Глава 26
4 июля 2020 г., 20:59
Тони вышел из ванной, охваченный волнением по поводу улучшения состояния Стивена. Если Стивен ощущал происходящее с его телом, то они и впрямь должны были быть близки к тому, чтобы вернуть его обратно. Скоро у Шури будет готовая модель Камня Разума, Брюс и Кристина смогут проверить ее работу, и тогда можно будет использовать этот шаблон для хранения энергии, которую разделяли Тони и Стивен. После этого им просто нужно будет вытащить Стивена обратно на Землю, и все будет решено.
Он позаботился о том, чтобы разделить свою взволнованность со Стивеном, но она исчезла, когда он увидел новый входящий звонок по видеосвязи. Тони долго раздумывал, стоит ли вообще отвечать. Что за чертовщина, решил он в конце концов, и принял вызов.
— Привет, — сказала Наташа с извиняющейся улыбкой. — Так ты, наконец, встал?
Тони тупо посмотрел на нее, ничего не ответив.
— Я звонила каждые десять минут, чтобы узнать, все ли с тобой в порядке, — продолжала она.
После того, как прошедший в тишине просмотр истории звонков подтвердил это, Тони снова посмотрел на экран и многозначительно поднял брови.
— Я просто хочу знать, все ли у тебя в порядке, клянусь.
— Я отвечу только в том случае, если услышу обещание, что ты прекратишь играть со мной в судоку, — потребовал Тони и ткнул пальцем в экран. — Навсегда.
— Как скажешь, — тут же сказала Наташа. Она, вероятно, лгала, но, по крайней мере, казалось, что она и правда не собиралась этого делать хотя бы в ближайшем будущем.
Он закатил глаза.
— Тогда да, я в порядке. Никаких сердечных приступов, я знаю, что ты волновалась. Все под контролем.
— Со Стренджем тоже?
Взгляд Тони снова стал жестким. Он просто поговорит с ней. Никаких сплетен.
— Я не собираюсь об этом говорить.
— Извини, но мне нужно было упомянуть его хотя бы для контекста. Другой волшебник просил передать, что хочет увидеть тебя как можно скорее. Я предложила взять на себя ответственность за передачу сообщения в качестве небольшого... — Наташа махнула рукой в сторону, — извинения...
— Вонг? — ответил Тони, слегка нахмурившись. — Случилось что-то плохое?
— Нет, наоборот. Вроде бы он нашел нужные книги. Поэтому, пожалуйста, свяжись с ним и организуй вашу беседу, а я оставляю тебя в покое. — К ее чести, Наташа тут же наклонилась и отключилась. Кажется, зрелище того, как Тони хватался за грудь, будто это она довела его до сердечного приступа, действительно помогло обуздать ей свою бесцеремонность.
(О, Тони был уверен, что скоро все вернется на круги своя, но пока он наслаждался тишиной).
— Старк, — ответил Вонг, как только получил входящий звонок. Было трудно сфокусироваться на его лице; взгляд Тони все время блуждал в сторону фона за его спиной, где можно было увидеть кусочек Святилища. И этот кусочек не выглядел знакомым. Черт.
— Привет. Наташа сказала, что ты нашел нужные книги?
— Думаю, что да. Четвертая лаборатория открыта? Если да, то встретимся там. — Когда Тони кивнул, подтверждая доступность помещения, Вонг кивнул в ответ и отключился. К тому времени, как Тони добежал туда, Вонг уже появился в лаборатории со стопкой книг в руках. Без всякой светской любезности он положил их на стол и пустился в объяснения. — На их поиски ушло немало времени. Про Камень Души почти ничего не написано.
— Что это за язык? Он вообще человеческий? — удивился Тони, разглядывая обложку самой старой книги. На ней красовались иероглифы, выглядевшие так, будто их перемололи в блендере вместе с кандзи. Когда он провел по написанному сканерами, программа перевода не смогла идентифицировать текст.
— Некоторые называют его линейным письмом А, — резко сказал Вонг, забирая книгу у Тони и перелистывая страницы.
Потребовался быстрый поиск информации, и Тони нахмурился, когда ПЯТНИЦа выложила ему ее.
— Этот язык никогда не переводился. — Взглянув на Вонга, Тони медленно поправил себя: — Теми, кто... мог бы с удовольствием поделиться этим переводом с человечеством.
