Их январские вечера

      — Кстати, я заметил, что все эти фотографии, которые ты мне показывала — общие или торжественные. Это потому, что ты в школе не любила фотографироваться, или?..               Марибель застегнула молнию на сумке и едва слышно вздохнула. Она ни секунды не сомневалась, что Минато обратит внимание, но... Ей бы очень хотелось отсрочить этот вопрос. "Всё-таки иногда ты слишком внимательный..." — с лёгкой досадой подумала она, поднимая взгляд на собеседника.               Этот вечер они с Минато решили провести в раменной за просмотром фотографий Марибель времён старшей школы. Просто в прошлый раз Минато спросил её о том времени, а она решила, что некоторые вещи показать будет проще, чем описать на словах. Минато встретил идею с энтузиазмом, насколько вообще это слово применимо по отношению к нему с его уровнем эмоциональности. И, в принципе, на его лице читался интерес, когда Марибель показывала на экране мобильника снимки, попутно давая краткие пояснения. Единственное, что она не особенно хотела говорить...               Под внимательным взглядом Минато Марибель откинулась на стуле и, прикрыв глаза, признала:              — Да, ты мыслишь в верном направлении: у меня мало фотографий, потому что меня было некому особо фотографировать.               Минато на это тяжело вздохнул.              — Так я и думал, — проговорил он, убирая руки из-под подбородка, чтобы наконец-то занять их палочками для еды.               Марибель также взяла в руки столовый прибор и поджала губы.              — Ну да, я никогда не отличалась общительностью, — признала она с лёгкой обидой в голосе и, бросив быстрый взгляд на Минато, многозначительно добавила: — В отличие от некоторых...               Минато на секунду приостановил работу палочками и, подняв на неё глаза, с довольно скептическим видом вскинул брови.              — Я вовсе не общительный... — проговорил он, а затем вновь сосредоточил внимание на еде.               После этого настала очередь Марибель скептически вскидывать брови. Она склонила голову набок и заметила:              — И это мне говорит человек, который... — она сделала паузу, чтобы придать своему лицу как можно более отрешённый вид, а затем приготовила руку, чтобы на каждой последующей фразе ей беспечно махать, и начала: — "Здесь мы с одноклассником едим рамен. А здесь проводят время все ученики нашей школы, например, один мой знакомый, который пытался меня развести на деньги... О, видишь рекламу? Вот этого ведущего я встречал тут же. Ну а здесь я беседовал с одним смертельно больным парнем... а, и перед этим играл с младшеклассницей. А тут проводит вечера мой знакомый буддистский монах, который ещё советовал мне побриться налысо"... Мне продолжать? — спросила Марибель уже больше похожим на свой обычный тоном, прикрыв один глаз, а вторым взглянув на Минато.               Тот криво улыбнулся в ответ.              — Мне кажется, я говорил не совсем так... — пробормотал он, но под ещё более скептическим взглядом Марибель с нервной усмешкой заметил: — Но то, что у меня много знакомых, не делает меня общительным. Просто так получается: я оказываюсь в какой-то среде, встречаю кого-либо и по какой-то причине ввязываюсь с ним в диалог, а дальше как-то само собой... Ну а мне это для объективных целей нужно, так что я не препятствую, — заключил Минато, пожимая плечами.               Марибель понимающе кивнула и подцепила палочками лапшу. Она помнила, как он объяснял ей, что социальные связи являются частью его личности и поэтому прямо отражаются на состоянии его персон, усиливая их в бою и тем самым очень облегчая процесс покорения Тартара, так что жизненная важность подобного поведения была для неё очевидна, а его объяснение её ненадолго удовлетворило. Некоторое время она задумчиво глядела в тарелку, потягивая свой рамен.               Однако в какой-то момент ей на ум пришла одна мысль, от которой на губы так и запросилась хитрая улыбка. С трудом Марибель сдержала её, чтобы усыпивший бдительность Минато не заподозрил ничего раньше времени. А в следующий миг она отвела взгляд в сторону и как можно небрежнее заметила:              — Значит, у тебя и правда так не только с едой... Увлекаешься, да?               Марибель не сдержала усмешки и скосила глаза на Минато. От его вида она едва не прыснула со смеху: тот застыл с лицом бледнее обычного на два-три оттенка, с выражением шока (которое, как Марибель уже хорошо усвоила, могло также служить неплохим прикрытием для смущения, когда Минато находился на людях)... и с висящей на губе лапшой, которую он от неожиданности забыл есть. Впрочем, еду он быстро проглотил, очевидно, осознав, насколько нелепо выглядит (не в последнюю очередь благодаря Марибель, которая очень скоро не выдержала и всё-таки начала хихикать в кулак), и спешно отвернулся, так что половину его лица от Марибель теперь скрывали волосы. "Краснеет..." — мысленно констатировала Марибель, ни секунды не сомневаясь в правильности своего заключения — в конце концов, как-то раз она всё-таки отодвинула эту "синюю занавеску" и обнаружила за ней румянец смущения не очень довольного её действиями Минато.               