Дракономания

Воцарилось тягостное молчание по обе стороны «экрана». — Узнаю ТЕБЯ, — иронично ответил мне Кастор, потеснив Рани за спиною Скорпиона, — откровенность, которая глушит прямо в лоб, Суминтан. Но с Антаресом тебе сказочно повезло, ведь он не способен на женщину затаить зла. В отличии от некоторых, так и читалось между строк. — Приятно, что меня все еще можно узнать, Касссс, — шикнула на него драконка, — освежает душу, знаешшшшь ли. Но я не собираюсь убивать Николя ни ради мести, ни со злости потому, что не вижу в этом никакой пользы. Бесцельное мероприятие. Ну и он, по большому счету, абсолютно ни при чем. — Хмм-гмм-ххха, — отреагировал Иран Гарнаит, правда смысл, вложенный мужчиной в странные звуки, от меня совершенно ускользнул. Он ЭТО о чем, а? — Нева реала — это Оленька, воды Лабиринта — Суминтан, так? Роман Павлович, в отличии от змея, высказался прямо, не скрывая дичайшего ужаса во взгляде. Да еще и потрогал меня за руку, сомневаясь, не провалились ли мы всей компанией прямиком в дурной сон. — Оля? — задушенным голосом позвал Николя и я встряхнулась, сбрасывая наваждение личности леди Суминтан. Резкая, да, и, скажем прямо, до нельзя властная особа этот фантом — наперсница королевы Ияриин. Кажется мне удалось таки друга ни на шутку испугать. — Мы окунулись в реку темных вод смерти, сокрытые воды Невы, генерал Нубир, — согласился Зераф, — вот и поменялись знаки, определяющие личность существа. В месте, где небытие становится жизнью, возникают призраки давно забытых дней, погребенные под толщей перегоревших чувств. Занятые лишь самими собой, мы пропустили первый вздох королевского дракона Ияриин, а она реально «вылупилась» во тьме. Так вот почему мне зверски хочется есть! Две личности в одной, господа, мозгу срочно нужно сладенького отведать. Хотя и мяско подойдет, на самый крайний-крайний случай. — Ты — Скорпион, Николя, повелитель Реки времени! — торжественно объявил Антарес, задвигая Кастора обратно за «рамку экрана». — Бросай зов водам и слушай ответ в медленном плеске волн, тех, что разбиваются о скалистые берега судьбы. А скорпионы наши — крутые ребята, однако! Господа над водами времени, я и подумать себе не могла. — Слушать? — тихо переспросил друг и бросил в мою сторону некий загадочно-нетерпеливый взгляд человека, который неожиданно увидел посреди рынка бесхозного осла. Вот кто нас повезет отселе, попался, дорогой! — Не вижу, не слышу — ничего никому не говорю! — тут же отозвалась я под довольное шипение внутреннего дракона. Николя сразу поскучнел, оценив глубину раны, возникшей в сердце вредной женщины вот только что, а Зераф продолжил хихикать в кулак, наслаждаясь дуэлью воли меж давних друзей. — На предмет чего именно зов? — снова вклинился Кастор, заслоняя собою Рани. — Вызвать набор внутренних органов непосредственно из воды?! Антарес, не меняя выражения лица, врезал ему локтем в живот и Близнец горестно ойкнул, согнувшись пополам. Рани снова воцарилась у Скорпиона за плечом, выглядывая меня то слева, то справа. — Тот, кто грезит и тысячи лет ищет тебя среди вероятностей, Николя, обязательно ответит на зов! — сообщил нам Бог смерти, улыбнувшись во все 32 зуба. Мы с другом и чёрный лев еще впали в ступор синхронно, пытаясь представить эту запертую в потоке вероятностей душу, что ищет и ищет Николя, бросаясь из мира в мир бесконечные тысячи лет. Кошмар какой, нужно ему или же ей как-то немедленно помочь! Роман Павлович, как всегда, сдался первым, на пару секунд опередив с вопросом ошарашенного мага: — Иии… Ккак сс этттим быть? Вот, да! Что