Да будут обманщики обмануты!

- Всего доброго. Мне еще пьяную Саммер домой везти. Чарли, вы уж меня за жену извините. Все мы не без греха. Но Холи губит себя этим чувством вины. Простите и ее тоже, - кивает нам и уходит. - Объяснишь? – тяжело сглатывает Чарли. О! Нет! - Детка! Нет! Детка, - сжимаю ее ладонь. – Ты не так его поняла. Он напился. Он дурак. У него деменция. Ранняя. Чарли! - Поехали домой, шлюха, - шипит и уходит. Я быстро собираю наши телефоны в сумочку и несусь за женой. Она садится в такси. - Погоди ты, - шепчу, натыкаясь на Асманда. Сжигаю его взглядом. – Будь ты проклят! Никогда тебе этого не прощу! – шиплю. - Потом спасибо скажешь. Доброй ночи, Холи, - хватает под руку Саммер и они уходят. - Чарли! Чарли, прости. Я все объясню. Это не то о чем ты… - верещу, садясь в такси. - Заткнись! Ни слова не говори! Не хватало мне истерик при чужом человеке, - имеет в виду водителя. - Прости меня. Я все тебе объясню, - сжимаю ее ладонь. Но спустя пару кварталов она отдергивает ее. Мозг просто взрывается. Что делать? Зачем Асманд сказал это? Почему? За что он меня так наказал? За то, что я отвергла его? Твою мать! Как оправдаться перед женой? Черт! Что придумать? Буду все отрицать. Не сдвинусь с места и все. - У меня были деньги, - раскрываю сумку. Мы уже перед нашим домом. - Я сама, - фыркает Чарли. – Иди в дом! - Да, - быстро вылезаю из машины и семеню к воротам. Комбинация на охранной системе и я пробегаю по двору, открываю дверь в дом. Духота. Бросаю платье на стол в гардеробной и натягиваю на себя майку. Черт! Как же я боюсь этого скандала! Руки трясутся. - Надеюсь, ты постелила себе в гостевой, - она входит в дом, снимает туфли, несет их в ванную. - Нет! С какой это радости? – упираю руки в бока. - С такой, что я не сплю в одной кровати со шлюхами. - Возьми свои слова назад! – встаю в дверях. - Еще чего? Или может я незаслуженно тебя так назвала? - Незаслуженно, - голос дрожит. - То есть ты не спала с блондинчиком? – смотрит на меня в зеркало. - Не спала, - вру. - Чего же он там извинялся передо мной? Я пока еще глухотой и помутнением рассудка не страдаю. Я четко слышала, как он говорил, что ты дважды изменила мне с ним, а ты там сидела и гривой своей наращенной кивала. Ты просто не знала, что я за тобой стою, - она совершенно спокойна. - Ничего я не кивала. Он нес чушь потому что он был пьян и ему бы очень хотелось чтобы я с ним переспала. Я тебе не рассказывала, но он домогается меня на работе, - сглатываю. - Фу! – морщится она. – Как у тебя язык поворачивается так по-идиотски врать мне? Отойди! – отталкивает меня от двери, несет туфли в гардеробную, ставит их на свое место. - Я не вру. Я ему отказала, вот он и решил мне так отомстить. Он вообще какой-то сексуально озабоченный. Вечно всех трогает. Фу. - Хватит! – гремит, награждая меня пощечиной. – Заткнись! Я слушать это больше не могу. Ты лгунья. Грязная обманщица. - Я не вру тебе, - слезы брызгают из глаз. - У тебя вообще совести нет? Будь выше этого! Признайся, черт тебя дери! – шипит. Я накрываю лицо ладонями. Пришло время отвечать за свои ошибки. - Да, - убираю руки от лица. – Я переспала с Асмандом. В декабре прошлого года, когда ты была в Сиэтле. - Я так и знала, - хмыкает она. - Ты с того времени какая-то не такая стала. Слишком липла ко мне, слишком услужливой была. Бегала как виноватый пес, поджав хвост. Противно аж. Я думала, это ты вернулась во времена колледжа со своей бешеной влюбленностью, а оказывается, нет! Наша Холи просто трахалась с другим мужиком. О! Как мило! Ну и как это с настоящим, а не пластиковым членом, а? Новый мир ощущений, да? И ты полгода молчала! Признайся, это же не однажды было? Это длится до сих пор? - Нет, - шепчу, всхлипывая от слез. - Не смей рыдать! Не пытайся разжалобить меня, Холи! Не получится. А если бы блондинчик промолчал? Что? Я бы до конца дней не узнала об этом? Как не стыдно тебе было меня обманывать? - Стыдно… - Заткнись, когда я говорю! Не смей перебивать, - лупит ладонью по столу. – Подумать только, - хмыкает. – Специально ждала, когда я уеду, чтобы прыгнуть в койку к кому-то другому. - Хватит. Это не так. Это была минутная слабость, за которую мне очень стыдно. Я ни дня не могла забыть об этом. - Да? Что? Вспоминала как сладко тебе с ним было? - Нет! – кричу. – Ты не слышишь меня. - Я так доверяла тебе. Больше чем самой себе… - А чего ты ждала? – не выдерживаю. – Ты на меня вообще внимания не обращала! Не притрагивалась ко мне. Даже не целовала, пока я не закачу истерику. Как бы ты себя чувствовала? При том, что я постоянно приставала к тебе а все что делала ты, лишь притворялась фригидной бабой. Тебе и не знать, что