Минато тем временем немного пришёл в себя и с досадой заметил:              — Вечно ты для подобных фразочек выбираешь момент, когда я буду выглядеть наиболее нелепо... Однажды я просто подавлюсь с тобой... — Видя, что она всё никак не успокоится, он добавил: — И вообще, ты стала какая-то жестокая — я начинал встречаться со скромной и доброй девушкой, если мне не изменяет память...               На это Марибель отреагировала сообразно своему дурашливому настроению: она тяжело вздохнула, приложила ладони к щекам, склонила голову набок и с наигранно видавшим виды выражением лица заявила:              — Старею!               Минато в ответ на это не сдержал улыбки. Марибель мысленно похвалила себя за удачную манипуляцию и уходом в сторону от риска обиды. Однако в следующий миг краснела уже она: Минато вдруг потянулся к ней через стол и, погладив по голове, нежно проговорил:              — Ничего ты не стареешь, Марибель. Для меня ты и спустя много десятков своих лет будешь вечно семнадцатилетней.               Марибель смутилась и, едва он убрал руку, опустила глаза в тарелку. "Кажется, ты лукавишь: со своим поведением я больше похожа на десятилетнего ребёнка, чем на семнадцатилетнюю девушку..." — с лёгкой досадой подумала она. Стараясь отвлечься, Марибель решила полностью сосредоточиться на еде. Ещё пару секунд она боковым зрением видела, как Минато меряет её задумчивым взглядом, прежде чем он наконец-то также вернулся к своему рамену.               Некоторое время они провели в молчании, каждый сосредоточенный на еде. Однако в какой-то момент Минато вдруг отложил столовые приборы (Марибель понадобилась пара секунд, чтобы осознать, что он на самом деле всё уже доел) и, задумчиво глядя в одну точку, серьёзно проговорил:              — И всё-таки я хотел бы, чтобы твоя привычка держаться одной не шла с тобой дальше.               Марибель взглянула на него, растерянно хмуря брови. Встретив его абсолютно серьёзный взгляд, она опустила глаза и попыталась было слабо возразить:              — Я не держусь одна...               Минато на это сцепил пальцы в замок и, взглянув ей в лицо, спокойно проговорил:              — Хорошо. Тогда перечисли мне, пожалуйста, всех людей, с которыми ты непринуждённо беседовала в течение этой недели. Всех, кто не я и кто беседовал с тобой в ответ, — добавил он, видя, что она уже готова была раскрыть рот.               Марибель же как раскрыла рот, так от этой реплики его сразу и закрыла. Исключая себя и (очень явно) Ренко, Минато значительно усложнил ей задачу. Марибель отложила палочки и, опустив глаза в пол, протяжно хмыкнула в задумчивости и волнении. Наконец, после долгих раздумий, она неуверенно начала:              — Ну, я разговаривала с Акамивой-саном по дороге в больницу... к Ренко... и... Наверное, всё, — со вздохом признала она, бессильно подёрнув плечами и как бы сдаваясь.               От этих слов на губах Минато появилась кривоватая улыбка.              — Ну, уже что-то, — проговорил он, прикрывая глаза. Затем он поднял веки и несколько секунд глядел в стол, прежде чем продолжить: — Хотя, судя по твоим рассказам, твои отношения с ним не особо сдвинулись с мёртвой точки...               Марибель обиженно насупилась.              — Вот уж не ожидала, что мой парень будет недоволен тем, что у меня не продвигаются отношения с другими парнями... — проворчала она.               Минато тяжело вздохнул.              — Я недоволен тем, что рядом с тобой в твоей ситуации нет тех, кто хотя бы своим видом поможет разгонять пугающие тебя вещи, — объяснил он. — Ты же сама говорила, что в присутствии Акамивы тени от тебя отступают. И это не говоря уж о том, что человеку в трудной ситуации рядом нужен другой человек... — заключил Минато, отведя взгляд.               Марибель осознавала, почему он закончил именно так: в конце концов, из болота апатии, в котором он прожил десять мучительных лет, его самого вытянул не кто иной, как его друзья, с которыми он теперь сражался за судьбу мира против самой Смерти. Да что там, она и сама понимала, что, если бы она не встретила Ренко, она бы так и продолжала быть равнодушным "зрителем" своей собственной жизни. Да, Марибель прекрасно понимала, насколько важно иметь близких людей в жизни. Однако...              — Даже если ты, очевидно, хочешь, чтобы у меня были друзья, боюсь, мне уже поздно пытаться налаживать с кем-то отношения... — признала Марибель спустя некоторое время молчания. На недоверчивый взгляд Минато она пояснила: — Дело в том, что я не из тех людей, кто может просто начать с кем-то непринуждённый разговор, не из тех, кто сделает первый шаг... И даже если я с кем-то побеседую, не представляю, чтобы это у меня пошло дальше — как всё начинается, так всё и заканчивается. Я не понимаю, каково это — когда какой-то знакомый из школы или универа вдруг зовёт тебя куда-то вне школы или универа...              — А Ренко? — наконец не выдержал и поинтересовался Минато.               Марибель вздрогнула, и на секунду помрачнела. В памяти вспыхивали многочисленные картины поездок с Ренко, и сердце сжималось от мысли, что существует шанс никогда больше не испытать чего-то подобного. Однако сейчас, рядом с Минато, она могла более-менее взять себя в руки и не поддаваться тяжёлым мыслям, а сосредоточиться на сути. Таким образом, она, сделав глубокий вдох, начала:              — Ренко — исключительный случай. Начнём с того, что с ней всё пошло от того, как она вбила себе в голову, что хочет видеть меня своим другом... а закончим тем, как она для этого с умением настоящего детектива, — на этих словах её губы слегка искривились в улыбке от воспоминаний об одном профессиональном детективе, знатно подпортившем ей и её друзьям жизнь, — нарывала информацию обо мне, допрашивая разных людей и долго копаясь в сети.               Минато на это объяснение задумчиво возвёл глаза к потолку, а затем вынес вердикт:              — Не уверен, что сам бы после такого согласился дружить с человеком... — Заметив, как Марибель подёрнула плечами, он вздохнул, а затем спокойно продолжил: — И всё-таки, говоря о том, что тебя никто не зовёт, ты лукавишь.               Под его уверенным взглядом Марибель криво улыбнулась. "Всё-то ты помнишь..." — подумала она. И правда, было одно исключение, когда её довольно настойчиво приглашали прогуляться где-нибудь помимо территории университета, а она не менее настойчиво отклоняла эти приглашения, потому что считала, что в её ситуации не до подобных развлечений. И, конечно же, она рассказывала об этом Минато, и он вроде всё понял... Понял и принял во внимание, как показал нынешний разговор.               Марибель с тяжёлым вздохом ответила:              — Ну да, ну да, ты меня подловил, я это смутно представляю. Но ведь эти приглашения прекратились ещё полгода назад. Не думаю, что сейчас это будет актуально.              — Эти — нет, — согласился Минато. — Но, судя по твоим рассказам, то, что он перестал тебя звать куда-то, связано с тем, что ты всегда отказывалась, а также с тем, что он — тактичный человек, который не лезет с лишними предложениями и вопросами. Или я не прав, и ты считаешь, что он просто потерял к тебе всякий интерес?.. — уточнил он.               Марибель отвела взгляд и протяжно хмыкнула.              — Ну-у... — наконец, начала она. — Нет, не считаю, что прям уж совсем потерял... Я же говорю, мы нормально общаемся по дороге в больницу. С другой стороны... — Марибель смущённо опустила глаза в пол и тихо пробормотала: — Мне кажется, что это будет невовремя... Да и не умею я проявлять инициативу...               На этих словах Минато очень красноречиво вскинул брови, явно этим выражением припоминая ей, кто из них в определённой ситуации говорил про "невовремя", при этом прежде проявив инициативу. Марибель прикусила язык и отвела взгляд, слегка покраснев: она это всё очень хорошо помнила и до сих пор немного смущалась. А Минато, похоже, нагло этим пользовался. По его виду и не скажешь, что этот спокойный человек умеет осознанно манипулировать чувствами других людей (пусть и не во вред), так что иногда Марибель казалось, что она открыла в нём какой-то ящик Пандоры. Впрочем, бил он точно, так что контраргументов у неё, помимо банальной стеснительности, которая в вопросе жизни и смерти была немного неуместна, не было. Именно поэтому в конце концов ей ничего не оставалось, кроме как сдаться и проговорить:              — Хорошо-хорошо, раз ты так хочешь, я попробую...               От этих слов Минато слегка улыбнулся ей одной из своих самых ободряющих и в то же время очаровательных улыбок. Марибель не могла не улыбнуться в ответ. А он, наблюдая, как она возвращается к своему остывающему рамену, тепло проговорил:              — Я рад, что ты приняла такое решение. Только ты, если что, не забудь ему сказать, что у тебя есть парень, ладно? — вкрадчиво добавил он.               Марибель на это хихикнула.              — Я подумаю! — задорно заявила она, хитро подмигнув Минато.       

