Хорошая девочка

Джейни решила сесть за шитье; ей надоело бездельничать, хотелось занять себя чем-нибудь, хотя бы такой мелочью, как новый наряд. Пусть девушке было, что носить, но все ее платья были или траурными, похожими на старушечьи одеяния, или же до отвращения болтоновскими, розово-красными, словно сшитыми из кожи. Джейни большую часть из них так ни разу и не надела - Рамси предпочитал видеть жену голой и беззащитной, а после поражения Болтонов щеголять в их цветах стало несколько неуместно. Пусть Джейни и стала Болтон после замужества, но в девичестве она была Пуль, а у ее семьи, пусть не такой древней, как весь этот род свежевателей, был свой герб: синяя тарелка на белом поле с отступающей серой каймой. Девушка решила сначала вышить его на платке, потом немного оживить его цветами свои вдовьи платья, а уж после заняться гобеленом, который прикажет повесить в своих покоях. В условиях зимы и военного времени леди Болтон не располагала большим количеством тканей и нитей, но леди Санса была так добра, что поделилась с ней тем немногим, что удалось найти в разоренных кладовых. Чудом уцелевший ткацкий станок леди Кейтилин перенесли в покои Джейни, нашлись еще спицы, несколько мотков шерсти и даже прялка; будучи еще просто дочкой стюарда, девушка терпеть не могла прясть, хотя одна прялка с украшенной лопаской была частью ее приданого. Когда она была Арьей, приданым Джейни был Винтерфелл, а теперь, как леди Болтон, она распоряжалась Дредфортом, который ни разу не видела. В ее фантазиях родовой замок Болтонов представлялся унылым и жутким, прямо как Харренхолл, местом: старый, обветшалый, темный замок, где вместо гобеленах по стенам развешана содранная с людей кожа; когда лорд Русе и его сын еще были живы, служанки опасались разговаривать с Джейни, но со вдовой Болтонского Бастарда болтали куда охотнее. Помимо Фареллы и Оркин к девушке заходила еще Джолан, рыжая рябая девица, которая мела пол и топила камин, а так же помогала носить воду для ванны, и Ловиз, маленькая и проворная, словно ящерка, которая составляла компанию леди Болтон за шитьем. В отличие от скупых на слова горничных, девушки оказались куда более говорливыми. Сама Джейни не спешила с ними откровенничать, но слушать их щебет оказалось довольно занятно. - Говорят, у милости его, ну, у короля Севера, полюбовница была одичалая, ну, из вольного народа, то есть. Из дикарей этих, что за Стеной живут, - заливалась жаворонком Ловиз, убирая со стола после трапезы леди Болтон: Джейни только что закончила завтрак и вытирала губы полотняной салфеткой, рядом в расписной глиняной чашке курился душистым паром травяной чай с брусничным вареньем. Обычно она спускалась в большой чертог, где ей было выделено почетное место за высоким столом, но сегодня решила остаться в своих покоях, узнав, что Санса тоже предпочла завтракать в опочивальне. Без леди Винтерфелла Джейни нечего было делать в большом зале. Девушка жеманно передернула плечами и легонько подула на свой чай, терпко пахнущий осенними сумерками. Ловиз, гремя посудой, продолжала пересказывать небылицы о Джоне: - Белый Волк, ну, милорд наш, сам девицу эту убил, собственными руками, то есть. Она дескать его предала и стала любовницей Манса-Налетчика, ну, короля одичалых, Король-за-Стеной его еще зовут. Ну, а они, значится, явились потом к Черному замку, а наш король, ну, сынок лорда Старка, энтого Манса голыми руками задушил, а у нее сердце вырвал и скормил своему лютоволку, вот! - Брешешь же, - отдуваясь, фыркнула Джонлан; она на пару с Оркин взбивала перину. - Вот как пить дать брешешь! - А вот и нет, - Ловиз упрямо тряхнула головой; ее тонкие, похожие на мышиные хвостики, косицы мотнулись в такт движению. - Говорю то, что слышала. А ежели эти, - она неопределенно кивнула, заставив косы снова дернуться, трепеща краями лент, - врут, то я-то при чем? - А при том. Тебя там не