Заклятие

В каюте было душно. Влажный, застоявшийся воздух полнился всеми ароматами портовой жизни. Солнечные лучи пронзали витраж капитанской каюты и рассеивались на полу причудливым цветным узором. Кайдел любила этот витраж. Любила смотреть на город сквозь разноцветные стеклышки: то через красное, а то через синее или желтое. Только на город — в море-то он ее с собой не брал. Дэмерон свесил руку с кровати, ощупью нашарил на полу бутылку и приподнялся, чтобы сделать глоток. Бутылка была пуста. Он бросил ее в угол, но из-за качки та снова прикатилась к нему. По взял вторую — ни капли рома. Третью — та же история. Он откинулся на низкую подушку и закрыл руками лицо. Под ладонями ощущалась недельная щетина. За все это время ясность сознания не покидала его ни на минуту, сколько бы По ни выпил, а вот сны его были сплошь летающий в воздухе пепел… Он пропустил совет, совсем не знал, чем занята команда, не знал даже, какой день недели, — горе заняло все его мысли. Дальше так продолжаться не могло. Пора было перестать насиловать светлую память о ней — это не вернет ее с того света… И стоило мыслям отпустить тоску, как накатила подобная приливной волне — медленной, но неотвратимой — глухая злоба. Кто-то должен был ответить за все, что случилось. Желание праведной мести поселилось в его груди, обращая сердце в тлеющий, обжигающий уголь. По поднялся и сел на койке — голова немного гудела, но это было поправимо. Спустя пять минут он заставил себя встать, привести волосы и одежду в относительный порядок и выйти из каюты. Матросы играли в саббак, некоторые слонялись по пирсу. Судя по донесению боцмана, Рей нигде не было. Она пропала — теперь уж это было известно наверняка. — Финн! Сходи к градоуправляющему и попроси меня принять, — сухо приказал По другу, бьющему баклуши неподалеку. От дневной жары парень напялил соломенную шляпу. — Я теперь посыльный? — с вызовом ответил Финн. Не дожидаясь ответа, он все же встал и вразвалку направился в город. Остальные косились на По, будто не узнавали. Адмирала Соло поселили в летнем домике градоуправляющего. Соглашаясь на сотрудничество, тот вряд ли осознавал, что пираты заполонят остров и будут мешать швартоваться и торговать. Лея перестала выглядеть торжественно, ее наряд можно было назвать скорее походным, будто она в любой момент была готова бежать, спасая остатки Сопротивления. … Они прогуливались по тенистому саду возле дома. Вокруг наливались соком плоды фруктовых деревьев. Не так пышно, как на Альдераане, но все же… красиво. По сорвал себе яблоко. — Я разослала письма на острова во всех известных морях, — всматриваясь вдаль, сказала принцесса. — Даже тем пиратам, которые бежали с Альдераана. Обещала прощение. Но ответов почти нет. Отчего… — После того, что мы видели, — ожидаемо. Про Хакса раньше только зловещие слухи ходили, а теперь о нем судачат все моряки до самых Неизведанных Регионов. По надкусил яблоко. Он привык вести себя в присутствии Леи чересчур фамильярно, но она была ему как мать и прощала отсутствие аристократических манер. А сейчас адмирал казалась ему потерянной. — Я пошлю кого-нибудь спросить, не пришли ли ответные письма… Лея его будто и не услышала, а По ведь ждал, что она скажет хоть что-нибудь насчет той гадины, утащившей «Радус» под воду. Почему они все еще не продумывают лучший шанс на победу? Акбар сказал, что на совете только и