— В Камар-Тадже множество книг, — ответил Вонг, — а я был библиотекарем. — Точно. — Камень Души имеет два ключевых компонента, которые делают его не похожим ни на один другой Камень Бесконечности. Мне нужно узнать твое мнение, если мы хотим понять, как управлять его энергией.
— Валяй.
— Чтобы овладеть Камнем Души, — резюмировал Вонг из того, что он прочитал, — по-видимому, должно появиться что-то вроде... — Он замолчал. Удивительно, но всегда невозмутимый мужчина, казалось, действительно испытывал неловкость, пока обдумывал, что сказать дальше. — Личной связи между двумя людьми.
— Личная связь, — повторил Тони самым нейтральным тоном, на который был способен.
Вонг откашлялся, кивнул и потянулся за стопкой бумаг. Лист, который он протянул, был заполнен его угловатым, четким почерком.
— Линейное письмо А пришло из Древней Греции. Я подумал, что любые выдвигаемые гипотезы могут ссылаться на их философию на эту тему. В это трудно поверить, так как вы едва знаете друг друга, но есть ли между вами что-нибудь из этого?
Тони посмотрел на листок, который дал ему Вонг. На бумаге были начертаны названия, которые греки использовали для описания разных видов любви.
— Да, знаю, — вздохнул Вонг в ответ. — Просто посмотри, подходит ли вам что-нибудь. Каким-то образом.
Держу пари, что что-то да подойдет, подумал Тони, изо всех сил стараясь контролировать выражение своего лица. Он еще не знал, что делать со своим откровением и откровением Стивена, и поэтому, конечно же, не был готов объявить о чем-либо людям, которые знали его как «жениха Пеппер Поттс».
Эрос. Эротическая любовь. Неудивительно, что у Вонга был такой неловкий вид, когда он протягивал ему листок. Ну, Тони определенно не собирался ничего признавать по этому поводу.
Сторге́. Семейная любовь, между родителями и детьми. Очевидно, нет.
— Наверное, ее использовал Танос, — пробормотал Тони. Когда космические психи подробно рассказали им, как они оказались на Титане, они мимоходом упомянули, что эта женщина, Гамора, была его приемной дочерью, а Танос захватил ее, когда они пытались спасти Камень Реальности.
— Возможно. Есть и другой вариант. — Вонг махнул рукой. — Продолжай читать.
Ага́пэ. В одних представлениях — любовь к Богу, в других — бескорыстная любовь ко всему человечеству. Жертвенная любовь, так некоторые называли ее.
— Ну, — сухо сказал Тони, — это касается не только меня и его, но все равно может считаться.
Вонг заметил, на какой пункт он смотрит, медленно кивнул и что-то пометил для себя.
— Продолжай.
Фили́я. Привязанность между равными. О, слава богу, с облегчением подумал Тони. Это было его прикрытием.
— Вот. Это определенно подходит. Мы с ним много говорили на Титане и обнаружили, что мы невероятно похожи.
— Серьезно?
— Да, мы... — Тони остановился. — Ну и почему в это трудно поверить?
Вонг рассматривал его с абсолютно бесстрастным выражением лица, такое состроить мог только он. После долгой паузы он кивнул.
— Ну, если вспомнить времена, когда он впервые появился в Камар-Тадже...
Тони нахмурился. Он чувствовал себя осужденным.
— В любом случае, — громко сказал он, продолжая читать, — филия считается.
Лю́дус был игривой формой любви: флирт, поддразнивание и другие случайные способы показать привязанность. Вероятно, этого было бы недостаточно, чтобы подпитать Камень, поэтому Тони не чувствовал необходимости делиться тем, что они со Стивеном попадали и в эту категорию. Пра́гма была любовью между людьми, которые были в отношениях в течение многих лет; он и Пеппер, другими словами. Тони вздохнул.
Последний вариант, филавтия, был нарциссической, эгоистичной любовью в ее худшей интерпретации. Этот тип «любви» может выражаться прежде всего в заботе о своих целях.
— Что ж, — сказал Тони после долгой паузы. — Для Таноса этот вид больше подходит. — Он мог подумать, что приносит в жертву кого-то, кого любит больше всех на свете, но такой жестокий человек как он никогда не любил никого больше себя.
