Красивые мальчики не плачут (не сегодня)

Воскресенье встретило Костю приступом тревоги, он открыл глаза и перед ним не было ничего. Но паника быстро утихла, когда «ничего» стало двигаться. Котенок, видимо, решил, что лицо парня — идеальное место для сна. Посмотрев на часы, Мэл потянулся и вновь осмотрел комнату. В дневном свете все выглядело немного иначе. Непривычно. Он отодвинул кота и двинулся в ванну. Бенджамин проснулся рано, не было и восьми утра. Не сказать что он выспался, но продолжать бездельничать ему сегодня точно не хотелось. Идея пришла быстро, особенно учитывая солнечную погоду. Пробежка? Около четырех часов утра Мик проснулся от сильного чувства голода. Ночью есть нельзя, но про раннее утро никто ничего не говорил! Сделав бутерброд и чай, он присел у окна. Особой бодростью в такое время Миколас никогда не отличался, так что около двенадцати дня Костя так и застал парня, мирно спящим, сидя на подоконнике. Некий инстинкт заботливого друга не позволил ему пройти мимо, так что через минуту Мэл вернулся с пледом и накрыл соседа. Обойдя ногу Мика, Костя прошел в сторону кухонных тумб. Пошарив по верхним ящикам, парень растерялся. Наверняка кофе должен храниться где-то рядом с чаем, но, к его большому сожалению, такая схема не сработала. Вместе с коробочкой чая хранилось еще штук пять таких же: черный, зеленый, ягодный, с бергамотом, белый. Кто-то из ребят явно испытывал особый интерес к этому напитку. Растерявшись от обилия чая, Костя решил просмотреть нижние. На ручке одного ящика был небольшой слой пыли, видимо, сюда давно не заглядывали. Как и предполагалось, нераскрытая пачка стояла в углу. «И как они живут без кофе?» -подумал тот. К счастью, турку не пришлось искать, ведь Мэл притащил ее с собой. Поставив кофе вариться, парень открыл холодильник. Майонез, половина колбасы, яйца и…три упаковки кефира? Он решил проигнорировать эту странность и закрыл холодильник. Кажется, Мик когда-то рассказывал о любимых мюслях. «Надеюсь, он не обидется если я немного возьму». Хочется сказать, что мюсли с кефиром это странно. Но есть хотелось, а перспектива бутербродов почему-то не радовала. –А? Ты пьешь кофе? — чех подошел незаметно, Костя даже вздрогнул, — Давно же тот ящик никто не открывал. — но голос его все еще был сонным, а одной рукой он аккуратно придерживал плед. В ту же минуту парни услышали глухой скрип двери и в проеме вскоре показалася Бен. Когда он перевел взгляд на Миколаса, на лбу появилась морщинка, а сам он холодно сказал: — Положи на место. — Эй, Бен, не кипятись, ты чего? — Положи, мать твою, мой плед на место! — Ингроссо последнее время слишком часто повышал голос. — Какого черта ты вообще его взял?! — он подошел ближе и вырвал плед у парня из рук.  — И-извини, это я его взял. — виновато пробормотал Мэл, — Прости, я правда не знал что он твой, ну и это, — парень замялся, подбирая слова, — что его брать нельзя. Бен гневно посмотрел на того и уже собирался сказать что-то обидное, как получил удар по голове. Мик, будучи глубоко оскорбленным таким поведением друга, не мог допустить чтобы он еще и новенького расстроил, поэтому взял под руку первое, что попалось под руку. Бенджамин, казалось, готов был взорваться, но очень удивился, когда увидел смертоносное орудие: — У нас был дуршлаг? — он потянулся, чтобы успеть забрать у Мика железяку до того, как он снова пустит ее в бой. — Серьезно? — Представляешь, вылавливать лапшу вилкой было не обязательно! — Миколас не согласился отдать дуршлаг (а то мало ли), но положил на место, — С тобой точно все нормально в последнее время? — сказал он уже не язвительно, — Слишком часто срываешся. — Не знаю. Не важно. — Ты не знал что у вас есть эта штука? — Костя уже был в состоянии говорить, — У вас банковский счет точно не пустой, и ты не думал что можешь позволить себе такую полезную вещь? Бред. — словив осуждающий взгляд итальянца, брови парня снова приняли форму «домика», а глаза искрились виной, на что Бенджамин лишь тяжело вздохнул. — Кстати о деньгах, — Мик перевел разговор на более важную тему, — раскрывайте кошельки, скидываемся, завтра еще за продуктами ехать. Костя вспомнил о том, что парни обычно собирают общий бюджет на базовое проживание, сюда же входят основные продукты и, собственно, аренда квартиры. Сходив к себе в комнату, Мэл протянул Миколасу несколько купюр. — Ух ты какой послушный, мечта грабителя. — не удержался от колкого комментария Бен. — Послушным в итоге будешь ты, Бе-енджамин.- слащаво протянул Мик и засмеялся, — Кстати, ты же вроде не работаешь, когда тебе прислать успели? — А мне не присылали родственники деньги. Я сам. — Сам себе прислал или проституция? — Стипендия.-Мик посмотрел на него так, будто призрака увидел, но все же решил вернуться к делу и доставать из собственной заначки на кухне еще небольшую сумму, добавляя к тем что имелось. — Эдакий я молодец, от денег родителей отказываюсь, эх, всем бы такого сына. — Ой вот только не нужно сейчас строить из себя всего такого белого и пушистого. — Бен раздраженно посмотрел прямо Мику в глаза, — Я уже сыт по горло твоими рассказами. Насмотрелся, понимаешь ли, глупых фильмов и вздумал что он — неисправимый транжира денег своей семьи — может жить самостоятельно и независимо от них. — он и не заметил, как перешел черту, — Они на радостях уж было и поверили, и в добрый путь нас благословили, а отец его вообще заплакал, будто выдавал замуж 60-летнюю дочь, которую не мог терпеть. На деле-то он все так же тянет из них деньги, вот только делает вид что самостоятельный. — последние слова Бенджамин буквально выплюнул. — Ах вот так, да? — тихим, но до ужаса холодным голосом начал Мик, — Ну простите за то, что мне есть к кому обратиться, когда ты тратишь все наши деньги до копейки на бабу, с которой даже не спишь. Кость, -он развернулся к парню, — ну ты представь только себе это: он переехал сюда из Швеции только потому, что у них тут любовь до гроба, сопли-слезы. Его семья долго терпела это, но всему приходит конец. Остался без гроша в чужой стране и все равно не может признаться себе в том, что его девушке от него нужны только связи и деньги. — Миколас смотрел на Бена уже ядовито, издеваясь, — она б вообще без него никуда не поступила! А знаешь что дальше было? Дальше она просто ушла от него ибо денег больше нет! — на последнем дыхании выкрикнул чех и после, тихо-тихо, противно улыбаясь, добавил: и даже сейчас ты сорвался из-за такого драгоценного — растягивая буквы, с сарказмом говорил Мик, — пледа, подаренного не менее драгоценной любимой. В воздухе повисло почти ощутимое напряжение. Парни таращились друг на друга словно вечность, но и минуты не прошло. Голос Мэла прервал тишину: — Я пойду, а то там уже кот заждался.

