Служебный роман

Остаток моего больничного пролетел незаметно. Мы не выходили из квартиры, проводя дни за просмотром фильмов, играми на моем ноутбуке, вселенскими разговорами и, конечно, бурным, неудержимым и страстным сексом. Я бы никогда не подумала, насколько ненасытна и горяча в постели эта маленькая хрупкая девушка. От того, как темнели ее глаза от возбуждения, становясь практически черными, низ моего живота сводило приятными судорогами. В такие моменты мы сливались в одно целое — я, голубоглазая блондинка с финскими чертами лица, с практически белой кожей, и Юля — кареглазая смуглая брюнетка. Как Инь и Янь. Все казалось таким правильным, словно так оно было всегда, есть и должно быть. И я хотела верить этому. Юлина рана на затылке почти зажила, повязка больше не требовалась. Синяк на лбу сошел, из носа кровь больше не текла. Я дала себе слово, что больше не позволю ни себе, ни кому бы то ни было, причинить ей вред и боль. И вот он — последний день моего внепланового отпуска. Завтра на работу. А так не хотелось покидать Юлю даже на 14 часов — 12 часов смены и по часу на дорогу до работы и домой. Мы сидели на кухне за ужином. Я ковырялась в тарелке с отсутствующим видом. — Чего нос повесила, дорогая? — спросила меня Юля, делая большой глоток апельсинового сока. — Да вот, на работу завтра. Не хочется. Буду скучать по тебе, — растерянно ответила я. — Я тоже буду скучать. Но ты же к вечеру приедешь, верно? Будем переписываться. — Конечно, приеду, на ночь, надеюсь, меня не оставят, — я усмехнулась. — Да нет, ты что? Я, конечно, была самым лояльным супервайзером, но и остальные не такие жестокие, — рассмеялась девушка мне в ответ. — Ты самая лучшая, — я чмокнула ее в щеку, продолжив ужин. — Что ты надумала с местом жительства в ближайшие дни? У меня останешься, или к тебе рванем? — поинтересовалась я, пока Юля мыла посуду. Мы делали это по очереди. — Я думаю вещи кое-какие забрать и пока у тебя будем жить. Мало ли, что этот козел выкинет. — Ты права. Лучше переждать, а то он чего-то затих, небось, что-то придумывает. Может, со временем успокоится, — согласилась я. — Надеюсь, это произойдет в кратчайшие сроки, — Юля подошла ко мне, положив горячие руки на мои холодные плечи, нежно поглаживая их, — хочешь, я тебе массаж сделаю? — предложила брюнетка. — Конечно, милая. А ты умеешь? — Ну да. Я же врач, что-то да могу, — улыбнулась она, целуя меня в макушку. — Тогда пошли, — я тут же согласилась, нежно взяв ее за руку, уже заранее зная, чем закончится этот массаж. Мы направились в спальню. Юля уложила меня на живот, предварительно сняв с меня мятую футболку. Далее уселась на моих ягодицах и начала ладонями ласкать мою спину. Однако со временем ее движения становились все более жесткими, превращаясь в настоящий массаж. От прикосновений ее таких сильных, но в то же время ласковых рук, я начала не на шутку возбуждаться. Я сжала свои бедра, что не укрылось от пристального внимания девушки. — Я тебе пока что только массаж делаю, а ты уже завелась? — игриво прошептала моя девушка, склонившись над моим ухом. — Мне хватает просто посмотреть на тебя, чтобы завестись, — ответила я. — Ммм, — только и промолвила она, касаясь влажными губами моей шеи. Юля продолжила делать мне массаж, нарочито касаясь груди, что только повышало градус моего возбуждения. Поняв, что уже далеко завела меня, девушка медленно стянула с меня короткие спортивные шорты, под которыми ничего не было. Все теми же умелыми движениями она массировала мои ягодицы, покрывая спину горячими поцелуями, иногда легонько покусывая, приводя меня тем самым в неописуемый восторг. После она перевернула меня на спину и посмотрела в мои глаза, которые в пелене возбуждения никак не могли сфокусироваться на девушке. — Долго так смотреть будешь, милая? — спросила я, с нетерпением ожидая дальнейших ласк. — Помучить тебя хочу, — усмехнулась девушка, проведя рукой между моих бедер, отчего я вздрогнула. — Ух ты, такая влажная, — от ее томного голоса у меня сносило крышу. — Юля, молю, — посмотрела я в ее огромные глаза. — Нет, милая моя, — улыбнулась