— Я тоже так считаю. Как я понимаю, он чувствовал, что теряет кого-то из своей жизни. Но на самом деле все вертелось вокруг него и его целей, как это было всегда. — Вонг наклонился вперед. — Объясни мне, почему ты сказал, что агапическая любовь может подходить в нашей ситуации?
Бескорыстная любовь. Жертвенная любовь. Было достаточно просто объяснить.
— Стивен не знал, что все проделанное им во время покидания Титана на самом деле пойдет в копилку Камня Души, но он видел с помощью Камня Времени, что ему нужно пожертвовать собой, чтобы спасти людей. Так он и сделал. Наша энергия существует потому, что он ставит других выше себя. Это считается агапической любовью ко вселенной, верно?
— Хм. По идее, да, — задумчиво произнес Вонг. Хоть эти двое явно ладили и спокойно уживались в Санктуме, он все же смирился с идеей, что Время указало Стивену принести себя в жертву. Они действительно были похожи на двух солдат в невидимой войне. — Значит, филия и агапэ. Это интересно.
— Почему?
— Не сейчас. Мне нужно найти больше информации. Объясню позже. — Вонг взял листок с описанием видов любви, спрятал его вместе с пометками, которые сделал, и откинулся назад. — Другой необходимый компонент Камня Души на самом деле является жертвой. Типичная интерпретация в тех немногих книгах, которые я нашел, такова: чтобы получить Камень, потенциальный владелец должен пожертвовать кем-то, кого любит. Ваш результат оставляет немного бо́льший простор для фантазии.
— Ты хочешь сказать, что Стивен пожертвовал собой, чтобы вручить его мне? Я получил «Камень Души», не сделав эгоистичного шага, как Танос.
— По существу, да. — Брови Вонга задумчиво опустились. Он постучал ручкой по чистому листу бумаги. — Какую эта жертва сыграла роль? Сознавал ли он, что обменивает свою жизнь на жизни других?
— Осознавал ли он это вообще хоть когда-нибудь, — проворчал Тони, и затем изо всех сил постарался не думать о том, как Стивен требовал настроить сенсоры на корабле так, чтобы отключить их можно было только в том случае, если указание поступит от них обоих.
— Когда он сотворил портал—
Тони поднял руки.
— Прости. Ничем не могу помочь. Это единственное, о чем я не могу думать. Я уже усвоил это, и очень болезненным способом. — Хотя он больше никогда и ни за что не собирался отпускать цепь, воспоминание о манипуляциях Стивена на корабле наверняка заставит Тони снова разозлиться на него. Он хотел избежать даже такого количества негатива.
— Я пытаюсь понять эту энергию, Старк. Мне нужно знать, какую роль сыграла его жертва.
— Тогда посмотри видео, но без меня, — предложил Тони и вывел его на экран. Вонг выглядел сбитым с толку, когда Тони направился прочь из комнаты, и поэтому он добавил: — Серьезно. Я не собираюсь смотреть это во второй раз. Дай знать, когда закончишь, и мы сможем вернуться к работе.
Дверь закрылась, и Тони прислонился к стене снаружи.
— Это твоя вина, — пробормотал он себе под нос. — Мы совсем запутали Вонга. — В отличие от последнего раза, когда Тони думал о корабле с Титана, сейчас на его лице появилась легкая улыбка. — Знаешь, тебе больше не придется играть в эти жертвоприношения. Тебе не придется быть одному.
Жертвоприношения. Жертвоприношения. Его разум угрожал переключиться на воспоминания о наблюдении за Гонконгом на мониторах штаб-квартиры, и поэтому Тони слегка коснулся места над сердцем и улыбнулся шире, когда почувствовал там жар.
— Ты будешь смеяться, когда я расскажу тебе о бумаге, которую мне только что показал Вонг. По-видимому, мы подходим под кучу различных видов лю—
Дверь распахнулась, и Вонг уставился на Тони, поэтому дальнейшие слова застряли у него в горле.
— Что? — Тони удалось справиться с собой.
— Как ты это сделал? Это невозможно.
— Что сделал? Мне нужно немного больше контекста.
Вонг все еще пристально смотрел на Тони, как будто искал на нем зацепку, затем резко поднял руку и указал на лабораторию. Секундой позже огромный щит из мандалы ударил Тони в бок и неумолимо втолкнул его в двери, из которых он только что вышел.