делать с ЭТИМ потом? — Я не собираюсь забирать у него кишки! — не выдержал напряжения Николя. — Потому, что не вор. — При чем здесь кишки, — наконец вмешалась королева Ракшасов, — ты должен будешь его полностью поглотить! — Нет! — категорически отказался маг. Я понимаю, Николя, без вопросов. Поглотить отдельное разумное существо, лишить индивидуальности и воплощения? Даже если собственная жизнь стоит на кону, согласия маг не даст. Друг мой — воин справедливости в первую очередь, ни за что не покусится на чужое, ни за какие бонусы и коврижки. Но ситуация у нас полный отстой, ребята, что прикажите делать? Тем временем зеркало из крови стало подсыхать, теряя нужную для маги гладкость структуры, и я ощутила жгучее беспокойство, отправив леди Суминтан куда подальше, с просьбой в наши отношения с Николя не встревать. — Но ОН может и сам захотеть стать неотъемлемой частью ТВОЕЙ души, Николя, — печально возразил Антарес, — ибо того мира, где получил жизнь в дар от Никты и Эреба, больше нет. Иной вероятности существовать как только через тебя, он тоже не нашёл. — Как-то слишком печально звучит ваша история, — заметил Роман Павлович Антаресу, — но я знаю таки пару миров, напрочь стертых из вероятности силой Воздаяния. В могильниках, в самой глубине, спят их боги и мечты, без памяти и сил к пробуждению. Вокруг нас словно крылом холода воздух всколыхнуло и беспокойство пронзило сердце острой иглой. — Оля, — снова воззвал Антарес к моей совести, — выбей мне глаз, если захочешь, когда вернешься домой. Только не злись. Я тут же представила одноглазого Скорпиона на кухне, который даже не пытается повернуться к нам лицом, мрачные взгляды Ияриин и до нельзя возмущенного Менкара с бутылкой горького в руках, на кабачках или же на Реевых огромных помидорах. После чего Лючия уже выбьет глаз мне, не испытав и капли сожаления. Люди! Не думайте плохого о повелителе судеб. Он не запойный алкаш и вообще старается лишнего не принимать. Но бывают случаи, когда излишни любые слова и только глубокое мужское молчание способно горечь сердца, отравившую душу близкого друга, отправить в небытие. Плюс у Рейнхарда дома отличный экологически чистый самогон. Да и алкоголь существ мистической природы практически не берет. Если, конечно, не добавить в него пару капель Антаресова яда. Сами понимаете, что изувеченный девушкой Скорпион делиться ядом с Владыкою драконов (кто Я, вы еще помните, надеюсь?) не будет за здорово живешь. В результате пострадает именно Менкар, вынужденный платить мзду за прежде бесплатный яд! Хотите познакомиться со злой судьбой? И я тоже не хочу, уверяю вас. — С тебя пол литра яда для Менкара, вот! И не вздумай торговаться, иначе станет два. Антарес закатил оба глаза к небесам (полностью целый вместе с вероятно отсутствующим на положенном месте), пожевал губами непойми что и предался размышления о коварстве женской натуры уже под Иранов откровенный ржач. Объятия холода, меж тем, стали намного крепче, чем в момент нашего прибытия, и всю вредность из меня сразу выбило подчистую. Время, господа! Действовать нужно, а не проблемы прошлого и будущего решать, иначе откинем копыта прямо на земле, без могилы всяческой, крышки и саркофага, заснем вечным сном, точно рыба скумбрия в морозилке. — У нас пара минут, Николя, — взяла я власть в свои руки, — зови немедля, пока всем нам не настал кирдык! — Но я… Друг не решился высказать сомнения вслух, зато намекнул довольно прозрачно, что лишь в паре зов и ответ имеют смысл как в реале, так и в мире смерти, пусть даже сам Антарес тута «на проводе». Мол, ты