Их январские вечера

      — ...ты сегодня выглядишь счастливой, Хан-сан. Случилось что-то хорошее?               Это замечание заставило Марибель смутиться и быстро взглянуть на собеседника: Исао встретил её ободряющей улыбкой без капли насмешки или издёвки. Осознав, что он не дразнит её, Марибель вновь улыбнулась и кивнула.              — Да, очень хорошее... — тихо проговорила она на выдохе, выпуская изо рта облачко пара.               Исао несколько секунд выжидающе глядел на неё, а затем, видимо, оставил надежды на ответ и с негромкой усмешкой пожал плечами.               Подходя вместе с ним к больнице, Марибель не могла не думать, насколько же её нынешнее поведение должно казаться неуместным в подобном заведении. Однако не радоваться сегодня было просто невозможно: прошлым вечером, спустя год отчаянных попыток, ей наконец-то удалось найти подходящий разрыв в границе между мирами, и теперь при помощи подаренного Хиной "компаса" она могла без труда пересечь эту границу, отделяющую её от любимого человека. Сегодняшний день она избрала для того, чтобы опробовать этот путь.               "Сегодня, спустя целый год, я наконец-то смогу увидеть тебя, Минато..." — думала она в приятном волнении, и от столь тёплых мыслей на губы так и просилась счастливая улыбка. А если учесть, что Марибель думала о предстоящей встрече практически непрерывно, улыбалась она сегодня целый день — неудивительно, что Исао обратил внимание. "Наверное, он долго сдерживался, чтобы не спросить меня об этом..." — подумала Марибель, украдкой бросив взгляд на бредущего рядом одногруппника и мысленно не в первый раз за время их общения поблагодарив его за то, что он не стал на неё давить и дальше лезть с расспросами.               Сегодня был первый раз, когда Марибель буквально впорхнула в палату и, бросив сумку на пол рядом с собой, практически плюхнулась на стул. Не изменяя своей улыбки, Марибель вперила взбудораженный взгляд в пациентку. Однако, вопреки её надеждам, лицо Ренко было всё так же безмятежно и так же неподвижно, как было оно вчера, и позавчера, и позапозавчера. Улыбка Марибель дрогнула. "Да, конечно, пробуждение Ренко — это было бы слишком много хороших новостей для меня..." — с горечью подумала она. Однако в следующий миг она тряхнула головой и, вновь лучезарно улыбнувшись и сложив руки на коленях, произнесла:              — Здравствуй, Ренко. Ты не поверишь, что случилось после нашего вчерашнего разговора: я смогла найти нужный разрыв!.. Разве не здорово? Всего каких-то пара часов — и я снова увижу Минато!               Марибель поднесла к лицу кулак и счастливо рассмеялась. А в следующий миг её выражение омрачила тень заботы, и, немного помолчав, она робко, как-то стушевавшись пробормотала:              — Надеюсь, он не слишком испугается, увидев меня такой: в конце концов, я перед ним ещё так не разодевалась...               Марибель возвела глаза к потолку, вспоминая сегодняшние сборы. Во время заключения в академии взаимных убийств она не видела смысла особенно рисоваться и в дополнение к своему достаточно скромному наряду ("Впрочем, даже он..." — подумала Марибель, невольно протягивая пальцы к основанию шеи и чуть-чуть краснея) не красилась слишком ярко. Однако сегодня был особый случай, и ради него Марибель решила выглядеть торжественно. Впервые она так долго и так загодя рылась в своём гардеробе, перебирая свою одежду, впервые потратила так много времени на макияж и причёску перед университетом (последняя, впрочем, со стороны вряд ли отличалась от её обычной) — и всё ради того, чтобы в момент встречи поразить Минато (желательно, в самое сердце).               Внезапно на лице Марибель появилось обиженное выражение, и она, надувшись и возмущённо взглянув на (всё ещё неподвижную) подругу, протянула:              — Да ну тебя, Ренко! Вовсе я не расфуфырилась!.. Могла бы поддержать, а то всё смеёшься надо мной... — Марибель замолкла и отвела взгляд, чтобы спустя пару секунд тихо признаться: — И вообще, я на самом деле очень волнуюсь...               Марибель вздрогнула и удивлённо взглянула на Ренко. В следующий миг она расслабилась и улыбнулась.              — Граница? — словно бы переспросила она. — Ренко, ты всегда думаешь о таких практически значимых вещах... — Марибель не сдержалась и усмехнулась. Покачав головой, она со вздохом продолжала: — Нет, я волнуюсь не из-за границы: тут я убедилась, что всё надёжно и что там нет никакой ловушки. Я волнуюсь вот из-за чего: мне страшно, что спустя столько времени я больше не нужна Минато.               Марибель опустила глаза в пол и печально улыбнулась. Затем, будто услышав ответ Ренко, она горько усмехнулась.              — Возможно. Возможно, это и правда глупости и пустые переживания. Но всё-таки... Давай рассуждать логически, Ренко: я не знаю, как именно протекало в его мире время, но у нас тут прошёл год. Год, понимаешь? За год с человеком может случиться много всего. Вон, даже я начала как-то общаться с новыми людьми (пусть я и проучилась с ним до этого два года...), а уж Минато... Давай смотреть правде в глаза: наши с ним отношения, наши чувства друг к другу... они зародились лишь благодаря тому, что мы были рядом в экстремальной ситуации. — Марибель низко опустила голову и непроизвольно сжала кулаки на коленях, прежде чем объяснить: — Я боюсь, что мы с ним оба обманулись: нам обоим просто нужен был кто-то, кто даст поддержку, и так уж удачно совпало, что мы с ним смогли дать друг другу то, в чём так нуждались. Мы постоянно были рядом, подпитывая душевные силы друг друга, — и ошибочно приняли эту нормальную для любого человека потребность в поддержке за любовь.               