Школа Чародейства и Потрахушек

Я лежал на кровати, свесив ноги на пол. Взгляд устремил в потолок. Я пытался думать о чем - то нейтральном. Тренировки к игре со Слизерином. Опять идти к Макгонагалл отбывать своё наказание за недавнюю проделку. Полнолуние скоро. Надеюсь блохи обойдут меня стороной… Нет-нет-нет. Опять. Перед глазами вспыхнула картинка. Марлин идёт по Большому Залу. На ней эта чёртова юбка. Прямая, обтягивающая как вторая кожа её прекрасные бедра. И эти, блять-застрелите-меня, туфли. Чёрные со стальной, блестящей шпилькой. Волосы забраны наверх и открывают ее тонкую шею. Две прядки выбившиеся из высокой прически обрамляют лицо. Мерлин, она так похожа на строгую училку. Член на мысли отреагировал сразу же и стал оттопыривать брюки. Ну нет, только не опять. Я провёл руками по лицу и стал сильно тереть глаза, надеясь, что эта восхитительная картинка пропадёт. Сотрется из моей памяти. Исчезнет. Как мне хватило сил не сорваться и не затащить её куда-нибудь, но … Мы же не Сохатый с Эванс. Я никакого права на неё не имею. Ни малейшего. Я не могу просто подойти к ней, взять за руку и уволочь Марлин с похотливых глаз спермотоксикозных школьников. Захотелось разбить будильник о чью-нибудь голову. Хоть я сегодня и успел осчастливить своим вниманием и членом двух девчушек, но мне этого не хватило. Похоже спермотоксикозным становлюсь я. Ну охуенно просто. Дверь в спальню резко открылась, явив моему взору МакКинон во всей ее красе, то есть в сегодняшнем крышесносном наряде. Я привстал на кровати, облокотившись на локти. — О, ты тут один … — Хотела кого-то другого найти? МакКинон не переступила порог комнаты и все ещё бегала глазами по всему пространству спальни, как будто не верила, что тут только я. Ага, спрятал Лунатика под кроватью, чтобы никто не узнал о нашей порочной связи. — Да, я Лили искала. Не знаешь где она? Она облокотилась плечом о косяк двери, скрестив руки на груди. Я скользнул взглядом по всем мягким изгибам её фигуры. Мерлин, за что мне это? Но я же Сириус Блэк. Я же могу взять и трахнуть. Марлин обычно не против, но после того раза в ванной старост, мы не подходили друг к другу. Я пытался сделать вид, что мне все равно, и так хватает разных девушек. Зачем ещё кто - то? Кто - то кто заставляет думать о себе слишком много? Кто - то кто проходит мимо, а мой взгляд следит за ней? А МакКинон все время вела себя, как ни в чем не бывало, как будто я её подружка. Охуеть не встать. Но вот она в паре метров от меня, а я пялюсь на нее как последний долбоеб. — Сириус! Але! Марлин щелкнула пальцами, приводя меня в сознание. Я моргнул пару раз. О чем она? Ах, да … — Откуда же мне знать, где твоя ненаглядная подруга. МакКинон изогнула бровь. — Ну ладно … Я тогда пойду. Она выпрямилась и потянулась до ручки двери, собираясь оставить меня тут одного. С моими гребанными мыслями и железной эрекцией. Я быстро вскочил с кровати и за считанные секунды пролетел по спальне. Схватился за дверь, резко дернув на себя. Марлин все ещё держалась за ручку двери, поэтому её равновесие нарушилось, и она полетела назад прямо на меня. Удача? Не думаю. Я тут же подхватил её, притягивая к себе. Она такая … горячая. Мерлин, помоги поговорить с ней хоть пару минут. — И почему же ты бегаешь от меня? Марлин уперлась ладонями мне в грудь, немного удивлённо смотря мне в глаза. — Я не бегаю. — После ванной старост ты избегаешь меня. МакКинон вскинула брови, пару секунд разглядывала меня и расхохоталась, закинув голову назад. Я вытаращился на неё. Её тело сотрясалось в моих руках. — А ты думал, я буду бегать за тобой, как все эти девицы? Была моя очередь округлять глаза в немом изумлении: — Что? Марлин передразнила меня, округлив глаза и раскрыв рот, и опять