еще достаточно зла или уже малость отпустило? Да в ярости я, аки голодная белая акула! Просто не важно, что у МЕНЯ на сердце, когда у нас общая цель. — Поехали! Холод не шутки, свалился в любой момент всё вместе и превратимся в кристаллический лед. От чего, думаешь, защищает спящего саркофаг? — От прикосновения судьбы? — мрачно пошутил Нубир мне в лад. — Они спрятались и упокоились как можно дальше от жизни, а тут вы с Менкаром разом: встань, вынь душу да на весы положь. — Вы? — слегка удивился Иран, приглаживая волосы пятерней. — Эх, жаль, расческу не захватил, а тут, однако, сквозняки. Весь в своем репертуаре чел, как всегда, и ничего не изменилось с обретением змеиного хвоста в нем. Красота волос, надо же! — Антарес и Менкар разом, — хитро увильнул Роман Павлович от ответа, — нигде не схорониться бедолагам от судьбы, факт. Я показала Ромочке кулак издалека, но он лишь руками в стороны развел. Все и так понятно, сестра, сколько можно юлить? Зеркало затуманилось и треснуло, скрывая лик горячо любимого нами Скорпиона, вокруг опустились тени и мрак подступил ближе на пару шагов, соблазняя фантомными звуками, которые шебуршали едва ни за плечом. — Константина на трон! — эхом разлеталось в пещерах, — Николая долой! — Готовьсь, пли! — отвечали эху резкие надтреснутые голоса. — Свобода! — горланили третьи, вроде больше ничего и не надо в жизни кроме нее. Нет, ребята, спите дальше, мы сюда не за свободой призрачной пришли. И, вообще! Почему бы вместо свободы не предложить бесплатную коммуналку, новый телефон раз в три года за половину цены и говяжьи ребрышки гриль совершенно для всех? Народ бы, зуб даю, оценил! Потом, не полосатый же был этот самый Николай, право слово. Нахрена им сдался именно Константин? — О чем задумалась, Оленька? Николя деликатно прикоснулся к моему предплечью, пряча смущение за милой улыбкой, и я тут же возжелала его укусить, дабы не устраивал заговоров хоть один, хоть с Антаресом в паре, на будущее такой себе болевой крохотный шок. Уууу, коварные мужики! И где хваленное их гендерное равенство? Никакой ответственности, лишь убойная доза обаяния в самом конце. — Задумалась о том, что полосатых и в клетку царевичей оценивают совершенно по разному, нарушают, гады ползучие, у полосатеньких права. Даже унижают частенько, хотя полоски у нас самый что ни на есть шик! Что еще сказать? Николя привык к моим выходкам, знакомы не первый год, поэтому не сломался, мужественно пережив посыл, даже сочувственно погладил по голове, вот. Зато Иран, хотя и лишенный хвоста в данный исторический момент, с диким шипением отскочил прочь на целых три шага. Слабонервный попался змей. Понятное дело, в мужском браке, ни одной приличной женщины рядом с ними нет. Вот женатый Нубир даже ухом не повел, почитая выходку мою за самую обычную женскую норму. Не бросилась глаза выцарапывать? Отлично, «девушка» держит себя в руках, молодец! — Давай еще раз, Николя, — продолжила Черная, — попытка номер два. Нам мистическое существо найти нужно, убитое, но одержимое сильнейшим желанием жить. — Почему ЭТИ не подойдут? — удивился маг. — Они тоже убиты картечью и все еще пытаются, как видно, ожить. — Из-за картечи, друг мой, — издалека подсказал Иран, — их внутренние органы не годятся вам, ибо нашпигованы свинцом под самое «немогу». — Они вообще из другой вероятности реала, эти ребята, — согласилась со змеем я, — однозначно не наш вариант. Скорее всего, мы слишком близко к поверхности Невы находимся и подчинились течению застарелой крови в водах тьмы. Эх, глубже придется уходить, к самому