это за чувство когда на протяжении нескольких месяцев ты не чувствуешь себя нужной, желанной. А он… - закрываю глаза. - Его аж трясло от желания, влечения ко мне. - Дурочка. Он не тебя хотел, а твою дырку, - прыскает. – Мужчины все такие. Им только одно нужно. Им все равно кого. Лишь бы было куда член вставить. - Нет. Асманд не казался… - Защищаешь его? – раскрывает глаза. – Может и сейчас рвешься в его объятия? - Нет. Ни за что! - А что такое? Не понравилось? - Хватит, любимая, прошу. Это безумие, - опускаю голову. - Видеть тебя не могу! – тяжело выдыхает. - Да… - вытираю слезы. – Я лягу в гостевой. - Нет, ты меня не поняла. Совсем уходи. - Чего? – смотрю на нее. - Уходи. Я серьезно. Куда хочешь. Бери деньги и вали в отель. Не хочу с тобой под одной крышей находиться. - Чарли, нет! Пожалуйста, - тяну к ней руки. - Не тронь! – почти визжит. – Не прикасайся ко мне! Даже знать не хочу, что там твои руки трогали. - Не выгоняй. Я люблю тебя! – падаю на пол, обнимаю ее ноги. – Прости меня! Прости! Умоляю! – рыдаю. - Бери деньги и проваливай! – отталкивает меня, уходит в нашу комнату и закрывает дверь на ключ. Я встаю, иду на кухню, отвинчиваю крышку бутылки текилы. Делаю несколько огромных глотков. - Чарли, - стучу в дверь комнаты. - Холи, уезжай! – просит она. - Пожалуйста, - прижимаюсь лбом к двери. - Ты еще хуже делаешь! Уезжай, - она стоит прямо за дверью. - Ну и к черту! – всхлипываю, утираю нос, снова пью текилу. Вызываю такси. «Зачем ты так со мной? Что я тебе сделала? Ты мне всю жизнь испортил», - тычу трясущимися пальцами в телефон, отправляю сообщение Асманду. «Я не насиловал тебя. И это не я соблазнил тебя. Всяко лучше, чем выслушивать, как тебя не уважают. Прямо перед друзьями», - приходит ответ. О чем он вообще? «Я ненавижу тебя. Чарли выгнала меня», - вздрагиваю от сигнала такси, хватаю сумку, выхожу на улицу. - Угол седьмой и Честорсона, - диктую адрес. Как-то очень громко всхлипываю. «Ты где? Я приеду за тобой. Стой там. Адрес?» «Иди к дьяволу, Халланд!» - выдыхаю. Он сразу же звонит. Отклоняю его вызовы и продолжаю напиваться. - Возьми трубку! – шепчу. - Холи? Ты чего? Я не видела, как вы ушли, - шепчет Клер. – Я уложила Эдди спать, а Патрик выключился на диване. - Можно я у вас переночую? - снова начинаю плакать. - Холи! Что произошло? Детка! - Нельзя? – кусаю губу. - Можно! Можно, конечно. Я жду тебя. Ты где? - Еду в такси. Через, - смотрю на счетчик, - двадцать баксов буду у вас. - Я пока постелю тебе. Код три, три… - Двенадцать, двадцать. Я помню, - бросаю телефон в сумку. Текила к концу пути становится совсем теплой. Фу. – Сколько там? – смотрю на счетчик. - Двадцать два, пятьдесят, мэм, - бормочет водитель. - Сам ты мэм! Мне тридцати еще даже нет, - бросаю на переднее сиденье тридцать баксов. – Себе оставь! – пытаюсь вылезти из машины, но нога упирается в дверь. Ее нужно открыть? Блин. – Сэр, а вы не можете? - Холи? Пойдем, - Клер открывает дверь, берет меня под руку, и вытаскивает из машины. – Она расплатилась? – спрашивает у водителя. - Тридцатку отдала, - икаю, не очень уверенно стою на ногах. - Холи, что произошло? Ты где так напилась? - В машине. Вот! – сую ей в руки бутылку текилы. - Что случилось? Почему ты в одной майке? – ведет меня во двор. - Асманд рассказал Чарли, что мы с ним трахались в декабре прошлого года, - икаю. - А вы трахались? – я даже в темноте вижу ее огромные глаза. - Конечно блин трахались! Я с него все выходные не слезала. Или он с меня. Я не помню. Я в туалет хочу, - пытаюсь сесть на траву лужайки. - Только не здесь! – заводит меня в дом. – Садись, - открывает дверь туалета, снимает с меня трусики. - Не буду я при тебе писать! - Мы в детстве так сто раз делали, садись! – приказывает. - Нет! Буду терпеть! – сажусь на унитаз. Она дотягивается до раковины и включает воду. – Сучка! – зажмуриваюсь. - Ладно, я выйду, - смеется она, и закрывает за собой дверь. - Он это специально сделал, - икаю. – Я говорила, что хочу вернуть его как друга, потому что порвала с ним, а он просил не винить себя за измену жене. А Чарли… - проваливаюсь в сон. - Холи! Поднимайся! – Клер натягивает на меня белье. – Ты сейчас голову об кафель разобьешь. - Чарли стояла позади и все слышала. Он видел ее, и специально сказал. Идиот! – шагаю в комнату. – Красивый идиот. С этой Саммер приперся. Она же выскочка. - И? Чарли тебя выгнала? - Как догадалась? – смотрю на Клер. – Ой, что-то меня шатает, - плюхаюсь на кровать. - Я оставлю воду, аспирин и чашку. Пусть тошнит в нее, - шепчет Клер. - Меня никогда не тошнит! – утыкаюсь лицом в подушку. - Да, да. Знаю, - выключает свет. – Ты только… - но я уже не слышу, что она говорит.