Good (Bad) People

      Чимин кладет трубку. Сердце его бешено стучит. Он старается не смотреть на своих маму и папу. Ему слишком стыдно. И его багрянец на щеках с лихвой выдает его. — Ну? — Нетерпеливо спрашивает его отец Чонгука, притоптывая ногой в лакированной черной туфле. — Он сейчас приедет, — Мин отвечает правду и только сейчас понимает, что зря это сделал. — Приедет? — Вытаращив во всю глаза на парня, в один голос спрашивают супруги Чон.       Чимину не находится что ответить. Он опускает глаза вниз под их невнятные громкие крики. — Прекратите орать на моего сына! — Мама Чимина хоть и зла на него до красных чертиков, все равно встает на защиту сына. — Прекратить орать? Они сбегали вместе, Пак! Так почему же твой сын не удосужился прихватить назад из этого гадюшника нашего Чонгука? — Взвилась мама Чонгука, выступая вперед. — Да как ты смеешь, дрянь? Твой Чонгук моему Чимину испортил всю жиз...       Чимину было неуютно. Он глубоко вдохнул этот раскаленный воздух и прерывисто выдохнул. Хотелось провалиться сквозь землю от этой сцены раз и навсегда.       Дженни около него с излишним интересом смотрела в сторону отца Чонгука. На весь его внешний напыщенный донельзя вид. Этот темно синий костюм явно от одного из элитных домов. На эту, несмотря на то, что на часах пол пятого утра, идеальную укладку слегка проступавших сединой волос. На этот молящий взгляд, направленный явно на нее, пока его жена срывает глотку на чужую мать. Сейчас Джен внутри ликует, видя, каким беспомощным может быть тот, у кого в руках по большому счету сосредоточена куча связей. Это заставляет ее ухмыльнуться. Ухмыльнуться этой забавной ситуации. И ведь действительно, когда этот мужчина заезжает за ее матерью к ним в дом, он ведет себя совершенно иначе.       Джису истерично объясняет своему брату о том, что с ней приключилось. И если бы не Юнги, то вероятнее всего, ее бы уже изнасиловали двое неадекватных парней. Сам же Юнги в этот момент старался находиться как можно дальше от Ким Сокджина, явно желая так же как Чимин очутиться на другой планете.       Отец Лалисы молча, смотрел в сторону сцепившихся в хлестких высказываниях друг другу матерей Чимина и Чонгука, мысленно хватаясь за сердце. Ему было чуждо выяснять отношения таким образом. Его дочь рядом с ним активно жвала жвачку. В отличие от папы, ей было интересно наблюдать за женщинами. Мысленно она уже готова была кричать: «Драка», невзирая на то, как сильно провинилась этой ночью. — Тэхен, пообещай мне, пожалуйста, что такое больше никогда в жизни не повторится, — очень серьезно проговорила миссис Ким. — Мам, — выдохнул Тэхен под продолжающийся аккомпанемент женской ругани. — Я сказала, пообещай мне, иначе...       Миссис Ким не успела договорить своей угрозы, как двери вестибюля распахнулись и на пороге колледжа появились Чеён и Чонгук. В коридоре повисла мертвая тишина. — Теперь, все нарушители в сборе, — директор колледжа Святых Добродетелей вышел вперед из толпы студентов и их родителей. — Разрешите объясниться молодые люди. Как невинный праздник в честь начала учебного года смог превратиться в такую вакханалию благодаря восьми детям?       Дженни смотрела на родителей всех ребят, и ей стало так горько и обидно. Все они здесь. Приехали, потому что переживают за своих детей. И только ее мать как всегда плевать хотела, что происходит с ее дочерью. Джен совершенно не чего терять. Потому что хуже ей стать уже не сможет. Она прекрасно понимает, что решается на этот шаг не ради спасения всех этих ребят, а скорее всего, для банального привлечения внимания. В глубине души она надеялась, что это заставит ее мать пошевелиться и хотя бы позвонить ей. — Это я уговорила всех пойти в клуб, — она устало вскинула руку вверх.       