холодному дну, а так не хотелось мне в прошлом копаться, словно в старых, побитых молью сапогах. Но жизнь Николя на кону, поэтому… — Уходим? — сообразил Роман Павлович, верно оценив ситуацию по тяжелым вздохам мага. — Давайте не тянуть, иначе сами будем горланить пятьдесят тысяч лет лозунги о свободе, ударяясь крыльями о неприступные стены пещер. Ну, это если нам очень сильно повезет, брат, в сознании остаться и при здравом уме. А не факт! Так что мы собрались силами, отряхнулись и пошли. Провалились, вернее, на самое дно Бездны, ведомые магической силой Николя. Куда ему ногами идти, когда еле стоит на них. Значит надежды имеем только на «лифт». Темные узкие пещеры вывели нас в совершенно круглый зал, полный вод мистической реки Нижнего мира, сокрытой от глаз Невы. Друг все молчал и передвигался с трудом, тяжело опираясь на плечо Нубира, с каждым новым шагом все больше погружаясь в себя. Еще и стены подозрительно шевелились в каком-то полуметре от головы и я, с ужасом, рассмотрела в них тысячи сияющих золотом глаз мельчайших скорпиончиков, прозрачных крохотуль, которые быстро перемещались в глубине темного стекла пещеры, создавая некую иллюзию каменного монолита для нас. К-О-Ш-М-А-Р! Ничего подобного не помню однозначно или же не проходила здесь в прошлый раз? Скорпионы дружно остановились и уставились на меня в ответ, перебирая лапками и клешнями. Может взять себе парочку в качестве сувенира, как думаете, люди? А если не стесняться и выловить десяток, можно будет соорудить из них золотой браслет! Стильно, дорого, богато, точно говорю. Я воровато оглянулась по сторонам, отстала на пару шагов от Николя и показала малышам раскрытую лодочкой ладонь, молча приглашая стать частью переменчивой драконовской души. Они сгруппировались, помедлили пару секунд и решительно вытолкнули ко мне с полтора десятка кандидатов на жизнь в качестве элитной женской побрякушки — ожерелья для правой руки с элементами маги и дармовым ядовитым запасом заодно. Прелесть какая, точно что золотая изысканная филигрань! Штучек пять обязательно Рани подарю, она такая милая, когда не рычит. Подруга же, да и мех теплый и густой, на ней очень приятно вечером засыпать. Чувствую себя молочным котенком у пушистой мамочки под боком, честное слово, господа. — Ссскорпионов ловишшшшь? — незаметно подкрался Иран. — Надешшшшссся, что они выдержжжат перехход? — Заметил? — удивилась я. — Не думала, что это возможно, яда Антареса в твоей крови точно нет. — Ссссвоего доссстаточно, — криво ухмыльнулся он, — вот они и отоззззвалисссь. Иран реально странный парень, хочу вам сказать. Мало, что выжил среди драконов, так еще и Зерафом заделался, не сойдя при этом с ума. Интересно, как получилось и человека в себе сохранить, и пробиться в целиком мистические существа? — Так что у вас с Сашей дальше было? — без зазрения совести пристала к змею драконка. — Сразу любовь? Он вытянул губы трубочкой, закрыл один глаз, явно нахватавшись дурных манер у подданных супруга, и ответил не сразу, решая, чем именно из личного опыта стоит наглое существо одарить. — Не могу назвать это любовью, Оля, — наконец решился мужчина, — скорее мне отозвалась его душа. — Песня души? — удивилась я. — Поэтично, знаешь ли. — Музыка, что звучит в каждом из нас, да, — согласился он, — мелодия звезды, бесконечно одна для двоих. И Я так, господа-товарищи, тоже хочу! Песня звезды, надо же, бесконечная музыка в шуме волн жизни и смерти, путеводный маяк души в каждом новом воплощении, безошибочно ведущий нас светом сердца во тьме. Наверное это самое настоящее