Да будут обманщики обмануты!

Поверить не могу! Это правда происходит? Мы с Асмандом оставили такси на парковке и подходим к банкетному залу шикарного отеля. Это свадьба Реджи, мать его, Хейзила! Поборника браков, свободолюбивого красавчика, повесы. У меня и всех моих близких друзей пальцев не хватит чтобы сосчитать женщин, с которыми он переспал. И вдруг женится! Да. Точно! Зал напоминает великолепной красоты весеннюю террасу, со свисающими с потолка распускающимися бутонами цветов. И повсюду летают бабочки. Ненавижу бабочек! Страшилища. Мой викинг нежно накрывает своей ладонью мои пальцы, вцепившиеся в его предплечье, и пытается вспомнить, что он обещал мне в случае своего проигрыша, когда мы спорили о дате свадьбы Реджи тогда, на парковке Дана-Фарбер. Я тоже не помню. Плевать! Впереди нас прихрамывая, скорее еще по привычке, шагает Джей, а его за руку поддерживает Кейт. Ей Богу, они прекрасная пара, очень красивая. И как она могла бросить его и уйти к женщине? Как женщине вообще возможно полюбить женщину? Идиотка! Ты сама разводишься с другой женщиной. И ты любила ее и была счастлива с ней. До поры… Возможно, и Кейт просто перестала чувствовать себя счастливой с Джейсоном? Не знаю. Но они точно здорово смотрятся вместе. Это так странно, но я плачу, когда слышу клятву Реджи. Я схожу с ума? Это же Реджи Хейзил! По случаям его домогательств я могу целый том написать. Грязным домогательствам, интимным и очень пошлым. А теперь он, как мальчишка смущается, сбивается через слово, заикается, обливается потом, признается в любви и озвучивает надежды на скорейшее рождение их с Риной детей. А потом я смотрю на одного из шаферов – моего белоснежного человека и чуть слышно охаю. Ему идет черный костюм, и эта бабочка. И форма больничная ему идет, и тренировочные штаны. Черт! Да ему вообще идут любые шмотки! Нормально завидовать красоте и грации своего мужчины? Боюсь начать ревновать как психичка. Сейчас я не ревную. Нет. Нет? Мне было наплевать на прошлые отношения Чарли, и меня совершенно не интересовали ее бывшие парни. Я спокойно и адекватно отношусь к тому, что в этом мире есть привлекательные и сексуальные женщины, женщины красивее меня. Я уверена в себе и уверена в Асманде. И ревновать я, в общем-то, не собираюсь. Не собираюсь ровно до того момента, пока не обнаруживаю в поле его зрения какую-нибудь молоденькую голубоглазую нимфу в короткой юбчонке. Да, да, вся моя адекватность, все благоразумие и вообще взрослая женщина во мне идут к черту, и за ними плотно закрывается дверь. На воле чокнутая, дикая девка, готовая разорвать любую, кто приблизится к нему хотя бы на милю. Он только мой, шлюхи! Иди куда шла, даже не думай, мать твою, поворачивать голову в его сторону! Но моя дикарка успокаивается, когда Асманд смотрит на меня вопреки вселенскому обаянию очередной прохожей. И все становится на места. Он дарит полуулыбку даме за барной стойкой, в подробностях рассказывает женщине-офицеру о проблемах с парковкой в центре, галантно вежлив с женщинами-коллегами и совсем ненадолго задерживает взгляд на заднице какой-нибудь практикантки. Все в порядке. Ведь его взгляд, который я ловлю на себе, не важно: стоим ли мы в пробке, окружили ли стол с пациентом, разделываемся ли с остатками вчерашней пиццы, занимаемся ли сексом утром или он смотрит на мое отражение в зеркале, когда я снимаю линзы перед сном - он самый искренний, настоящий. Так он смотрит только на меня. Смотрит и сейчас. Через