Вечное сияние чистого разума

Я сидела на диване, пялясь в телек, по которому показывали новомодный сериал «Ангел или демон» - обычная сверхъестественная ересь, которую я смотрю каждую пятницу. Завтра я первый раз после своей продолжительной болезни должна вернуться в храм пороков человеческих (в школу). И почему именно в субботу? Не могла эта противная врачиха разрешить мне посидеть дома до понедельника, дабы начать-таки новую неделю с «подлатанной» головой, так нет ведь! Ей приспичило отправить меня в школу именно в субботу! Так я и сидела, жуя чипсы. Эх, одна радость – завтра я смогу увидеть Захара. Да, за эту неделю с лишним мы очень сблизились – учитель звонил мне каждый вечер, рассказывая, как дела в школе. И я этой близости боялась, да и сейчас боюсь, ой, как боюсь. Почему? Наверно, потому что Захар – мой учитель. Да не просто учитель, а человек, который, по сути, занижал мне оценки – это первое. Второе: Наумов мне теперь частенько снится. Нет, конечно, это можно списать на тот удар головой об асфальт, все во время того же «неудавшегося изнасилования» Макса, но мы-то с вами знаем, что это бред сивой кобылы. И третье: я боюсь влюбиться в Захара. Да, боюсь таким вот тупым страхом. Боюсь, потому что он – мой учитель; боюсь, потому что ненавидела Наумова раньше (лютой ненавистью, между прочим); боюсь, потому что… просто боюсь. Все это так странно, голова пухнет. Хотя… может, я просто придумываю себе проблемы? Может, стоит просто не забивать голову всякой фигней, и спокойно жить? А если я в вдруг влюблюсь в Наумова? Хотя почему это «вдруг»? Так, Нестерова, ты со своей промывкой мозгов скоро станешь неврастеником. Из раздумий меня вырвала трель моего мобильника, наверно, это Захар. Ух, хоть отвлекусь от неадекватных мыслишек, которые так не вовремя закрались ко мне в голову. - Да, я слушаю, - протараторила я. - Привет, Лерка! Как жизнь молодая? – смеясь, спросил Наумов. Черт, как же я все-таки рада слышать его голос. - Здрасте, Захар Борисович! Я в порядке, как вы? Как школа? Небось, поражаетесь глупости некоторых личностей? – смеялась я. Эх, вот интересно: когда я приду в школу, Захар будет мне так же звонить? Или эти ночные разговоры скроются за дверью корпоративной этики? Не хотелось бы мне этого. - Ты, как всегда проницательна. - Захар Борисович, я хотела спросить у вас кое-что. - И что же? - Представьте ситуация: есть два человека. Скажем, она моложе его на несколько лет, а он, к тому же еще и ее учитель. Вопрос: как смотрелось бы со стороны, если бы она вдруг поняла, что любит его, - не подумав, сказала я. Господи, Нестерова, что ты творишь?! Язык твой – враг твой. Вот дура! Как ТАКОЕ вообще можно было сказать учителю?! А вдруг он догадается?! - Эм… - судя по всему, Захар не знал, что сказать. Хотя, что тут скажешь? Разве что только одно: Нестерова, ты – придурок жизни, придурок полный и беспросветный. И как ты им была и есть, так ты им и останешься. - Захар Борисович?.. - Да, Лер. - Нет, я просто проверяла, здесь ли вы еще… - идиотка, еще одну тупость сморозила. - Знаешь, Лер, я не знаю, что тебе ответить… - На что? - Ну, на ту историю с ученицей и учителем. - А, вы об этом. Да не надо ничего отвечать… А я завтра в школу возвращаюсь… - Не слышу энтузиазма в голосе. - Да какой там энтузиазм в субботу, в школе? Вы, наверно, издеваетесь. - Я? Ни сколько! – Захар засмеялся, - ой, ладно, горе-ученица, не буду я больше терзать тебя. Отправляйся в опочивальню и спи, ибо завтра тебе в школу, - Наумов снова заржал. - Как скажете, царь-батюшка. - Правильно, холоп. Спокойной ночи, Лера. - Спокойной ночи вам, Захар Борисович. Я нажала кнопку отбоя и еще долго пялилась на экран мобильника. Где-то внутри образовалось такое приятное чувство, которое потом разлилось по всему телу, будто я выпила горячий чай, чтобы согреться. Эх, все-таки я влюбилась в Захара окончательно и бесповоротно, и от этого уже никуда не денешься, да и надо ли? Конечно, все это произошло слишком быстро: кажется, только вчера я хотела воткнуть кол в сердце учителю за свои тройки по ОЗ, а сейчас готова весь мир расцеловать за мимолетный взгляд Наумова, обращенный на меня. Но ведь на то она и любовь – такая странная и сумбурная, но за то настоящая и согревающая. Да, определенно, я люблю этого человека, и не надо никаких доказательств. Сердце – лучшее доказательство. Так я пролежала на кровати, рассуждая о своей любви к Наумову, около часа. Я мимолетно глянула на часы и поняла, что давно мне пора ложиться спать, что я, в