Бессонная ночь и две сигареты.

— Чон, что с тобой? — Я не могу пойти к себе в таком виде. Моя аптечка находится в ванной. — Хорошо. Я выбегаю из своей комнаты и иду на кухню за бинтами, мазями, пластырем и перекисью, чтобы обработать ему раны и ссадины. — Тэхен, у тебя что, появилась метка? — спрашивает отец. — У Тэхена доминант — парень? — спрашивает мама. — Пап, мам, не до этого. Можно я пройду к себе? Тэхен отталкивает родителей в сторону и бежит закрывая дверь на замок. — У тебя метка? — Д-да, но сейчас не до этого. Ты не в лучшем виде. Я должен тебе помочь. Он усаживает его на кровать и просит снять футболку. Никакого замешательства перед ним и смущения от его тела, в голове только одно: надо помочь Чонгуку.  У него, оказывается, много синяков по всему торсу. Тэхен гепариновой мазью смазал гематомы и перекисью протер ссадины: на щеках, шее, костяшках пальцев, по всему торсу и спине. — Если снимешь штаны, я тоже увижу такие ссадины или там только синяки? — Только синяки. — Тогда я дам тебе мазь с собой и сам помажешь.  — Хорошо. Тэхен обматывает его бинтами и помогает одеться. — Можешь идти. Извини, но только через окно. — Ладно, — пожимает Чонгук плечами и забирается на подоконник. — А спасибо где? — Да, спасибо. — Иди к черту, Чон, — говорит Тэхен, когда Чонгук уже выпрыгивает из его окна. В эту ночь у меня был один вопрос. Нет, не «почему он пришёл в таком состоянии». Почему он не пошёл к своей девушке?