все ряды гостей. Я вытираю слезы и улыбаюсь ему, а потом втягиваю нижнюю губу, и он ослепляет меня своей потрясающей улыбкой. Да. Точно! Реджи женился. Когда я поздравляла его, он обнял меня и искренне поблагодарил. И все, и больше ничего. Никакого случайного касания моей задницы или груди, никаких похабных вопросов и двусмысленных подмигиваний. Этот чертов сексоголик, кажется, вылечился! - Я уже говорил, как тебе идет зеленый? – шепчет мне. Большая ладонь Асми накрывает всю мою поясницу, и кружит меня в медленном танце. Молодожены уже укатили в закат, а праздновать остались самые стойкие. Да и нам уже пора. - Говорил на свадьбе Дейзи и Уилли, - отстраняюсь, смотрю на него. – Только это не зеленый, а нефритовый блеск, - улыбаюсь. - Тебя развели на бабки, милая. Поверь, это зеленый, - подмигивает. - Мужлан. - Джей зовет к себе продолжить. Говорит, Рогад подарил ему какой-то дорогущий бурбон, который он не решился распить в одиночестве. - А у него есть во что переодеться? В этом платье я не выдержу еще полночи. - Думаю, найдет. В его квартире перебывало немало девчонок. А они порой забывчивы. Особенно после умопомрачительного секса. - Ты пробовал секс Джея? – морщусь. - Холи, я тебя сейчас ударю по заднице при всем народе, - закатывает глаза. – Я про твои трусики у меня в квартире после нашего с тобой первого раза. - Я их выбросила. Ты копался в мусорном ведре? - Холи, у меня там не ведро с мусором стояло раньше, а короб с корнеплодами. Представь, как я удивился, когда решил морковочки поесть. - Извиняться поздно? – накрываю глаза ладонью. - Ну да. Пойдем, - тянет меня к столику, музыка закончилась. - Ну что готовы? Едем ко мне? – Джей трясет бокалом в воздухе. - Вызывай такси, бро, - кивает Асми. - Уже! Холси, твой телефон разрывается просто, - Кейт набрасывает на плечи жакет. Я поднимаю его. Неизвестный номер. - Главное не родители, - улыбаюсь. – Так что пофиг, - бросаю его в сумочку и несусь вслед за ребятами. - Вы же не такие огромные, как ваши вещи, - тычу на нас с Кейт. Мы обе стоим посреди кухни в футболках Джея. Мы будто в платьях. – Что с вами? - Это у тебя с глазами что-то, - Джей бросает в наши стаканы лед. – Мы медведи! Холи, он может перестать жужжать? – рявкает на мою сумку. - Сейчас выключу. - Детка, возьми, вдруг что-то важное? Может Килли? Или Дейзи с нового номера? – Асманд проходит мимо меня. - Все их номера у меня есть. Я понятия не имею, кто это, - решаю ответить. - Холи! Холи, наконец-то! Это Гарри ассистент мистера Шуля Аккорна. - Шуль Аккорн… - это, блин, кто? – А! Мистер Аккорн! Мой адвокат. О, Господи, какие-то проблемы возникли? Что? - Никаких проблем. Сэр Аккорн срочно вылетел в Атланту по семейным делам, а мне приказал сообщить вам новость. Дело в том, что ваша жена Чарли, а вернее ее доверенное лицо Бенджамин… Эмм, забыл его фамилию, простите, я сейчас… - Гарри, я поняла о ком вы! – рявкаю. – И что там дальше? - Они внесли сорок тысяч, чтобы ускорить процесс. Сегодня вас и миссис Штейн, вернее мисс Штейн-О’Доннелл развели. Вам осталось ваше имя без второй фамилии – Штейн. Мисс Штейн, оставила свое имя без изменений. Вам в ближайшее время нужно лишь внести в счет мэрии Бостона триста семьдесят долларов за документы о равном разделе имущества и разводе. - Чего? – сажусь на край ванной. - Триста семьдесят долларов – это государственная пошлина за выдачу из архива документов о разводе и разделении имущества. Таков закон. - Мы разведены? – рука