, встречается ли Шэм с... Встречается ли он с...       - С твоим отцом, - резко закончил фразу Вилли. - Вернее было бы спросить, встречается ли твой отец с Шэмом.       - Так значит, это правда, - прозвучало несколько обречённо в устах совсем ещё мальчишки. Он опустил взгляд в пол и поник. А ведь Уильям его когда-то по-человечески жалел, и от этого Абелайо стало ещё гадливее. Злиться на младшего Адэхо было глупо, сопляк тут был совершенно ни при чём.       - Так и есть, но мы тут вряд ли можем что-то сделать, - тихо сказал Вилли, и добавил уклончиво. - Хотя, вероятно, есть шанс.       - Шанс? Какой тут может быть шанс? - по-детски нахмурился Лайз.- Или ты что-то придумал?       Вилли слегка занервничал, а Лайз продолжал:       - Так ты действительно что-то придумал? - он уже был уверен в этом. В глазах Лайза промелькнуло нечто похожее на азарт. Несмотря на это, Вилли не спешил рассказывать Лайзу о том, что знал сам.       - Это несправедливо, - обиженно выдохнул Лайз, нарушая их обоюдное молчание. Вилли прислушался. - У меня ничего не было, в смысле, не было друга, никого, только игрушки и механизмы. И он думал, что сможет этим откупиться от меня? Думал заменить себя?       - Кто? - переспросил Вилли, запутавшись. Лайз громко засопел. - Эй, только давай без этого! Никаких слёз!       - Отец, - выдал Лайз. - Он всегда общался со мной, как будто только для вида, он всегда всё делал для вида.       - Играл роль добродетельного семьянина, ты хочешь сказать? - услужливо с издёвкой подсказал Вилли. И хмыкнул. - Кто знал, что внутри этого артиста скрыты такие выдающиеся данные. Да, папаша у тебя, что надо...       Он едва успел прикусить язык, ругая себя за несдержанность, но Лайз всё понял правильно. Дураком он не был. Возможно, мальчишка нуждался в поддержке, а не изобличениях тайных и явных "талантов" его папаши. Хорошо, что он не ляпнул про встречи Адэхо с Шэмом. Ситуёвина вырисовывалась преотвратнейшая. Уильям мог понять Шэма, увлёкшегося по-юности и неопытности, но вот мужику явно снесло крышу. А что дальше? Уильям поослабил узел платка на шее. Он даже не мог представить степень важности всего происходящего; то есть, в общем он конечно мог оценить масштаб, но действительно осознать ситуацию и её катастрофичность он смог именно сейчас. Вили даже немного вспотел, он покосился на молчавшего мальчишку.       - Послушай, раз так вышло, что теперь я тоже имею статус, то, полагаю, что твой дед, твоя семья не будет против нашего общения, - ему пришлось это сказать. Вилли ещё не чувствовал себя способным принимать кого-то настолько близко, как Шэма, но он был способен, он точно мог "сделать" себе друга, союзника и партнёра. Видимо, где-то внутри проявляли деятельность гены старикашки Абелайо. Сейчас перед ним сидел недолюбленный потерявшийся в эмоциях ребёнок, но вскоре он вырастет и тогда всё изменится. А Уильям в этом поучаствует.       - Хмм, почему бы и нет, - произнёс он, пялясь на гостя. Тот поёжился под его взглядом, но глаза Лайза упрямо смотрели на Вилли. - Слушай, мы теперь по одну сторону, считай друзья по несчастью.       - Друзья? - мальчик с подозрением наблюдал за выражением лица Вилли, который кивнул ему в ответ на вопрос.       - Пока друзья по-несчастью, ведь я тоже почти лишился внимания Шэма, - осторожно объяснял Вилли. Он даже придвинулся ближе к мальчику, положив руку на плечо. - Но мы можем стать настоящими друзьями. Понимаешь, я не привык всех подряд записывать в друзья, как и ты, верно?       - Согласен, это подозрительно, - Лайз ещё осторожничал, но кто сказал, что будет просто. - И ты действительно хочешь общаться со мной? Или это пока мы хотим Шэма вернуть? Или ты хочешь его вернуть только себе?       - А я почему-то думал, что ты больше хочешь вернуть отца, - состроил рожицу Вилли, понимая, что пацана так просто не заморочить. Лайз смотрел скептически. - Мда-а, тогда что ты скажешь на наше временное партнёрство? Которое, надеюсь перерастёт в дружеские отношения, в конце концов, не забывай, что я единственный отпрыск Абелайо.       И Вилли похлопал по плечу всерьёз задумавшегося Лайза. Рассматривать ситуацию с такой стороны Лайз даже и не думал, а ведь должен был, это открывало новые перспективы и возможности, и в первую очередь - одобрение со стороны деда. В голове мальчишки завертелись шестерёнки и налетел шквал мыслей, это было видно со стороны. Он буквально погрузился в себя, обдумывая предложение и выявляя выгоду. И это понравилось Вилли, он всегда уважал людей способных мыслить рационально. И, кажется, пацан уже уверенно двигался в верном направлении, и быстро приближался к своей цели - обретению статуса "друга" Уильяма Абелайо.       - Заметь, ты первый, кому я это самостоятельно предложил, не считая Шэма, - оскалился в улыбке Вилли. На что Лайз сощурил глаза и с насмешкой сказал:       - Заметь, это взаимно, - на что Вилли рассмеялся: малец начинал ему нравится!       Затем они смогли, наконец, расслабиться и почувствовать себя более непринуждённо в обществе друг друга.       - Но что мы будем делать? - обеспокоенно спросил Лайз. Он даже завозился в кресле от нетерпения. Вилли загадочно подмигнул и выдал:       - Понятия не имею.       А через пару минут явился Кэрри и с улыбочкой "доложил" певуче о том, что "за молодым господином Адэхо приехали". Поднявшись из кресла с явной неохотой, Лайз спросил у Вилли:       - Так теперь я могу приехать к тебе снова?       - В любое время я к вашим услугам, господин Адэхо, - чинно кивнул Вилли, дурачась. Но Лайз его раскусил и улыбнулся. Когда Вилли остался один в комнате, то вздохнул печально, подумав, что он начинает привыкать к роли наследника Абелайо. А ведь это только начало.

