Жар-птица на Остале

Легенда об огнежаре

      С давних веков, с незапамятных времен Эфларуса, первых месяцев появления Эфлары огнежары водились во всех лесах. Как на Остале, так и на Эфларе. Их оперение в те времена было таким же, как и сейчас, за исключением одного — света. Они действительно слабо светились, и ночью издалека можно было принять их за светлячков. На планете-двойнике этих птиц знали все и многие видели. Простые остальцы дивились красоте этих птиц, сочиняли сказки. Некоторые даже убеждали всех в том, что они разговаривали с ними. Из-за их необычной расцветки они получили свое название — «жар-птицы».       Такие птицы не могли не привлекать внимание. Их часто хотели держать в клетке, пытались отлавливать. К счастью, ловили их лишь единицы — но и в руках удачливых охотников они пребывали недолго.       Поговаривали, что огнежары — частичка самого Времени, порождение Временного Разрыва, потому они имели силу больше, чем некоторые из сильнейших часовщиков! За ними не раз устраивались коллективные охоты, но тщетно. Все было бессмысленно. После них не оставалось ни следа, словно сами часодейные пташки или само Время заботливо переносило их на самый защищенный птичий очаг — Драголис. Тогда природа и течение времени были сильнее и надежнее, а их союз давал неимоверное преимущество обитателям Драголиса.       Именно в этот золотой век огнежаров распространились слухи о маленькой рыжевласой фее с природно-часодейным даром, которая была фрейлиной при дворе Светлой Королевы.       Неожиданно для себя она открыла тайное убежище Эфларских птиц. Им оказалось дерево, большой дуб — дом всех фей. Раскидистый и размашистый, в его листве и коре могли спрятаться многие животные. И огнежары не были исключением.       Она часто приходила сюда и лечила птиц настойками фей. Шли месяцы, фея все еще держала убежище в тайне.       Но не все остается тайной. К сожалению, как бы это не звучало, но это лишь вопрос времени. Когда она нашла это чудесное место, она уже заканчивала седьмой круг обучения. Ее похождения в отдаленный уголок Дуба не остались незамеченными. Особенно между ее одночасниками.       Примерно через месяц неизвестным образом исчезли многие огнежары со всех лесов Эфлары и Осталы. На Земле память о них смеркалась и постепенно они превращались в мифы и сказки.       Все было бы не так загадочно, если бы не       Абсолютно все и бесследно.

***

Со стороны той, кто говорила с природой

      Люди увлеклись этими птицами всерьез. Раненых птиц было все больше и больше. Сломанное крыло, нарушившийся баланс времени... с каждым днем птиц становилось все больше, а она все чаще посещала своих друзей-животных.       В один из дней по своей привычке она шла к птичьим угодьям, как вдруг ее окликнули:        — Арнаула! — парень на вид лет шестнадцати-семнадцати в часо-школьной форме смотрел на нее с недобрым интересом. В то же время Арнаула постаралась сделать непринужденный вид, но подозрения отвести, кажется, не удалось. — Куда же ты идешь? — Арнауле не понравился его интерес. Она предприняла попытку уйти от вопросов.        — Не твое дело! — ее злость и неприязнь к этому кареглазому блондину была видна очень выраженно. Она быстро взлетела, размахивая своими светло-голубыми крыльями с белыми узорами.       Она не заметила, как раскрылись темно-бордовые крылья с ярко-красными пятнами. Никто не увидел, как эти крылья исчезли из виду вместе с их обладателем.

***

      Зулам был разозлен. В такие моменты он шел на отдаленную часть Хрустальной Долины, ибо обычно здесь никогда никто не появлялся. Сначала он не сошелся мнениями с матерью, ему пришлось снова показать свою силу для поддержания авторитета среди сверстников и одночасников, а теперь ему сделали выговор и он мог потерять свое место в Часе. «Если бы папа был здесь, а он бы тогда не полетел туда, то таких случаев не было бы, — отрешенно думал он. А затем вконец разозлился. — И вообще, я бы не был таким и такого со мной не происходило бы!» Внезапно он увидел свою одночасницу. Она шла быстрым шагом, мельком оглядываясь по сторонам.       Он решил не таиться, но еще и показать себя тем же зазнайкой и авторитетом. Но она, грубо ответив ему, улетела.       Вокруг Арнаулы было много слухов и сплетен. В основном о ее даре и том, что она время от времени пропадает неизвестно где. Он принял решение — проследить. Он не может не шпионить за ней.       Она решила не показывать, в какую сторону летит.       Арнаула полетела в сторону небольшого леса. Но покружив там некоторое время, она выглянула на поляну. Ненавистного одночасника, по имени Зулам, сидевшего здесь, уже не было. Она все же опасаясь, фира полетела в Белый Замок. Задержавшись на несколько минут, полетела на другую, тенистую сторону Большого Дуба.