***

              И вот Марибель стоит у дверей поточной аудитории, сжимая пальцы на ручке сумки и будто бы ища взглядом свободное место. Но на самом деле сейчас её интересовало совсем не место; нет, её взгляд блуждал по аудитории в поисках одного определённого человека. Впрочем, субъект её интереса обнаружился довольно быстро в привычном районе на втором ряду неподалёку от выхода со скучающим видом листающим что-то в телефоне в гордом одиночестве (какая удача!). Марибель сделала глубокий, едва слышный вдох, затем несколько раз сжала и разжала пальцы на ручке сумки, прежде чем преодолеть неуверенность и заставить себя сделать шаг в нужную сторону. "Ещё не поздно пройти мимо, сделав вид, что ты просто идёшь к своему обычному месту с этой стороны", — пронеслось в её голове. Это предложение выглядело слишком соблазнительно, но... "Нет, тогда весь психологический тренинг от Минато был зря!" — жёстко сказала себе она, мысленно мотнув головой и вспоминая, как он потом ещё ночью напомнил ей про её обещание, а затем сделала шаг в сторону своей "жертвы".              — Рядом с вами не занято... Исао-сан? — осторожно поинтересовалась она.               Исао, видимо, от неожиданности, прекратил листать (кажется) новостную ленту и удивлённо воззрился на неё, растерянно хлопая глазами. Было не до конца ясно, что его поразило больше: то, что Марибель впервые имела дерзость обратиться к нему по имени, а не по фамилии, или то, что она вообще обратилась к нему в университете сама. Марибель же, борясь с желанием махнуть рукой и сказать что-то вроде "Не важно", старательно придавала своей улыбке доброжелательный, а не нервный вид. Наконец, Исао, видимо, догадавшись о её страданиях, или же просто сочтя паузу слишком затянувшейся, отложил телефон на стол и ответил:              — Нет, не занято. Присаживайся, если хочешь... — на его лице отразилась неуверенность, явно связанная с тем, как ему после всего стоит к ней обращаться.               Марибель с трудом удержалась от того, чтобы облегчённо выдохнуть, и, быстро кивнув, аккуратно разместилась рядом. Выкладывая вещи, она заметила:              — Если вам удобно, Исао-сан, можете назвать меня по имени. Правда, обычно окружающим довольно сложно его произносить, так что я на обращение по фамилии не обижусь, — добавила она с кривой усмешкой. Заметив боковым зрением, как Исао кивнул, видимо, всё ещё не до конца осознав происходящее, она искоса взглянула на него и осторожно уточнила: — Точно нормально, что я тут? А то вдруг я заняла место, скажем, Ибары-сана...               Исао в его состоянии понадобилось некоторое время, чтобы сообразить, о ком речь, так как он, видимо, давно не называл своего друга по фамилии, прежде чем он махнул рукой и ответил:              — А, не беспокойся... Марибель-сан: Тацуми сегодня прогуливает из-за премьеры очередного фэнтези, на которую его Широгане позвала.               Марибель невольно улыбнулась его обращению и тому, как хорошо он произнёс её имя.              — Понятно... — проговорила она. На этом их разговор мог бы закончиться, но Марибель, помня наказ "Do your best" (и то, как забавно эта фраза прозвучала из уст Минато), неожиданно для Исао поинтересовалась: — А вы какие фильмы любите, Исао-сан? — Видя на его лице растерянность, явно вызванную её сегодняшней разговорчивостью, Марибель продолжила: — Я помню, как вы упоминали, что фантастике предпочтёте документальное кино, но что насчёт художественного?..               Марибель постаралась улыбнуться как можно более очаровательно и ободряюще. Вопрос, конечно, был довольно праздный, но ей на самом деле было любопытно, чем увлекается человек, с которым она за последний год провела столько времени, и теперь она, пользуясь поводом, решила это выяснить.               Исао же, очевидно, находился всё ещё в некоторой растерянности из-за её поведения, но, кажется, выражение искреннего интереса на её лице подкупило его и немного успокоило, так что он осторожно начал:              — Ну-у, я, можно сказать, любитель психологических триллеров... А что, Марибель-сан, ты хочешь пригласить меня в кино? — улыбнулся он.               Он, видимо, предполагал, что она смутится от его шутки, но Марибель, видя, что дело идёт не так уж плохо, хихикнула и загадочно ответила:              — Кто знает, Исао-сан...               Видя, как от этого слегка смутился Исао, она подумала: "А ведь это довольно весело — общаться с людьми..." И, пожалуй, именно этот маленький успех и сподвиг её продолжать движение в сторону улучшения отношений с Исао.