было, а бредни чужие пересказывать горазда, - рыкнула Оркин, глядя на девушку из-под чепца, сползшего на самые брови. Колючий взгляд горничной впился в Джейни, попивающую чай; леди Болтон независимо вскинула голову, стараясь казаться храброй, хотя у самой воздух застрял тугим комом поперек горла, а глаза защипало от невольных злых слез. Девушка просила убрать их обеих: и Фенеллу, и Оркин, ведь ей уже лучше, рекомендованные мейстером отвары пьет регулярно и часто бывает на свежем воздухе, и будет достаточно одной Джонлан, но Санса не согласилась. Джейни подозревала, что это Джон велит ей держать этих женщин рядом с леди Болтон, на случай, если она снова начнет артачиться. И неважно, что они обращались с Джейни отвратительно; девушка не сомневалась, что горничным нравилось ее мучить. Сегодня, когда она хотела навестить Сансу, Оркин ее не пустила: заявила, что леди Старк нездоровится, и мейстер просил ее не тревожить. Стояла в дверях, выпятив живот, неодобрительно жевала губами, пока Джейни силилась что-то возразить. Она ведь переживала за Сансу, хотела всего лишь с ней повидаться, показать, что не забыла о ней и никакие хвори не смогут встать между ней и подругой, а ей даже за порог выйти не дали! Как смела вообще Оркин указывать леди Дредфорта?! Она всего лишь служанка, а осмеливалась дерзить и указывать; Фенелла тоже была хороша: слушала все, что говорила Джейни, учтиво кивала, но делала все равно по-своему. Даже после беседы с Сансой, когда леди Болтон пообещала, что будет хорошей и послушной, горничные продолжали вести себя просто возмутительно. Девушка возмущалась, пыталась давить, приказывать, угрожать, но Фенелла и Оркин стояли твердо, как Стена, что только больше распаляло ее гнев. Но приходилось терпеть: если Джейни снова начнет вести себя скверно, ее опять будут привязывать на ночь и поить всякой гадостью, от которой язык становится черным и болит желудок. Леди Болтон глотнула чаю и отставила чашку; Ловиз обиженно шмыгала носом, надув губы, и опаской поглядывала на нее: не разозлили ли миледи пересказанные служанкой сплетни? Джейни ободряюще улыбнулась девушке, которая нравилась ей куда больше Оркин и Фенеллы: услужливая, довольно ловкая, не красавица, но куда более приятная глазу, чем горничные. Джонлан была несколько скучновата, но у леди Болтон были свои причины держать ее подле себя. Взгляд девушки скользнул по рыжей косе, уложенной венком на голове прислужницы, опустился ниже, на трогательные завитки на затылке; крупная мясистая родинка на шее несколько портила общее впечатление, но когда Джонлан выпрямилась, ее скрыл воротник платья. - Можете идти, - важно бросила Джейни, невольно ежась под взглядом Оркин, вдавившим ее в кресло; горничная сначала внимательно оглядела пустые тарелки и плошки, стоящие на подносе, и, мнительно прищурив один глаз, вновь посмотрела на девушку. Когда леди Болтон окончательно поправится и убедит в том Джона, она избавится от этих тюремщиц и окружит себя верными людьми, которые не будут обращаться с леди Болтон грубо и неучтиво. Слуги должны знать свое место, а Оркин и Фенелла явно забываются. Поэтому, игнорируя горничную, девушка обратилась к рыжей прислужнице: - Джонлан, будь добра, принеси мне вина со специями. Я что-то озябла, - мейстер Тибалт советовал ей воздерживаться, но от одной маленькой чашечки не будет вреда. Ловиз встрепенулась и с готовностью шагнула вперед: - Может, лучше огня добавить, ну, то есть, дровишек подкинуть, м'леди? - служанка хлестнула рыжую Джонлан ревнивым взглядом, а Оркин, стоя в по-прежнему сползшем чепце, недовольно колыхнула двойным подбородком. Маленькие и злые, как у кабана, глазки буравили Джейни, которой только вся ее гордость и выдержка помогли сдержаться, не дрогнуть, не закричать, хотя хотелось завопить во весь голос от возмущения и ярости. Вцепиться Оркин в волосы, в лицо, разодрать до кровавых полос, чтобы