Да будут обманщики обмануты!

После поздней операции тихонько вхожу в комнату отдыха. На верхней койке дремлет Кейтлин, на соседней кто-то еще, я лица не вижу – парень повернут спиной. Ну и плевать вообще. Отключаюсь, как только голова касается подушки. Сон плохой. Будто меня душит какой-то странный зверь, незнакомый мне. И царапает огромными когтищами грудь, вытряхивая наружу все содержимое. Но мне будто не больно, а просто страшно. Цвет горячей крови, текущей по животу пугает. Странно… Просыпаюсь и не сразу понимаю почему так тесно и жарко. А! Это огненное тело викинга. Светло-голубые глаза пронзают мой лоб. - Привет, - шепчу. - Тут никого, - улыбается. - А, - потягиваюсь. – Поэтому нет свободных мест и ты прилег ко мне. - Точно, - улыбается, касается моих губ своими. Не отрывайся от меня, пожалуйста! Никогда. - Который час? – шепчу. - Четвертый, - смотрит на часы на своем запястье. - У меня операция была, - тяжело сглатываю. – В форме рыбьего хвоста. Тебе бы понравилась. - Выудил бы ее. У меня тоже. Половину желудка отрезал. С понедельника начну читать лекции. - Гонишь! – раскрываю глаза, отодвигаюсь от него. – Почему молчал? Поздравляю! – я так рада за него. - Готовился, - улыбается. – Я присмотрел костюм. Представь, зайду и как… - Я уезжаю, - все внутренности сжимаются. - Что? – щурится. – Куда? - В Калифорнию. - О! Загорать собралась? Надолго? – убирает прядь волос от моего лица. - Навсегда. Мы переезжаем в Лонг-Бич. Чарли переведется в филиал. Она там будет большим начальником, - боюсь смотреть на него. - Бросаешь работу? Бросаешь Дана-Фарбер? Тебе же так трудно было сюда поступить. - Ну и что? Найду что-то подобное в Анджелесе, - жму плечами. - Переезжаешь, значит? - Переезжаю, - кусаю губу. - Охренеть! – рявкает. Я вздрагиваю. – А больница как же? - Да что ты заладил про больницу? Кому я тут нужна? Она что закроется без меня? Это ты у нас святило медицины! – сама не пойму кричу я или наоборот шепчу. - А я? А мы с тобой? – смотрит на меня. - Мы с тобой? – щурюсь. – Какие мы с тобой? Ты все еще женат, я в браке. Вообще с женщиной! – трясу руками. – У нас с тобой кое-что было, я сполна за это расплатилась. Но все на этом! – жму плечами. – Больше никогда между нами ничего не будет. И не общайся со мной пока я не уеду. Никакого контакта! - Сваливай! Счастливого пути! – встает и выходит из комнаты, громко хлопая дверью. Я утыкаюсь в подушку и еле успеваю вдыхать от нахлынувшей волны истерики. Снег снова прекращается и тает на мокром асфальте. - Грязь в колено теперь будет, - фыркаю. - В колено? – прыскает Чарли. – Это у вас в России так говорят? - Представь себе, - быстро целую ее в губы и вылезаю из машины. - Загонять не будешь? – выходит она за мной. - Мне вечером нужно собаку Клер проверить. - Фу! Собаки, - морщится жена и протискивается между мной и косяком в дверь. - И кто тут еще вес набрал? – шепчу, иду за ней. - Куда ты идешь? – разворачивается, глядя на меня. - А покупки кто заберет? - Ты же тут у нас буч, - сверкаю глазами. - Побудь сегодня ты сильной. Хоть раз, - закатывает глаза, забирает мою сумку и проходит в дом. - Вот сейчас обидно было, дорогая моя жена, - шагаю к машине, открываю багажник, цепляю на каждый из пальцев пакеты. Матерясь и шатаясь иду в дом. – Слушай, кто все это будет есть? Я на диете, ты на диете. - Твой блондинчик звонил, - сообщает она. - Чего? – дыхание перехватывает. Моя сумка лежит на столе у двери, все ее содержимое валяется на полу. – А можно было аккуратнее? Ты мою пудру разбила, - присаживаюсь на корточки, собираю все в сумку. – Черт! И духи! - Это все что тебя волнует сейчас? Твой любовничек звонил тебе! - Он мне не любовничек, и ты это прекрасно знаешь! - Знаю, что вы переспали, - выходит из комнаты, улыбается мне. - Это было однажды. Он, наверное, по работе звонил. - Ну да! – забирает пакеты и уносит их в кухню. «Какого черта тебе нужно? Мы же договорились не общаться!» - трясущимися пальцами быстро набираю сообщение Асманду. - Детка, клянусь, у нас ничего нет. В смысле между нами, - иду за ней. - Окей. Как скажешь. Я верю тебе. - Точно? – смотрю на нее. - Клянусь, - кивает. – Может, стоит