***

— Это совсем не имеет значение. — А что имеет? — Я вообще-то, доминант, слушайся меня. — То, что ты такой, сказала твоя природа, но ведешь ты себя по-другому. — А как я должен себя вести? То что ты меня не слышишь — твоя природа. Ты, скорее всего сама доминант. Поэтому, тебе стоит все же прикрыть свой рот. Надоело выслушивать твои заскоки. Я миллион раз объяснял почему не стоит лезть в это дело, но ты, сука, все равно лезешь! — Хочешь расстаться? Давай! Ты все равно найдешь для себя другую. У тебя уже метка на груди. На следующий вечер, Тэхен не очень хорошо понял о чем они говорили. Эти обрывки диалога вырваны из контекста. Но Тэхен понял, что теперь и Чонгук ждёт своего истинного. Чонгук доминант. Тэхен в этом даже не сомневался. Весь оставшийся вечер прошёл без ругани за окном. Скорее он слышал крики, что значило — они помирились и теперь СНОВА спят вместе. Тэхен закрывает окно. Закрывает глаза. Ему, вообще-то, не приятно. Ебитесь потише, пожалуйста. Он пытается сконцентрироваться на параграфе, но ничего кроме тех недо-стонов в голове не слышит. Это противно и омерзительно. Надо бы сказать наконец его соседу, чтобы он, хотя бы, окно закрывал! Ах, точно. Он больше с ним не общается. Точнее тот с Тэхеном. Точно. Как он мог забыть… Чонгук перестал ходить со мной в школу. Я начал упорно готовится. Уже через пару месяцев начинаются первые экзамены. Мне стоит перестать думать о Чонгуке (пожалуй, уже давно), ведь через 98 дней я увижу своего соулмейта. Я бы хотел, чтобы у него под грудью было моё имя. Кто знает, как он меня примет. Пускай моё имя будет с ним всегда. — Тэхен, почему ты перестал общаться с Чонгуком?  Папа спрашивает за столом. За ужином, где присутствует сам Чонгук. — Не знаю. Так получается. Мы готовимся к выпускным экзаменам. Тебе не стоит переживать. Все в порядке. Сколько раз я это произнёс? Все не в порядке, разве это не заметно? Разве не понятно? Я не в порядке, господин Ким!  — Да, господин Ким. Все прекрасно. Просто готовимся к экзаменам. Я занимаюсь в спортзале. Мы общаемся в школе. лжец. В школе мы обходим друг друга и сидим в разных углах класса. Он на первом ряду и последней парте, я же на третьем и первой парте. Диагональ. Самое длинное расстояние, которое можно было сделать во время учебного процесса. Больше мы с ним и не видимся, даже на переменах. Маленький ребёнок Чон Чонгук. — Как твоя девушка поживает?  — Все хорошо, — улыбается Чон. Ну, да, у них все замечательно. Это я могу гарантировать. — У тебя появился браслет! Ты доминант. У нас у Тэхена тоже браслет на левой руке. — Так Тэхен саб? Как интересно все складывается, — усмехнулся Чонгук. Он сделал для себя какие-то выводы. — Кто знает с кем он будет в паре. Мы не расстроимся, если он будет с парнем. Эта природа сама решает за нас. Жаль, если не смогу посидеть с его детками, — с печалью сказала моя мама. — Мам, прекрати. Я школу не окончил, а ты про детей. Через три месяца я узнаю кто это. — Мне так интересно посмотреть на твоего соулмейта. Каким он будет, из какой семьи. Тэхен, мы примем любого и любую, потому что он твой. Тэхен выходит из-за стола и уходит. Его мама удивляется. Он совсем неожиданно уходит из дома. Это очень не прилично с его стороны. Мама Тэхена извиняется за его поведение. Чон благодарит за ужин и выходит вслед за ним. — И зачем ушёл? Маме пришлось за тебя извиняться. — Тебе не плевать? Иди домой, — мой голос дрожит. Что за день? — Да, ты прав. А куда собрался? К своему Чимину? Тэхен поворачивается к нему лицом. На щеках слёзы, он надеется, что их будет не заметно. — Да. Да! К нему, тебе то вообще какое дело? Иди к своей подружке и прошу, ебитесь потише, а то мне все слышно! Я не смотрю на него и иду по безлюдному тротуару. Что он вообще о себе возомнил, чёртов доминант. Он думает, что все дозволено только потому, что природа решила его сущность? Да иди ты к черту. Пока ты не полноценный доминант, я не буду тебя слушать. Целую ночь я гулял до самого утра. В четыре утра я уже встречал рассвет. На улице было прохладно. Кафе «Драконы» работало всю ночь. Ближе к часу ночи я дошёл до него пешком. В помещении было пару человек, и ко мне сразу подошла официантка. — Почему ты так поздно гуляешь, Тэхен? — Соши, принеси, пожалуйста, бургер на твой вкус и латте. — Так ты скажешь, что случилось? — Просто решил прогуляться, не видела Чимина? Он не заходил? — Был здесь час назад, заказал кофе с собой. А что? — Встретиться с ним хочу. — Он на работе, сегодня ты с ним точно не встретишься. — Какая работа? — Не знаю, разве он скажет? — Тэхен кивнул и Соши ушла. Тэхен не знает, зачем ему понадобился Чимин. Наверное, он просто хотел поговорить с ним. Поговорить о Чонгуке. Рассказать ему, как тяжело и больно держать это в себе. Виноват ли он перед ним, или же Чонгук ему это внушил? Чимин доминант, что он скажет то Тэхен и сделает. По природе так. На улице ещё темно. Я тяжело дышу. Ни в одном глазу сна. В голове много Чонгука — надоедает. Он уже везде. Тэхен достал Чимина со своим Чонгуком. Ну хватит, ну прекрати же думать о нем. Он теперь даже не друг тебе. Пускай думает что хочет, теперь он для тебя только сосед и одноклассник. Ни больше… И когда же так получилось, что он теперь ему даже не друг? А, точно, когда тот увидел его с… Хватит! Ну хватит уже думать об этом. Чего он привязался к нему. Хватит! — Твой заказ, Тэ… — Что это? — За мой счёт, — улыбается Соши. Форма у официантов что надо. Отличные фартучки на голубой юбке и розовые кроп топы. На столе его заказ: бургер и латте. Как бонус его любимые пончики с глазурью. Он улыбнулся себе под нос. Это его приятно удивило. Когда Тэхен начал собираться, было уже за два ночи. В магазине пару человек, он решает уходить по скорее. Ближе к этому времени назначались разборки. Он не собирался в них влезать, потому что драться совсем не умел, хотя мускулатуру имел, не как у Чонгука или Чимина, но имел. На улице ещё темно. На небе звезды. Я иду не спеша засунув руки в карманы свободных брюк. Оглядываюсь, на улице никого не видно. Захожу в спальный район, чтобы сократить путь. Вокруг тишина. Я крепче сжимаю в руках зажигалку. Бессонная ночь. Смотрю на циферблат своих часов. Стрелка часов доходит до половины трех. В это время на улице уже спокойно. Никто никого не тронет. Ещё полчаса и я буду дома. Есть желание покурить. Останавливаюсь. В пачке зелёного винстона две сигареты. Я думаю, пока не пришло время. Вдали вижу каких-то парней с девчонкой. Кажется, я знаю кто там стоит. — Давон, пошли. — Не могу, давай завтра, — смеётся она. — Завтра уже настало. Давай, ты просто попробуешь. — Ну, хорошо. Какой-то парень берет её за талию и проводит в дом, я делаю незаметный снимок и присылаю Чонгуку. [Твоя Давон — лицемерная шалава] Ответа нет. Кто знает, может спит, а может где-то со своими друзьями. Не обращаю на это внимание. Вот. Вот она, его девушка, лицемерная. Она гуляет с другими и пробует дурь, пока Чонгук занят своими делами. Хотя, вдруг это нормально? Черт, я не буду удивлён, если это так. [Где ты находишься?] кроля 🐰🖤 [Улица… Это в спальном районе, рядом с нашим. Она уже ушла с ним. Вроде 35 дом.] [Стой там] кроля🐰🖤 [Зачем? Я иду домой, улицу сказал, дом тоже. Так что, разбирайся с ней сам.] Пришло ещё три сообщения. Я не читал. Рукой почувствовал вибрацию. Не интересно. Сам разберётся с ней. Буду ещё замешан сюда как свидетель. Да, больно надо! Интересно, что думает обо мне мама? Как отреагирует папа? Никто из них мне даже не позвонил. Они даже не переживают за меня? Я ушёл на ночь Бог знает куда, а они даже не написали мне. М-да… Я ускорил шаг. Вообще-то, похолодало. Я замёрз, и хотелось в тёплую кровать. На мне только брюки и рубашка. Ноги устали ходить за целый день. Хотелось просто упасть в кровать и не вставать. Ноги бы ныли от боли. Ходьба полезна для здоровья, мышцы бы подкрепил. — Тэхен, стой! Он совсем ненормальный? Я не собираюсь останавливаться. Что он вообще хочет от меня? — Тэхен, ты глухой? Я сказал: остановись. И я остановился. Я не понял почему, но я просто встал по приказу. Чёртов доминант. Ненавижу.