Кажется, она услышала облегченный выдох Тэхена в повисшей тишине. Хотя, откуда ей знать, как слышится облегченный выдох Тэхена? Она мельком взглянула в его сторону. Парень во все глаза смотрел на нее, стоя рядом с высокой красивой женщиной в розовом пальто. Он был очень похож на свою мать. Только нос не ее. Дженни повернулась в сторону директора. На других ее ночных друзей смотреть расхотелось. Больше всего на свете ей хотелось спать. Залезть в эту безликую холодную постель и проспать до вечера. — Вы понимаете, Ким, что нарушили одну из главных заповедей Колледжа Святых Добродетелей? — Мужчина средних лет сузил глаза в щелочки. — Но ведь сегодня выходной, — пожала плечами Джен. — Если вы остаетесь в стенах Колледжа, это не значит, что вы имеете полное право использовать наше заведение как ночлежку между своими похождениями, леди! — Повысил голос директор. — Целый месяц отработки после занятий. Каждому из вас. А вы, Ким, как самая главная зачинщица будете получать дополнительные задания сверх нормы. Быстро по комнатам!       Дженни и Юнги не задумываясь, двинулись в сторону лестницы на второй этаж, в то время как все остальные ребята остались покорно слушать выговоры своих родителей. — Пиздец, блять. Помог, называется. — Юнги со злости пнул стену ногой и тут же шикнул от накатившей боли.       Джен удивленно взглянула на парня: — Кстати, хотела спросить, — неуверенно начала она, поймав на себе грозный взгляд парня, — а ты как там появился? — Слушай, ты, — Мин с каждым словом делал шаг навстречу Ким. Он был зол. Зол на каждого из этих так называемых друзей Джису, которые кинули ее и разбежались в разные стороны. — Какая нахер разница как я там появился? Лучше ты ответь, как тебя совесть не грызет кидать друзей на грани жизни и смерти?       Дженни не ожидала такого поворота. Она поперхнулась словами, что заготавливала в ответ этому отвратному типу. Все, на что ее хватило: — Ч-чего? — Нихуя, — Юнги сплюнул, проходя мимо Джен в коридор, который вел в спальни парней. — Подружка из тебя пиздатая, говорю. — Кто тебе эта девчонка? — Отволакивая сына за локоть подальше от лишних ушей, спрашивает мистер Чон.       Чонгук хмурится, не понимая до конца вопроса, и что вообще отец имеет в виду. — В молчанку будем играть? — Чон замахнулся на сына, заставляя его нервно сглотнуть. — Не смотри, что тут полно людей. Я сниму свой гребанный ремень и отхерачу тебя по твоему тупому рылу так, что собирать будет не чего. — Мужчина нагнулся к уху парня и прошипел это так тихо, что даже если бы кто-то стоял слишком близко к ним, вряд ли бы расслышал. — Телка она моя, — пытается как можно сильнее задеть отца Чонгук, до конца не понимая, почему же ему так интересна Дженни.       Мистер Чон отстраняется от сына, осматривая его недоверчивым взглядом и понимая, что на эмоциях он слегка переборщил. — А почему тогда явился с вон той? — Мужчина ткнул на Чеён, что находилась в противоположном углу от них и слезно вымаливала прощение у отца. — Тебе-то какая разница? — Никакой, — отец закусывает губу, крепко о чем-то задумавшись. — Никакой. — Как это? — Лалиса полными удивления глазами смотрит на Джису, которая только что поведала своим соседкам по комнате о ночном инциденте. — Так вот почему этот невменяемый на меня наехал сегодня в коридоре, — зевнула Дженни, только что проснувшаяся.       У девушек не осталось ни сил, ни желания рассказать о том, что произошло с ними после того, как все они разбежались по разным углам. И теперь, выспавшись до упора, каждая из них жаждала поделиться своей историей. Джису была первая. Она рассказала и про то, как пила с Тэхеном, и про то, как ей стало плохо, и про тех парней из переулка. — Он помог мне, — Джи моментально поняла, что речь о Мин Юнги и слегка улыбнулась. — Что, влетел в этот переулок и героически перебил этих петухов собственными руками? — Усмехнулась Лиса. После сна ее яркий макияж с ночи слегка поехал вниз к щекам, но это ни сколько не испортило ее красивого лица. Наоборот, придало