Whatever Makes You Hate Me

      В течение нескольких следующих дней По и Хакс привыкали к обществу друг друга, пещера на побережье озера стала им отличным убежищем и почти домом. Несмотря на непривычную обстановку, им было достаточно комфортно вместе и во многом установилась взаимопонимание. По, во-первых доверил Хаксу то, с чем плохо справлялся самостоятельно - сбор древесины для костра, потому что мог надолго пропасть, заблудившись. Они разделили и другие повседневные обязанности, находя компромисс и уже без лишних разговоров делали всё необходимое, чтобы выживать в ожидании спасения. Запасов было пока достаточно, но и они когда-то должны были закончиться, оба это понимали.       Это утро не было похоже на другие. По собрал в небольшую сумку несколько батончиков и фляжек воды, наверное, слишком громко. Хакс проснулся, удивлясь, что пилот поднялся раньше и уже готов к новому дню. Генерал обычно всегда просыпался первым, успевал разжечь костёр и подогреть пищу для обоих, в то время, когда По еще долго валялся в постели, пробормотав "Доброе утро, Арми" и снова засыпая.       - Куда ты собираешься? - спросил Хакс, садясь на их импровизированной постели. Он понял, что их небольшая пещера освещена больше чем всегда. Судя по солнечному свету пробивающийся через вход и положению теней, был уже почти полдень и он протер сонные глаза.       - Подумал, что могу пройтись и разведать всё вокруг. Может, получится найти что-нибудь из еды или ещё что-нибудь.       - А я, значит, не приглашен?       - Полагаю, тебе лучше остаться здесь и следить за лагерем, - ответил По, поправляя сумку на своем плече.       Хакс молча кивнул, не совсем понимая, почему пилот неожиданно решил отправиться в дикую местность в одиночку. Идея свежей еды была, конечно, привлекательной, а от него помощи в охоте или рыбалке ждать было бы глупо, если бы они пошли вместе. Он привык отдавать приказы чтобы отнимать жизни, а не пачкать в крови собственные руки. Но расставаться с пилотом было грустно.       - Я ненадолго, - добавил По, подходя ближе к Хаксу и опускаясь на колено, чтобы успокаивающе поцеловать. На подбородке По быстро отросла мягкая борода - темная с несколькими седыми волосками, сверкающими серебром на солнце.       Хакс смотрел, как По запрыгивает на уступ у входа в пещеру и шагает по гравию пляжа. Он уже ушёл так далеко, что его не было видно, но слышно было ещё долго. Прилагающийся к пилоту шум уже не раздражал генерала, напротив, уже казался милым, еще одной забавной особенностью По, которая составляла генерала улыбаться и удивляться давно забытому ощущению трепета в груди.       Оставшись в тишине, генерал вздохнул и провел рукой по подбородку, чувствуя, как его собственная борода проходит через пальцы. Конечно же, она не росла так быстро, как у пилота. Она была такого же медного цвета как волосы и совсем ему не нравилась, но вдали от положений по внешнему виду и средств для бриться выбора не было. Он потянулся к рубашке и начал быстро застегивать пуговицы, перебирая пальцами. Генерал намеревался дождаться По, чтобы вместе поесть, потому что не был уверен, оставил ли пилот открытым и ящики с едой.       Любопытство всегда было отличительной чертой Хакса и, через какое-то время мучительного бездействия, подошел к металлическим ящикам, стоящим у стены. Летный костюм По всё ещё был накинут на них сверху. Хакс взял костюм в руки, прижал к себе и провел пальцами по воротнику. Костюм отдавал слабыми нотками топлива и выхлопа кресторылов, которые, казалось, навсегда въелись в ткань, несмотря на грязь и пыль этой планеты. Внутри воротника на общегалактическом вышита фамилия "Дэмерон", стежки от времени немного истрепались по краям. Генерал раньше никогда не держал форму Сопротивления, это было странно, она была легче и мягче, чем любая униформа Ордена. Костюм был потрёпанным, но удивительно прочным. С интересом изучая его, он заметил небольшую брезентовую нашивку на внутренней стороне. Ткань здесь была покрыта каким-то барьером от огня и воды, на ней можно было снова прочитать мелким шрифтом фамилию По, какие-то цифры, группу крови и место рождения. Это как военный металлический жетон пилотов Первого ордена, понял Хакс. Как напоминание о том, что каждый раз, уходя на дело, По мог не вернуться обратно. Униформа была у них единственным финальным идентификатором погибших.       