***

      Расшагивая по комнате Уильям едва сдерживал безудержную лавину мыслей и размышлений. Вчера вечером его позвал к себе старикашка, чтобы сообщить, что намерен организовать сюрприз Шэму. "Приятный сюрприз" - сказал он, и что-то про благодарность за возвращение в лоно семьи наследника. ХитрО! И возразить нечего, но что это за сюрприз не сообщил, а только попросил уговорить Шэма остаться на праздник и даже выделил денег на костюм.       "Ничего себе, расщедрился!" - подумал Вилли. Но что-то его настораживало. Что ещё за сюрприз такой? Вот бы узнать у того самого Артура, да толку в этом нет: не скажет ведь ничего! Подозрительный мужик, и странный. Абелайо назначил дату и даже доверил подписать приглашения, и выдал список гостей. В нём были и приютские обитатели, и некоторые воспитатели и мальчики, и Крэг и Игги... и семья Адэхо. А вот это напрягало.       - Что ты задумал? - бормотал Вилли сам себе, размышляя вслух. Никто ничего не знал. Он у всех спросил. Пожалуй, кроме Шэма, но он не мог у него спросить. Он даже не разговаривал с ним толком, изредка встречая в доме: парень постоянно носился с какими-то бумагами, часто торчал вместе с Кэрри... Кэрри...       - Точно! - он хлопнул себя по лбу. А ведь этот проныра мог что-то знать. Более того, он знал всё и про всех, в этом Вилли был уверен.       Затеять скандал на празднике, вроде как посвящённому возвращению Вилли в семью Абелайо, - так себе идея. Не в стиле старикана. Этого он не мог провернуть. Тогда что? И он помчался искать Кэрри. И, конечно, нашёл, прижимающегося боком, вроде как случайно, к Шэму, листающему какую-то большую учётную книгу. Они были на кухне, сидели с края массивного стола, чтобы не мешать персоналу кухни делать свою работу. Но, как только Вилли обозначил своё присутствие, то кухонная жизнь замерла и все обернулись на него, особенно таращился один молодой мальчишка, видимо, подсоблял с работой.       -Кэрри, могу я с тобой поговорить? - и Вилли выразительно зыркнул на парня. Но тот приподнял бровь, будто не понимая.       - Вилли? Что ты тут делаешь? - удивился Шэм, в его взгляде промелькнула радость. Он вообще удивительно хорошо выглядел. Таким бодрым и весёлым.       "Счастливым, он выглядит счастливым", - уточнил про себя угрюмо Уильям, стоя в проходе и чувствуя себя придурком и негодяем одновременно.       - Иди сюда, ты чего? - засмеялся Шэм. Все отмерли и сделали вид, что ничего необычного не происходит, продолжая кипучую деятельность.       - Я хочу поговорить с Кэрри, - произнёс Вилли, и уточнил, - только с ним.       - Ох, вот как, ну ладно, - растерялся Шэм, он погрузил руку в волосы, откидывая их со лба назад. И покосился на молча наблюдающего за ними Кэрри. Толкнул его локтем, - иди, я подожду тебя.       Кэрри понялся медленно и тягуче, выгибаясь, как кот, чтобы размять затекшие мышцы. Но Вилли лишь склонил голову, давая понять, что представление не состоялось - клоуна разоблачили. Кэрри не сдержал смешка, но направился за "молодым господином". Едва они оказались далеко от кухни, и зашли в один из поворотов, как Вилли в пару движений заломал его и вжал щекой в стену. Кэрри только успел пискнуть.       - Пусти, придурок, - зашипел Кэрри, и брыкаясь в попытке вырваться. На что Вилли оскалился, сжимая его, как в тисках.       - Вот это другое дело, - одобрительно цыкнул он ему. - А где же твоё "молодой господин", а?       И он еще раз шмякнул Кэрри о стену, не сильно, но чувствительно. Тот крякнул.       - Осторожнее, лицо, не поцарапай лицо! - взвизгнул Кэрри, вызывая этим тихий смех Уильяма. - Негодяй! Босяк! Бездомная...       - Кто, кто? О, как интересно мы заговорили. А что на это скажет мой дорогой дядюшка? - зловеще произнёс Вилли. Но ему нравилось, что Кэрри прекратил играть и дурачиться. Да и такая выпала возможность размяться!       - Ты не посмеешь! - хриплым голосом с нотками беспокойства заявил Кэрри, но дёргаться прекратил. - Отпусти! Чего тебе надо от меня?       - Итак, предлагаю сотрудничество: я отпускаю тебя и мы забываем, кто и на что тут наговорил, а ты мне любезно сливаешь информацию про делишки Абелайо. Что старикан задумал? Что за праздник? Что за сюрпризы?! Ну!       И он снова приложил Кэрри, тот взвыл тихонько.       - Я ничего не знаю, клянусь, - взмолился парень, и тут же саркастично ответил, - или ты думаешь, что господин Абелайо докладывает мне о своих делах? Не припомню, чтобы он страдал деменцией или идиотизмом.       - Возможно, но мы-то знаем, что ты по-любо-ому что-то услы-ышал, - Вилли усмехнулся, при этом вжимая Кэрри в стену, заставляя его изобразить на лице гримасу боли, - допустим, случа-айно, а?       - Нет, нет, правда! Я, блять, что на самоубийцу похож, чтобы за ним следить?! - задёргался Кэрри, стараясь обернуться к Вилли и тараща испуганно глаза. - Правда! Я не вру, ублюдок, отпусти, я серьёзно!       - Хмм, будем считать, что я почти тебе поверил, - он чуть ослабил хватку, Кэрри выдохнул облегчённо. Но рано, так как Вилли снова ухватил его за шею и вжал в стену, словно котёнка. - Запомни, если напиздел - я тебя размажу по стене.       - Сволочь! - возмущённо вскрикнул Кэрри. - Клянусь, правда!       - Ладно, живи, - издевательски добродушно произнёс Уильям, фыркнув, - приятно было побеседовать с понятливым человеком.       - Какая же ты сволочь! - склонив голову, шипел Кэрри, потирая щёку. Вилли ухватил его за подбородок, и повертел в одну и другую сторону, удостоверившись, что никаких повреждений нет. Хмыкнул и отпустил, похлопав по плечу Кэрри, опешившего от такого отношения. Он уже и отвык от таких моментов.       - Жить будешь, возможно долго, возможно счастливо, - почесал подбородок Вилли, насмешливо наблюдая за кряхтением и гримасами Кэрри. Как он давно хотел отмутузить этого хитрого гадёныша. Потирая щёку, Кэрри спросил с обидой в голосе:       - И что теперь? Сдашь меня Абелайо? Уволишь? Конечно, ты можешь, знаю я таких, распускаете руки, думаете, что всё можно! - распалился Кэрри. Его немного трясло. Вилли пристально посмотрел на него. Подхватил за локоть и быстро потащил за собой в комнату, Кэрри молча следовал за ним. Затащив не сопротивляющегося парня в свою ванную комнату, Вилли открыл кран и заставил его нагнутся над широкой белоснежной раковиной и самолично стал умывать эту плаксивую физию.       - Ты что? С ума сошёл, больной убл-бл-бл, - он едва не захлебнулся, когда ему снова ополоснули лицо, и часть воды попала в рот. Кэрри отплёвываясь, вырвался и зыркнув на спокойного и серьёзного Вилли, молча принялся умываться. Через пару минут он успокоился и хохотнул нервно:       - Давненько меня не прессовали, - фыркнул он, сдерживая беспокойство. Кэрри поднял голову и посмотрел в овальное, резное по краю зеркало, утёр лицо и пригладил волосы влажной рукой. Вилли протянул ему полотенце. Кэрри осторожно взял, покосившись на "молодого господина". Тот поднял руки:       - Ладно, прошу прощения, - закатил глаза и со вздохом произнёс, - дурные привычки прошлой жизни.       - Блять, что-то я не слышу раскаяния в твоих словах, - возмутился Кэрри, но тут же усмехнулся, - ну и говнюк же ты, "молодой господин"!       - А в наших отношениях явно намечается прогресс, - рассмеялся Уильям. Кэрри кинул в него полотенцем.       - Да ни в коем случае! - он привёл себя в порядок, завернул кран и, прикусив губу, замер на несколько мгновений. - Я правда не в курсе дел.       - Уже понял, - и Вилли сложил руки на груди, облокачиваясь плечом о плитку на стене. Весь его вид говорил о том, что он будто сожалеет, но Кэрри точно знал, что это обман. И если будет нужно, он по-настоящему размажет по стене. За Шэма?       - Мне нравится Шэм, как друг, или приятель, ну ты понял, поэтому я не желаю ему зла, - добавил он. - Только не делай так больше, пожалуйста.       - Договорились, - согласился Вилли. - Но если ты утаишь от меня важную информацию, любую, касающуюся Шэма или меня, или Абелайо в целом, то... я тебя предупредил.       - Понял, - вздохнул Кэрри. И как теперь возвращаться на кухню в таком расхристанном виде? Он выпрямился, поправил форму и вздрогнул, когда Вилли заговорил.       - Кстати, что тут за херня с формой? - Вилли вспомнил, как Шэм на что-то такое жаловался. Рассмеявшись, Кэрри ответил:       - А-а, ты про это... Это проделки ста... господина Абелайо, - мгновенно поправился Кэрри. Но парень в ответ похлопал по плечу:       - Расслабься, - и тут же Уильям предупредительно вскинул палец, - но смотри у меня! Так значит это старикан свои шутки шутить изволит. Я-ясно. Ну, топай давай, чего встал? Тебя, по-моему, там ждут. И ещё, - тут Кэрри затормозил в проёме, уже навострив нос на выход. Он обернулся.       - Про наш разговор ни слова никому, - и Вилли приложил палец к губам, изогнувшимся в полуулыбке. Кэрри молча кивнул, скрывая смущение. Не слишком ли долго он пялился на господина Говнюка?       Проводив взглядом улепётывающего Кэрри, Уильям задумался над тем, что услышал и увидел. Оставалось только решить, что делать дальше, по крайней мере, на данный момент он определился с собственным положением и планами на собственное будущее. Раз уж так вышло, то пляшем от того, что имеем.       Всем своим существом Вилли ощущал это неприятное волнение, словно предчувствие надвигающейся невидимой беды; как если бы у неё был аромат, тонкий и неосязаемый, и от этого его окутывали нити страха перед действом не случившимся, но определённо грядущим. Однако, несмотря на это внутреннее беспокойство, он мог только ждать и лелеять надежду на удачу и везение. Как же этого было мало для уверенности!       Ополоснув лицо, Вилли также посмотрел на своё отражение и опустил взгляд. Он сомневался в себе, в том, для чего пришёл сюда, что доверился Абелайо, а затем вспоминал Шэма и его счастливый вид - и это ранило. Не потому что Вилли завидовал или ревновал, а потому что был уверен в трагичности последующих за этим событий. Это не могло закончится хорошо, а Шэм упрямо настаивал на своём, ослеплённый эмоциями, и не желал слушать доводы рассудка. Ещё несколько месяцев он был другим, но сейчас многое изменилось, как и они сами.       - Напомни, и зачем мне всё это нужно? - спросил Вилли своё отражение вслух, опираясь руками о край раковины. И сам себе ответил, - потому что ты боишься за него и не хочешь, чтобы ему было больно. Но ему всё равно будет больно. И теперь ты в заднице, Вилли.       Вздохнув горько, он протёр лицо, решив быть готовым ко всему и держаться поближе к Шэму.       Дождавшись обеда, Вилли отыскал Шэма и настоял на совместном "перекусе", хотя Шэм и упирался. Он вообще вёл себя странно, и старался ускользнуть от друга, и разговоров. Когда они уже сидели в непривычно огромной столовой с длинным столом и множеством стульев, где Шэму уже приходилось бывать, и об этом он вспоминал не без содрогания.       Сидя друг напротив друга, никто из них не решался заговорить первым, ковыряясь в тарелках. Зыркнув в сторону друга, Шэм всё же спросил:       - Так зачем ты позвал меня, Вилли, - и уставился на Уильяма; показалось, что друг стал чуть выше и взрослее, прежде Шэм особо не присматривался к нему. Скорее всего они оба немного повзрослели, просто специально Шэм никогда не обращал на это внимания. В новом образе, одежде, ухоженный и преобразившийся под влиянием Абелайо, Вилли определённо выглядел гораздо ослепительнее, чем прежде. Он всегда отличался от обитателей приюта, в нём чувствовалась эта нотка утончённости, и надменности, и Шэм всегда считал пребывание друга в приюте ужасной ошибкой. Словно драгоценный камень, обронённый по случайности, и сияющий среди щебня. Слишком изящные движения, выточенные, правильные черты лица, тонкие пальцы, предназначенные для игры на музыкальном инструменте...       