засмеялась. Мне оставалось только смотреть на её захватывающую открытую улыбку. — А ты не думал, что можешь снять свою блестящую корону Блэков и сам подойти ко мне? В голове у меня уселась обезьяна и начала бить тарелками друг о друга. Мысли смешались в кашу. — Что? — как идиот ещё раз повторил я. МакКинон уже во всю веселилась, глядя на меня. Она уперлась локтями мне в плечи и подперла голову кулачками, заглядывая мне в глаза и озорно ухмыляясь. — Ты не замечал за собой, что сам никогда не подходишь к девушкам? Всегда они предлагают себя тебе, а ты как чистокровный принц выбираешь между ними. Я начал вспоминать всех девушек с которыми трахался. В голове мелькали различные картины таких моментов и … да, я и правда всегда ждал, когда девушка сама сделает что - то и тогда звал ее. Прямо таки глаза на мир мне открыла. — Ну считай, я снял свою корону, — мои губы расплылись в улыбке, от которой текли все девушки, — и зову тебя потрахаться. Марлин закусила губу, делая вид, что раздумывает. Её голубые глаза были хитро прищурены. Я прямо видел, как она раздумывает над тем, как бы меня провести. — Знаееешь, я, наверное, откаж… Я, не дожидаясь конца предложения, положил ладонь на ее затылок и врезался губами в её губы. Это можно было сравнить с глотком прохладной воды после дня проведённого в пустыне. Её губы мягкие, влажные скользили по моим сухим и чуть шершавым. Мой язык тут же скользнул в её горячий ротик, исследуя его сладость. Было тяжело держать себя в руках и сразу же не завалить на свою кровать. Я прикусил её нижнюю губу и чуть оттянул. Спустил руку с её талии на упругую попку в плотной ткани юбки и с силой сжал такую красоту. — Моё предложение не обсуждается. Я тебя оттрахаю. Марлин вопросительно выгнула бровь и пыталась выглядеть самоуверенно, хотя ее глаза возбужденно блестели, а щеки алели. — Насильно будешь меня иметь? Я прикоснулся губами к её виску, вобрал в рот мочку уха и пососал. Уловил еле слышный стон, сорвавшийся с её губ. — Ты ведь хочешь этого, также как я. Больше болтать с ней сил не было. И я опять поцеловал её со всей страстью, клубящейся во мне. Наши языки сплетались, борясь за господство, воздуха катастрофически не хватало. Рычание срывавшееся с моих губ тонуло в ее стонах. Я немедля ни секунды вытянул блузку из юбки и тут же потянул ее вверх, снимая с прекрасного тела. Провёл губами мокрую дорожку по её шее, чуть прикусил зубами белоснежную кожу. Оторвавшись от неё, в глаза мне бросились холмики её грудей, выглядывающие из кремового кружева бюстгальтера. Я облизнул нежную кожу над кромкой лифчика, расстегнул пару крючков и кинул на пол мешающий предмет одежды. Марлин торопливо расстегнула пуговицы на моей рубашке и спустила её по плечам, поглаживая пальчиками открывающиеся участки кожи. Она потянула руки к пряжке ремня, но я быстро скинул рубашку на пол, поймал МакКинон за запястья и завёл руки за спину. Мой рот тут же оказался на ее груди, такой знакомой и такой восхитительной. Я вылизывал её затвердевшие соски, заставляя громче стонать и сильнее выгибаться мне навстречу. Она немного пошатнулась на её охуительных туфлях, и мне пришлось сильнее прижать Марлин к себе. МакКинон дрожала в моих руках, от чего член терся о неё, заставляя меня действовать резче. Я подтолкнул её к кровати, роняя на красно-золотое покрывало. Она села на постели, быстро расстегнула ремень на моих брюках и потянула язычок «молнии». Её тёплая ладошка ухватилась за мой член, сжимая. Она прижалась губами к железной эрекции сквозь ткань трусов. Мысли в голове разом вынесло, оставляя только всеобъемлющее возбуждение. О нет, дорогуша, сегодня командовать парадом буду я. Я резко опустился на колени перед ней. Провёл пальцами по твёрдой глади