Хакс отложил в сторону летный костюм и вернулся к металлическим ящикам. По всё-таки оставил их незапертыми и Хакс нашел на самом дне среди батончиков маленький целлофановый пакет с разноцветными конфетами. Прихватив их с собой, выбрался из пещеры, садясь на нагретые солнцем камни у входа.       Генерал открыл пакетик и взял одну из конфет. Он никогда не видел такие прежде, Первый орден никогда не считал нужным вкладывать в наборы для выживания сладости. Судя по таким деталям, как вышитые вручную надписи на костюмах, они больше заботились о своих людях, поощряя и ценя их как индивидуумов, не просто расходный материал. Эта идея раньше не посещала генерала и он решил не задумываться лишний раз о недостатках Ордена. Он вертел в руке одну из конфет, рассматривая со странным восхищением. Овальная и блестящая, в зеленую и синюю полоску. Сначала она была такой кислой, что генерал скривился, но вскоре стала мягкой и сладкой в центре. Он не мог описать вкус, какой-то знакомый фрукт с терпким вкусом. Обычно генерал предпочитал десерты подороже - торты или темный шоколад. Но эти карамельки было непривычно вкусными и, когда первая конфета закончилась, он быстро достал еще одну. Следующая было красно-жёлтой и показалось намного вкуснее, чем предыдущая. И он смог узнать её вкус - дыня и знакомая с детства ягода, сочетание этих двух непохожих вкусов было просто невероятным. Он разрешил себе достать еще несколько, чувствую себя ребёнком, первый раз пробующим сладости и пытающимся собрать и попробовать конфеты всех существующих расцветок. Когда он был ребенком, он почти никогда не получал такого. Его отец говорил, что он не заслуживает ничего. Что он слишком бесхарактерный и бесполезный. И ещё много чего неприятного, что вспоминать не хотелось.       Когда Хакс стал взрослым, он научился самостоятельно добиваться того, чего хочет.

***

      Тускнеющий солнечный свет уже отбрасывал длинные тени на берег озера. Крупные волны пересекали поверхность озера, оставляя белую пену у берега. С одной стороны небо начало темнеть, штормовые облака быстро собирались у линии горизонта. По должен был вернуться скоро и Xакс сильно беспокоился, что его ещё нет. Холодный ветер становился все сильнее, тучи быстро наливались чернильным оттенком.       Когда грянул гром, Хакс отошел от пещеры, уже готовый к поиску По, натянув свой плащ и заправив штанины в голенища сапог. Мозг придумывал бесконечный список всего, что могло случиться с пилотом.       Атакован какими-то дикими животными.       Ранен?       Потерялся в лесу, как всегда и не может найти путь обратно!       Или он специально ушел?       Вспышка молнии осветила небо перед тем, как Хакс услышал звук ударов первых крупных капель дождя. Он недовольно простонал и поторопился к выходу, готовый спрятаться в лесу под кроной деревьев, пока дождь не стал еще сильнее. Подняв плащ, накрыл голову от дождя, но как только он вышел, ливень стал идти почти горизонтально из сильнейшего ветра. Это будет большой глупостью, решил для себя Хакс и, всё-таки, решил подождать пока буря немного утихнет, вернувшись обратно в пещеру и нетерпеливо стуча ногой.       С каких это пор я вообще так беспокоюсь об этом пилоте?       Генерал про себя ругал По за безрассудность, когда молния снова осветила небо жутковатый голубым сиянием, отражаясь от неровной поверхности озера. Ждать было невозможно, Хакс с трудом заставлял себя остаться в убежище, расхаживая из стороны в сторону.       Это - единственное разумное решение в такую бурю.       - Криффов ад! - сразу выругался По, забегая в пещеру. Голова его была накрыта курткой, но вся одежда все равно насквозь промокла. Он встряхнул куртку, разбрызгивая воду вокруг.       - Где ты был?! - в нетерпении воскликнул Хакс, подходя ближе и чувствую страннуб смесь раздражения и облегчения. Он был рад что По наконец-то вернулся невредимым, но взбешён тем, что его так долго не было и он настолько беспечный, что попал в шторм.       По откинул мокрые ботинки в сторону.       - Я возвращался обратно к кораблю. Он так жутко выглядит сейчас, ты бы видел! - объяснил По, - Ну, и я походил вокруг, надеясь найти что-нибудь интересное, так как тогда времени совсем не было... Так себе, идея, понял уже...       - Это была тупая идея! - резко сказал Хакс, уже не способный контролировать свое раздражение, - Ты должен был сказать мне ! И уделить хотя бы немного внимания изменениям в погоде! Ты не должен был очутиться в такой идиотской ситуации!       - Бывало и похуже, - небрежно ответил По, стягивая свою рубашку через голову и отжимая я мокрую ткань перед тем как положить её на камни, рядом с курткой.       Хакс стоял напротив, неспособный продолжать ругаться, слова застряли в горле. Что-то в тоне По или его глупые чувства, которые он сам для себя называл жалостью, не позволяли больше злиться.       - Я просто... - Хакс сделал паузу, чтобы попробовать правильно сказать то, что чувствует, ведь никогда не испытывал таких эмоций другому человеку, - Я волновался о тебе.       Бровь По взлетела вверх в удивлении.       Непоколебимый генерал Первого ордена Армитаж Хакс волновался обо мне? - медленно проговаривая каждое слово, спросил По.       - Я... - Хакс запнулся, желая, чтобы его слабость вообще никогда не была обнаружена, - Я просто заинтересован в том, чтобы с тобой всё было в порядке. Это всё.       - И, чтобы скрасить одиночество, перекусил конфетками, - с широкой улыбкой спросил По, замечая полупустой пакет, - Я и не знал что ты такой сладкоежка.       По поднял конфеты и порылся, отыскивая красно-желтые - его любимые, - Я давно таких не ел, их дают обычно только в День памяти.       Хакс слышал про этот праздник, но, естественно, никогда не праздновал. День памяти павших солдат Республики, который был организован после битвы на Явине и совпадал с их Днём Империи. Когда Хакс был ребенком, он слышал о другом галактическом празднике. Сейчас Сопротивление праздновало с огромными парадами техники в честь поражения Империи. Плакаты с пафосными заявлениями о величии Альянса, чествующими так называемых героев войны, которые поставили имперцев на колени... Когда он был ребенком, слышал как его отец с товарищами говорили об этом с отвращением.       - Так у вас всё-таки есть эти празднования? - спросил Хакс, желая знать, что это событие значит для По.       - Конечно. Я люблю этот день. Все, кого я близко знал, были частью Сопротивления, так или иначе. По крайней мере, раньше, - подмигнув, ответил По перед тем, как взять еще одну конфету, - Мне всегда было интересно посмотреть на космические корабли, на разные виды истребителей, выполняющих трюки и просто летающих над нами. Я был очарован этим.       Хакс представил По ребенком - такого же косматого, большими сияющими глазами наблюдающего затем, как корабли летают над головой. Пилот, казалось, был рождён с топливом для истребителей в крови.       - А тебе нравилось? Вы же празднуете этот ваш имперский день? - спросил пилот, протягивая конфеты.       - Нет, - резко ответил Хакс перед тем, как взять конфету, - не в таком виде, по крайней мере... Для нас это, скорее, день траура.       - О! Точно, с вашей стороны же особо нечего праздновать, я не подумал...       Когда По отложил конфеты в сторону, Хакс заметил, что пилота бьет крупная дрожь. Его загорелые руки покрытые мурашками, волосы всё ещё мокрые от дождя. Гром грохотал над головами, буря продолжалась, ветер свистел в трещинах между камнями. Хакс снял свой плащ, протягивая По.       - Ты замерз.       - Ты знаешь другой способ, чтобы согреть меня, - улыбнувшись, тихо сказал По, подходя ближе.       Пилот забрал плащ и расстелил на пол, после его пальцы быстро взлетели к подбородку Хакса проводя по рыжей бороде.       - Мне так нравится, как ты сейчас выглядишь, - прошептал По, оглядывая лицо генерала.       Хакс сократил оставшееся между ними расстояние, отбрасывая все предрассудки насчет рыжей бороды - она нравилась По и это самое главное. Он даже больше не шутил насчёт цвета его волос, как было много раз до этого. Хакс прижал к себе По, зарывая пальцы в мокрые волосы, смотря, как в темных глазах разгорается страсть.       - Плохо только, что Сопротивление не оставит всё это, когда нас найдут.       -Не надо, - сказал По низким хрипловатым голосом, - не волнуйся насчёт этого сейчас.       - Но как же... - Хакс хотел продолжить и высказать все свои тревоги, но у него не было на это времени, так как По прижался губами к его губам.       - Нет, Арми. Сейчас здесь только мы, - шептал По, оставляя поцелуи на шее генерала, - Только мы.       - Только мы, - эхом отозвался Хакс.