— Вот это, — сказал Вонг и указал на экран.
Застывший кадр — Стивен, пронзенный светом со всех сторон — был как резкий удар под дых. Внезапно стало невозможно дышать, и Тони отвернулся, пока не восстановил контроль, который был установлен в коридоре.
— Я же сказал, что не буду смотреть это.
Вонг дернул рукой. Из нее вылетел небольшой диск и ударился о дверные ручки. Звук и свет из коридора исчезли.
— Как?
— Что «как»? — спросил Тони. — Почему ты спрашиваешь меня? Я понятия не имею, как он направил столько энергии, или нашел правильное направление, или что-то из этого!
— Как ты это сделал? — решительно спросил Вонг и проиграл несколько кадров в обоих направлениях, взад-вперед, взад-вперед. На экране Тони наклонился, чтобы остановить Стивена, отвернулся и снова наклонился, и так несколько раз.
— Я все еще не понимаю, о чем ты меня спрашиваешь! — Тони чуть не закричал.
С негодованием Вонг ударил рукой по ближайшему к ним столу. Вскоре из его ладони появилось светящееся кольцо. После того, как оно зафиксировалось, образовалось второе кольцо, и так до шести концентрических кругов. Это был якорь, хотя Тони никогда больше не хотел его видеть.
— Прикоснись, — приказал Вонг, убирая руку со стола. Другой рукой он указал на нить света, соединявшую его ладонь со светящимся якорем.
Прикоснуться к якорной цепи? Почему Вонг потерял рассудок из-за того, что Тони неоднократно делал во сне с десятками нитей, тянущихся от тела Стивена? Он вел себя так, как будто Тони совершил какой-то невозможный поступок или непростительный грех.
— Да пожалуйста, — пробормотал Тони и провел рукой по цепи, соединяющей душу Вонга с якорем, вращающимся на столе мастерской.
холодно
было так холодно
он парил вне своего тела и что-то неправильное было в том чтобы двигать конечностями нет нет нет это было не его тело это был другой человек почему они были внутри почему он был заперт снаружи темнота приближалась темнота была здесь ему нужно было вернуться внутрь своего тела но какое из них был его какое из них какое из них какое из них
ледяной холод кусал его за пятки
затем наступила темнота
какое тело какое тело какое какое какое
помогите
спасите
С глубоким вздохом Тони рухнул на колени. Все его тело дрожало от затянувшегося холода, не обращая внимание на беспокойство, исходящее из его сердца. Его руки держали позицию лишь силой сухожилий и костяшек слишком крепко сжатых пальцев, когда он обнимал себя, трясясь от безумного холода. Секунду спустя его внутренности восстали против абсолютной неправильности того, что он чувствовал.
Тони, ощущая кислый привкус во рту, сумел поднять взгляд. У него вырвался всхлип. Даже паническая любовь Стивена не была достаточно большим спасательным плотом для того шторма, в который он только что попал.
К его удивлению, Вонг был не в лучшем состоянии. По крайней мере, его не вырвало, но кулаки тоже были сжаты, и он задыхался. С каждым вздохом он издавал низкий, болезненный звук. В итоге звук исчез, пальцы Вонга разжались, и он посмотрел на Тони. Его глаза были полны слез и налиты кровью.
— Именно это и происходит, — сказал Вонг, — когда души пересекаются. Одно лишь прикосновение к нити начало вырывать их у нас обоих.
Вот через что прошел Стивен, понял Тони. Но для него это не прекратилось. Это знание ранило сильнее всего на свете.
— Так как же, — выдавил Вонг, все еще тяжело дыша, — ты это сделал?
Крутящиеся на повторе кадры с корабля наконец обрели смысл. Тони тупо уставился на то, как он протягивает руку к Стивену и она проходит через несколько якорных цепей.
— Даже не знаю. — Его рука рефлекторно легла на сердце. Страх водопадом струился в груди. — Я в порядке, все хорошо, — сказал он вникуда. Присутствие Вонга не имело значения; он должен был сказать об этом Стивену, чтобы успокоить его. — Я в норме, увидимся вечером. Все в порядке.
С абсолютно пустым выражением лица Вонг поставил видео на паузу.