больше не смела даже поднять голову в присутствии Джейни! Она стала леди, стала Болтон, но с ней все равно никто не считался. - Не стоит. Я хочу вина. Леди Санса лично советовала мне пряное вино, сказала, оно замечательно согревает изнутри. - Не сочтите за наглость, - начала Оркин, свирепо раздувая ноздри, - но для этих целей больше подойдет крапивный чай. Если м'леди изволит, я заварю свежий... - Нет! - горло вмиг оледенело, голос зазвенел, и слезы хрустальным бисером брызнули из глаз. - Я не желаю пить эту дрянь! Пальцы сжались в кулаки, впиваясь ногтями в мягкие ладони; все-таки сорвалась. Снова сорвалась из-за Оркин, из-за ее глупых, никому не нужных замечаний. Если Джейни сказала, что хочет вина, значит, нужно пойти на кухню и принести ей вина; что здесь непонятного?! Горничная оскорблено поморщилась, но промолчала, Джонлан коротко поклонилась и поспешила к двери, вслед за ней потянулась и Ловиз; Оркин ушла последней. Она придержала дверь перед прислужницей, держащей заставленный посудой поднос. Взгляд Оркин на прощание окатил Джейни презрением, и подбородок девушки разъяренно задрожал. Горничная не решилась больше возражать, но леди Болтон все равно чувствовала себя проигравшей. Ей удалось настоять на своем, но служанка все равно как-то сумела одержать верх. С коротким гневным визгом девушка схватила чашку с недопитым чаем и швырнула его вслед ушедшей Оркин, за которой уже закрылась дверь. Расплескав все содержимое, чашка упала, не долетев до двери, разбилась на десяток цветных осколков, ударившись об пол; чай растекся красно-розовой лужицей, от одного вида влажно блестящих комочков ягод Джейни замутило, желудок судорожно сжался, выталкивая завтрак. Девушка зажала рот ладонью, резко отворачиваясь. Слуги, конечно, расскажут Джону и Сансе, что леди Болтон разбила чашку, но Джейни ведь не виновата! Это все Оркин! Горничная ее разозлила, вот девушка и не сдержалась; если Оркин и Фенелла и дальше будут выводить ее из себя, леди Болтон так никогда и не поправится. Надо будет поделиться этой мыслью с Сансой; уж не поэтому ли горничная не пустила Джейни к леди Винтерфелла? Боится, что останется без места, а новое ей едва ли удастся получить - кому нужна такая служанка?! На Оркин и Фенеллу даже одичалые не позарятся, и что им тогда делать? Куда идти? Признаться, Джейни это не волновало. Леди Болтон поднялась, придерживая концы шали на груди, и направилась к только что заправленной кровать, стараясь не смотреть на разлитый чай. Пусть Оркин и Фенелла идут помогать на кухни или за лошадьми убирают, девушке не было до этого дела, они могут заниматься, чем хотят, только подальше от нее. Вообще это было нечестно: Джейни только избавилась от ненавистного мужа, как попала к Станнису, потом к Белому Волку, а следом оказалась под надзором у этих ужасных женщин. А ей всего-то и хотелось немного вина и повидать Сансу; только ради нее девушка терпела всю "заботу" горничных, послушно глотала гадкие снадобья и ежевечерне молилась с септой Бенгларой, которая, по словам сплетницы Ловиз, встречалась с одним из латников Мандерли, в присутствии которого забывала о своем благочестии. Дверь тихо скрипнула, впуская вернувшуюся с вином Джонлан; она замешкалась на пороге, заметив осколки и чайную лужу, и Джейни нетерпеливо дернула плечом: - Оставь это, потом уберешь. Иди сюда, - девушка присела на постель, проводя ладонью по мягкому меху, раскинувшемуся поверх узорчатого покрывала. Служанка осторожно, чтобы не намочить подол, обошла осколки и разлитый чай и поднесла леди Болтон небольшой кубок, полный густого вина. От аромата мускатного ореха, корицы и аниса у Джейни защекотало в носу, она жадно схватила протянутый кубок и одним глотком выпила сразу половину. Джонлан, прижимая деревянный поднос к животу, неуверенно топталась рядом, леди Болтон следила за ней из-под ресниц: прислужница была и в половину