ему чуть больше возраста, делая из нее девушку, которой слегка за двадцать. — Ну, почти, — поджала губы Джису, сидя на своей кровати. — Он просто влетел в этот переулок, схватил меня за руку и утащил. — Как банально, — Лалиса помрачнела и разочарованно прицыкнула. — Зато как романтично! — Возразила Чеён. Кажется, ее настроение было самое приподнятое из всех, и только дурак мог не заметить этого. Казалось, что она взирает на этот мир через призму розовых очков. Мечтательно теребит краешек своего голубенького халата и думает о чем-то своем, поверхностно слушая разговор девочек. — Слышь, романтично, — Джен приподнялась на локтях и посмотрела на подругу, слегка сдвинув брови. — А ты куда пропала? Как вообще оказалась с этим громилой?       Все взгляды приковались к Чеён в ожидании ее истории. Каждой до смерти хотелось узнать, что же все-таки было. — Ну, — протянула Ён, переводя взгляд на подругу. — Мы с ним катались на машине. — Машине? — Переспрашивает Джису, слегка подаваясь вперед. Ее распирал неистовый интерес. — У него была машина? — Он ее угнал, — невинно отвечает Чеён. — Что? — Глаза Джен округляются. — Что? — Вторит ей Джису и изо рта ее вырывается неловкий смешок. — Чего? — Лалиса тоже одновременно с двумя своими соседками задает вопрос. Ей хотелось добавить что-то матерного содержания, но на ум не пришло ни одного словечка, которое смогло бы описать данную ситуацию. — Угнал, — повторяет Ён, усмехаясь реакциям девушек. — Он сумасшедший и мне это нравится. — То есть, ты хочешь сказать, — Джен полностью садится на кровати. — Что он украл чужую тачку, сел пьяный за руль, да еще и тебя с собой взял? Вы могли разбиться, Чеён. — Господи, Дженни, — отмахивается Пак. — Знала бы ты, как он целуется. За это ему можно спустить все косяки. — Вы целовались? — Теперь уже лицо Лалисы озаряется улыбкой. Тихоня Пак Чеён взяла и обогнала их всех. В первый же выходной зализалась с парнем. Вот это да. — Может, вы еще и перепихнулись там по-быстрому? — Шутит Лиса и через секунду понимает, что угодила в самую точку. Улыбка гаснет на ее лице, переходя в едкую ухмылку.       Чеён смущенно отводит в сторону глаза, и этот жест говорит сам за себя. Джису давится собственной слюной, только захотев сказать хоть что-нибудь. Лалиса присвистывает, мысленно понимая: в тихом омуте черти водятся. И только Дженни поражается до глубины души. Поведение ее подруги ей не кажется нормальным. Этот чертов Чон Чонгук портит саму невинность Пак Чеён, на секундочку. — Ну, это уже чересчур! — Джен подскакивает с кровати, быстро надевает тапочки и мчится к выходу. — Дженни! — Кричит Ён ей вслед и привстает с кровати, но так и не решается побежать вслед за подругой, оставаясь в полном недоумении. — Черт, как башка-то болит, — стонет Тэхен в темноте комнаты. Они только что проснулись и еще даже не успели включить свет в комнате. Хотя на улице уже было довольно темно.       Чонгук ничего не ответил. Он чувствовал себя относительно прекрасно. Похмелье для него не существовало. Также как и Чимина на данный момент. Он и знать этого парнишку не хотел после вчерашнего. Какие они теперь друзья? — Че молчите? — Недовольно буркает Тэ, плетясь к выключателю.       Небольшую комнату с тремя кроватями, письменным столом и шкафом наполняет теплый свет лампы, заставляя парней зажмуриться. Чимин натягивает на себя одеяло. Чонгук локтем накрывает веки и лениво зевает, понимая, что особо-то он и не выспался. — Как ночь провел? — Чтобы заполнить пустоту вопросов Тэхена спрашивает Чон, поворачиваясь к кровати друга, что лениво почесывал живот, усаживаясь на нее. — Бухал с этой, — Тэ валится на кровать, пытаясь вспомнить имя девушки. — Джису. Потом зажигал с Лалисой. И зуб даю, мне бы перепало от нее, если бы только мамаша не позвонила.       