Их январские вечера

       Иногда, когда Минато засыпает у себя в комнате в общежитии, на него накатывает странное чувство, будто чего-то не хватает. Точнее, не чего-то — кого-то. И, закрывая глаза, он даже смутно представляет, кого именно.               Иногда ему кажется, что над ним буквально нависает незнакомка. Её черты настолько размыты, что их совершенно невозможно разобрать: видно только, что она блондинка, и что из-под золотистой чёлки поблёскивают тёмные глаза. "Иностранка?" — растерянно думает Минато, старательно пытаясь обнаружить в памяти образ неизвестной девушки. Однако едва он, казалось бы, приближается к разгадке, едва он протягивает руку к этой фантомной незнакомке, она в последний момент ускользает, растворяется, словно мираж, оставляя после себя лишь непонятное чувство зияющей пустоты внутри.               Минато не понимает, откуда в его разуме могла появиться такая очаровательная иностранка, но у него чувство, что она — не плод его воображения, что она — реально существующая личность, настолько же реальная, как он сам, как Джунпей или Юкари, как любой из его одноклассников. Однако какой-то внутренний барьер упорно отделяет его от этой девушки, от той, кого он так л...               ...любил?               Но если он её так любил, как же он смог её забыть? Что же приключилось с тех пор, как он её в последний раз видел вживую? И видел ли он её для начала вообще?               Думая об этом, Минато каким-то образом начинает верить: видел. Не только видел, но и слышал её голос, ощущал тепло её тела. Но когда?..               Наверное, это случилось в начале учебного года. По какой-то причине у Минато крайне смутные воспоминания из того периода... Да, наверное, так. Наверное, они познакомились в начале года в школе, и она была ученицей по обмену, как Бебе... Но почему-то Бебе Минато помнит хорошо, а её — нет. Хотя Минато в какой-то момент начинает считать, что встречался с этой девушкой. Иначе почему ещё она в его воспоминаниях имеет такую смутную, но такую нежную улыбку на губах, почему она в секунды своего "появления" в его комнате таким ласковым жестом протягивает руку к его лицу?..               И куда же она в итоге делась, эта таинственная возлюбленная? Наверное, довольно быстро вернулась на родину... Кстати, откуда она? При этом вопросе в голове Минато всплывает Англия. А после возникает ощущение, что он когда-то знал ещё англичан... но почему-то, когда он пытается этих англичан вспомнить, в голове будто возникает какой-то блок. Стена, на которой большими буквами выведено: "Ты знаешь лишь одного иностранца, и он — француз".               Да и как Минато бы успел так сильно полюбить девушку, которую знал всего ничего? Нет, что-то тут не сходится. Он явно что-то забыл. Что-то очень, очень важное...               И вообще он последнее время живёт с постоянным ощущением, что он слишком много забыл.               Иногда, когда на улице идёт снег, Минато чувствует, что не может сидеть дома. Он берёт свой неизменный плеер, надевает наушники и идёт во тьму февральского вечера. И в какой-то момент у него возникает ощущение, что всё это неправильно. Что он не должен идти вот так один, закрывшись от мира любимой музыкой. Минато чувствует, что ему остро не хватает... кого? Той девушки, которую он, похоже, видел лишь в своём воображении? Или же чего-то большего? Да, иногда ему кажется, что кто-то безжалостно вырвал кусок из его жизни, заменив реальные воспоминания фальшивыми, а его настоящие чувства — их карикатурным подобием.               Но в те конкретные моменты, когда он бредёт по укутанным вечером улицам и, случайно поднимая глаза, видит падающие из черноты неба снежинки, Минато острее всего ощущает нехватку той девушки рядом, желание, чтобы она не спеша шла возле него, обхватив его руку и аккуратно положив голову ему на плечо. Ему очень хочется видеть, как снежинки оседают на её опущенных ресницах, как на её губах играет блаженная улыбка... Вспомнить бы ещё, как конкретно выглядят эти ресницы и эта улыбка!               Иногда, оставшись наедине с собой, Минато пытается вспомнить, как её звали. Кто ты, прекрасная леди? М... Ма... Мари? Нет, это слишком по-французски. Мария? Или, может, Мэ... Маэ... Ме... Сложно. Минато сдаётся, так и не приблизившись к разгадке. К тому же, в другой вечер ему начинает казаться, что никакая она не Мария вовсе, ничего подобного. И на ум приходят совсем другие имена: Аннабель, Изабель... Элизабет, Маргарет... Хм, а ведь как будто он знал кого-то с именем Элизабет. И Маргарет тоже. Но нет, Маргарет — это не важно. А вот Элизабет...               И Минато снова заходит в тупик, пытаясь хоть на секунду прикоснуться к обрывкам "своего" прошлого, о котором он ничего, ничегошеньки не помнит.               Иногда во время его вечерних прогулок ноги сами приносят Минато к городской гостинице. Минато долго недоумевал, что он тут забыл и откуда в его памяти такие яркие картины номера в этой гостинице (вплоть до оторвавшегося уголка обоев на одной из стен!), пока не пришёл к выводу, что, видимо, и тут он бывал прежде с таинственной Марией-Изабель... Марией-Изабель? Марибе...               В какой-то момент Минато смутно припоминает, что эта девушка, так сильно занимающая его мысли, в жизни слишком часто выглядела грустной. Нередко на уроках вместо того, чтобы слушать учителя, Минато ломает голову над причинами её печали. Может, она была чем-то очень больна? Она, кажется, называла что-то своей болезнью, но, возможно, это было не буквально... Минато ломает голову над причинами её печали, но не может найти ответа — ещё бы, ведь он даже не помнит, кто она сама! Кто она, откуда? Говорила ли она с ним о своей родине? И почему Минато, как он постепенно вспоминает, так хотел, чтобы она начала ближе общаться с каким-то своим другом оттуда?.. А она на это упрямо отвечала... что? И да, разве это был друг? Вроде же у неё была подруга, которая... Да, точно, у неё была подруга! И, кажется, это она, а не Мэри-Белль чем-то болела, что не вставала с кровати уже год...               Мэрибелль? Или же...               "Марибель..." — думает Минато, вдыхая пропитанной ароматом цветущей сакуры воздух. Да, как же он мог забыть её... да нет, это как раз неудивительно — ведь он после победы над Никс забыл всё, связанное с Тёмным часом и иными мирами. Но сейчас он помнит, и одно из главных доказательств существования всего прошедшего года улыбается ему самой счастливой и человечной улыбкой, которую он только у неё видел. На данный момент Аигис для него — главная ниточка к прошлому, потянув за которую, Минато постепенно возвращает утраченное время. И это время само с готовностью возвращается к нему — приближающимся звуком бегущей толпы. Аигис смотрит на дверь крыши с улыбкой.              — Вот и остальные... — практически беззвучно произносит она.               Однако её голос не тонет в шуме ветра и шуршании поднявшихся в воздух лепестков сакуры. Минато с трудом переводит взгляд на дверь. Мгновение спустя он видит в расплывающейся картине мира друзей и не сдерживает просящуюся на губы счастливую улыбку — а затем поддаётся усталости, преследующей его уже несколько дней, и позволяет тяжёлым векам наконец-то опуститься.               "Если бы я смог ещё раз увидеться с тобой, Марибель, мне больше было бы нечего желать в этой жизни..." — вспыхивает в его сознании мысль, яркая и быстрая, как молния, прежде чем его разум окончательно погружается во тьму.               Навсегда.