A life long year

Маркус сильно нервничал, и это, наверное, было видно по его походке и жестам — дерганный, как наркоман в метро, потный, как стадо футболистов. Одним словом — не подарочек. Главное, чтобы будущая невестка не испугалась. Раньше-то времени. В их прихожей всегда было не протолкнуться. И он надеялся, что его сынулька распрекрасный, мать его, герой-любовник и конспиратор в одном лице, сообразит провести даму в комнату. Хотя и там — полный бардак. Они ж за день перевернули всю квартиру в поисках утюга для того, чтобы погладить рубашки. — Пап, знакомься. — Джонни, переминаясь с ноги на ногу, будто ему что-то мешало, как плохому танцору яйца, осторожно взял свою даму за лапу. — Эш. Моя девушка. Маркус резко выпрямился и задел головой потолок. — Маркус. Отец этого оболтуса. Очень рад знакомству, — горилла быстро смахнул с головы побелку. Прямо на плечи. Вот тебе и парадная форма. Наклонился и улыбнулся во все свои громадные начищенные клыки. Эш хоть и постаралась улыбнуться в ответ, но больше стушевалась, а Джонни вовсе закрыл лицо ладонью. — Что, я так плохо выгляжу? Джонни прыснул в кулак. — Да? — Маркус покосился на него. — Хватит прикалываться над бедным стариком! — Прости, но у тебя видок — хоть на камеру снимай… Маркус перестал лыбиться. — Нет! — Эш задрала голову. — Нет, что вы — вам очень идет улыбка. Вас сразу перестаешь считать суровым копом! Который и не за что да посадит! — Это комплимент? — насторожился Маркус. — Шутка, сэр, — пояснила Эш. — Ох, пап, сходи-ка чайку поставь. А? — Джонни утер слезящиеся от смеха глаза. — Мы с Эш пока в моей комнате посидим. — Некогда сидеть! Мы опаздываем! — Как опаздываем?! — Джонни перекосило. — Я же ещё галстук не выбрал и вообще — ты сказал, что такси заказал. Пап! — Заказал! А то! — Маркус подошёл к зеркалу и вытащил одеколон из створки шкафчика. — Подъедем шикарно! Все от зависти сдохнут! С сиреной на полную! В наручниках! И ОМОН с нами — лучше всяких телохранителей! Вот класс, да? Эш и Джонни замерли с открытыми ртами. — А теперь моя очередь шутки шутить! — Маркус хлопнул напрягшегося дальше некуда сына по плечу, и исчез на кухне, громко рассмеявшись. — Молодежь! — Слушай, почему ты раньше нас не знакомил? — Эш повисла на руке Джонни. — У тебя классный предок. Веселый такой. — Ага, веселый, когда спит зубами к стенке, — буркнул Джонни, закрывая двери. — Ты его не знаешь. — Ну, моим родителям вообще до фонаря, где и я с кем. Пьянствуют. Я их трезвыми вообще не помню. — Эш покачала головой, рассматривая постеры музыкальных групп на стенах. — Я и к Лансу-то ушла, чтоб их меньше видеть. Знала, что он мудак. Но… — Но теперь мы вместе. — Джонни обнял её. — Да? И забудь ты об этом мудаке. Он того не стоит. Всё. — Да, но как твой отец отнесется к нашим отношениям? Что он думает по поводу межвидовых пар? Вы разговаривали об этом? — Ну, знаешь, как бы… серьезного разговора у нас пока не было, но я работаю над этим. Чес слово! Эш кивнула и вдруг нахмурилась. — Он меня по базе хоть пробивать не будет? — А у тебя есть, что скрывать? — Джонни игриво прищурился. — Могу устроить допрос с пристрастием… — Ага. Как раз этого мне и не надо, — скривилась она. — Джо, ты ему ничего обо мне не рассказывай. Ну, про родителей и вообще… придумай что-то нейтральное. Иначе, он… как пить узнает, что у меня была кража… в начальной школе… — Кража? — Джонни даже отпрянул. — Ты не говорила… — Ты думаешь, что мне так хочется скорей этим поделиться?! — Ты это… случайно? Или намеренно? — Джо! — Ладно — прости. Не буду больше выспрашивать. — Ты хотел галстук поикать, — напомнила Эш. — Помочь? — Я бы вообще без него пошел… Маркус со стуком входит в комнату и оповещает, что чай готов. За маленьким столом сидеть втроем тесно. Но Маркус и не думает встать и уйти. Напротив — смотрит на Эш. Будто сканирует. Джонни старается как может разрядить обстановку, шутит, рассказывает небылицы из школьной жизни. Но ничего не помогает. Его отец умеет всё испортить. — Мне твоё лицо очень знакомо. — Маркус обращается к Эш. — Ничего, что я на «ты»? — Нет, ничего. — Эш сразу перестает пить чай. Джонни видит, как она вся сжимается, явно боясь. И ему хочется встать и уйти. Послав заодно отца куда подальше. — Где мы могли видеться? — Понятия не имею, сэр. Может, вы видели меня… на обложке журнала? — Тогда бы я запомнил. — Маркус следит ещё и за временем. — А чего пирожные не едите? Они вчерашние, правда, но… — Фигуру бережем. И место в желудке для фуршета, — отвечает за подругу Джонни. — Пап, такси там скоро? — Через десять минут.