не так красива, как Санса Старк, единственное, что у них было общего - рыжие волосы. Глаза Джонлан были тусклыми, водянисто-зелеными, помимо рытвин лицо девушки было усыпано веснушками, еще и эта отвратительная родинка на шее... Но фигура ее была ладной и роста Джонлан была почти такого же, как Санса. если очень постараться, то можно представить, что рядом не рябая прислужница, а леди Старк, которая сама пришла к Джейни потому, что любит ее, а не за широкий серебряный браслет и брошь с тигровым глазом - украшения бывшей леди Болтон, доставшиеся Джейни после смерти Толстой Уолды, было ничуть не жаль. - Иди сюда, - повторила девушка, вольготно откидываясь на подушки; Джонлан положила поднос на прикроватный столик и кротко опустилась на постель подле Джейни. Разгладив на коленях юбки, она придвинулась ближе и положила голову на плечо леди Болтон; через миг, повинуясь молчаливому приказу госпожи, легла, устроив рыжеволосую голову у нее на коленях. - Да, вот так... - пробормотала Джейни, расплетая прическу Джонлан; у служанки волосы были длиннее и темнее, чем у Сансы. Девушка не стала расплетать их полностью, только вытащила заколки, держащие косу узлом на затылке; толстая, медно-рыжая коса цепью обвила руку леди Болтон. Когда они были детьми, нередко делали друг другу прически; девушки вместе гуляли, вышивали, учились верховой езде, а теперь им даже увидеться не позволяют, и Джейни приходится довольствоваться служанками. Может, Санса тоже коротает время с какой-нибудь прислужницей, думая о Джейни?.. Девушка мягко спихнула Джонлан с колен, и служанка тут же выпрямилась, коса змей скользнула с ее плеча на спину, воротник сорочки, выглядывающий из ворота платья, чуть замялся, открывая родинку. Джейни, скривившись от омерзения, отвела взгляд. Допив вино, распустившееся хмельной сладостью на языке, девушка сбросила туфли и забралась с ногами на постель. - Обними меня, - велела она, укладываясь на бок, спиной к Джонлан. Леди Болтон не хотела видеть лицо служанки, довольно того, что пахнет от нее не так, как от Сансы, и руки у нее огрубевшие от работы. Джонлан безропотно выполняла все, что ей говорила Джейни, но ее покорность была куплена; разве просто так стала бы прислужница обнимать ее и позволять перебирать волосы? Судорожный вздох сорвался с губ Джейни, когда руки служанки легли на ее талию, грудью Джонлан прижалась к ее спине, бедрами вжалась в ягодицы и замерла, щекоча размеренным дыханием шею леди Болтон. Девушка не сомневалась, что рыжая прислужница сделала бы куда больше, прикажи она, но Джейни хотела совсем не этого. Ласки служанки продаются за пару монет, и леди Дредфорта не собиралась довольствоваться этими дешевками, она желала куда большего. Каждую ночь Джейни засыпала с мыслью, что обязательно во всем признается подруге, скажет, что ни один мужчина, как бы хорош он не был, не достоин ее. Рамси вот тоже вел себя учтиво, но только до первой брачной ночи: тогда-то девушка и поняла, каков на самом деле ее муж, когда он приказал Теону... что, если и этот Гарри такой же? Еще и эти его внебрачные дети... Джейни сжала зубы; кому уж точно выгоден этот брак, так это Джону: он перепоручит заботу о сестре ее мужу, а сам останется полноправным хозяином Винтерфелла, хотя он всего лишь бастард. Станет ли он защищать Сансу, если Гарри будет плохо с ней обращаться, или же встанет на его сторону, потому что он мужчина? За Джейни никто и не подумал заступиться, когда над ней издевался Рамси, хотя северные лорды были друзьями "ее отца"; все мужчины одинаковы, пренебрежительно поморщилась Джейни, нежась в теплых объятиях рыжей служанки; выпитое вино приятно согревало и убаюкивало. Девушка не так давно проснулась, но решила еще немного вздремнуть; может, к обеду Сансе станет лучше, и ей позволят навестить госпожу Винтерфелла. Леди Болтон прикусила губу, глуша горестный всхлип: вдруг Санса серьезно