счастье и есть … Драконы, между прочим, ребята жадные! И всегда ВСЕ хорошее хотят себе под лапы подобрать. Не в смысле забрать или украсть, нет. Но точно такое же великое диво заполучить немедля в собственное гнездо. Стать драконом, говорю честно, сложное для человека дело. Сдержанность, мол, украшает гуманоида, скромность и всякие лишние качества, о которых ящер крылатый не имеет ни малейшего понятия! Не по злобе или из природного эгоизма, а просто таковых не имет. Вот вижу я нечто и тут же дух дракона все взвесил, оценил и решил за пару секунд, что нам точно нужен подобный в коллекцию экземпляр. Например, из жемчужин сантиметровых колье длинною под два метра. Куда носить? Не вопрос! Под под подушку положить и видами в ночи наслаждаться! Тупо? Нет! Драконы именно такие и есть, любители редкой дорогостоящей красоты, изысканного шарма и большого количества драгоценного металла на руках. Надеюсь, что все помнят золотой Сашенькин браслет? То-то же! Ой, скажите вы, делов. Буду экономным драконом с уклоном в модерн, новой ветвью в эволюции всего вида, носителем прогресса. Экономный дракон, я ржу. Малость приболевший экземпляр и, даже, немного слепой! Отстой, короче, обструкция, голод, из стаи — вон, органы зрения лечить. — Я начал слышать его сердце в себе, знаешь ли, еще в бытность человеком, — задумчиво продолжил змей, — горячую волну нежности и горя, которая словно приходит изнутри в ранний утренний час, в первые секунды бытия между явью и сном. Впрочем, я зря это говорю, Оленька. Для леди Суминтан общее сердце — норма из норм. Ясно. Но воспоминания о сердце дракона Суминтан не посещали мой человеческий разум ни в яви суровых будней, ни в полных романтики снах. Разве что стертые образы человека, уходящего во тьму смерти через мост над Невой. Бесконечный черный мост над неохватной гладью мистических вод… И все. Антарес против воспоминаний, Ияррин — за них. Может прав именно Скорпион, кто знает, раз королева Луна все еще не рискует настаивать на своем. — Не знаю я, Иран, ничего об общем сердце, увы. Вот и спрашиваю тебя, ведь любовь за гранью — опыт удивительной невероятной глубины, недоступной разуму человека, так? — Все доступно, девочка моя, поверь, — утешил женщину змей, — сердце неизменным остается что в груди человека простого, что в сущности живущих в иных реальностях и временах. Особенно для магов, тут у нас без вопросов! Воды смерти горели негасимым алым огнем. Вот вам господа, блин, Нева с долбаной изнанки бесконечности! Настоящий поток пылающей крови, словно мы в Шибальбу вступаем все четверо, а не путешествуем среди забытых богами древних могил. Скорпионы, кровавые реки, только гноя здесь не хватает, хотя, я думаю, что это вообще нечто иное, а никак не потоки трупного слизкого гнилья. — Я иду в этот огонь, — просто сообщил Николя, не дав себе труда повернуть голову, — иду, Оля, один. Фига се, наглая морда, один! НЕ ПУЩУ! — И что же ВЫ, князь, собираетесь ТАМ делать один? Нубир перехватил тело друга покрепче, прижал к себе, а затем так жестко приложил спиною к стене, что у даже у меня болью позвоночник прошибло, не то, что лишь у раненного мага. — Аййй, больно, гад! — тут же заорала драконка льву. — И без драки тошно, сейчас же прекрати! — Не проси, сестра, — огрызнулся сфинкс, — пришли в миры смерти вместе? Разом и дальше пойдем, безо всяких лишних художеств типа личного отдельного героизма. — Тем более, князь, что выйти без вас нам с Нубиром не светит, — добавил в общую копилку Иран Гарнаит, — я пути не ведаю, а Оленька ни за что оставить своего Скорпиона не