Я в порядке

      Занятие по актерскому мастерству в этот раз проводили в конференц-зале. Немного сценической пластики для разминки, пара этюдов. Ребята уже справлялись намного лучше. Атмосфера вдохновляла настолько, что в процессе работы участвовали все - и участники группы и работники бэк-офиса. Всем хотелось попробовать свои силы в этом древнем искусстве.       Алина, как всегда, сидела на задних рядах и с огромным удовольствием наблюдала за происходящим. Это всегда доставляло ей особую радость – наблюдать, как придуманные ею идеи воплощались в жизнь и сами продолжали существовать, и к тому же пользу приносили неоценимую.       Обратная связь, которую ребята дали в самом начале тренинга, показала, что многие стали открывать в самих себе новые внутренние ресурсы. Появилась глубокая осознанность и контроль себя на сцене. Нельзя сказать, что этого не было раньше, но как отметили сами айдолы, это пришло на другом, более качественном уровне. И это очень окрыляло. Вокальные занятия тоже продвигались успешно. В них также участвовали все парни без исключения – голоса крепли и обретали базу. Выученные распевки были слышны все время в коридорах. А за упражнениями на дыхание Алина заставала каждого с завидной регулярностью.       Она только об одном загрустила – что не может сделать этого же для одного человека. Для того, кому это было нужнее всего.       Рядом присел Джон Ву. Как обычно в бейсболке на нос, и беспрестанно жующий свою жвачку. - Грустите? - Не видишь улыбки? Я отдыхаю и наслаждаюсь покоем. - Грустите. Я видел. - Ну какой ты внимательный! – она ухмыльнулась. Как всегда… - Почему? Грустите? Алина задумалась. С Джоном Ву всегда было легко откровенничать - он как бездонный колодец, в который все скажешь и оно там оседает. - Понимаешь, есть в этом мире человек, которому я хотела бы помочь. И все, что происходит здесь – чтобы случилось с ним. Он очень интересный и талантливый человек, но ему не хватает уверенности в себе, слабоват голос для пения, да и потерялся он немного в этой жизни. Но это не в моих силах. Звезды так встали на небе, что не получается ему помочь. - А… - промычал Джон. - Он не заплатил за такие курсы. - Да и ты-то тоже, - усмехнулась Алина, - а сам ни одной возможности не упускаешь позаниматься вместе со всеми. - Это потому что я - Lucky guy! Алина пристально посмотрела на него: - Где ты спрятал свое Lucky? Карманы покажи! И вообще поделись! Джон Ву сделал испуганное лицо: - Я вызову полицию! Ограбление! Ну вот, ты и улыбнулась. Это хорошо! - Ладно, пошли, посмотрим, что там происходит.       В творческой мастерской в это время началось движение. Всех разделили на две команды и мастер объяснял задание Было очень интересно, что придумал этот талантливый педагог на этот раз. Танцевальный баттл. Это было интересно. Показать характер музыки. Не набором характерных движений, а именно отразить историю. В импровизации. Всех перемешали и поделили. В каждой команде оказалось по семь человек. Алина с Джеем с удовольствием наблюдали за работой ребят. Да, Джей, а он же Джон Ву, вот уже два месяца колесил по России вместе с группой BTS в составе стаффа. Алина так его и не признала за все это время. Путь этот был очень сложным. Параллельно стали снимать два шоу - про то, как BTS колесит по городам России и ее ближайших соседей - Беларусь, Украина, Узбекистан, Казахстан. И про то, как оступившийся Джей, скрываясь от русской делегации под чужим именем учится вместе бантаганами, тренируется, возвращает форму и ищет себя. И влюбляется. Джей с самого начала подозревал, что вся эта авантюра даром не пройдет для его сердца. Оказывается, он умеет любить - вот так, по-настоящему и искренне. Но сможет ли она полюбить его? *** Мастер все-таки уговорил Алину присоединиться к работе. Но задание в этот раз было совсем другим. Ей на глаза одели повязку. Надо было пристраиваться в танце к человеку, которого не видишь, и знаешь. Только чувствуешь. Он задает движение прикосновением - надо почувствовать, поймать, поплыть за ним. Неловкие, неуклюжие прикосновения… Алина обмякла. Танцевать с мастером – это высшее наслаждение. А новичок – это мука. Да еще такой, который тычет в нее пальцем – то под коленку, то в плечо. Куда девается вся их сексуальность и раскрепощенность после ухода со сцены? Она потянулась к повязке на глазах - так невыносимо было ощущение прикосновений, настолько задеревенело тело, отказывающее подчиняться испуганному представителю средне-мужского пола. Музыка, видимо, тоже не выдержала этих истязаний, и замолчала. Некто, неровно дышащий, унес свое пыхтение в пространство. Кто-то перехватил ее руку, стремящуюся освободить глаза, сильным, точным движением. И крутанул вокруг своей оси. В этот момент заиграли первые ноты той самой песни. Той, которая вот уже несколько месяцев подряд заставляет ее плакать, вытаскивая наружу все переживания и боль. Еще одно точное и сильное прикосновение и Алина полетела. Сначала рука, потом голова. Мозг отключился. Только музыка и только руки.