Белоснежка и Охотник

С трудом разлепив глаза, Белла села на своей мятой кровати. Голова гудела от напряжения, в теле чувствовалась легкая слабость. Смахнув с себя остатки тревожного сна, девушка поднялась с кровати, покачнулась и схватилась за голову. Мир кружился будто на карусели, на огромной скорости. Осторожно опустившись на мягкий ковер у кровати, Белла сжала виски. Нужно было выпить таблетку, чтобы унять боль и головокружение, но девушка не сдвинулась с места. В душе яркими красками расцветала смесь разочарования и тревоги, словно она забыла что-то важное, что-то, что обещала себе не забывать. Может, все дело во сне? Иногда ей и правда снились странные сны, которые, проснувшись, она и вспомнить не могла, но чувствовала их важность. Как бы Белла не напрягалась, кроме боли в голове ничего не откликалось. Точно, все из-за снов... Выпив таблетку, девушке полегчало. Не став переодевать пижаму, она спустилась вниз на кухню, где уже завтракали Рене и Фил. – Доброе утро. – О, дорогая, доброе утро. Как спалось? Мы вчера немного задержались на тренировке Фила. Белла нахмурилась, вспоминая, что вчера они только-только собирались на тренировку, и никак сегодня приехать не могли. Почувствовав подвох, в душе заворошился нехороший червячок. – Ты же знаешь, его команда едет в тур по Америке и им нужно много готовиться... – Рене продолжала болтать про успехи Фила и не могла не улыбаться ему. – Мам, – как бы невзначай поинтересовалась Белла, – так сколько вы были на тренировке? Я что-то даже не заметила, как время пролетело. – О, это даже хорошо, детка. Не хочу, чтобы ты грустила в одиночестве, когда мы уезжаем, – разрезая очередной блинчик, Рене переглянулась с Филом. – Хотя нас и не было всего пару дней... Уверенна, ты нашла чем себя занять. Пару дней. В конце концов, теперь понятно, почему так болела голова. Вот только... где она была весь вчерашний день и почему ничего не помнит? Пожав плечами, Белла сбежала от родных наверх в комнату, решив разузнать о своей амнезии у Джеймса. В любом случае, ей просто необходимо его сегодня увидеть. Школы в субботу не было, так что ей предстоял целый день скуки. Джеймс не звонил. Где он? Белла успела надумать тысячу причин где он и почему не хочет поговорить. В итоге, накрутив себя до предела, должна была признать, что большинство ее тревог просто не соответствуют действительности. Стук в дверь прервал ее размышления. Зашла Рене. – Милая, ты знаешь, что Фил едет на матч и.… я не хочу оставлять его одного. Ведь мы и так редко видимся. Белла понимала это. Она видела, как несчастна ее влюбленная мать, едва оказавшаяся вдали от мужа. Она скучала и переживала за него. Рене затрагивала эту тему, чтобы склонить дочь присоединиться к ним, но каждый раз Белла была непреклонна. – Мам, я же тебе говорила много раз. Езжай с ним. Я уеду к папе. – Белла, милая, я не хочу, чтобы тебе было плохо. Я знаю как ты не любишь дождь и сырость. Не жертвуй своим комфортом ради меня. Ты можешь... – Я не поеду с вами, мам, – перебив мать, Белла посмотрела на нее взглядом "не глупи, я уже все решила". – Нет, даже не проси. Вам лучше быть одним. – Ты уверена? Белла, ещё не поздно передумать. – Я поеду к отцу. Я хочу этого. Хочу уехать, – твердо ответила Изабелла. Она всегда умела врать так, что, пожалуй, даже сама начинала верить себе. Не говоря уже о взрослых. В голове отчетливо вспыхнула мысль о том, что она должна была вчера рассказать о переезде Джеймсу. Она это сделала? Белла не помнила. Телефон молчал. Беспокоить его девушка не стала – он всегда шутил, что она умеет выбирать время, когда он занят. Поэтому чаще всего она писала ему сообщения. Вот и в этот раз, быстро набрав эсмску, не задумываясь нажала на отправить и откинула телефон в сторону. "Позвони мне." – Спасибо, милая. Рене обняла ее и, прежде чем выйти из комнаты сказала: – Я позвоню Чарли, чтобы он уладил все дела в твоей новой школе, а сама пойду заберу твои документы. Середина полугодия не лучший момент для переезда, но раз ты так настаиваешь... – Всё в порядке, мам. Спасибо. Кто бы знал, что всё так странно выйдет. Не прошло и трёх дней, как Белла была твердо уверенна, что уезжает в Форкс – самый крайний город штата Вашингтон, где она не была уже четыре года и который, по существу, не могла терпеть. Билеты куплены, рейс известен. Вот только Джеймс всё еще не знает. Он так и не позвонил. Неужели в тот день что-то случилось, а она напрочь забыла об этом? Может он её бросил? Бывает же, когда человек сознательно старается забыть плохие воспоминания, особенно если они были серьезным потрясением. Вдруг и у неё эта избирательная амнезия отняла что-то очень важное, что-то настолько ценное, что она не должна была забывать. А что, если этим воспоминанием было их расставание? В глубине сознания Белла боялась этого больше всего. Она его любила. Даже несмотря на отъезд в Форкс, она хотела продолжать их отношения. У неё еще был шанс, что Джеймс может уехать с ней. Всё равно родственников у него в Финиксе нет, его никто здесь не держит. Однако проступающие синяки на запястьях, смутно напоминающие крепко сжатые пальцы, словно хотели сказать: тебя бросили, Белла. Как бы больно от этого не было, она приняла решение. Последний раз взглянув на идеально заправленную кровать, Белла сфокусировалась на сложенном листке бумаге, лежащем на покрывале. "Я рада, что встретила тебя". И всё. Будто слова, написанные на бумаге, были сказаны вслух. Это было прощание. И хотя оно никогда не достигнет адресата, девушка ставила точку. Дверь затворилась. Прощай Финикс. Прощай её старая жизнь.