Близко к дому

Сакуре на миг показалось странным, как Саске шел, устремив взор вперед, будто отгородившись от мира. Но вскоре до нее дошло: они притягивают к себе взгляды на улицах. Оглянувшись, Сакура заметила, как группы людей, оживленно смеявшихся и болтавших, стихали, когда они проходили мимо. Шепот, украдкой брошенные взгляды… Репутация Саске изменилась после Четвертой Мировой Войны шиноби, но, в отличие от Наруто, он не вернулся домой под ликующие возгласы толпы. Его прошлое, окутанное пеленой тайны, и странствия сделали Учиху Саске фигурой непредсказуемой, почти пугающей. Люди не знали, как себя с ним вести. Впрочем, признаться, это касалось и самой Сакуры. Она попыталась возобновить разговор, чувствуя неловкость от затянувшегося молчания. Учиха только что вернулся после двухлетней отлучки. — Где ты пропадал в последнее время? — уточнила она, поймав его вопросительный взгляд. — Облако? Песок? — В Стране Молнии. — Далековато, — отозвалась Сакура. Снова повисла тишина. Она предприняла еще одну попытку: — Ты вернулся навсегда? Провокационный вопрос повис в воздухе. — Да, — ответил Саске, не глядя на нее. Сакура невольно улыбнулась про себя. — Недолго же это продлилось, — заметила она. — Твоя новообретенная разговорчивость. На этот раз Сакура уловила мимолетное выражение, промелькнувшее на его лице. Когда Саске взглянул на нее краем глаза, в его нахмуренных бровях читалось нечто, напоминающее одновременно удивление и легкое развлечение. — Если тебе наскучили странствия, Саске, — продолжила она, — боюсь тебя огорчить, но до больницы нам еще топать и топать. — Почему же это? — не обрадовался тот. Наконец-то она почувствовала себя в своей стихии. Сакура принялась загибать пальцы. — Тебе нужен полный осмотр, сдача нескольких анализов, и я уверена, что ты понятия не имеешь о своих прививках, — укоризненно закончила она. — Тебе следовало явиться в больницу сразу же. Ты, чего доброго, разносишь заразу, пока мы тут разговариваем. Снова ворчание. — Все это нелепо. Сверкающее белизной здание больницы приветствовало их. Мало что изменилось с тех пор, как Саске покинул Коноху, разве что к больнице пристроили новое крыло и расширили заднюю часть здания. Сакура с нетерпением ждала окончания работ, ведь это означало, что психиатрическая клиника для детей получит долгожданное просторное помещение. Они прошли через автоматические двери, администратор за стойкой приветствовала их с искренним удивлением. — Здравствуй, Уми, — сказала Сакура, вписывая Саске в список. — Госпожа Сакура! — воскликнула Уми. Она повернулась и уставилась на Саске широко раскрытыми глазами. — Саске Учиха, — проговорила она, как будто не веря своим глазам. — Чем мы можем вам помочь? Сакура, склонившись над списком, что-то выискивала, а Саске нахмурился. Затем куноичи повернулась к нему и сказала: — Подожди здесь. Тебя проводят в кабинет. — Ты не будешь проводить осмотр? — это прозвучало как утверждение, а не как вопрос. Уми тут же ответила: — О нет, сэр, — пробормотала она. — Медсестра проводит вас в палату. Сакура ободряюще улыбнулась Учихе, тайно вздохнув с облегчением, что ей не придется чувствовать себя неловко рядом с ним. — Увидимся позже, когда освобожусь, — бросила она, прежде чем развернуться и поспешить в свое тихое убежище, именуемое кабинетом. Спустя час Сакура, наконец, успокоилась и расставила приоритеты. Она будет продолжать вести себя как обычно, словно она не имела никакого отношения к делам, происходящим в районе Учиха. Митио и его команда закончат ремонт. После успешного прохождения жилищной инспекции, Саске сможет распоряжаться районом по своему усмотрению. Какаши мог бы обсудить с ним все вопросы. Ее участие совершенно не требуется. Она и так сделала все, что могла. Просто вести себя как обычно, наставляла себя Сакура. Разве это так сложно? С картой Саске в одной руке, она постучала в дверь больничной палаты и вошла. Он сидел на краю кровати, весь какой-то нетерпеливый. Засунув руку в карман, Саске вытянул длинные ноги, занимая большую часть пространства. Увидев его угрюмое, раздраженное выражение лица, Сакура с трудом удержалась от смеха. При всей своей силе и мастерстве, Саске сейчас напоминал сварливого ребенка-переростка, который ненавидит больницы. — Значит, теперь ты доктор, — пробубнил он, бросив взгляд на ее белоснежный халат. Сакура скромно хмыкнула в ответ, радуясь, что у нее в руках карта Учихи. — Все проверено, — отметила она. — Но твои триглицериды немного повышены. Ты недавно ел? — Да. — Тогда все в порядке, — сделала вид, что изучает карту, Сакура. — Твои глаза — это самое интересное. Не возражаешь, если я их осмотрю? Саске снова посмотрел на нее. Сакура расценила его заминку как сопротивление. Большинство ниндзя, обладающих глазными дзюцу, очень оберегают свои глаза, поэтому она, достав тонкий фонарик из кармана халата, уточнила: — Просто тест с фонариком. Он кивнул, и Сакура выключила свет, погрузив комнату в полумрак. Осторожно приблизившись к Саске, она включила фонарик и направила луч света в его правый глаз, который непроизвольно сжался от яркого света. Некоторое время поколебавшись, Сакура подняла руку, чтобы убрать темную прядь волос, прикрывающую его левый глаз. Она с любопытством заглянула в Риннеган, словно это был самый обыкновенный глаз. — Что вообще показывает этот тест? — поинтересовался нукенин в отставке, переводя на нее взгляд. Сакура убрала руку, пораженная мягкостью и теплом его кожи, и выключила фонарик. — Что зрительный нерв не поврежден, — ответила куноичи. — И с чего такие выводы? — бросил ей вызов Саске. — Потому что я профессионал, — отрезала она со слабой, но дерзкой улыбкой. Сакура не могла объяснить, почему, но вдруг в ее голове пронеслась странная картина. Она представила себя стоящей не сбоку от него, а между его ног, а он скользнул большой рукой под ее медицинский халат, чтобы обхватить ее за талию. Этот образ шокировал и поразил ее. Сакура немедленно отшатнулась и снова включила свет. «Ты не можешь думать о таком, — мысленно ругала себя Харуно. — Просто не можешь.» Прислонившись к столу, Сакура натянуто улыбнулась, пытаясь скрыть смущение. — И это все, — произнесла она, стараясь играть роль типичного врача. — Ты свободен. Не так уж плохо, правда? Саске скептически посмотрел на нее, и Сакура неловко засмеялась. Она уже собиралась оттолкнуться от стола и открыть дверь, чтобы они могли уйти, как вдруг Саске внезапно спросил: — Сколько еще работы осталось в квартале? Сакура замерла. Ее внутренний голос закричал что-то громкое и паническое. Только она убедила себя, что этого разговора не будет, как он начался. Что он знает? Что она должна ответить? Сакура изо всех сил старалась сохранить внешнее самообладание, в то время как внутри кипела паника.