трясется. - Да. - Боже! – опускаюсь на корточки. – Вы серьезно? – по щекам слезы. - Да. Я могу выслать вам копии, но для заверения вам будут нужны оригиналы, которые вам выдадут только в архиве. - Спасибо, Гарри, - шепчу. – Спасибо, - выдыхаю. – Что-то еще? - Нет, мисс. Не знаю поздравить вас или посочувствовать. - Поздравить! – киваю. – Поздравить, Гарри! – вытираю слезы. - Что же? Тогда поздравляю, мисс Холи! - Всего доброго, - опускаю телефон на пол. – Господи, Боже! Боже! Спасибо, Боже! Спасибо! – осторожно встаю и умываюсь ледяной водой. На ватных ногах плетусь в кухню и останавливаюсь в дверях. - Он же пьяный был. Мог еще и не такое вытворить. Мы однажды пошли на прием в местном совете… Холи? – первым меня замечает Джей. Все смотрят на меня. - Детка? – медленно встает Асманд. – Кто? - Холи? – бросается ко мне Кейт. – На тебе лица нет. Воды! – бежит к холодильнику. - Звонили из адвокатской конторы, - принимаю из рук Кейт бутылку с водой и делаю огромный глоток. – Я теперь просто О’Доннелл. Без Штейн. Я больше не в браке, - поднимаю голову. - Ты разведена? – хмыкает Асманд. - Ага. - Как? Ты же… Как? - Когда нет претензий друг к другу, когда нет споров, и когда заплатили сорок тысяч, вас разводят быстрее, - киваю. - Ты в разводе? – все еще не верит Асманд. - Да! – улыбаюсь. – Да! Боже, да! – смеюсь. - Детка! Поздравляю! – прижимает меня к себе, отрывает от пола и кружит. – Поздравляю! - А вот и еще один повод напиться! – хлопает в ладоши Джей. - Поздравляю! – смеется Кейт. - Я скоро тоже, уже скоро, детка, - шепчет Асманд и крепко целует меня. Так и выходит. В первых числах мая начинаются слушания по разводу Барбары и Асманда. На одних ему нужно присутствовать, а на других дела решают адвокаты. Асманд жутко раздражен и все выспрашивает, почему у меня все прошло так быстро, а он не может развестись уже кучу времени. Все дело в претензиях друг к другу и дележке, буквально, каждого доллара. - Ты завязываешь мне галстук, - улыбается, глядя через мое плечо в зеркало. – Это так сексуально. - Было бы не так сексуально, если бы твоя рука не была в моих трусиках, - бросаю на него взгляд. - Это будет моим козырем. Перед Барбарой. Незримым, - втягивает нижнюю губу. - Асманд, хватит! Вытаскивай! – отхожу и отталкиваю его руку. – Черт! Теперь хочу, - переминаюсь с ноги на ногу. - Эй! Не смей тут себя развлекать, пока меня не будет! – строго смотрит на меня. - Как только ты закроешь дверь! – снова возвращаюсь к его галстуку. - Эй! - Ну или останься, - кусаю губу. - Я ничего сейчас больше не хочу, поверь! - Не верю, - качаю головой. – Точно знаю, что развестись ты сейчас хочешь больше, чем остаться со мной и поделить диван. - Тебя не проведешь. - Или кровать, - обхожу его, тяну руку к узлу галстука, поправляю его. – Или стол между плитой и раковиной. Или подоконник. А может ту огромную комнату за дверью, - шепчу. - Последний раз. Сегодня все закончится! Ты вернешься домой уже свободным мужчиной. Моим! - О, да! Даже не верю! Два с хвостом года это дерьмо тянулось. - Я буду ждать тебя в том, что лежит в пакете от Виктории в гардеробной, - улыбаюсь. - К черту Барбару и развод, - разворачивается, обхватывает мои бедра и поднимает на себя. - Тебя хочу больше! – впивается в мои губы поцелуем. - Тебе нужно. Поезжай, - шепчу. – Думай о том, что я буду тебя здесь ждать, - он отпускает меня. – Или на диване, или на подоконнике… - Все! Я пошел! – рычит он, хватает ключи со столика и выходит из квартиры.