Ты мне нужен. Единая книга

6 июля 3743 года. Междуземье. * * * Они уже несколько часов шли по Междуземью, а Адамант все еще не мог отделаться от странного ощущения: будто это его самые первые шаги по "проклятым землям". Будто не было последних пяти лет его жизни, и сейчас вот Беркут в первый раз взял его на экскурсию в загадочное местечко, где рождаются диковинные "волшебные" артефакты... Вот настолько был непривычен рейд в составе Этернити. Адамант даже покачал головой, прогоняя наваждение. Нет, в рейды он, конечно, уже ходил — это для него в новинку не было. Но со своими ходил, с Серыми. То есть — как он сейчас уже понял, в сравнении с Этернити — с шалопаями и разгильдяями разной степени адекватности, шебутливости и самостоятельности. Конечно, не в обиду шалопаям и разгильдяям: в большинстве своем не обделенным талантами, мозгами, лучшими человеческими качествами и искренними привязанностями. Но все же. На их фоне — особенно на их фоне — Этернити выглядела по-настоящему серьезно и внушительно. По-настоящему военным кланом. Профессионально военным. "Хотя, — думал про себя Адамант, — в этом нет ничего удивительного". Особенно после взгляда "изнутри" стало очевидно, что самая распространенная версия, ходящая по Междуземью, о составе Этернити — правда. Бывшие профессиональные военные, возможно даже — сослуживцы. Но вот как они все одновременно оказались в "проклятых землях" и, главное, зачем — до сих пор оставалось для Междуземья загадкой. Адамант коротко вздохнул: ему, конечно, тоже было это любопытно, но не настолько, чтобы, к примеру, полезть к Ирбису с расспросами. Особенно сейчас, когда они в рейде. Адамант про себя даже удивился, сколько же у него в голове сейчас было посторонних мыслей, учитывая, что они действительно были в рейде. А передвижение по Междуземью, даже в составе групп, всегда требовало от Адаманта предельной сосредоточенности. Немного "расслабиться" он позволял себе только рядом с Беркутом. И... как оказалось, с Этернити. Конечно, Беркут тоже сейчас был рядом, но, судя по ничего не выражающему взгляду, только телом. Мысли его были очень далеко отсюда. Адамант покосился на идущего по правую руку партнера, а потом перевел взгляд во главу колонны, туда, где в пяти шагах позади проводников вышагивал Кыс. По Междуземью Этернити передвигалась в строгом порядке. Впереди двое проводников, идущих бок о бок. В их задачу входило прокладывание "дорожки" шириной в полтора метра, по которой и шла вся колонна. В пяти метрах позади проводников — "боевики", готовые в любой момент открыть огонь по угрозе, еще в пяти метрах позади "боевиков" — "снабженцы", несущие и везущие припасы, необходимые для развертывания небольшого, но функционального лагеря. Позади "снабженцев" — группа прикрытия. Замыкающим — на отдалении — шел Лиана. В условиях Междуземья, вопреки обычному порядку оперативной группы, снайпер должен был замыкать колонну вместо того, чтобы идти в авангарде. Все-таки в авангарде даже у Этернити традиционно для Междуземья шли проводники. Шли по приборам, достаточно быстро, особенно пока по знакомой местности, но все же, конечно, не так быстро, как могут ходить по "проклятым землям" Игроки. И сначала Адамант даже удивился: у Ирбиса в распоряжении сейчас было аж два Игрока, хоть и бывших, о чем он, кстати, знал, которые могли намного быстрее провести их к месту назначения. А ведь они как раз сейчас торопятся, потому что во времени-то сильно ограничены: до встречи с Фартом им еще нужно было успеть перейти Разлом и, по плану Ирбиса, развернуть лагерь. И все равно ни Беркута, ни Кыса Ирбис привлекать не стал, удовлетворившись своими клановскими проводниками. А потом Адамант понял: профессиональная этика. Или что-то вроде того. К "технической" части привлекать заказчиков, видимо, было против правил. Заказчик заплатил, подрядчик сделал. Как — заказчика не должно волновать, он заплатил. А Ирбис был хладнокровным расчетливым профи до