она, своей очаровательной улыбкой, накрывая мои искусанные в порыве множества страстей губы таким же страстным поцелуем. Девушка покрывала все мое разгоряченное тело чередой поцелуев, настойчиво избегая того, что у меня между ног. Она специально дразнила меня, при этом хитро улыбаясь в промежутках между этими поцелуями. Ее манящие губы ловко ухватили мой твердый, как камень, раскрасневшийся сосок, а острые зубки начали его слегка покусывать, от чего я чуть не взвыла, запустив руки в ее растрепанные густые волосы. После я обхватила руками ее голову, стараясь притянуть к себе для поцелуя, но эта наглая женщина перехватила мои запьястья и закинула руки над моей головой. — Юля, ты… — начала я, но девушка не дала мне договорить, заткнув очередным поцелуем. Тут я почувствовала ее колено между своих ног. Она начала ласкать меня коленом, ее движения становились все более и более настойчивыми. Это становилось невыносимо, и я, прокричав раз десять ее имя в накалившийся от возбуждения воздух комнаты, наконец-то испытала сильнейший оргазм. Она не входила в меня и не ласкала языком, но я смогла испытать его даже таким образом. Затем Юля, наконец-то сжалившись надо мной, опустилась к моему разгоряченному лону, аккуратно и медленно входя внутрь шершавым язычком. Я схватилась пальцами за одеяло, кусая губы, стараясь слишком громко не орать. Удивительная женщина! Как она вообще это делает? Когда все закончилось, мы, обессиленные, уснули в крепких объятиях друг друга. *** На следующий день Юля встала раньше меня, хотя я завела будильник на шесть часов утра. Сделала она это специально, чтобы порадовать меня завтраком. Проснувшись от ярких лучей вновь засиявшего летнего солнца, я, не обнаружив девушку около себя в постели, отправилась на кухню на манящий зов омлета с сыром. — Какая же ты у меня замечательная! И не влом тебе было вставать ни свет ни заря только для того, чтобы мне поесть сготовить? — поинтересовалась я, наслаждаясь завтраком. — Нет, конечно. Ты уйдешь, я высплюсь. Тем более, целый день буду без тебя, так хоть утром дай наглядеться, душа моя, — улыбнулась Юля, делая большой глоток горячего чая. — Люблю тебя, — чмокнула я ее в щёчку и отправилась умываться и одеваться. На пороге Юля снова задержала меня, крепко прижав к себе. — Не хочу. Не хочу, чтобы ты уходила, — брюнетка уткнулась носом в мою шею, нежно лаская горячими губами. — Надо, солнце. Деньги сами себя не заработают, — я усмехнулась, наслаждаясь ее прикосновениями. Девушка ничего не ответила, только лишь поцеловала меня в губы. Ее ловкие руки блуждали по моим бёдрам. — Юль, я с мокрыми трусами на работу не хочу идти, — моля, сказала я, осторожно отстраняясь. Делать этого, конечно, не хотелось. Как и не хотелось опоздать на работу в первый же день после больничного. — Прости, — Юля жадно облизнула губы, отходя от меня, — пиши мне там. На обеде позвони, — сказала она. — Обязательно, зай. Давай, до вечера. — До вечера, — ответила она, а я, переступая порог, вложила в руки девушки запасной комплект ключей от своей квартиры. А зря... Юля закрыла за мной двери, и я отправилась на работу, впервые будучи такой счастливой утром рабочего дня. Я уже и отвыкла от метро, ведь мы не покидали пределы родной мне станции, потому что на Просвещения и в Озерках было полно мест, где можно провести время. Да и мы почти не выходили из дому. Впервые сумасшедшая толпа не раздражала меня. Я улыбалась, как блаженная дурочка, слушая музыку и глядя куда-то сквозь пассажиров этой огромной, выкрашенной в грязно-синий цвет, жестяной банки. Выйдя на Петроградской, я уверенным шагом направилась в сторону здания работы, дымя виноградным «Сенатором». Жалко, что Юля больше не работает, так бы мы могли видеться на работе, не покидая друг друга ни на минуту. Но это не огорчало меня. Ведь дома меня ждёт моя ненаглядная. Надеюсь, приготовит вкусный ужин. После работы всегда дико хочется есть. Противное жаркое солнце светило мне прямо в лицо, а неприятный зуд по телу говорил о том, что начинается аллергия, и после работы надо обязательно заскочить в аптеку