Поцелуй смерти/Kiss of the death

Я слышал, как кто-то зовет меня. Это был голос Теда. Он что-то спрашивал, но понял я лишь последнее. — Мигель, ты как? Открыв глаза, я увидел взволнованное лицо друга, который сидел напротив меня. Мы были в его комнате, где царил полумрак, а вокруг стояли десятки свечей. Они были всюду: на окнах, на столе, на тумбочках. — Тед, ты что, на свидание меня притащил, пока я спал? А где розы? Вернее — лепестки роз. — Вижу, с тобой все хорошо, — Теодор усмехнулся. Окинув его взглядом, я отметил, что он был одет во все черное, только красный галстук выделялся на его груди. Рядом с ним сидела побледневшая Оливия, которую я не сразу заметил. — Привет, Лив, — я отсалютовал ей, но она меня словно не замечала, сидела, держа Теда за руку, сжимая ее, словно она боялась чего-то. — А чего это с ней? Беременна? — Нет, — Тед покачал головой, смотря на меня. — Она просто почувствовала, как ты пришел. — В смысле? — Это… Не знаю, как и сказать, — друг замялся, поглаживая руку Лив. — Мы сейчас провели спиритический сеанс и в данный момент разговариваем с духом… — Так я на самом деле умер. — Да, — Тед отвел взгляд и опустил голову, а плечи его осунулись, словно на них упал груз. — Именно тогда, когда ты ушел с Эриком. — А что тогда случилось? Тед мне все подробно рассказал, и в тот момент мою голову посетили флешбеки того, что случилось. Когда мы допили бутылку виски, мы Эриком начали более тесное общение. Пришел он… Сзади раздался хлопок. Этим хлопком являлся выстрел из пистолета с глушителем. Спрашивается, зачем глушитель, если в помещении были люди? В непосредственной близости… Я вспомнил визг девчонок, как у их ног сидели парни… Так когда я их увидел, я уже был мертв… Я даже боли не почувствовал… Хотя этот мудак выстрелил мне в голову. Моментальная смерть. Моим убийцей оказался никто иной, как тот парень, с которым я успел подраться из-за Эрика. Все так быстро произошло, что я даже не понял, что умер. — И как оно? — А? — Тед оторвал меня от собственных мыслей. — Каково это — умереть? — А никак, — я как ни в чем не бывало пожал плечами. — Ничем не отличается от жизни. Тед цокнул языком, размышляя о чем-то, видимо, над другими вопросами. — Тед, — он посмотрел на меня. — Прости за то, что не верил раньше в твои силы. — Да чего уж там, — он немного улыбнулся, приобняв Лив. — А знаешь, мы решили, что поженимся. На твой сороковой день. Я бы поперхнулся, если было бы чем. — Ты серьезно? — Конечно! — Мигель, а ты где? В Аду или в Раю? — А что тогда представляет… — Тш-ш, — Я приложил палец к своим губам. — Я сам новичок. Но скоро перестану им быть. И вообще, узнаете все сами когда-нибудь, — я почувствовал дикую усталость. Мне снова хотелось спать. — Мне пора. — Еще поговорим, Миг, — вновь им отсалютовав, я растворился на глазах Теда, словно мираж в пустыне.

— Эрик, я видел сон, но не все в нем было сном… — я вздохнул, смотря на лицо парня, сидевшего рядом со мной. — Тебе нужно развеяться, — он встал с кровати и подал мне руку. — Пойдем же, Мигель. — Пошли, — немного помедлив, я взял его за руку и поднялся. Мы резко оказались у здания. По дорожкам ходило множество знакомых студентов. Но что-то было не так. Возле каждого и за каждым ходили… спутники? Одни были с крыльями как у ангелов, другие без. Все они были разных возрастов от мала до велика. За мной шли Эрик и Ханни. Я уже и забыл, что она снова рядом со мной. — Ханют, — я улыбнулся своей собаке, которая подбежала ко мне и прижалась своим лбом к моей ладони, высунула при этом язык. — Это все спутники? — я кивнул в сторону, где их было огромное количество. — Да, — Эрик кивнул, наблюдая за мной. Я вновь посмотрел в сторону, где их было бессчётное множество. Присмотревшись, я понял, что со многими были рядом животные. Вон у Фрейи Эклз сидел на плече попугай Ара, говоря ей на ухо своим попугаичьим голосом: «Фр-р-ре-йя», а около Давида Уилсона серый упитанный британский котяра… И это только пара человек из многих, которых я только знал. Но ни Фрейя, ни Давид не видели своих питомцев, словно… или… — Эти животные мертвы? — Именно. Ты быстро это понял, — Эрик улыбнулся, сорвав с дерева листик и начал его мять. — Они тоже призраки. Когда они находятся рядом с человеком, это больше относится к кошкам и собакам, ибо они больше из всех оказываются в личном пространстве хозяина, то их хозяин может почувствовать их присутствие. Животные зачастую привязаны к человеку и встречаются вместе со спутником на границе. Но многие, все же, любят быть рядом с хозяином, — Эрик кивнул в сторону призраков животных. — Порой хозяин чувствует присутствие животного, но не видит, словно его нет, а оно есть! — Вот оно как, — я вспомнил тот момент, когда мне казалось, что Ханни лежала в моих ногах, но не могла там лежать… — Ты, кстати, заговорил про границу. Но она разве не является тому, кто осознал свою смерть? Если да, то почему я ее видел? — Верно. Видимо, твое сознание это приняло, но разум не готов был принять. — И что дальше? Я уже осознал, что мертв, но, а вдруг я брежу