больна, а ей не говорят. Даже обычная простуда могла быть очень опасна в разгар зимы, не щадила ни взрослых, ни детей; что, если Санса... Джейни зажмурилась, силясь сдержать слезы: нет, старые боги не настолько жестоки, они не отнимут у нее еще и Сансу!.. - М'леди, вы дрожите, - пробормотала Джонлан, хотя должна была молчать. - Вам холодно?.. - Заткнись, - утомленно бросила девушка, ткнув лежащую позади нее служанку локтем в живот. Рыжая Джонлан глухо застонала, но умолкла, ее тяжелый вздох запутался в темных локонах Джейни. - Когда мы вместе - держи язык за зубами, поняла? Не забывай об этом, если не хочешь меня разозлить. Джонлан что-то согласно пробормотала в ответ, крепче прижимаясь к леди Болтон. Джейни довольно поёрзала, наслаждаясь живой близостью; с девушкой она могла бы зайти и дальше, но прикасаться к служанке так, как учили в борделе, брезговала, как и Клеем Сервином, и лордом Мандерди, и Амбером, задаривающим ее мехами. Джейни не хотела, чтобы кто-то из них видел ее голой, прикасался к обнаженной коже; все это было гадко и отвратительно. Даже фантазии о Сансе не смогли бы ей помочь. С трудом подавив гадливую дрожь, Джейни сухо промолвила: - Полежи со мной, пока я не усну. Потом уберешь в комнате. И... - щекам стало горячо от мысли, что после обеда она, возможно, увидит Сансу. - Достань мне какое-нибудь платье понаряднее. Только не красное и не розовое! Леди Болтон хотела предстать перед леди Винтерфелла красивой; Маргали учила ее, что девичья прелесть способна вскружить голову не только мужчинам, вот ей и захотелось проверить, не сумеет ли она своим очарованием вскружить голову и Сансе. Подруге тоже довелось настрадаться по воле мужчин; Джейни не сомневалась, что ей удастся исцелить ее сердце и утешить; ей, а не какому-то Гарри Хардингу! Что у этого человека может быть, чего нет у Джейни?! Девушка теперь и при титуле, и замок с землями у нее имеется, а что Гарри может дать Сансе, кроме пары своих бастардов? Может, если леди Болтон будет настойчива и убедительна, леди Старк даже расторгнет помолвку... От тепла, вина и сладких мыслей девушку совсем разморило. Джейни уснула, мечтая о весне, о полевых цветах, вплетенных в волосы, о нежных девичьих пальцах, сжимающих ее ладонь. Во сне они гуляли вместе, счастливые и беззаботные, ступали босые по мягкому травяному ковру. Девушка с обожанием смотрела на подругу, в ее сияющие синие глаза, более бездонные, чем море и небо вместе взятые. Они собирали лесную клубнику, сладкую, точно первый поцелуй, если ягоды с рук друг друга, и их губы маняще алели от клубничного сока, так и прося о поцелуе. Когда Джейни потянулась к ней, девушка прикрыла глаза и охотно подалась ей навстречу. Их губы почти соприкоснулись, когда налетевший ледяной вихрь отшвырнул Джейни от девушки прямо в сугроб. Свинцово-серое низкое небо осыпало лес снегом, голые черные деревья окружали Джейни. Она пыталась встать, но ноги вязли в сыпучем снегу, проваливались чуть ли не по колено; многоголосый собачий лай распорол тишину леса, и девушка, подхватив тонкие юбки, ничуть не спасающие от холода, бросилась бежать. Он все-таки охотится на нее!.. Он обещал, что затравит ее собаками, если жена не подарит ему сына, и вот!.. Она бежала, и слезы стыли на щеках; деверья с костлявыми, похожими на ведьминские руки, ветвями, обступили ее со всех сторон. Джейни одна в зимнем лесу, некуда бежать, не у кого просить помощи, но она продолжала бежать, надеясь оторваться, а лай звучал все ближе. Из-за снега девушка не заметила торчащий из земли корень: запнувшись, она упала в сугроб; беспомощно барахтаясь в снегу, Джейни силилась встать, но холод и страх прижимали ее к земле. Умереть бы сейчас, сразу, замерзнуть и не доставить ему удовольствия, как вдруг псы затявкали совсем близко. Девушка дернулась, порываясь вскочить, как собачьи клыки вонзились в ее щиколотку. Джейни