***

— Спасибо за кофе. Чимин выходит из кафе и направляется к своей машине. — Что ты от меня хочешь? — Я договориться хочу. Мой братец давно хочет сюда переехать. Хочу устроить ему тут хороший приём с посвящением. — Я его не знаю, достоин ли он этой куртки? — Ну так познакомься с ним. Пускай испытания пройдёт. — Я ничего не могу гарантировать. — Это его номерок, позвонишь ему, как решишь встретиться. Я уверен, он хорошо тебя примет.

***

— Чего ты… — Молчать. Молчу. Я даже слова сказать не могу. — Куда ты собирался идти? — он идёт со спины ко мне. Я чувствую, как он приближается. — Домой. — Что я сказал тебе сделать? — Ждать. — Ну, а ты что сделал? — Пошёл домой. — Непослушная у Чимина шавка. — Я не… — Молчать! Говорить будешь, когда спрошу. Как же я ненавижу эту его черту. Он не мой доминант, чтобы указывать мне что делать. Это совсем не правильно с его стороны так… — Тэхен, я же не просто так сказал тебе ждать меня. — Я не хочу ввязываться… — Сука, ты можешь помолчать? — он сильно замахивается на меня и я падаю от удара. Что ты делаешь? — Чонгук, да… — Молчи, блядь, когда я говорю. Я не просто так просил меня ждать. Я хотел бы поподробнее узнать с кем она стояла, как он выглядел, что они делали, о чем говорили. — Я не скажу. Я не собираюсь в ваши отношения лезть. — Подумай получше. — Я сказал уже, что не… — снова удар. Лежачего не бьют здесь не работает. Он для удобства садится на меня, даже силы не рассчитывает и бьёт как можно сильнее. — Ещё раз. — Чон, нет, — снова от него получаю. Лицо все болит. — Ты долго будешь ошибаться? — Они пошли дурь пробовать. Я не видел его, он стоял спиной. На нем была тёмная одежда. Я уже сказал куда они зашли, в какой дом. Я все сказал! — сквозь слезы говорю я. — Вставай. ella fitzgerald louis armstrong — dream a little dream of me Я долго пытаюсь придти в себя и подняться. Чон даже руки не подаёт. Я сам. Смотрит на меня уже не таким бешенным взглядом. Он спокоен. Волосы его растрепаны, куртка уже в руках. На нем классная чёрная футболка с рукавами по локти. И джинсы с завышенной талией. — Подойди ко мне. Я подхожу. Он встаёт ко мне вплотную и смотрит прямо в глаза. Я напуган и не знаю что он может мне сделать. Я уже ни в чем не уверен. Чонгук смотрит на разбитую им губу, на ссадины на скулах, разбитую бровь. На моё помятое лицо. А потом улыбается. Я не могу понять почему, что во мне такого смешного сейчас? Ему понравилось, как он разукрасил мне лицо? Я нахмурился. Что с ним сегодня происходит? Слишком много вопросов. Чон вытаскивает руку из переднего кармана джинс и запускает в мой карман с сигаретами. Достаёт оттуда пачку и смотрит сколько осталось. Откуда он вообще знает про них? — Тебе так нравятся зелёные? Я не отвечаю ему, а Чон и не требует ответа. Достаёт оттуда одну себе, последнюю засовывает мне между губ. Из своей куртки достаёт зажигалку и поджигает сигареты одновременно. Огонёк между нами поджигает наши сигареты. Чон смотрит на руку, что все держит зажигалку, а я на него не понимая происходящего. Чуть позже убирает ее, смотрит, затягиваясь, и выдыхает на меня. У меня слов нет. Я выдыхаю в сторону. Кажется, я ещё сильнее влюбился в такого Чонгука. Чонгук вытаскивает плеер из кармана джинс и засовывает наушники мне в уши. Что-то говорит, я пытаюсь прислушаться, но музыка мешает. Он провожает до дома. Накидывает на меня свою куртку с драконом. Мы идём в тишине (я слушаю на повторе Армсторнга) и курим. Домой прихожу ближе к четырём утра. Бессонная ночь и две сигареты. 96 дней. Stars shining up above you (Звёзды светят сверху на тебя,) Night breezes seem to whisper «I love you» (Ночной ветерок, кажется, шепчет: «Я люблю тебя!») Birds singin' in the sycamore trees (Птицы сонно поют на деревьях,) Dream a little dream of me (Надеюсь, в твоих снах найдётся место для меня.) Say nighty-night and kiss me (Скажи: «Спокойной ночи!» и поцелуй меня,) Just hold me tight and tell me you'll miss me (Просто обними меня покрепче и скажи, что будешь скучать по мне.) While I'm alone and blue as can be (Пока я буду грустить в одиночестве,) Dream a little dream of me Sweet dreams till sunbeams find you (Сладкие сны будут с тобой до первых солнечных лучей,) Sweet dreams that leave all worries behind you (Сладкие сны прогонят все твои заботы,) But in your dreams whatever they be (И, что бы ни пришло к тебе в снах,) Dream a little dream of me (Надеюсь, в твоих снах найдётся место для меня.) Yes, dream a little dream of me (Да, пусть в твоих снах найдётся место для меня.)