за супрастином. Вот почему я так ненавижу лето. Я выругалась, доставая пропуск. Пикнув им на проходной, я поднялась по крутой лестнице, покрытой светлым кафелем, которую с самого начала своей карьеры окрестила «Адом курильщика». Поднявшись на четвертый этаж, чуть запыхавшись, я, поприветствовав своих коллег, которые, явно соскучившись, тут же полезли ко мне с вопросами, уселась за рабочее место. По иронии судьбы, первый рабочий день выпал на воскресенье. Было спокойно, — мало клиентов, ещё меньше коллег. Я переписывалась с Юлей, которая встала только в одиннадцать утра, благополучно уснув после моего ухода. Чтобы развлечь девушку во время моего отсутствия, я кинула ей ссылку на один интересный недавно прочитанный мною фанфик, в котором повествование велось от лица главной героини — Александры, которая сумела, как и я, ее тёзка, влюбиться в свою начальницу. Начальницу, кстати, звали Джулия, что, в принципе, с перевода с западного на наш, русский, именовалось «Юлия». Юлия… От этого имени внутри разливалось приятное тепло. Однако, к сожалению, фик не имел хэппи-энда. И дело было далеко не в том, что героиня оказалась свержена невзаимной любовью. Просто Джулия разбилась в авиакатастрофе. Прочитав его уже ближе к вечеру, Юля написала мне: — Я никогда не буду летать на самолётах. Я лишь рассмеялась, ответив, что это всего-навсего фанфик. День прошел спокойно, однако я не знала одного. А именно того, что Юля соберётся поехать к себе домой за вещами и ноутбуком. Когда я уставшая возвращалась домой, подходя к метро, несколько удивлённая тем, что Юля уже минут сорок не отвечает на мои сообщения и звонки, то вдруг почувствовала вибрацию в кармане. Достав телефон, я ответила. — Да, дорогая? — Если… Ты… Меня слышишь… Езжай ко мне… Я, кажется, я… Умираю… — голос моей любимой был хриплым, сбивался, помехи связи глотали буквы. Жадно глотали, словно пытаясь ими насладиться. Мобильный чуть не выпал из моих тут же задрожавших рук. — Проспект… Энергетиков, дом… — Юля замолчала. — Дом девятый, корпус первый, квартира 64! — закричала я, бросившись изо всех сил к метро. Звонок прервался, гудки разрывали барабанные перепонки моих ушей. Вбежав в квартиру Юли, которая оказалась незапертой, я кинулась в ее спальную. Моя девушка лежала без сознания в луже алой крови, медленно растекающейся под ней. Она сияла под тусклым светом лампочек, которые уже давно пора было заменить. Я бросилась к ней, пытаясь привести в себя, но она меня не слышала. Из ее живота торчал огромный кухонный нож. Рыдая навзрыд, я схватила лежащий на полу прямо в луже крови телефон Юли, трясущимися пальцами набрала номер скорой. — Скорая помощь Красногвардейского района, диспетчер Ирина, слушаю Вас, — донёсся усталый голос из мокрого от крови динамика. — Проспект Энергетиков, дом 9, квартира 64, корпус 1! Девушка с ножевым! Срочно скорую! — задыхаясь, глотая собственные слезы, закричала я. — Десять минут, — приняла мой вызов Ирина и тут же отключилась. Я заорала, схватившись за голову, падая на бездыханной тело мой Юли… Моей любимой, дорогой, единственной Юлечки, которую я так любила. В нос бил металлический запах крови. А старушка Смерть стучалась в незапертые двери, словно стесняясь меня открыть их. Скорая помощь приехала через десять минут. Действительно, как и сказала диспетчер. Пара крепких парней-фельдшеров погрузили мою любовь на синие носилки, позвали меня за собой. Я захлопнула двери квартиры, направившись прямо на улицу, покрытая ярко-красной кровью своей возлюбленной, в карету поджидавшей у парадной неотложки. Забравшись в Газель вслед за фельдшерами с носилками на покоившейся на них моей Юлей, я поехала прочь от этого дома. Голова трещала, стараясь выплюнуть прокуренный мозг наружу. Сердце, покрытое слоем никотина, замерло. Я закрыла глаза, мысленно покидая существующую реальность… — Я обещала не дать тебя в обиду, Юлия. Я обещала, но не сдержала слова. Прости меня, моя любимая. Тысячу раз прости. И если ты умрешь, я умру вслед за тобой, — прошептала я, без сил откинув голову на холодный металл стенки машины скорой помощи.