ему перезвонить? Раз он по работе звонил? - Найдет у кого спросить. Я не веду его пациентов, так что помощь моя ему вряд ли понадобится. - Как скажешь, - жмет плечами. – Что готовить будем? - В шабат? – хмыкаю. – Как всегда что-то кошерное. Может марроканскую курицу? - И баклажаны на гриле! – почти взвизгивает. – Хотя нет. Отварные овощи. - Сделаем гриль. Не будем добавлять масла и все. - Нет. Не хочу жареное. - Как скажешь, - ухожу в гардеробную. Переодеваюсь. «Нужно поговорить», - сообщение от Асманда. Твою мать! Не надо нам с тобой разговаривать! Лучше не стоит. «О чем? Снова о нас? Кажется, мы уже все решили», - печатаю. Нет! Стираю. «Надеюсь, на нейтральную тему?» - отправляю. «Более чем. Навоображала там себе. Ты говорила, что у тебя есть проверенный поставщик деревянных окон. Мне нужны его контакты». «Его визитка у меня в визитнице. А визитница в кабинете в клинике. Подождешь пару дней?» - Ты решила нагишом готовить? – входит Чарли. Я стою у комода в одних трусиках. - Асманд просит контакты Тревора, - кладу телефон на полку, натягиваю на себя леггинсы и майку. - Тревора? Которого? Того что нам беседку стеклил? – раздевается. - Да. Но у меня его визитка в клинике осталась. - У меня есть. В кабинете, - бросает платье в корзину грязного белья. - Может, вместе походим в спортзал? – подхожу к ней, кладу ладони на ее бедра. - Я? В спортзал? – хмыкает. - Ну да. Не все же мне одной худеть, - целую ее шею. - Ты будешь толстой, если не будешь заниматься, а мне достаточно не есть после шести, - надевает свободное платье. Отпускаю ее из своих объятий. - Ты даже не замечаешь, как обижаешь меня? – отхожу к своему шкафу. - Только не начинай ныть, - расчесывает волосы. - Не собираюсь, - сжимаю зубы. – Нужно было раньше думать, когда я позволяла тебе со мной так разговаривать. Только сначала ты делала это в шутку, а сейчас натурально оскорбляешь меня, - в горле ком. - Ой, Холи… Иди к черту. Это все твои месячные. Говорила же, что без них лучше, - уходит. - Я вообще-то из-за твоей прихоти и поправляюсь! – рявкаю. Нет! Я не буду плакать! Быстро вытираю слезы со щек. - Включи Сэма Смита! – кричит из кухни. Ты совсем охренела? Я сейчас все тебе выскажу! - У тебя вообще совести нет? Ты ее на работе что ли забыла? – влетаю в кухню и прямо в объятия моей Шароны. Она прижимает меня к себе, крепко сжимает в кулаке мои волосы и настойчивым поцелуем впивается в мои губы. – Отвали! - пытаюсь ее оттолкнуть, но не выходит и ее язык проникает в мой рот. – Ненавижу тебя, - сжимаю ее задницу и растворяюсь в поцелуе моей Шароны. – Снимай трусы! – тяну их вниз. - Эй! Сначала давай обед приготовим. Мы все успеем. Это же только наш день, - прикусывает мою нижнюю губу. – Прости меня. Я буду выбирать выражения. - Договорились, - улыбаюсь. - Нытик, - отходит от меня. - Эй! Ты же пообещала! - Котик! Я говорю котик! Ты мой котик, - хихикает. - Сука, - шлепаю ее по заднице. - Холи, включи уже Сэма Смита ради всего святого! – просит с наигранным усердием. - Ладно! – закатываю глаза. - Диск в проигрывателе в кабинете. На столе в визитнице номер Тревора. - Хорошо, - хватаю горсть морковных палочек и шагаю в кабинет. Нажимаю на плей и с первых секунд узнаю песню, подпеваю ей. Обшариваю стол – визитницы нет, на полках среди финансовых отчетов ее компании тоже пусто. Ну и фиг с ней. Потом найду. Впихиваю последнюю папку в промежуток между другими, и шкаф чуть шатается. Слышу глухой хлопок. Открываю дверцу и еле успеваю поймать стопку документов вывалившихся из сейфа. Фух! Успела. Иначе Чарли меня в порошок бы стерла. Собираю их в аккуратную стопку и кладу на полочку в сейфе. Она как-то неровно лежит. Что-то попалось. Засовываю руку под бумажки и нащупываю мягкую картонную коробочку, вытаскиваю ее. Она перетянута нежно-розовой тонюсенькой ленточкой. Подарок на годовщину! Неужели ту цепочку, которую я видела в ювелирном? Я быстро! Осторожно открываю ее, и содержимое падает мне на ладонь. Это вообще не цепочка. Даже не похожа. Это положительный тест на беременность, и приклеенная записка, написанная почерком Чарли: «Папуля! Нас скоро станет трое!»