Часом позже

Переждав у себя в комнате, Мэл решил, что нет ничего лучше, чем быть занятым и пошел обратно на кухню. Быстро просмотрев рецепты, он решил остановиться на обычном печенье. Отвлечься выпечкой оказалось хорошей идеей, хоть печенье и не должно было занять много времени, Костя растянул его с удовольствием: то слишком долго замешивал тесто, то ел шоколадку, предназначенную для крошки, то сражался с Цитрусом, который так и норовил залезть на стол и стащить что-нибудь. В общем, пару часов он точно потратил с пользой, да и теперь хоть было что с чаем попить (не важно, что была шоколадка, половину которой он съел по время готовки). Довольный собой, Мэл решил проявить дружелюбие и позвать остальных. Он тихо постучал в комнату Бенджамина, но тот не подал ни звука и парень решил, что пока не стоит рисковать. Зато Миколас довольно быстро нацепил невозмутимую веселую маску и с радостью принял приглашение. Сегодняшний вечер прошел гораздо лучше и уютнее предыдущего, хоть ребятам так и не удалось собраться всем вместе. Печенье, слегка пересушенное («не переживай, для первого раза сойдет»), приятно дополняло один из многочисленных чаев, который Костя любезно согласился попробовать. Миколас потратил даже не очень много времени, доказывая, что кофе на ночь равносилен самоубийству. Костя чувствует, как у него появляется новый друг и он очень этому рад. Единственной проблемой оставался любимый сосед по имени Бенджамин. — Мэл, ты это в слух сказал, вообще-то. Так что, «любимый»?