сможет, даже если просидит у выхода 50 тысяч лет, ожидаючи. Бей или не бей, но сломать Николя не под силу даже черному боевому льву Сехмет, ну и сам Менкар уважительно делает шаг назад, приветствуя доверенное лицо Антареса и любимца Луны. Мало ли что там сфинксы хотят или же ползучие Зерафы с крыльями? — Это личное пожелание, естественно, — холодно отозвался друг, поймав взгляд Нубира своим, — но лучше бы вам всем вернуться к поверхности Невы без промедления и более не мешать мне, ибо пользы от совместного мероприятия нет, если выражать сущность дела крайне простым языком. — Совсем НЕТ? — с угрозой уточнила я. — Совершенно! — не моргнув и глазом, подтвердил друг. Ах ты ж гад! — Вы ТАК изволите… Роман Павлович наладился было второй раз на драку нарываться, схватив Николя плотнее за грудки, но тут вмешался Зераф, решительно разделив льва и человека собственной широкой спиной. — ОН не хочет чужие внутренности, Роман, — примирительно пояснил нам змей, оттирая Нубира подальше от Николя, — время тянет, да и переживает вдобавок, как бы с нами тут ничего лишнего не произошло. — Не хочу, — мрачно подтвердил друг, — но и выхода иного найти пока не могу. А я снова припомнила тех борцов за свободу, чья кровь алыми реками текла по белым декабрьским льдам давнего города Петра. И снова «алое на белом», цвета невинности и первой любви, предательства и насилия над ярким цветением жизни. Брак со смертью… Так же и Николя падал в темные воды, пораженный мечом в грудь. И уже ЕГО кровь на застывших в морозе водах, через века и вероятности судьбы, пробудила давних защитников справедливости восстать и снова ринуться в бой, забывая о том, насколько они давно и безнадежно мертвы. Перекресток изменений, дороги судеб, вот что есть на самом деле горящие негасимым пламенем темные реки Шибальбы… Очень холодно, черт возьми, прямо мороз изнутри пробил, а теплого меха Рани рядом со мною нет. И крокодилы огроменные, перебитые Ромочкой да Ираном, не дают покоя душе, рождая не самые приятные ассоциации со страшными обитателями подземных миров.* Так они и отпустили нас восвояси, для острастки пощелкав зубами над ухом, правда? Вот уж не поверю ни за что! — Не думаю, что нам грозит желтуха, Николя, хотя и это не факт, но злой дядя, хозяин аллигаторов, будет здесь с минуты на минуту, зуб даю. Идем сразу в воду или же примем бой, как считаешь, лучше для всех? Кровотечение у него уже есть, факт, Шикирипат и Кучумакик (которые и вызывают кровотечения) постарались на славу, понос в мире смерти — это вряд ли, что там еще? Волосы вылезут напрочь тихим ходом или голова полностью отвалиться — совершенно самостоятельно? Я, в любом случае, голосую против увечья — бой и все дела! — Узнаю дракона во плоти, — тут же рассмеялся Иран, — если есть угроза целостности стаи, он напрочь забывает эгоизм. А вы, уважаемый Скорпион, вроде тоже о благе семейном радеете, ежели память не изменяет мне? — Никогда не предполагал, Оля, что Ты способна на шшшшантажж! — процедил сквозь зубы Николя. — Значит лучший выход для ВСЕХ? Отличный намек, друг мой! Но именно для всех, а ты без внутренних органов не сможешь со ВСЕМИ вернуться в мир живых. Оно как зеркало работает, дорогой, кто жив в мире смерти, моментально загнется у живых. Так что выход я все равно не покажу, пока четверть команды у нас не на плаву. — НЕ ПОМНЮ НИЧЕГО, НИКОЛЯ, — совершенно искренне расплакалась я, — пусто в голове, извини. Спаси, пожалуйста, Нубира и Ирана, а я как-нибудь уже сама перебьюсь. Нихрена и не помню, не вру. Помнить и знать — это разные вещи, уважаемые