Шэм поджал губу, он всегда опасался потерять его, что в один момент его заберут и их пути разойдутся. И сейчас этот страх претворялся в жизнь, это происходило в реальности. Он потихоньку терял Вилли, как ему казалось, наблюдая, как с каждым днём он всё больше осваивается в новой роли. И вроде бы, этот процесс был естественным и органичным, таким правильным, но также, вместе со всем этим пониманием и знанием, Шэм хотел по-собственнически и эгоистично украсть и спрятать Вилли только для себя. И тогда всё будет по-прежнему, они снова будут одним целым, друзьями не разлей вода, всегда вместе, всегда рядом, опора и поддержка.       "А как же Эйкен? Разве он не опора и не поддержка?" - отозвался ехидный внутренний голос. Шэм сжал в руке салфетку. Пребывая в эйфории чувств и эмоций он никогда всерьёз не задумывался об этом. Они с Эйкеном просто погрузились в любовь с головой, напрочь наплевав на всё и всех. Никогда раньше он так не поступал, чтобы полностью забыться и утонуть в другом человеке, и эти эмоции впервые так зацепили его.       "Так ведь ты никогда и ни с кем по-настоящему и не встречался", - продолжал голосок, и Шэм хмурился.       - Само собой, чтобы поговорить с тобой, - улыбнулся Вилли мягкой улыбкой с нежностью, которая немного смутила Шэма, посчитавшего это странным. В последнее время Вилли часто улыбался ему так. Может он просто переживал за Шэма? Ведь недавно Шэм заявил, что намерен уволиться, в разрез с ожиданиями Уильяма, уверенного, что Шэм останется с ним в доме Абелайо. Но тогда ему придётся отказаться от Эйкена, следуя условию господина Абелайо. А это невероятно и невыполнимо, никак. Абсолютно.       - Хорошо, - медленно выдохнул Шэм, прикрыв на секундочку глаза. - И о чём? Что ты хочешь узнать?       - Всё что меня может интересовать, так это ты, - брякнул Вилли, и поправился тут же, - то есть, я хочу сказать, что беспокоюсь о тебе. Мы совсем перестали общаться, и мне это не нравится. И надеюсь, что мы можем это исправить?       - Вилли, я, - Шэм потёр лоб, - конечно, тоже скучаю. Звучит стрёмно, если честно.       - Это точно, - отозвался Вилли с горькой усмешкой, - но тебе не кажется, что мы отдалились? Раньше мы были как-то... сплочённее.       - Рано или поздно наши пути разойдутся, Вилли, мне никогда не попасть в ваш круг, - старался объясниться Шэм, - а сейчас я и не хочу, это определённо не моё, подумай, насколько мы разные, наше положение, ты же понимаешь. Твоё место здесь, но не моё.       - Я могу всё бросить, - слишком уверенно заявил Вилли, разводя руками, и Шэм рассмеялся от того, насколько по-детски это звучало. Вилли нахмурился, - я не шучу.       - Нет, - Шэм, отмахиваясь и смеясь, возразил. - Именно здесь ты и должен быть, и не говори глупостей. Ты и сам это прекрасно осознаёшь. Твоё будущее связано с Абелайо. Это твоя семья, в конце концов... Ладно. Что ты мне хочешь предложить?       - Всё, что хочешь, - на что Шэм захлопал ресницами непонимающе и озадаченно, но Вилли так уверенно заявлял такие сложные вещи, что происходящее казалось глупостью и фарсом и не воспринималось им всерьёз, как бы Вилли того не хотел. - Шэм, послушай, тебе не за чем уходить, останься здесь, со мной, я прошу тебя.       - Вилли не будь ребенком, - откинулся на спинку стула Шэм. - Я-то тебе здесь зачем?       - Ты мне нужен, - удивился Вилли, словно это была очевидная вещь. - Почему ты не можешь остаться, я не понимаю, зачем всё усложнять?       - Затем, что я не могу этого сделать, - Шэм начинал уставать, объясняя одно и тоже упрямому другу. Это начало его раздражать.       - Значит ты меня бросишь, здесь? - давил Вилли. Он понимал, что это эгоистично, но не мог себя побороть, не мог потерять Шэма. И не хотел. - Оставишь здесь одного, после того, как сам меня сюда привёл?       - Не говори так, словно оказался в аду, - возразил Шэм, отмахиваясь. Этот разговор надоедал, тем более, он не хотел в который раз обсуждать эту тему. - Ведь в итоге я был прав, и ты обрёл своё место, семью, положение. Это плохо? Или я был не прав?       - Так значит, в отношении меня ты прав, а когда это касается тебя, то это другое? - усмехнулся Вилли. Раздражение упрямством собеседника передалось и ему. Шэм вскочил:        - И что же ты имеешь в виду? А-а, кажется, я понимаю куда ты клонишь, - Шэм обозлился. - Это тебе Абелайо доложил? Это ты про его условие бросить Эйкена? Вижу вы с дядюшкой прекрасно сработались! Не выйдет Вилли. Можешь передать это!       - Замолчи, - хлопнул рукой по столу Уильям, вот теперь он окончательно разозлился. - Ты глупый влюблённый идиот! Я не желаю слушать эту чушь!       - Но тебе придётся её слушать, - грозно оскалился Шэм, его глаза потемнели и могли бы молнии метать. - Ты сам меня позвал, и первым начал этот дурацкий и бесполезный разговор! Только я не понимаю, если я такой тупой и идиот, то я-то вам с дядюшкой зачем нужен?!       Теперь Вилли вскочил и навис над взбесившим его упрямцем:       - Потому что ты мне нужен!       - Это эгоистично! - Шэм не сдержался. - Зачем тебе я, ты найдёшь новых друзей!       - Нет, мне нужен именно ты, - Вилли ухватил его за край и притянул к себе ближе, не обращая внимания на возмущённое сопротивление. - Да потому что без тебя мне не нужен никто, идиот! Без тебя. Никто. Не нужен. Когда это, наконец, дойдёт до тебя?!       При каждом слове Вилли встряхивал его, не замечая, как вытягивается от удивления лицо Шэма.       " О, нет, это же не может быть правдой?!" - подумал Шэм, когда его поразила догадка. Он даже перестал сопротивляться, когда Вилли тряс его, как куклу. И откуда у него столько сил?       - Вилли, - и Шэм осторожно перехватил руку взбешенного парня, действуя медленно, и глядя на него, как на сумашедшего, тихо попросил, - Вилли, посмотри на меня, пожалуйста.       - Что! - выкрикнул Вилли, крепко вцепившись в притихшего друга. У него у самого волосы растрепались, брови он грозно свёл над переносицей, всем видом изображая негодование. Они оба стояли, нависая над столом и уставившись друг на друга, глаза в глаза.       - Кажется, до меня дошло, - выпалил Шэм, он часто заморгал и отвёл взгляд. От изумления Вилли тут же разжал руку, отпустил и отпрянул, вытянувшись, как струна.       - Дошло? - переспросил он, не зная, как ему поступить теперь. И с вызовом вскинул голову. - И что?       - Но... это неправильно, - растерянно произнёс Шэм, прикрыв рукой глаза. Он развернулся и отошёл к окну, словно хотел выпрыгнуть и убежать, быстро и далеко от этого безумия. Сердце колотилось так быстро, будто пыталось сбежать из грудной клетки. Как он мог быть таким слепым?!        - И как давно? Как давно у тебя ЭТО, - он взмахнул рукой, не оборачиваясь. Так ему было легче, когда не нужно было смотреть на Вилли, и показывать своё пылающее предательским румянцем лицо, чтобы не выглядеть двусмысленно в этой ситуации. Он и сам не мог разобраться в своих реакциях.       - "Это" у меня давно, - тихо отозвался Вилли, понизив голос. Он продолжал стоять на своём месте и боялся двигаться, чтобы не разрушить атмосферу, не развалить их разговор. - Наверное, "это" было всегда. Но понял недавно.       Прокашлявшись, Шэм отозвался:       - А как же Крэг? Ты же восхищался им? - Шэм скривил губы в насмешке. Чувствовал ли он сам горечь от осознания этого факта?       - Именно так, восхищался, это ты верно подметил, - и эта фраза послышалась Шэму настолько полной сожаления, что он обернулся. Вилли выглядел вовсе не растерянным и не смутившимся, а наоборот; он точно знал, что говорил и будто готов был сражаться за свои слова. Это нежелание сдаваться поражало.       - Ты удивлён? Тебе неприятно? Может теперь ты ненавидишь меня? - один за другим задавал Вилли вопросы, не сводя взгляда с "друга". Эта ситуация смущала. Никогда раньше им не приходилось разговаривать о таких личных вещах настолько открыто. Не говоря уже о привязанности, а на самом деле, влюблённости Уильяма к ...       - Нет!! - "Не слишком ли пылко вышло?" - одёрнул сам себя Шэм, и увидел, как Вилли приподнял бровь в удивлении, или ожидании? - Как я могу ненавидеть тебя, Вилли, хотя, признаю, что порой ты раздражаешь. Так значит ты... эм-м...       - Да, ты мне нравишься, черт бы побрал тебя! - раздражённо признался Вилли. - Ну, что ты так смотришь на меня? Прекращай стороить из себя идиота!       - Ну, знаешь ли, не каждый день друзья такое заявляют, - издевательски бросил ему Шэм. Переругиваясь и ехидничая было проще разговаривать на довольно щекотливую тему. - И может ты прекратишь вести себя, как скотина и называть меня идиотом!       - Зависит от тебя. Прекращу, когда прекратишь вести себя, как идиот, - бросил ему в ответ Вилли. Он сдвинулся с места и приблизился к Шэму, поймав его за руку. - Послушай, ты же понимаешь, что "нравиться" не то слово, что я хочу сказать на самом деле, оно не может объяснить всего, что я чувствую.       - Тогда скажи то, что сможет, - решился добиться прямого ответа Шэм, мысленно ругая себя за то, что всё ещё продолжает стоять здесь и позволяет Вилли сжимать свою руку, позволяет ему водить большим пальцем по своей ладони, и ждёт от него... признаний? Что он творит? И зачем ему это?! Но что-то не давало ему развернуться и уйти, не дослушав до конца. И сам он признавал, что это было отнюдь не простое любопытство.       Признаться оказалось не легко, что неожиданно удивило Вилли, ведь он так просто признавался Крэгу; так что же ему мешало сейчас? Он смущался, от волнения руки тряслись и ему стало жарко и душно. Прикрыв глаза, он сделал вздох.       - Блять! А это не так просто, - хохотнул он. Но нашёл силы посмотреть на краснеющее лицо, также смущённо пялившегося на него парня. - Шэм. Я это..фу-ух, я...       - Любишь меня? - тихо выдохнул Шэм, помогая мыслям Вилли оформиться в правильные слова. Тут и его стало подтряхивать, он не ощущал собственную пленённую руку, словно она онемела, а он сам окостенел. Вилли быстро закивал, как болванчик, и никогда Шэм не видел на его лице такое беспомощное и потерянное выражение, как сейчас; Вилли казался ему беззащитным, хотя внешне тот старался держаться молодцом. Да и сам Шэм был в растерянности и невероятно взволнован, и было ещё кое-что. Его окутало тёплое чувство, похожее на восторг. В этот момент его губы дрогнули и растянулись в глупой улыбке, но он опомнился и прикусил непослушные губы. Что же он делает? Это же Вилли, его лучший и близкий друг.       "Да уж, ближе некуда", - снова отозвался ехидный голосок в его голове. Он тряхнул ею, чтобы избавится от наваждения. Вилли успел ухватить его вторую руку. Глаза у Шэма округлились. Всё происходящее казалось безумием, определённо он сошёл с ума!       - Только не волнуйся, Шэм, - вкрадчиво заговорил Вилли. Шэм уставился ему прямо в глаза.       - А?       - Не волнуйся, говорю, дыши, повторяй за мной, - не сдерживая улыбку, продолжал Вилли. И показательно медленно вдохнул и выдохнул, и Шэм повторил, на выдохе протянув:       - Твою-у ма-ать! - он прикрыл глаза, услышал смешок Вилли, распахнул их снова и пробормотал, - не-ет. И что же делать?       Пожав плечом, Вилли предложил:       - Может теперь я могу тебя поцеловать?       - Что? - воскликнул сиплым шёпотом Шэм, оглядываясь и надеясь, что более никого не оказалось рядом, пока он пребывал в бессознательном ахуе. - Нет, конечно!       - Почему нет? - определённо Вилли издевался над ним. Шэм, возмущённый таким отношением, попытался выдернуть руки из его хватки.       - Потому что! Ты ненормальный? Я не могу! - он в панике задёргался, но Вилли, наплевав на всё, наоборот, сжал его в объятия, шикая на него. - Пусти, Вилли, я не могу. Я встречаюсь с Эйкеном!       - Тогда брось его, - зашептал ему Вилли в районе уха; сердце у Шэма билось всё также быстро, предательски оповещая о себе всему свету. Естественно, его биение мог почувствовать и Вилли, что было очень плохо для Шэма.       - Нет, я же люблю его, я не могу его оставить, - его отодвинули и уставились на него, как на капризного ребенка.       - Тебе так кажется, - не колеблясь и категорически заявил Вилли без всяких угрызений совести, выбивая этим напором из колеи.       - Ты спятил? Я же говорю, что люблю его и мы встречаемся, и я не хочу его бросать, а ты мне заявляешь, что это мне кажется? Не сходи с ума. Вилли, ты серьёзно? Мы, блять, спим вместе! Я с мужчиной сплю, ау, ты вообще в курсе? Мы целуемся и всё такое, - Шэм чувствовал, как его щёки всё сильнее заливает румянец. Он явно сболтнул лишнего.       - Ты считаешь, что я не знаю, как трахаются? - фыркнул Вилли, а Шэм заморгал, его покоробили эти слова.       - Не говори так...       - Поцелуй меня, - требовательно произнёс Уильям, и придвинулся ближе к Шэму.       - Зачем? - удивленный его словами, Шэм приоткрыл рот, чтобы возразить, но не успел, так как Вилли его уже заткнул, целуя с не меньшим пылом, чем и господин Адэхо, но вовсе не нежно и осторожно, а подавляя сопротивление, вовлекая в эту пленящую борьбу, в изощрённую игру языков. Промычав в ответ, он немного обмяк и ноги стали ватными, подгибаясь. В мгновение, его тело отозвалось жаром и желанием продолжать, он запутанный и ведомый, лизнул Вилли по верхней губе, но и этого было достаточно, чтобы парень почувствовал себя увереннее. На секунду Шэм возмутился, и решил не уступать, но почему-то не оттолкнул его, а наоборот, кинулся яростно отвечать, вступая в борьбу. Он толкнул Вилли к стене и, тяжело дыша, зло уставился на него, а затем... с не меньшим напором продолжил это безумие! Это переросло в то, что Уильям, прижав его к себе, словно хотел слиться в один организм, отлип от стены, и, теперь, не сдаваясь, а наступая, отодвинул его к столу, не отрываясь от процесса, и легким движением рук подсадил на край, на что Шэм что-то возмущённо промычал в ответ. Но кто бы его послушал!       Затрещала ткань, и это, кажется Вилли что-то разорвал на груди Шэма, забравшись руками ему под рубашку.       "Она ж из грёбанного шёлка", - мысленно простонал Шэм, но возбуждение достигло точки невозврата, он и думать забыл о том, что это неправильно или плохо, или что-там-ещё-черт-бы-его-побрал! Всё тело едва ли не звенело, требуя большего. Кто бы мог подумать, что его так легко завести! Затем мысли покинули его голову, и он полностью отдался желанию.       Одновременно и Уильям, внутренне ликуя, не сдавал позиций, действуя на волне этого любовного сумасшедствия, воздух вокруг них словно загустел, его окутывал тонкий аромат, источник которого сейчас тихо постанывал, видимо, даже не осознанно. От этого Вилли вовсе повело, кажется он что-то разорвал, чтобы поскорее прикоснуться к вожделенному телу. Поскорее отыскал губами подбородок, спустился серией поцелуев по шее, мимоходом прихватив зубами пульсирующее местечко рядом с ключицей; затем, чередуя поцелуи с танцующим по коже языком, продвигался всё ниже и ниже. Уильям быстро метнул взгляд на расслабленное, млеющее и одновременно возбуждённое лицо Шэма, наблюдающего за его действиями из под полуопущенных ресниц: его зрачки заполнили большую часть радужки, нижняя губа была прикушена от нетерпения, румянец забрался даже на шею, тёмный локон выбился из причёски и, прильнув к разгорячённой коже, вился по щеке. Определённо, Уильяму не стоило смотреть на это зрелище, потому что у него окончательно полетели всё сдерживающие его внутренние преграды, и разум сдался инстинктам.       Он прикусил нежную кожу на животе Шэма ниже пупка, и спешно расстегнул его тонкие обтягивающие брючки. Промелькнула мысль, что старикан знал толк в одежде, облачая Шэма в это. Теперь Вилли точно запретит Шэму щеголять в подобной одежде перед всеми.       - Вилли-и, пожалуйста, - выдохнул со стоном Шэм, в него снова вонзились обжигающим взглядом, лучше от этого не стало и у Шэма скрутило внизу от желания, отчего он застонал громче. Уильям расценил это, как одобрение, и заурчав добрался до нужного места, и немедля принялся мучить парня вылизывая и посасывая, прикусывая и вбирая в рот. От этого Шэма совсем развезло и он распластался по столу, водя руками по глянцевой поверхности в поисках опоры. Он полностью отдавался желанию, позабыв обо всём; возможно, даже скорее всего, он об этом пожалеет, но сейчас...сейча-ас!!! Сейчас - это здесь и теперь, а потом - это где-то очень, очень далеко. И хрен с ним с этим потом!       - Боже-е, Вилли, бо-оже-е, - воскликнул он. Уильям улыбнулся, чуть не поперхнувшись членом и сияя восторгом при этом, как натёртый медяк. Он ускорился, не решаясь прерываться на уточнения и подъёбки, это могло испортить момент. Сейчас Шэм полностью принадлежал ему, он был в его руках!       "И во рту!" - подумал он, чувствуя себя победителем. Его свободная рука попеременно оглаживала подтянутый тёплый животик Шэма и бёдра, впиваясь ногтями в тонкую ткань брючек. От этого Шэма подтряхивало, он изгибался на столе, тело, наплевав на разум и здравые рассуждения требовало лишь апофеоза. И Вилли подчинился только этой просьбе: он то замедлялся, то ускорялся, выписывая невероятное языком. Он и сам был на грани, но не хотел пугать, срываясь с цепи всего разумного, что в нем было и напирая. Но, несмотря на это, он провёл рукой вверх по бедру и словно случайно провёл по сжимающемуся кольцу мышц.       Никто прежде не вызывал у Уильяма столько эмоций, столько любви и нежности, перед ним словно открылась истина - вот он тот, кто ему нужен теперь и навсегда! И он сделает всё, что угодно, чтобы добиться своего!       - Можешь меня и так называть, - оторвавшись на секунду, он будто сверкнул глазами, пошло облизывая его по всей длине и снова насаживаясь ртом, а Шэм распахнул глаза, поглощая взглядом желание партнёра. Его напряжение достигло предела и мышцы скрутило перед финалом. Он прикрыл глаза и вскрикнул протяжно от удовольствия. И разрыдался. Уильям облизнулся, проглотив его без остатка и сожалений.

***

      "Нихуя себе!" - подумал Кэрри, прижимаясь спиной к двери в хозяйскую столовую, и прикрывая рот рукой. Он прислушался снова и поняв, что всё закончилось, осторожно отлепился от двери и спешно направился в сторону своей комнатки. Настрой на активный труд во благо хозяев полетел псам под хвост!       Однако чудные дела творились в этом доме! Сперва он решил, что это господин Абелайо "изволит шалить" в столовой, так как приблизившись он устышал тихие стоны, но стоило ему приоткрыть дверь, то он едва сдержался от возгласа. Это было неожиданно и он долго не мог поверить в увиденное, этого просто не могло быть! Кэрри приходил в себя, прижимаясь к двери под тихие всхлипы и стоны, доносящиеся с той стороны.       "Бедняжку Шэмми скушали! Бедный мальчик! О-хо-хо, и что же нам теперь делать?!" - раздумывал он, когда шёл к себе, так как ему и самому нужно было успокоиться, так как у Кэрри давно никого не было, и это неудовлетворение раздражало его. Похоже, и ему стоит обзавестись ненавязчивым партнёром. Вздохнув, Кэрри шагнул в комнатку и прошёл в маленькую ванную. Подумал секунду и запер дверь.

***

      Лёжа на столе, Шэм пришёл в сознание и теперь раздумывал, что ему делать. Слёзы высохли, Вилли был рядом, сидел в паре метров на стуле и молча рассматривал его. Решив, что продолжать валяться на столе не лучшая идея, Шэм с трудом приподнялся на локте, по его расслабленному телу всё ещё блуждали отголоски удовольствия, а пальцы покалывало. Он вперил взгляд в Вилли, в поисках раскаяния, но так и не нашёл ничего подобного. Наоборот, тот выглядел довольным, как котяра, смотрел спокойно и с обожанием. Такому дай волю, он тебя до смерти затрахает, почему-то показалось Шэму, он отвёл взгляд и принялся осматривать себя. Приподнял рваный край белоснежного шёлка.       - Блять, а что с рубашкой-то? - вырвалось у него невольно, со стороны Вилли послышался тихий смех. Он смутился, припомнив подробности, за этим ощутил, как уши его словно воспламенились от стыда. Но у некоторых этот стыд явно отсутствовал, он зыркнул исподлобья на Уильяма, успевшего подойти к столу и протянуть руку Шэму, негласно предлагая помощь, чтобы тот поднялся. Переполненный возмущением, Шэм отмахнулся, несильно ударив по руке:       - Я сам, - процедил он, злясь на себя самого. Поплыл и готов был на всё, как потаскушка какая-то! Он прикусил губу и зашипел, потрогал саднившее место и обнаружил, что она немного повреждена. Стараясь не смотреть на Вилли, он всё же поднялся, отвернулся, поправил кое-как брючки и дрожащими руками попытался застегнуть сюртучок, разозлился на непослушные руки, выругался. Вилли вздохнул и повернул его лицом к себе, застегнул все пуговки и одёрнул за край, уставившись Шэму в глаза.       "Чего он ждёт? Ответного признания?!" - возмутился Шэм. А следом подумалось, что Вилли был очень хорош, он делал с телом Шэма всё, что хотел и как хотел: и откуда только этот парень знает такие штучки? Далеко на горизонте сознания разгоралось зарево от зачатков ревности. Пфф, да ладно, ему-то какое дело! Шэм фыркнул, вышло громко. Вилли молча следил за ним, словно интересуясь этой реакцией.       - Не думай, что это что-то значит, - решился высказаться Шэм. Вилли разулыбался. - Без шуток.       - Что "это"? - спокойно поинтересовался он.       - То, что я поддался тебе, - переборов смущение, но не глядя в глаза заявил Шэм. Развернулся и направился к выходу, Вилли всё также молча наблюдал. Он уже сделал выводы и всё решил. Шэм остановился и обернулся. - Забудь обо всём, что тут было и постарайся не приближаться ко мне.        Шэм распахнул глаза и его щёки вспыхнули жаром, когда Вилли облизал губу. Он поскорее дернул дверь за ручку, чтобы вылететь, как ошпаренный из столовой. Груз вины и отчаяния перебивали бесстыдные желания похотливого и непослушного тела. Да что с ним такое?! И когда он успел стать таким?! Но что хуже всего: как он посмотрит в глаза Эйкену?!       Застонав от отчаяния, он ухватился за голову и поспешил скрыться от всего мира в подвальном помещении кухни, на складе, погрузившись в работу. Надо всё это просто забыть, вычеркнуть, как и не было.       - Это ничего не значит, это совсем ничего не значит, - бормотал он, сомневаясь и не веря в эти слова. Да и для кого они предназначались? Для самого себя?