— Эм. — Тони откашлялся. — Чистящие дроны, активация в лаборатории номер четыре. — Когда блевотина возле его пятки была начисто вытерта, Тони опустил взгляд и попытался придумать, что можно было сказать. — Я действительно не помню, что потом произошло. Меня охватывала паника. Но я знаю, что не чувствовал ничего похожего на... на то, что чувствовал сейчас.
— Но такое всегда бывает, когда сталкиваются две обнаженные души, — настаивал Вонг, — и цепь Корня Багора обнажает обоих людей, если к ней прикоснуться. Происходит полная атака на обе личности. Души чувствуют разрушение, выходящее далеко за рамки простой смерти, и отдаляются, чтобы защитить себя.
Тони многозначительно посмотрел на Вонга.
— И вы, ребята, используете эту магию нарочно?
— Как видишь, есть причина, по которой немногие из нас знают это заклинание. — Взгляд Вонга стал еще серьезнее. — Подумай, Старк. Это может иметь значение для полного сращения Камня и, соответственно, возвращения половины Вселенной. Есть ли какая-то причина, почему ваши души не отвергли друг друга?
— М-м. — Тони кашлянул. Он не думал, что тогда они были влюблены друг в друга. Были ли?
В наступившей тишине Вонг сделал шаг вперед.
— Твоя душа временно вошла в тело другого человека, но ты никак не отреагировал. Может, реакцию сгладил тот факт, что Танос тогда использовал Камни Бесконечности рядом с вами? Или—
— Тело другого человека, — безучастно перебил его Тони. — Может дело... может дело в этом? — Его рука снова скользнула к сердцу, но на этот раз он не думал о духовной цепи. Вместо этого он вспомнил ощущение руки Стивена на своем животе, полную капитуляцию во время духовного сканирования, которая последовала за этим, и, в конечном счете, предраковые клетки, вышедшие из его груди.
Стивен сказал, что для простого сканирования на наличие вирусов ему нужно понять тело Тони так же хорошо, как свое собственное. Даже такое, казалось бы, простое достижение, по-видимому, было большим подвигом. Потому что то, что случилось потом, когда Стивен вырвал все до последней вредной клетки, было, очевидно...
— Неслыханно, — пробормотал Тони.
— Ты знаешь, что случилось? — требовательно спросил Вонг.
— Думаю, что да, — медленно произнес Тони. Проводя кончиками пальцев по периметру нанокорпуса, он рассказал историю о том сеансе исцеления и о том, как Стивен в конце концов понял тело Тони настолько, что смог извлечь отдельные клетки, пребывающие в нездоровом состоянии. — Он был шокирован тем, что я впустил его так далеко, — сказал Тони в конце. — И... ты тоже выглядишь потрясенным.
— Я никогда не слышал, чтобы такое случалось.
— Да, он был удивлен, что мы справились.
— Стивен знает только часть нашей истории, — нетерпеливо сказал Вонг. — Он мастер мистических искусств, но за пределами самих искусств существует обширная мистическая сторона. Он выучил всего несколько основных языков. Дакийский, авестийский, хаттский, хотанский... есть бесчисленное множество других мертвых языков, которые существуют на свитках в наших библиотеках. — Помолчав для большей убедительности, Вонг добавил: — Я читал эти свитки. И никогда не слышал, чтобы такое происходило.
Ошеломленный услышанным, Тони молчал, а Вонг начал расхаживать по лаборатории.
— Ваше положение было уникальным, — признал Вонг, говоря вслух, в основном, сам с собой. — Масштабы этой проблемы еще никогда никому не встречались. Это могло послужить для тебя катализатором. Но все же, даже в такой экстренной ситуации, две разные души никогда не смогут...
— Но у нас получилось, — заметил Тони. Как бы то ни было, их души не относились друг к другу как к чужим сущностям.
— Должно быть, поэтому его душа привязалась к твоей, — задумчиво произнес Вонг, глядя на застывший кадр на экране. На нем несколько полос света пронзали грудь Тони. — Когда его душа оказалась вырванной, она стала искать безопасную гавань.
— Безопасную гавань, — повторил Тони хриплым, тяжелым голосом. Это был один из самых нежных эпитетов, которыми его называли. Ответственность за спасение Стивена из смертельной бездны, которую он решил взять на себя раньше, внезапно стала более важной и наполненной смыслом, чем когда-либо. С мягким, любящим смехом он прижал ладонь к сердцу и посмотрел вниз. Хотя в часы бодрствования она не существовала, он почти видел сияющую золотую цепь души Стивена.