Тэхен расстроено прикрыл глаза. Он был уверен, что сегодня ночью у него точно будет секс. Но итог один: секс был у него мозговой. И как это не отвратительно осознавать — был он с его собственной матерью. Она так выебала ему мозги, что теперь Тэ не хотелось ничего. — А мне перепало, — шепотом хвастается Чонгук. Сначала он думал ничего не рассказывать, а теперь ему отчего-то захотелось, чтобы Чимин знал, как он провел эту ночь. И что ему было в сто, нет, даже в двести раз лучше, чем всем остальным вместе взятым. — Серьезно? — Тэхен фигурно изогнул бровь, явно завидуя другу. — С этой тихоней?       В душе его что-то ёкнуло. Эта девочка... Показалась ему совершенно не такой. Что уж греха таить, Тэ подумал, что она девственница. Самое невинное создание на Земле.       Как же обманчивы оболочки людей. Вот смотришь ты на человека и видишь в нем сущего ангела, жаль, что крыльев ему при рождении никто не дал, а в итоге он оказывается жестоким убийцей. И наоборот. Небритый, весь в коже, слушающий жесткий хардкор мужик по воскресениям ездит в приют для собак и помогает их кормить, выгуливать и купать. Это и есть реальность двадцать первого века — носить маску, быть тем, кем, по сути, ты не являешься. — Не такая уж она и тихоня, — подливает масла в огонь Чонгук, краем глаза поглядывая на Чимина.       Тот хорошо держится. Вообще не реагирует ни на что. В отличие от Тэхена. Он неестественно притихает после сказанного другом. Медленно встает с кровати и бредет к шкафу, накидывая на себя футболку. — Ты куда? — Удивляется Чон такой странной реакции парня. — В душ пойду. А то мне совсем что-то хреново. Лучше бы освежиться, — Тэ и правда неважно чувствует себя после выпитого этой ночью.       Чимин резко садится на своей кровати, заставляя обоих своих друзей дернуться от неожиданности: — Меня подожди, — голос его грубый и хриплый спросонья.       Он встает с кровати; тоже идет к шкафу, ища в нем чистые боксеры, и накидывая на плечо полотенце.       Тэхен и Чимин выходят из комнаты, не сказав Чонгуку ни слова и даже не позвав с собой. Чон хмыкает, все еще не понимая, что за глупые изменения происходят в Тэхене. Обычно, он посмеивается над интимными успехами своих друзей. Сам интересуется «не завалил ли кто из них очередную девку» и в итоге, когда Чонгук делится с ним своей такой легкой победой, друг просто уходит. Скорее всего, это Чимин его подговорил.       В дверь раздается громкий дробный стук. Чон хмурится. Он в гости точно никого не ждет. Кто-то из парней что-то забыл? Так почему не зайти без стука? Стук повторяется в очередной раз.       Чонгук бредет к двери. Ему даже не приходит в голову накинуть на себя хоть что-нибудь из одежды. Он как был в одних лишь боксерах, открывает дверь. И только сейчас понимает, что стоило бы одеться. — Ты-то мне и нужен, козел! — Дженни залетает в небольшую комнату и со всего размаха ударяет ладонью в правую щеку парня. — Че у вас Чонгуком стряслось? — От Тэхена невозможно скрыть эту ни с того ни с сего налетевшую на друзей излишнюю холодность. Да и отвлечься от мыслей о всяких Чеён ему нужно было бы как можно скорее. Почему он вообще думает о ней? — Да так, сцепились из-за ерунды, — пытается отмахнуться Чимин, шаркая тапочками в сторону душевых в конце коридора. — Харэ ломаться аки девчонка на свидании, — Тэ смеряет Пака взглядом полным недоверия.       Мин тяжело выдыхает. Открывает дверь в помещение под названием «Душевая комната» и проходит первый. — Из-за Дженни, — поворачивается он к другу лицом и снимает с плеча полотенце, вешая его на вешалку.       Тэхен свое полотенце кладет на лавочку и снимает футболку. — Ты же заметил, да? — Начинает он ту тему, которая должна была рано или поздно подняться и уж лучше обсудить ее с Чимином. — Что она вылитая Соня? — Пак кинул свою черную футболку рядом с тэхеновой на лавку. — Все это заметили. — А Чонгук че? — Снимая штаны сразу вместе с боксерами, спрашивает Тэ.       