Марибель замолкла. Сегодня радость от близкой встречи затмила их, но весь предыдущий год в процессе поисков пути в мир Минато в её разуме то и дело всплывали тревоги. Да, Марибель частенько задумывалась о том, что все её надежды — лишь глупая иллюзия чувств, которые она просто придумала, за которые приняла банальную потребность держаться вместе для выживания. И вот сейчас, стоило ей едва вспомнить о своих переживаниях, они навалились на неё снежным комом, который увеличивался каждый день до этого мгновения, накапливая малейшие негативные эмоции, малейшие допущения и намёки существ из её кошмаров.               Внезапно Марибель вздрогнула, а затем опустила плечи, и слова полились из её рта потоком, который было уже невозможно сдержать.              — Знаешь, Ренко, я много раз думала за этот год: а что если Марти-сан был прав? Что если "эффект подвесного моста" — самое правильное описание наших с Минато чувств друг к другу? Мы просто первые подвернулись друг другу под руку — и решили, что это любовь. А теперь, когда мы оба с ним вне опасности, далеко друг от друга, мы можем наконец-то рассуждать здраво — и осознать, что всю нашу "любовь" мы придумали себе сами. А что, я думаю, у Минато на это было достаточно времени... и возможностей. Не думаю, что он особенно страдал недостатком внимания, в том числе и со стороны противоположного пола: вон, Марти-сан как-то говорил, что девушки любят парней вроде него... а в этих делах я склонна Марти-сану... ну, не доверять (доверять для него слишком громкое слово) — принимать его замечания во внимание. Как человека сведущего...               Марибель усмехнулась, вспоминая своего ехидного британского знакомого, и отрешённо спросила себя: "Интересно, смог ли он помириться с матерью?.." А в следующий миг её плечи дрогнули от горького смешка, и она, подняв глаза на Ренко, иронически признала:              — В любом случае, Минато мог понять и принять истину; я же весь этот год точно хваталась за свою иллюзию. Разве я не жалкая?               С губ Марибель сорвался нервный смешок, но в глазах не было и намёка на улыбку — в них стояли слёзы. Марибель низко опустила голову и, не сдержавшись, всхлипнула. Несколько капель упало ей на колени — прямо на бежевую юбку, на которой она остановила выбор после столь долгого и придирчивого осмотра своей одежды. В этот день она пообещала себе наконец-то быть счастливой — так почему же она опять закончила в слезах?..              — Ну и дурёха же ты, Мери.               Марибель резко подняла голову и удивлённо взглянула на Ренко. Ей послышалось, или?..               Ренко лежала на постели, окружённая капельницами и различными аппаратами жизнеобеспечения и как прежде неподвижная. Не было и намёка на то, что она в ближайшее время очнётся.               Ей послышалось. Опять.               Губы Марибель искривились в горькой ироничной усмешке, и она медленно закрыла глаза. Торопливо утирая слёзы, она придала своей улыбке как можно более весёлый вид и с (жалким нервным) смехом произнесла:              — Да, ты совершенно права: я просто себя накручиваю. Я ничего не узнаю, пока не встречусь с Минато. Даже если мои предыдущие рассуждения правдивы и он всё осознал, ему хватит такта аккуратно это донести. Он ведь очень хороший и чуткий человек, который сделает всё, чтобы не ранить чужие чувства... Ренко! — внезапно с искренним смехом воскликнула она, вскинув голову и тщетно стараясь придать своему голосу возмущённый тон. — Ты говоришь это, чтобы меня успокоить... Да и какая я сейчас красотка, с красными-то глазами и распухшим носом... — тихо добавила она, отворачиваясь и смущённо теребя прядь волос. Волосы, впрочем, Марибель быстро выпустила, вспомнив про укладку, а затем улыбнулась и с искренней благодарностью прошептала: — Спасибо...               Марибель взглянула в лицо спящей Ренко и, поддавшись порыву, мягко накрыла её ладонь своей. С горечью глядя на опутанную проводками бледную руку подруги и нежно поглаживая костяшки её пальцев, Марибель с чувством произнесла:              — Надеюсь, в следующий раз, когда я к тебе приду, ты сможешь сказать мне всё это вслух, Ренко...               Марибель ещё несколько секунд со слабой надеждой всматривалась Ренко в лицо, прежде чем её пальцы соскользнули с ладони подруги. Она тяжело вздохнула и, беря сумку с пола, вымученно улыбнулась.              — Ладно, на сегодня я тебя покидаю, Ренко. — Марибель немного помолчала, а затем лукаво усмехнулась и задорно добавила: — Если сегодня всё пройдёт удачно, завтра тебе придётся выслушивать моё счастливое романтическое щебетание, так что готовься!               И, махнув рукой на прощание, Марибель поспешила на выход. На свидание в другой вселенной.