— Старк, — сказал Вонг и подождал, пока тот поднимет глаза. Не прерывая зрительного контакта, он снова полез в свои записи и достал уже знакомый Тони листок. — Филия?
Филия: дружеская, компаньонская любовь между равными.
Похоже, Тони был не очень хорошим актером.
— Да... одна из типов, — сказал он после долгой паузы.
— Что ж. — Вонг изучающе смотрел на него так долго, что Тони чуть не дрогнул под этим натиском. — Если мы хотим, чтобы эта энергия Души вновь потекла, вы двое должны быть в полном согласии. Я рекомендую повторить процесс, который он использовал, чтобы исцелить тебя.
О, хорошо, они больше не будут говорить о том, что только что выяснил Вонг.
— Ладно. Скажу ему об этом сегодня вечером.
— Сегодня вечером.
Лицо Тони вспыхнуло.
— Я просто расскажу ему новости. Больше ничего.
На лице Вонга отобразился испытываемый им дискомфорт.
— Не хочу знать подробностей такого рода. Я просто хотел сказать, что вам лучше будет попытаться днем. Попробуйте провести процедуру, когда все будут бодрствовать и кто-нибудь сможет скорректировать подачу потока, чтобы сформировать настоящий Камень.
— Да. — Тони коротко кивнул. — Да. В этом есть смысл.
Вонг, должно быть, самый непоколебимый человек на свете. После его очень короткой вспышки удивления, он уже восстановил свое типичное контролируемое поведение.
— Старк. Просьба.
Вздох, затем:
— Да?
— Всегда стучись, прежде чем войти в Святилище. Если ты планируешь в будущем приходить чаще, я хочу знать о твоих появлениях.
Ладно, теперь и Наташа, и Вонг имели полное представление о картине. Тони Старк действительно был дерьмовым актером.
— И что именно, по-твоему, я буду делать, когда приду? — с натянутой улыбкой спросил Тони.
Вонг не клюнул на приманку. Выражение его лица не изменилось, он даже не моргнул.
— Кое-что до сих пор оспариваемое в нескольких философских учениях. Мне нужно вернуться к работе.
— О Боже, — простонал Тони, когда Вонг исчез за порталом, и опустился на ближайший стул. Что ж, по крайней мере, они были близки к разгадке. Если Вонг был прав, то повторение процесса духовного сближения, который они уже проводили, может быть тем, что им нужно, чтобы полностью смоделировать Камень Души.
Но сначала им нужно соорудить для него контейнер. Тони справится с этим сам, но он едва притронулся к исследованию Камня Разума. Он вычислил необходимое для моделирования мозга, но не участвовал ни в фактическом создании, ни в использовании их частично завершенного «Камня Разума».
Проще всего было бы поговорить обо всем этом с Шури. Она не знала ни одной из вовлеченных сторон и, вполне возможно, была самым умным инженером на планете. (После меня, мысленно поправил себя Тони.) Но на расстоянии у него не получалось работать достаточно оптимально, и поэтому им пришлось бы экспериментировать бок о бок. Однако, он нуждался в своей собственной лаборатории ради комфорта, независимо от того, насколько хорошее оборудование в Ваканде, и он был уверен, что она также хотела бы работать на своей собственной территории.
Кристина. Ни в коем случае. Она не инженер, а также далеко не самая удачная кандидатура для работы с идеей под названием «Тони Старк влюблен в Стивена Стренджа, и наоборот».
Таким образом, оставался только один человек с большим опытом исследования Камня Разума: Брюс. Человек из клуба «Тони и Пеппер навсегда», общения с которым он надеялся избегать до тех пор, пока все не выяснится и пока у Тони не появится план, что делать с его личной жизнью после того, как все закончится.
— Что ж. Ну вот и все. — Тони вздохнул, взъерошил волосы и встал. Он жил в своем собственном, одержимом Стивеном пузыре с тех пор, как вернулся. Брюс выражал беспокойство о нем, когда они виделись, но в итоге постоянно отвлекался на что-то другое. Когда они находились в одной комнате, приоритет отдавался работе. Не чувствам. Не им.
Наверное, пришло время наконец-то наверстать упущенное.