Он совершенно не разбирается в психологии людей. Поэтому ему сложно даже представить, что по этому поводу может думать Чонгук. А говорить с ним об этом не хочется. Зачем вскрывать почти затянувшиеся раны? — Понравилась она ему. Блять, Тэхен, нам нельзя допустить, чтобы они общались, — Чимин оторвался от развязывания своих спортивных штанов и остановил Кима, который уже направился в сторону пустой кабинки. — У него крышу сносит. Мне пришлось сказать, что она мне нравится тоже. — А так она тебе не нравится? — Тэ скрещивает руки на груди, пытаясь понять друга.       Чимин замешкался. Он еще не задавал себе такого вопроса. Как вообще человек может понравиться за одну неделю? Да никак. Чимин не из таких людей. Не из таких влюбчивых людей. Чтобы ему понравился человек — нужны месяцы. Чтобы полюбить его — годы. Он не ветреный. Он избирательный. Ему нужно привыкнуть. Он не может просто так взять и впустить в свой собственный мир постороннего человека. Просто с Дженни все так получается. Спонтанно. Странно. Неправильно. Но он ничего не может с этим поделать. — Я не знаю, — честно отвечает он, пожимая плечами. — А надо бы узнать, Чимин. И как можно скорее, — дает ему дружеский совет Тэ, вставая под струю холодного душа. — Заиграешься в спасителя и сделаешь не лучше, а только хуже для всех.       Пак с ноткой удивления посмотрел на друга. Что он имеет в виду?       Чонгук недоумевая, смотрит на Дженни, прижимая ладонь к горевшей огнем щеке. — За что? — За то, что к подруге моей в трусы полез! — Новая затрещина прилетает парню в затылок. — Так, все, — не выдерживает Чон и хватает за руки Джен. — Какого черта ты лупишь меня за это? Давай-ка проясним: никто к твоей подруге в трусы не лез, все было по обоюдному. — Ты воспользовался ей! — злость кипит в Дженни, разрастаясь, словно ядерный гриб после взрыва. — Воспользовался, зная, что симпатичен ей! — она пытается освободиться от цепких пальцев парня на своих запястьях, но понимает, что это бесполезно. Тогда в ход идут ноги. Она со всей силы пинает Чонгука по голым ногам как можно больнее. — Да блять, — жмурится от острой боли Чон и резко разворачивает взбесившуюся к себе спиной, крепко обхватывая сзади, преграждая ей все пути наступления. — Отпусти. Ты делаешь мне больно, — Дженни пытается высвободиться из сильных тисков, но тщетно. — А ты не делаешь мне больно? — Хмыкает Чонгук, заглядывая ей в лицо. — Может, поговорим нормально? — Нет! — Ким лбом ударяет в лоб Чона, но он успевает отвести голову в сторону. — Ты слов, похоже, не понимаешь. — Да с чего ты взяла? — Чонгуку становится смешно от всей нелепости этой ситуации. Он ради веселья еще крепче прижимает явно уступающую ему раза в четыре в силах девушку. — Почему ты вообще решаешь за свою подружку? Она уже взрослая девочка и сама в состоянии решить с кем ей спать. — Но не в первый же день! — Кричит, не унимаясь Джен. — Эй, Чон, — в дверь раздается стук и громкий суровый голос продолжает: — это что у вас там, девушки?       Дженни замирает от страха и поднимает голову вверх на Чонгука. — Докричалась? — Шепотом смеется Чон, глядя на в секунду изменившееся выражение лица девушки. — Что притихли? — стук в дверь вновь повторяется. — Я считаю до пяти и вхожу. Один... — Теперь Сокджин напишет на тебя депешу еще и за то, что ты пришла на мужскую половину, — не прекращает издеваться парень. — Два... — Помоги мне, блять! — Шепотом пищит Джен прекрасно понимая, в какое дерьмо она вляпалась. — Три... — Ты еще десять секунд назад придушила бы меня, если бы я тебя не держал, — с упреком начинает Чонгук, только сейчас осознавая, что до сих пор прижимает дебоширку к себе. Он отпускает ее, отходя на шаг назад к кровати Чимина.       Дженни поворачивается к обидчику, который в мгновение ока оказался единственным человеком, что мог спасти ее сейчас. — Четыре... — Пожалуйста, прошу тебя, — Ким сложила руки в умоляющем жесте.