***

      В это же время Уильям радовался и ликовал: для него мир стал ярче уже потому, что появилась надежда. Он буквально широко шагнул к своей победе, своей цели, определяя собственную судьбу. Всего-то следовало не сдаваться и тогда всё наладится, и тогда всё будет хорошо, и тогда...       - Всё будет в охуенных цветах, - промурлыкал Уильям и покосился на остывший обед с улыбкой. У него впереди ещё уйма дел. Он наскоро привёл себя в порядок и поспешил к осуществлению плана.

***

      Ворох бумаг, квитанций на столе, писем и одинокий бокал с недопитым кофе окружали Крэга в тусклом свете лампы в его, - отныне его! - кабинете. Он устало потёр глаза, упираясь о бархатную поверхность стола и пряча лицо в ладонях. Взгляд блуждал по счетам и записям в учётной книге. Разобраться во всём этом оказалось сложнее, чем он предполагал и в какие-то моменты отчаяния и навалившейся усталости, ему казалось, что он переоценил свои способности и готов был бросить всё. Но затем он вспоминал, что с этой работой справлялась маленькая хрупкая женщина, между делом пререкаясь с чиновниками, споря с ними и выбивая всякие "вкусняшки" для приюта, и тогда он снова заставлял себя собраться, и продолжать работу.       Помимо этого выяснились некоторые факты, на которые Игги, видимо, не обратила внимания. Но если они подтвердятся, то Крэг рискует не только должностью, но и ... Он немного освободил шею от удушающего платка. Знала ли об этих махинациях Игги, догадывалась и помалкивала? Всё может быть, какой бы сильной и упёртой она не была, но она просто женщина, практически, была одна на поле боя. Крэг снова вздохнул. Стоит ли и ему ворошить осиное гнездо, или продолжать движение по той же проложенной дорожке? Очевидно же, что многие средства не дошли до приюта, и никто особо не спрашивал: а почему так? Почему питание детей вынужденно ограничивали, мебель и одежда ни к чёрту, не говоря и об остальных вещах?       На днях, интереса ради он поговорил со своих домоуправом господином Риганом Кинни: да, он постоянно держал своего нанимателя в курсе дел поместья и прочего, и помимо этого давал дельные советы. Господина Кинни очень заинтересовало положение дел в "Добром дне", и выяснилось, что дни для всех обитателей были отнюдь не добрыми в материальном смысле. Риган также прислал список приютов и их содержание, который он раздобыл интереса ради, - и ради небольшого вознаграждения, - в своей округе. И это разительно отличалось от положения приюта Крэга. А ведь они действительно настолько привыкли выживать, что смиренно жили с этим фактом и никогда не задавались вопросом: отчего так?       Оставалось только решиться пободаться и побороться, но для этого нужна и солидная поддержка. Крэг всерьёз задумался об этом. Он снова пробежался взглядом по строчкам в письме Ригана, советующего ему определённую тактику и посильную юридическую помощь. Благо господин Кинни жил отдалённо и мог действовать более свободно.       Крэг снова потёр глаза и, торопливым рассеянным взглядом, пробежался по разложенным вокруг бумагам, пока не зацепился за край конверта с посеребрённой кромкой. Удивившись, он потянулся и ухватил его за уголок, выловив письмо и поспешив вскрыть его, так как имя на письме заставило его руку дрогнуть.       "Уважаемому господину Крэгу Айомхэйру" - гласила надпись с вензелями и чуть ниже: "от господина Уильяма Лиланда Абелайо". Видно хозяин письма старательно выводил буквы, и уголок рта потянулся в сторону, раздвигая губы в печальную улыбку.       - Лиланд, надо же, - усмехнулся он, и осторожно стал вскрывать печать на письме, испытывая невольный трепет: в нём теплились тщательно скрываемые ото всех чувства, что однажды один паренёк со всей своей непосредственностью и упорством вытащил на поверхность. Боль от потери, точнее от осознанного отказа от желаемого, всё ещё жила в нём, но он продолжал бороться с этим: медленно, но верно, гасить боль и воспоминания занятостью, погрузившись в работу, отдавая себя всего делу. Так продолжаться не могло, Крэг не мог ни с кем поделиться и продолжал изматывать себя, пока в один момент не решил, что с него довольно и так продолжаться не может. Просто нужно подождать; совсем не обязательно всё забывать, чего он сперва добивался, пока не понял, что это и не требуется: ведь он может хранить и беречь это чувство, как цветок в ладонях, наблюдая и восхищаясь, пока время не залечит раны. По-крайней, мере он успокоился.       - Хмм, - удивился Крэг, развернув лист и вчитываясь в текст. - Вот так дела.       Оказалось, как втайне от самого себя предполагал Крэг, это не было личным письмом, и это не было ожидаемым им чудом, но всё таки оно его удивило. Письмо содержало пришлашение всем обитателям приюта в дом Абелайо, на "скромный праздник для друзей" в "узком кругу"; как понял Крэг, всем в приюте необходимо было собраться в определённую дату, точнее за ними приедут экипажи. Тут Крэг вскинул брови вверх.       - Удивительное дело, чтобы господин Абелайо совершал такие широкие жесты, хмм, - раздумывал Крэг, хотя точно знал, что предложение примет, и, кажется, у него появился шанс обрести союзника. Гарантий не было, но определённо появился шанс.