зрители, про знания никто из них ничего и не спросил. Только не надо мой характер, ужасающий лучших представителей человечества, за углом обсуждать! Да-да, виновата вовсе не «маленькая девочка дракон», исчадие вселенской вредности, а злая звезда Каффальджима из созвездия Кита, напарница великого Менкара! ** Рот Кита наша звездочка, а Кит небесный — существо когтистое и с такими себе заметными острыми клыками. Звезда моя, увы, а от себя, как известно живущим и в небесах, и на земле, убежать не получается. Злой рот, короче говоря. Я — вообще жертва драконьего заговора плюс попустительства самого Антареса, который позволил Менкару такое вот непотребство жуткое организовать. Покуда Иран смущался моей наглостью, снова кашлял и задумчиво созерцал «правый горизонт», а Роман Павлович, соответственно — левый, время ушло. — Выыы ххххтоо таакххиее? — шуршанием разнеслось в пещере с водоемом. — Ссноввва экссскурссиями шшлаться надумали? Немедленно предъявите билет! Ссволочь, весь кайф обломал! — Кими, — примирительно начала драконка, не поворачивая к пришлому скелету головы, — мы тут по делу, видишь ли. Антарес в курсе, визит дружественной организации. — А билет где? — не угомонился вредный скелетина, по дуге медленно приближаясь с лица. — К тому же ЭТО чисто технические помещения, пущать туристов не велено. Мать вашу, епрст! — ТЫ_ЗНАКОМА_С_НИМ, — по слогам отчеканил маг, обвиняюще прихватив за ухо, — с местным привратником смерти. — Как бы да, — признавать «девушке» неоспоримый факт наличия подозрительных знакомств очень даже нелегко, а выхода нет, — это же Антареса троюродный кузен, главное божество Шибальбы, Кими. — Я, Оля, тебя на поверхности убью, — в бешенстве выдавил из горла маг, — дай только выход найти. Будем считать, что и я — гений мотивации, правильно? Николя таки захотел наверх, в мир теплой синевы и сияющего лета, дабы замочить на досуге прекрасную меня. Теперь только одно — найти ему подходящие кишки и бинго! Друг снова в игре. — Не могла… Не могла ЕГО сразу позвать? Могла, чего там. Только никто из присутствующих меня об ЭТОМ не просил, верно? — Знаешь, Оленька, — подал голос второй сфинкс, — ты точно что наша с Иннокентием сестра, один в один, характер, улыбка, даже выражение лица. Не попросишь ее нужными словами бывало про услугу, так ничего и не дождешься сто лет или тысячу, женская вредность она за пять минут никогда не пройдет. Генетическая вредность, значит. Тем более, моей вины никакой в ЭТОМ нет. — Ххкровв Скорпиона, — тем временем опознал жидкости кузена бог Кими, — эдак, молодой человек, вы его высссушите напрочь, вон сколько под вами натекло. Чего не идете домой, вмесссто того, чтобы по задворкам вероятностей шляться? Иль вы уже труп? — Я потерял внутренние органы там, куда вернуться не могу, в Лабиринте теней, — снизошел маг до объяснений, тыкая пальцем в озеро огня, — ищу здесь замену по совету Антареса. А ОНА так, на увеселительную прогулку явилась, местные красоты смотреть. Скелет тоже обернулся к озеру, провожая зрительной щелью скорое движение мага, задумчиво почесал макушку, шикнул себе неразборчивое и перевел «взгляд» на меня. — Ладно тогда, идите смотреть красоты с той стороны огня, я не против, хотя без билета входить сюда не положено! Мы все промолчали хором, конечно, а он признал молчание знаком согласия. Поэтому сгреб в кучу Нубира, Зерафа, Николя и меня, хорошенько встряхнул в воздухе и прицельно зашвырнул в самую середину пылающего ада, ехидно сопроводив: — Добро пожаловать на дно, любезные дамы и господа! Врата пекла — за счет организации!