шпильки на её туфлях. Перешёл к лодыжкам, поглаживая большим пальцем кожу, двинулся дальше по голеням к коленям. Мои руки стали поднимать плотную ткань её юбки, оголяя бедра. Марлин чуть приподнялась, и вся юбка безжизненным куском ткани стала болтаться на её талии. Я поцеловал каждое бедро с внутренней стороны. Провёл языком мокрую дорожку по нежной коже. Упёрся носом во влажную кружевную ткань, закрывающую промежность. Наверное, ещё никогда я так не наслаждался сексом. Всегда было важно только собственное удовлетворение желание, только свои ощущения. Все было связано со своей скорейшей разрядкой. И в последнюю очередь доставление наслаждения партнерше. Сейчас же хотелось ощущать мягкость тела Марлин, легкий сладковатый запах исходящий от ее кожи, слышать протяжные девичьи стоны и неровное дыхание. Хотелось наслаждаться каждым моментом, несмотря на молящий о разрядке член. Все было слишком … настоящее. Нет обычных восторженных взглядов всех этих девиц, наигранных криков и томных вздохов. Я стал вылизывать её промежность прямо через кружевную ткань трусиков. Её руки запутались в моих волосах, периодически дергая пряди. Я резко потянул трусики вниз, спуская ткань к её лодыжкам и аккуратно освобождая длинные ноги от влажной кружевной ткани. Мне хотелось продолжить вылизывать её доводя до сумасшествия, но это было бы слишком предсказуемо. А я же сегодня сам Мистер Удивляшка! Я поднялся на кровать и навис над Марлин. Поцеловал её. Мокро. Сладко. Вкусно. Вылизывая жар ее рта своим языком. Марлин резко потянула мою голову за волосы в бок и впилась в открывшийся участок кожи шеи. Мои глазные яблоки произвольно закатились от нахлынувших ощущений. С моих губ сорвались несколько низких стонов. Это слишком. Для меня. Невозможно больше терпеть. Я вздохнул сквозь зубы и отстранился от Марлин. Схватил её ноги и закинул себе на плечи. Мой взгляд поймал её блестящую шпильку. В голове тут же промелькнула сцена того, как МакКинон зашла сегодня в Большой Зал, и я понял, что оттрахаю её сейчас, что есть силы. Брюки с трусами тут же оказались на полу. Я склонился над Марлин. Посмотрел в её глаза. Голубые. Такие чистые. Зрачки огромные. Затягивают в свой омут. Я провёл членом по её промежности и резко вошёл во внутрь. Так горячо, влажно. Сводит с ума. Марлин выгнулась, зажмурила глаза. Её ладони смяли покрывало. Я не знал, почему я никогда не смотрел на девушек. Не следил за каждым движением. Не видел эту красоту. Может только на неё хочется смотреть? Мои движения были резкие, сильные. Я вбивался в неё до упора. Мои глаза следили за ней. Как ее литые груди подёргивались в такт толчкам. Как она покусывала нижнюю губу. Как её руки то мяли покрывало, то сжимали мои предплечья. Я опустил ноги Марлин на одну сторону, переворачивая её тело на бок и не выходя из неё. Схватил её одной рукой за упругую попку, другой за бедро и стал вдалбливаться в неё ещё сильнее. Казалось бы я уже столько раз трахался. Во всех позах известных КамаСутре. Столько размеренных однотипных движений. Но в этот раз все было по-новому. Было наполнено смыслом. Каждый толчок что-то значил понятное только нам, и это возбуждало еще сильнее. Я понял, что ещё немного и меня вынесет за границы реальности. Спустил руку с её бедра, очертил пальцами клитор. Марлин громче застонала. Её алые губы красиво приоткрылись. Она стала поддаваться мне навстречу. Я почувствовал, как она стала сжиматься вокруг моего члена. Доводя меня до исступления. Заставляя сильнее и беспорядочнее входить в неё. Резче стимулировать ее клитор. В один момент терпеть стало невыносимо. Ее влагалище стало сокращаться, вынося меня из сознания. Горячие волны стали бегать по моему телу от кончиков пальцев до корней волос. Все