разговоров было, что о возможных союзниках, но ни слова об их нынешней тактике. Даже покойный Холдо и тот не одобрил бы подобное бездействие. Лея направилась к входу в дом. — Адмирал, при всем уважении, сейчас не лучший момент созывать армаду. Мы поставим под удар Илиниум, а больше идти нам некуда. — Преданные Сопротивлению откликнутся, — возразила принцесса, остановившись и обернувшись. — А предатели сообщат место нашей базы, — парировал По. — Лучше я сама отправлюсь к градоуправителю и спрошу, есть ли письма! — всплеснув руками, сказала адмирал и покинула сад. Дэмерон нахмурился. У них в распоряжении было всего несколько судов. Известия о мощи Первого Ордена распространялись быстро — мало кто решался рисковать жизнью. Будущее представлялось туманным, а отсутствие у адмирала новой стратегии навевало мысли, что вся борьба до этого была тщетной, что рассудок Леи готов сдаться, и тогда все жертвы станут напрасными. Этого нельзя было допустить. Из поражения необходимо было извлечь самое главное — опыт, и уже с новыми знаниями планировать дальнейшие действия. Задумавшись, Дэмерон шагал через городок и наконец очутился на пирсе. Посмотрел вдаль. Сопротивление пытается изменить устоявшийся порядок — сменить военную диктатуру, подражающую Империи, и вернуть Республику. Но ведут его люди, прожившие долгую жизнь при все той же Империи. Готовы ли они к новому? Или у штурвала должна встать свежая кровь — те, кому и выпадет жить в новом мире? Силы командора постепенно возвращались — вечером он разгуливал по «Фалкону», попивая лимонную воду прямо из кувшина: мучаясь жаждой, Дэмерон порыскал в трюме в поисках чего-нибудь не воспламеняющегося и нашел полузасохший набуанский лимон. На корме, соорудив из бочек стол и стул, Финн устроил себе поздний обед, сложив довольно приличную горку из рыбьих костей. — Позволишь присоединиться? — спросил По. — Зачем Вам мое разрешение? — буркнул Финн с набитым ртом. Нечего было ходить вокруг да около. — Мне жаль, что я не приказал кораблю развернуться и подобрать Роуз, — Финн вскинул на него затравленный взгляд. — Но это была моя обязанность как капитана и командора — сохранить судно и жизни своих людей, — взгляд друга сделался тяжелее. — И поверь, Роуз это понимала и на моем месте поступила бы так же. Финн упрямо уставился на остатки обеда. По вздохнул. — Не ты один скорбишь. Я тоже потерял дорогого мне человека. — Речь о Роуз?.. — Кайдел, — перебил По. — Я похоронил ее на Альдераане. — Дьявол! — Финн тут же переменился в лице. — Я не знал. Мне очень жаль… — Ничего, — Дэмерон хлопнул его по плечу. — Лучше скажи, как «Фалкон»? — Течь устранили, но вода все равно просачивается. Если так продолжится — мачта начнет подгнивать. Нужно менять несущие доски. — Оставим пока его здесь на ремонт. Ждать времени нет, — По отпил из кувшина. — Готовиться к отплытию? Дэмерон пожал плечами: — Нам нужен новый план. Встречаться с Хаксом в открытом море — самоубийство. — И что делать? — Корабли заходят в гавани. Спрут слишком большой, чтобы охотиться на мелководье. — Спрут подчиняется Хаксу, — начал тут же рассуждать Финн, позабыв про обиды. — И весь Первый Орден держится на его жажде власти. Если нам удастся его убить… — Это как отрезать голову змее, — подхватил По. — Нам придется действовать скрытно. Спасти Роуз и избавиться от рыжего — первоочередная задача! Финн решительно кивнул.