общем-то, и сделала. Эх, спокойной мне ночи, и пусть мне приснится Захар… *** Октябрьское утро встретило меня тем редким осенним солнцем, которое выглядывает только в «особые» дни. Я быстро встала с кровати и в самом приятном расположении духа последовала в душ. Спустя минут 15 я уже во «всей красе» (вернее, в чем мать родила, ага) стояла перед своим необъятным шкафом, в котором до фига одежды, но надеть как всегда нечего. Сегодня для меня был особенный день, ведь я должна увидеть сегодня Захара Борисовича после длительного перерыва. Хотелось выглядеть и просто, и стильно. Именно поэтому я достала светло-серое платье-футляр с черным поясом и короткими рукавами. По-моему, самое то. Надев на себя вещицу, я распустила волосы так, что они крупными кудрями спадали с плеч. Я надела сапоги, прихватила кожаную куртку и спустилась вниз, чтобы позавтракать. *** По школе сегодня все бродили, словно сомнамбулы, так что я на их фоне смотрелась прямо-таки источником света и энергии. Да, суббота давала знать о себе и поэтому в школу пришли, что называется, «самые стойкие». Я прошлась по школе в поисках Наумова, дабы, как культурный человек, поздороваться с ним (кого я обманываю?!). Не найдя своего учителя, я решила-таки пойти в кабинет к своим одноклассникам, коих мне видеть еще не довелось. Я вошла в кабинет, и присутствующие (которых было всего 4!) меня повергли в шок. Как ни странно, но Старковой среди них не было. Я поздоровалась со всеми и проследовала на свое место. Да уж, видимо, сегодня все решили прогулять. Все, кроме меня и еще нескольких активистов. Веселенький денек, однако, намечается! *** Уроки тянулись невыносимо долго, но все-таки день, наконец, закончился, и я могла с чистой совестью идти домой. Я шла по коридору, попутно держа в руках свою одежду и сумку, и, доставая из той самой сумки телефон. Под ноги, конечно, смотреть некогда, а я еще и к тому же на каблуках. Вдруг, по классике жанра, (как это бывает в фильмах) я столкнулась с кем-то, и у меня из рук полетело мое барахло. - Извините, - промямлила я, собирая свои книги, которые выпали из сумки. - Нестерова, да ты – девушка-катастрофа, - сказал мне знакомый голос. Это был Захар, который улыбался своей неповторимой улыбкой. - Я просто… эм… ну… - я покраснела, как синьора-помидора в урожайный год. Эх, Захар Борисович, как вы на меня действуете. - Я так и понял. Ой, ладно, горе, давай я помогу собрать тебе весь твой гранит науки, - учитель присел на пол и стал вместе со мной собирать книги. Изредка мой взгляд сталкивался со взглядом Наумова, от чего я моментально отводила глаза. Да, не думала я, что будет так тяжело находиться вместе с Наумовым. Тем временем, учитель собрал все мои книги и листы, раскиданные по полу, и отдал их мне. После этого мы направились к выходу. - Ну как первый день после болезни? – пронзил тишину своим голосом Наумов, от чего я вздрогнула. - Неплохо, только зря я приходила – народу почти не было. - Ты была одной из самых стойких, - серьезно ответил молодой человек, но в глазах у него плясали бесенята. Мы остановились возле выхода из школы. Наумов помог накинуть мне мою куртку, за что я была ему несказанно благодарна. От прикосновений учителя меня бросило в жар, но все это было для меня такой мелочью. - Пойдем, я провожу тебя, Лера, а то ты можешь убиться, так и не дойдя до дому, - выходя из школы, сказал парень. Моя челюсть приказала долго жить, нервно валяясь на земле. Захар пойдет провожать меня?! Я либо сплю, либо накурилась, либо я накурившаяся сплю. Ущипните меня! - Вы уверены, Захар Борисович? – собрав последние остатки разума, спросила я. - Идем, Нестерова. *** Спустя минут 30 мы с учителем дошли до моего дома. Расставаться совсем не хотелось, но надо было. - Спасибо вам, Захар Борисович, что проводили меня, - опустив голову, сказала я. Эх, была бы у меня сейчас возможность, я бы поцеловала его, но нет. - Не за что, Лер, будь аккуратней, - учитель легко погладил меня по голове. У меня просто крышу снесло от этого жеста! Меня… сам Захар… Да я готова была танцевать румбу вместе с гориллой от счастья! Я еще минут 5 постояла возле дома, обдумывая происшедшее, а потом уж направилась в свою обитель. Нет, это просто безумство: моя любовь к Захару, такая спонтанная и быстрая; то, что он спас меня; его ночные звонки; то, что он проводил меня и погладил по голове… Да все, что связано с Захаром Наумовым – полнейшее безумие, которое влечет меня за собой. Это не правильно, но я ничего поделать не могу, да и стоит ли?..