внутренности подрагивали от наслаждения. Перед глазами запрыгали разноцветные точки. Я вышел из неё и повалился на кровать, падая на живот. Моё лицо оказалось на уровне её темных волос. Чёрные пряди выбились из высокой причёски. Я поймал одну и накрутил на палец, ощущая мягкость её волос. Марлин медленно повернулась ко мне лицом. Убрала с моего лица волосы и откинула их назад. Взлохматила мокрые пряди на затылке. Положила руку на моё плечо. Пальчиком начала скользить по влажной от пота коже. Поддавшись порыву, я закинул руку на талию Марлин и притянул к себе. Провёл губами по ее щеке и оставил влажный поцелуй. В голове возникла слишком заманчивая мысль, чтобы её не озвучить. — Давай будем трахаться только друг с другом. Мой голос был хриплым. Тихим. Я внимательно разглядывал её лицо, смотря на реакцию. Она опустила глаза, и я не смог увидеть в ее глазах ответ на мое предложение. Впервые в жизни мне было так важно услышать чей-то голос. Едва успокоившееся сердце опять забилось с удвоенной скоростью. В конце концов она посмотрела мне в глаза. Так спокойно. Проникновенно. — Ты предлагаешь быть парой? — В каком-то смысле, да. Марлин улыбнулась, чуть приподняв уголок рта. Запустила ладонь мне в волосы, пропуская пряди через пальцы. Приятно. Даже слишком. — Без держаний за руку. Я не понял вопрос это или утверждение. Решил ответить просто: — И без всех этих приторных поцелуев в Большом Зале. Марлин немного помолчала, теребя мои волосы, накручивая их на пальцы. — Ты сможешь не трахать всех баб, которые предлагают себя тебе? — А в этом разве будет смысл, если я буду трахать тебя? Марлин опять пристально посмотрела мне в глаза. — Ну кто же тебя знает. — Если что запустишь мне в задницу Круциатусом. Она рассмеялась. Так искренне. Натурально. — Я запомнила твои пожелания. Я подмял ее под себя и навис сверху. Посмотрел в ее чистые голубые глаза. Со всей серьезности. — Даю тебе слово Мародера, что не посмотрю на других. Марлин моргнула пару раз, глядя на меня. Притянула к себе за шею и поцеловала. Так легко. Без каких-либо скрывающихся за этим слов. Просто согласилась. Сердце радостно сжалось. Но моментом никто не дал насладиться. Дверь в комнату резко распахнулась. Мы с Марлин оторвались друг от друга и уставились на входящих. На пороге застыли Сохатый, Лунатик и Эванс. Сзади маячил Хвост. — О, Лили, а я тебя искала! — произнесла Марлин, не пытаясь меня оттолкнуть. — У Сириуса под одеждой? — Эванс игриво изогнула бровь. — Ну мало ли ты решила променять Джеймса на экспонат по-лучше. — ответила МакКинон. Я уставился на неё и захохотал, сваливаясь с её тела. — Бродяга! Убери от нас вид на твой хуй, я тебя умоляю! — крикнул Сохатый и, притянув к себе Лили, закрыл ей глаза. — Боишься, что Эванс выберет меня? — сквозь смех произнёс я. Лили стала вырываться при этом, смеясь. Марлин кинула мне подушку, а сама завернулась в покрывало. — Мне просто стыдно, что все видят твой обмякший хуй, сладенький. — дерзко кинул Джеймс. Я прекратил ржать и уставился на него. Зато Лунатик с Сохатым покатились со смеху. Все разом оказались в комнате. Дверь захлопнулась. — Не волнуйся, мне и таким нравится твой член. — произнесла Марлин и игриво провела пальчиком по моей руке. — Чтоооо? — протянула Эванс, плюхаясь на мою кровать рядом с Марлин и приобнимая её за плечи. МакКинон заправила прядь волос за ухо и сказала: — Ну не все же только вам с Поттером обжиматься по углам! Все переглянулись и общее «Оооо» гулом заполнило комнату. — Хвост, теперь только мы с тобой одинокие хищники! — крикнул Ремус сквозь шум голосов. — Это надо отпраздновать! — оповестил Сохатый, — Бродяга, доставай огневиски, будем отмечать, что не помрем в одиночестве в одном из пабов Косого переулка.