* * *

Солнце будто не желало садиться. Соленое, липкое марево теплого вечера замедляло время — Хакс изводился в ожидании. Капитанскую каюту сносно убрали, но в столице придется закупить новую мебель. Его кровать все равно была тесной и по-солдатски неудобной. Когда заалел закат, Армитаж взял четверых матросов и спустился в трюм. Роуз сидела в той же позе, поджав ноги. На лбу и шее выступили капельки пота, губы были до неестественного алыми, а взгляд туманился поволокой. — Время вышло. Я дал тебе даже на день больше, чем обещал, — прокашлявшись, сообщил командор. — Мне нужны сведения. Конечно, она молчала. Хакс бы даже расстроился, если бы она ждала его, прильнув к решетке, и заговорила, как только он вошел. — Мое терпение на исходе. Откуда Дэмерон знал про Спрута и каков его план? Тико тихо хмыкнула. — Ты же понимаешь, что даже если бы я что-нибудь знала, то все равно бы ничего тебе не сказала? Хакс коротко кивнул, затем повернулся к боцману и остальным: — Она ваша. Не трогать лицо. Она должна остаться в живых, — он развернулся на каблуках и покинул трюм. Матросы воодушевились, снизу окликнули — и к клетке устремились все незанятые с палубы. Они тащили веревки и грязно перешучивались. Лязгнула дверь клетки. Именно этого Хакс всегда избегал на подконтрольных ему судах. Многодневные плавания, в которых большую часть времени мужчинам нечем заняться, обнажают низменные инстинкты и дают волю похоти. Он муштровал своих матросов, заставлял драить палубу, держать одежду и оружие в образцовой чистоте, и никогда не позволял тащить женщин на борт. А теперь не самая худшая представительница слабого пола здесь по его же приказу. Судя по возне и ругани, сдаваться Роуз была не намерена. А Хакс никак не мог себя заставить закрыть дверь каюты и найти какое-нибудь отвлекающее занятие. Крики нарастали. Началась свалка из-за того, что каждый хотел быть первым. Армитаж до боли сжал кулаки. Заклятие, Спрут, а теперь и Роуз его доконали. Рывком он вытащил мушкет и бросился в трюм, пока не стало поздно. Тико держали двое. Ее рубашку дорвали до конца, и в потасовке она потеряла сапог. Из-за пелены ярости в глазах Хакс даже не понял, кто из его людей устроил борьбу прямо у ее ног. — Отставить! Все замерли. Роуз тяжело дышала. — Командор… — попытался возразить один из старших офицеров, проявивший себя не лучше матросни. — Я сказал, отставить, — процедил Хакс. — Вы как дикие животные! А она ценный заложник. Мы прибудем на Корусант через два дня. А пока — держите себя в штанах! — Армитаж перевел дух и убрал мушкет. — Вон отсюда. Он был не в силах взглянуть на Роуз — ушел вместе со всеми. Минут десять он просто стоял посреди своей каюты, соображая, что со всем этим делать. Затем очнулся, нашел чистую рубашку и приказал доставить ему блюдо с фруктами. Надо было пустить ей кровь еще у Альдераана… Дьявол! Так, вместе с рубашкой и фруктами, он вернулся в трюм, где застал Тико в слезах и попытках найти способ укрыть наготу. Хакс протиснул одежду между решетками. Роуз не пошевелилась. Командор цокнул языком и уронил белоснежную ткань на пол. Помешкав, Тико все же подняла рубашку, повернулась спиной, избавилась от лоскутов и облачилась в тонкий хлопок. Хакс наблюдал, присев на бочку. — Ожидаешь, что начну благодарить? — дерзко спросила пиратка. — Ожидаю, что ты, наконец, поешь, — с невеселой усмешкой произнес он. — А то в следующий раз сил отбиться у тебя не хватит. Роуз утерла слезы — ее взгляд был усталым. Наконец-то. Хакс придвинулся к клетке и поманил ее к себе. Она не была сломлена, но смирилась с тем, что теперь вся в его власти. Спокойствие и знакомая щекотка разлились по позвоночнику, командор расслабил плечи и сорвал ягодку винограда. Роуз протянула