закричала, отчаянно вырываясь, и другой пес вцепился в ее руку, третий сомкнул челюсти на плече, а четвертый исступленно рвал платье, норовя добраться до трепещущего тела. Девушку рвали, кусали, трепали, словно кроличью тушку; горячая кровь текла по ногам, собаки вырывали куски из ее живота, кровь хлестала из ран, превращая снег в алый. Джейни уже не кричала, только хрипела, а тень с осколками льда вместо глаз издевательски ухмылялась, наблюдая за расправой. - Будь умницей - сопротивляйся. Ну же, давай, отбивайся! Вырывайся! Вставай, беги, беги! - насмехалась тень голосом Рамси; на руках у него был сверток из кожи, внутри что-то копошилось и пищало. - Ты же хочешь, чтобы в твою честь я назвал одну из своих девочек? Она не успела ответить: крупная рыжая сука вцепилась в горло Джейни, и девушка захлебнулась болью и криком; ее раздирали на части, словно печеного цыпленка, но она почему-то не умирала. Слышала жадное чавканье, треск костей и измывательский хохот Болтонского Бастарда. Проснулась она, дрожа и задыхаясь, на сбившейся постели; кожа была липкой от испарины, мокрые юбки облепили ноги, и кислый воглый запах висел в воздухе. Возле кровати топтались перепуганные служанки: Ловиз страдальчески заламывала руки, а на бледном лице Джонлан огненная россыпь веснушек горела еще ярче. Фенеллы и Оркин в опочивальне не было, и слава богам! После кошмара Джейни не хватало только лиц ненавистных горничных. Девушка медленно села, держась за гудящую голову; перед глазами все плыло, во рту стоял противный железистый привкус. Леди Болтон аккуратно потрогала языком прикушенную изнутри щеку и болезненно поморщилась. Джонлан робко коснулась ее плеча. - М'леди? все хорошо?.. может, Фенеллу позвать или лучше мейстера? - Вы так кричали во сне! - выпалила Ловиз, страшно округлив глаза. - И бились так, будто на вас дикий зверь напал! Мне бабка моя говорила, чтобы кошмары не снились, надо бы зеркало под подушку положить. И ноги скрестить, и спать так с ними, тогда никакие кошмары не страшны. - Джонлан, ты достала платье? - Джейни протерла слезящиеся глаза; пересохшие губы горели, в горле саднило, и голос звучал по-старушечьи сипло. - Ловиз, принеси теплой воды, мне надо умыться. И переодеться. Я хочу навестить леди Старк. Ей нужна Санса, леди Болтон необходимо срочно увидеть леди Винтерфелла! Чтобы подруга обняла ее, как прежде, сказала, что все будет хорошо. Девушка лихорадочно ощупывала свое лицо, шею грудь и живот, боясь наткнуться на раны, оставленные собачьими клыками. - М'леди, может, не стоит? - с сомнением протянула Джонлан. - Вас вон как еще колотит, а м'леди Старк, сами знаете, приболела... - Довольно! - прошипела Джейни, замахнувшись; Ловиз охнула, отшатнувшись, Джонлан успела только моргнуть, как ладонь леди Болтон хлестнула ее по щеке. - Ты забываешься! Твое дело не спорить, а делать так, как тебе говорят! Тебя это тоже касается, - грозно потемневший взгляд полоснул и притихшую Ловиз. Нет, эти служанки тоже никуда не годятся; все туда же, указывают, поучают. Джонлан, кажется, возомнила о себе невесть что. Думает, что из-за пары подаренных побрякушек ей теперь можно перечить госпоже? В Винтерфелле полно слуг, готовых послужить леди Дредфорта, и если Джонлан и дальше будет зазнаваться, то... Джейни обвинит ее в воровстве. Против Оркин и Фенеллы, пользующихся расположением Сансы, у нее не было оружия, то с рыжей служанкой леди Болтон легко справится. А что? Взять брошь и браслет из шкатулки легче легкого, а в покоях вдовы Болтонского Бастарда Джонлан бывает часто. Пусть голосит о своей невиновности сколько хочет, только кому поверят - простолюдинке, позарившейся на украшения, или же леди Болтон, подруге отрочества сестры короля Севера? Быть может, это слишком круто, но девушке было все равно. Рыжая прислужница, подобно Оркин, не хотела пускать Джейни к Сансе: этого девушка просто так оставить не могла.