***

      Зулам не понимал, почему его так тянет посмотреть на, возможно, личные тайны и секреты Арнаулы. Но его внутреннее хулиганство и неспокойность, вызванное неким желанием насолить всем, в этот раз оказались правы. Она подозрительно кружила в лесу, а вскоре аккуратно и тихо полетела в Замок, затем к Дубу. Зулам понимал, что ему не стоит следить за ней, ведь он итак натворил много чего. На прошлой неделе пролил клей в сумку Асены, остановил время и разрисовал лицо Светланы, а Арнауле он, он… Он уже и не помнит, что наделал, но точно что-то натворил. Она еще говорила, нет, даже кричала на него. Не просто кричала, а с сильными порывами чувств, эмоций. Проклятия его жертв еще ни разу не действовали на его окаменевшее сердце. И тогда он решил, что лучше не приближаться к ней. А сейчас…       Он следит за ней. Если она обнаружит его, то точно дело не к добру, еще как не к добру. Но развернуться и уйти ему не позволяло то же желание насолить и знать все про других. Зачастую он просто не понимал, почему он так делает, зачем ему это?       Возможно, это обида или ненависть, зародившаяся еще в детстве, в то время, когда его дразнили. Эта обида выросла, переросла свои малые пределы и навсегда останется в его сердце. Он не может быть равнодушным к личным делам, секретам, ему нужно все узнать и везде вмешаться. Он не понимает одного — зачем ему это? Он был вполне хорошим, послушным и спокойным мальчиком. Был бы юношей, который учится лучше всех в часе. А он…       Впрочем, он следит за Арнаулой. А дела нужно доводить до конца. Он обратил внимание на нее — Арнаула, вытащив деревянную палочку, отмотала время кусочку коры назад. Зулам проник следом, все так же под крыльями.       Он знал, что любой фир или фея скрывают секреты, но чтобы такие, как у Арнаулы!       Он увидел целый животный мир. Но больше всего было золотистых птиц. С синими орнаментами на тельце, и только на хвосте некоторые были с красными и оранжевыми перьями. Другие, наоборот, отличались крыльями. Но всех объединяло одно — венчик на золотистой головке. Все птицы, собираясь вместе, можно сказать, заменяли солнце.       Зулам, подивившись огнежарам еще раз, прошел дальше. На стене он увидел рисунки и схемы. Изучив их, Зулам понял — огнежары могут излучать свет и неосязаемое любым существом количество тепла. Живые прототипы солнца, одним словом. А также имеющие часодейную силу прототипы.       Он изучал тайник все дальше и глубже. Зулам сбился со счета поворотов и плакатов устройства эфемерных животных. С каждым шагом было все больше разнообразия в видах. На одной стороне паслись разновидности тонкорогов. Подальше от них снисходительно смотрели малевалы. Было множество и остальских, и эфларских животных. К примеру, похожие на остальских лисов огненно-водяные существа, огненные ящеры резвились на самом краю всей живности.       Он шел все дальше и дальше. Наконец, он нашел Арнаулу. Аккуратно пройдя поближе к ней, он заметил, как она лечила животных. Каково же было его удивление, когда он понял, что большинством больных были те самые птицы невиданной красоты. Правда, они выглядели не так красиво и ярко.       Он видел, как устало вздыхала Арнаула. Как с усталостью и нежностью она гладила и переносила птиц с одного места в другое.       Понаблюдав за ней, он заметил маленький столик в сторонке. Сразу видно, она делает здесь уроки. В сторонке стояло зеркало со свечами. По ней шла мелкая рябь. Это был переход. И кажется, не в дом или школу,       а на Осталу.

***

      Зулам не мог поверить в то, что в Большом Дубе есть переход на Осталу. А самое интересное в тайнике с животными! Правда, вход в тайник не предназначен животным. Значит, или им помогает Арнаула, или они перебираются через зеркало. Так вот оно что... Арнаула не может постоянно помогать птицам. Скорее всего, переход в защищенном месте Осталы. Осталы… А защищенным может быть только дом остальского часодея или потайная комната, которую они видели на экскурсии по Остальским Часовням. Но там просто не может быть животных. Им нужно нечто природное и часодейное. Что-то вроде эфларского Большого Дуба. Там был лес… Чем-то связанный с Духами. Драгоции, Драго, Драголес.. Похоже, но не то. Точно! Драголис!       Как только он подумал про Драголис, из зеркала вышел парень лет семнадцати-восемнадцати. Среднего роста, неплохого телосложения. Как он и ожидал, незнакомец с пятью пальцами не фир и не лют. Он, мило улыбнувшись, поцеловал руку Арнаулы. Та также поздоровалась и указала ему на некоторых животных. В ходе их диалога выяснилось, что он из семьи Столеттов. Моргарус Столетт. А еще часо-ветеринар. Специализируется на эфларских, особенных животных.       Моргарус перешел по зеркалу к себе в деревню. А Арнаула со спокойной и радостной душой спешила домой. Только Зулам не знал, что ему делать.

***

      Арнаула радостно шла в свой тайник. Уже неделя, как она нашла ветеринара для огнежаров и все относительно налаживается. Конечно, после лекарства животные вели себя странно, пассивно. Но ее успокаивал Моргарус, говоря, что это просто побочный эффект.       Но ее настроение упало далеко, очень далеко вниз. Она почувствовала не просто разочарование или обиду.       Сочная трава была выжжена и затоптана. На месте огнеящеров были только пепел и сажа. Территория треуглов и других треуглообразных, собакообразных догорала в огне. Гнезда огнежаров отсутствовали. Только черные, обгоревшие внутренние ветви Большого Дуба.        К счастью, основная кора Дуба не была повреждена, она даже не тронута. Да, природа позаботилась о дереве.        Правда, это ничего не меняет. Разве что жители Дуба могут не беспокоиться об устойчивости дерева.       В тайнике не было ничего. Ни одного животного, ни огненных ящеров, ни малевалов, ни тонкорогов. И огнежары исчезли.       Все, что она берегла, исчезло.       Только перья да клочки шерсти... и наручные часы. Наручные часы с маленьким и незаметным лезвием.       Она узнала эти часы.       Это были его часы.        Часы Зулама.