руку, но он дразняще отстранился. — Укуса тебе мало было? — с тихой дерзостью спросила она. — Хочешь пальца лишиться? Хакс усмехнулся и протянул виноград. Роуз послушно приняла пищу. Следующим было манго, Тико смотрела ему в глаза, смутившись, только когда он отнял руку и слизал стекающий с пальцев сок. — Послезавтра прибудем в столицу. Веди себя хорошо, если не хочешь, чтобы я передумал насчет твоей участи. Большинству людей Корусант казался слишком густонаселенным и шумным. Но Хаксу нравилось, что здесь каждый занят своим делом. Установившаяся теплая погода высушила грязь, порт даже сносно выглядел. Он поручил Митаке перевезти Роуз, сам отдал распоряжения команде, отпустив большинство в город. Возможно, он многовато им заплатил в этот раз, а для устрашения Спрут теперь не самый надежный способ. Если его вообще можно брать в расчет. Дома Армитаж не был около четырех месяцев. Однако управляющий был человеком старой закалки и ждал его появления каждый день. Из-за близости к побережью подвала в его двухэтажном особняке не было — для Роуз подготовили кладовую без окон; цепи и наручники были надежно закреплены у сваи. Ему очень хотелось показать ей весь дом. Убранство спален, коллекцию оружия, модели кораблей. Девчонка наверняка в жизни не видела такой роскоши, а Хаксу некому и незачем было показывать свое жилище раньше. Выпив, наконец, нормального кофе, он приказал заложить экипаж. Город Куат теснился с другой стороны острова, от Корусанта его отделяли полторы мили холмистого тракта. Лошади так долго скучали в стойле, что на радостях домчали Хакса до верфи быстрее ветра. Небольшой баркас спускали на воду. Работники верфи разрубили тросы, киль взрезал воду, судно подняло волну. Раздались аплодисменты. Оставив экипаж, Хакс захлопал в ладоши, привлекая внимание судостроителей. — Командор! — спохватился хозяин верфи. — Уолес! — поприветствовал Хакс. — Рад Вас видеть! Позволите пригласить в кабинет? — Я по делу, Уолес, — отказавшись выпить лучшего шоколада, что был доступен на острове, начал Хакс. — Нужно, чтобы ты кое-что для меня построил. Они вынесли стол и стулья прямо на воздух. Слуга держал зонт над их головами, укрывая от припекающего солнца. Армитаж достал из внутреннего кармана листок бумаги и развернул его на столе перед Уолесом. Тот поторопился заложить бумагу по углам подобранным из-под ног камнями, чтобы ветер не мешал разглядывать рисунок. — Кто делал этот чертеж? — кусая ноготь, спросил глава верфи. — Чертеж? Я сам это нарисовал. — В вас скрыты многие таланты, Командор. Что это? — Попробуйте догадаться, — поддел Хакс. — Командор, однажды Вы пришли ко мне с заказом на корабль с самым большим водоизмещением во всех известных морях, но теперь… В чем суть? Маленький кораблик? Или самый быстроходный? — Я хочу, Уолес, чтобы ты построил легкое боевое судно, которым может управлять один человек. И чтобы он мог и вовсе обходиться без управления. — Но… — Уолес округлил глаза. — Первый Орден вам щедро заплатит, — пообещал Армитаж. — А это что? — Уолес указал на корму. — Гарпун. — На китов будете охотиться? — Ну, можно сказать, что на китов, — задумчиво ответил Хакс. — Командор, прошу прощения, здесь не соблюдены размеры. Гарпуны обычно… — Размеры указаны верно. Гарпун должен быть такого размера, как на рисунке. — Но командор… Он слишком большой. И у гарпунов есть зазубрина, чтобы тащить кита на борт. — Сделайте все в точности, как я прошу, — с зарождающимся раздражением приказал Хакс. — Слушаюсь, — тихо сказал Уолес. Хакс поднялся. — «Разящий звезды»! — Что? — не понял Армитаж. — Название! Будет «Разящий звезды»! Хакс закатил глаза, хмыкнул и направился обратно к экипажу и в нетерпении всхрапывающим лошадям. Ему подходит.