Боль

      Удонна только сильнее сжала плечи дочери и прижалась к ней, покусывая зубами легонько шею девушки. - Я пила… много вина долгие годы, вы и не знали, а у меня и правда крыша потекла – так сейчас говорят? Мне плевать, что ты меня ненавидишь. За свои провинности перед вами, я заплатила двадцатью годами одиночества. Иногда рыдала по несколько ночей, искусывая губы в кровь, и мне плевать, что ты меня ненавидишь. Я тоже тебя презираю, ведьма. Но ты…ты не даешь мне дышать спокойно. Я ненавижу тебя! Но твой запах…запах, губы… мои губы, - волшебница впилась в губы поцелуем, сжав больно достаточно длинные волосы Кармен. – Глаза… глаза Линбоу, - волшебница поцеловала чуть выше брови, потом в висок. – Как же ты похожа. Как я не узнала тебя сразу? Хотя нет, узнала. Я вас узнала. Хотела, меня тянуло с вами поговорить, а ты не представляешь, как мне хотелось вас касаться: брать за руку, обнимать, коснуться щеки, посмотреть в глаза, - она говорила сбивчиво и тихо, прирывая свои слова поцелуями. Кармен аккуратно погладила по голове, обняв второй рукой. - Ты специально выпила то зелье? - Да, - волшебница поцеловала в грудь девушку. - А мы Зандера наказали, - усмехнулась она, наблюдая за Удонной. - Я тоже, - волшебница терлась щекой об щеку дочери. – Спятила, но не до конца. Зелье от меда могу отличить. - Мама, - Кармен легла повыше. – Можно вопрос? Удонна просто кивнула, уткнувшись носом в ложбинку между грудей дочери. - М… что тогда вас так взбесило? Вы напились, и тогда это случилось впервые, - Кармен гладила по голове и по плечам, чувствуя, как мать немного успокоилась, да и сама она не так злилась. По крайнем мере, она уже могла хоть как-то спокойно размышлять. - Вы уедите… ты и не заметила, как я не отпускаю вас от себя? Правильно, мы с Боуэном можем часами разговаривать, а с тобой только по делу. Вечно в работе. Что ты есть, что тебя нет. Достала, - волшебница взяла ее за подбородок. – Я знаю, что мне пора к знахарям, но я не хочу, мне нравится это ощущать. – Ревность, боль как от настоящей потери – это я ощущала. - Что «это»? - Жажду, - Удонна улыбнулась и начала поглаживать живот Кармен. – А что ты чувствуешь? Ответь правду. - Любовь, - Кармен поцеловала ее в нос. – Любовь. Это странное желание заботится о человеке, обнимать его. Такое чувство у меня никогда не вызывал посторонний человек. - Посторонний? – Удонна дёрнулась, чтобы подняться и бежать, куда глаза глядят, но девушка только с некой нежностью прижала к себе и прошептала на ухо. – Значит вы не посторонний человек. - Ты ледяная королева, - Удонна погладила ее по щеке. – Прошло шесть лет с окончания войны, а ты… ты все держишь дистанцию. - Лунная, - волшебница нежно начала массировать живот Удонны, она прикрыла глаза от теплоты руки. – Но ты права, я никому практически не верю. Нравится? - Рука теплая, горячая…, - Удонна расслабилась совсем. – Тело теплое – душа лед, - прошептав это, колдунья поцеловала в губы, а потом наколдовала бокал вина и немного отпила сама, а потом приставила к губам девушки. – Пей, милая.       Кармен немного отпила. Оно показалось таким сладким, будто ничего слаще в жизни не пила. Она не любила пить, но это вино было исключительным. Удонна улыбнулась и опустошила до конца бокал. - Вкусно? – на это Кармен только закивала, а не молодая женщина на нее внимательно посмотрела, когда девушка языком провела по губам, собирая остатки вина. - Очень, - волшебница страстно поцеловала, но, а Удонна перевернулась на спину, а Кармен оказалась сверху. – Что ты задумала? - Хочу немного развлечься и поговорить, - волшебница начала массировать свою грудь. – При тебе уже можно… ты все видела и даже доводила меня до того, что я никогда не смогу забыть. Но теперь все кончено.        Молодая женщина села, чтобы одеться, но лифчик Удонна у нее отобрала и поцеловала в плечо, а потом начала теребить ухо, сжимая то одну, то второю грудь. - Иди ко мне. Думала уйти так просто? Последний раз… прошу тебя…, - волшебница начала гладить промежность девушки. – Еще один раз.       Кармен поцеловала ее, а потом поцеловала в щеку, скулу, шею. Удонна спокойно легла на подушку, поцеловав ее в макушку, а потом закусила губу, когда девушка поцеловала в области ребр и подалась немного вперед. Она слишком долго терпела. Внизу живота слишком ныло, слишком хотелось, чтобы эта девчонка коснулась или нежными пальцами или теплым языком. Удонна обезумила. Это правда. Дефицит внимая и любви дочери перерос в жажду. Удонна знала, что это однажды доведет ее до гибели, но она никогда не признается в этом Кармен, ведь она и только она виновата во всем, что случилось, и обременять этим девушку она не хотела. Слишком много эта девчушка пережил из-за нее. Ей светят больничная палата, но ничего. Это пустяк. - Иди ко мне, - хрипло попросила женщина начала ласково целовать. – Мое любимое солнышко. Моя девочка, только моя.       Девушка тихо стонала, ведь Удонна игралась с грудью, гладила живот, ноги, потом, немного не сдержавшись, резко в нее вошла и прижала к себе, начав двигаться. В этот раз женщина и вправду целовала ее как в последний раз. Она исцеловала ее всю, доводя до криком, громких стонов. Девушка нежно начала ласкать клитор, Удонна же начала прижиматься к ней, постанывая. - Ложись, - Кармен улыбнулась, а Удонна мотала головой, ей хотелось целовать эту могущественную волшебницу, но кроме того ее ребенка, но и Кармен хотелось ей доставить удовольстве. Дочь поцеловала низ живота и заставила таки волшебницу прилечь, не оставив ей выбора. Ей оставалось только постанывать и всхлипывать. Поцелуи, стоны, ласковые слова – это длилось очень долго, но волшебнице этого было мало. Этого ей всегда будет мало.        С утра Удонна проснулась, а обнять было некого. Кровать была пуста и холодная. Никаких следов присутствия кого-то еще в этой комнате не было. Она оделась и спустилась вниз. Вдруг она вспомнила, что это всего лишь сон и Линбоу мертвый, и эта девчонка всего лишь ее сон. Безумный сон. Удонна села на стул и спрятала лицо в ладони, а потом начала расстегивать пуговицы на кофте дрожащими пальцами, что не слушались. Дышать стало нечем. Стало очень душно. Женщина старалась вдохнуть, но не могла. Все такое реальное муж сын, он так добр к ней, эта девчушка и рейнджеры. Эти сны ей очень часто снятся. Но это всего лишь глупые ночные видения. Она все также одна с Клэр.