или схожу с ума? Или мне это снится? Если я спрошу это у Эрика, то он явно взбесится. Подумав об этом, мне стало смешно. — Дальше мы пойдем в Город Душ. Хотя нет. Сперва нам стоит кое-куда заскочить. Туда, где ты окончательно осознаешь. — Хорошо. У меня дурное предчувствие, а пальцы нервно начали подрагивать. Чего это я? Эрик положил руку мне на плечо. От его касания мое тело вибрировало от пульсации внутри. Меня резко отпустило, как мы сменили дислокацию. Мы были на кладбище, и я замер, не имея возможности сдвинуться. — Ты чего там стоишь? Иди ко мне. Я молча подошел к Эрику и посмотрел туда, куда был сосредоточен его взор. Ханни, сидевшая в моих ногах, заскулила. Я усмехнулся, увидев собственную могилу. Оградка черного цвета, мраморный памятник, а подле него, на земле, были высажены цветы. Вздохнув, я сел на корточки, читая надпись на памятнике: «Мигель Кейн, 1994-2018, Любимому сыну и другу, От семьи и друзей» — Интересно, а отец расстроен? — я это задумчиво протянул. — Даже не знаю. Скорее всего да, — Эрик посмотрел на меня. — Ты можешь заглянуть внутрь, если не веришь, что там лежит твое тело. — Разве в гробу хоронят живое тело? Эрик грозно посмотрел на меня, а я озорно улыбнулся ему. — Ничего смешного не вижу, мистер Кейн. — Но в качестве пыток или спутав с сомнамбулизмом… — Ладно, ладно, — он поднял руки, сдаваясь. — Только не бей. Усмехнувшись, я посмотрел на свое имя, что было выгравировано на памятнике из белого камня. Признаю. Я мертв. Мое сознание давно это приняло, но разум только что. Тут я почувствовал нечто внутри себя, что поднималось наружу. Я увидел всю свою жизнь от смерти до рождения. Я словно пережил это еще раз. Всю боль, печаль, радость, сожаление, ненависть, стыд… У меня было много разных моментов в жизни, но большую часть составляли печаль, сожаление и зависть. С появлением Эрика, когда мне было шесть, к моим чувствам добавилась радость и любовь. С появлением Теда, много минусов ушло в плюсы. Встретив Эрика вновь, добавилась еще парочка. Было много всего, что я мог сделать, но не сделал. Было много того, что я мог бы и не делать, но сделал. Такая вот человеческая натура. — Эрик. — Что? — Я понял, о чем ты говорил… — Таки было ведение? — Да, — я кивнул, проводя пальцами по памятнику пальцами, пытаясь его почувствовать. — Помнится, ты говорил про реинкарнацию. Почему ты не хочешь сделать это? — Я хотел встретить тебя, что случилось бы рано или поздно. Хотел быть с тобой и помнить обо всем. Да и плюс ко всему, я говорил раньше, почему не хочу. — Я разве стою того, чтобы ждать меня неизвестно сколько? — я провел по щеке Эрика, смотря в его глаза, которые сияли на солнце. — Стоишь, — он улыбнулся и, подойдя ко мне, обнял. — Мы в нескольких жизнях тоже были парой. — И кем мы были? — Например, в последний раз, ты был богатым и красивым, а я был обычной женщиной, которая работала в ресторане. Правда, это было, вроде, в 1842 году, — Он посмотрел на меня, а в его разных глазах плясали смешинки. — Кстати, а ты знаешь, кто такие вундеркинды? — Супер умные дети. — Не совсем, — Эрик положил голову мне на грудь, а я медленно осел на землю, опираясь о памятник. — Это души, что в течении трех дней вселились в младенца. Потом, когда у них проявляется сознание, душа активируется, как и знания, что были накоплены за прошлую жизнь. Вундеркинды — это зачастую реинкарнации ученых, которым не сидится на попе ровно, и они хотят творить на Земле. — Вполне приемлемая часть и легко верится. — Приемлемая часть? Это реальность. — Это я имел в виду. Я провел руками по своему лицу и чувствовал его, словно я был еще живой и настоящий. Когда мы с Эриком подошли к озеру, которое было неподалеку от кладбища, я посмотрел в воду, рассматривая себя. По крайней мере, я себя видел как и прежде. Не было никаких белых просветов, всяких простыней с цепями и прочей фигни. Я был в том, в чем и умер. Благо, это была моя любимая одежда. Эрик шел рядом со мной, не отвлекая от роя мыслей в моей голове. Он шел и смотрел в дневное небо. Сегодня было ясно и хорошо. Ханни бегала в радиусе пяти метров от меня, играя с бабочкой. Она все пыталась ее поймать, но ее потуги были тщетны. Ханни зря клацала зубами, и пока она лапами пыталась поймать бабочку, та улетала. Ханни проскулила, когда бабочка улетела вверх, в небо. Все религии говорят в один глас про суд Божий, про Ад, про Рай… Тогда почему я этого не вижу? А потому что это все ересь. Эрик говорил ранее, что как я все осознаю, то мы отправимся в Город Душ. Мне уже интересно, что там… — Мигель, может пойдем уже? — Куда? В Город Душ? Эрик улыбнулся мне и кивнул. — Сюда все равно можно будет явится, но это даже не придет в твою чудную головушку. — Почему же? — А вот сейчас увидишь, — он ухмыльнулся и положил свою ладонь на мое плечо. Мы оказались нигде. Кругом была кромешная тьма. — Где это мы? — Граница. Ты готов? — Да. Как только я ему ответил, он просто щелкнул пальцами, и мне явился Город Душ. Я только и мог, что разинуть рот. Здравый смысл и прежнее видение мира меня покинули…