мозга костей. Пока не столкнулся с одним определенным засранцем. Впереди снова начался спор на повышенных тонах. Судя по почти натуральному рыку, Ирбис держался из последних сил. Кыс продолжал целенаправленно выводить его из себя, хоть и, вроде как, не умышленно. Адамант покачал головой и снова покосился на партнера. Беркут по-прежнему делал вид, что его здесь нет, и всё окружающее к нему не имеет ни малейшего отношения. И в таком ключе это продолжалось с самого утра. Слишком явно Беркут не обращал внимания на выходки небезызвестного котяры. Не дергался, когда тот с раздраженными "ну что стоим, очки потеряли?" ломился вперед проводников, когда те останавливали колонну перед каким-нибудь подозрительным местом. Или вообще сворачивал куда-то от колонны вбок — "в кустики отлить". А когда на него за подобное принимался благим матом орать Ирбис, оперируя малопонятными для котяры терминами вроде "дисциплины", Беркут даже не порывался вмешиваться, хотя, конечно, вряд ли он и раньше вмешивался в разборки друга, когда те были "на словах". "На словах" Кыс и сам за себя мог постоять, да и не только "на словах". И все же это полное "невмешательство" ни делом, ни словом, ни взглядом со стороны Беркута было очень удивительно. Для всех. Ирбис ведь тоже сначала старался сдерживаться, не сильно повышать голос на засранца, понимал, кто перед ним и кто такой Беркут. Но потом... увидел, что от Беркута на это нет абсолютно никакой реакции, понял расклад и уже не сдерживался. А Кыс всё не бросал попыток. И слишком явно и совершенно не типично для себя упорно продолжал нарываться на реакцию. Хотел, конечно, на реакцию Беркута, но до белого каления доводить пока удавалось только Ирбиса, который — привычный к беспрекословному подчинению, дисциплине и мгновенному исполнению приказов — сдерживался от более радикальных мер, помимо криков, уже непонятно каким чудом. Адамант в очередной раз со вздохом покачал головой. Иногда ему не верилось, что с Кысом они почти ровесники, а Беркут так и вовсе их на четыре года старше. Детский сад, как он есть. * * * Их рейд уже успел за сегодня столкнуться с междуземскими тварями, но пока это были настолько незначительные для Этернити стычки, что даже не потребовали привлечения всех "боевиков". И Адамант уже почти научился определять степень угрозы по количеству шутливых фраз, которыми обменивались Ирбис и Тайпан до того, как эта угроза выскакивала на их рейд и погибала под пулями этерновцев. Поэтому, когда на очередной сигнал детектора, Ирбис отреагировал неожиданным резким: "Стоять!" — и вся колонна замерла, как вкопанная, Адамант внезапно понял, что самое время вспомнить, что он тут все-таки не на увеселительной экскурсии. А когда за этим последовали не менее резкие и громкие: "Угроза слева! Развернуть тяжелое вооружение!" — Адамант наконец-то осознал себя частью боевой группы, которой не просто так, за красивые глазки, выдали боевое оружие. Детекторы вопили истошно, не прерываясь ни на секунду. Ситуация была настолько серьезной, что Беркут даже бросил свое показное безразличие и отправился во главу колонны, туда, где стояли Ирбис с Тайпаном, да Кыс отирался неподалеку. — Сигнал похож на церберовский, — чуть только Беркут приблизился, сказал ему Ирбис и добавил, крайне недовольно: — Но церберы никогда не сбиваются в настолько большие стаи! — Обычно нет, — вроде бы подтвердил Беркут. — Обычно? — быстро сообразив, в чем подвох, переспросил Ирбис. — Ментальное воздействие. Угроза извне, — "объяснил" бывший Игрок. — К тому же, что-то их явно гонит. С такой скоростью. Прямо на нас. При этих словах лидер Этернити помрачнел еще больше и окинул взглядом своих людей, уже готовых принимать удар. "Боевики" встали первой заградительной линией, группа прикрытия оцепила "снабженцев", Лиана издалека сделал жест: "Готов! Пока не вижу!" И всё же... церберы крайне редко собирались в стаи даже в несколько семейств, поэтому то количество "адских псов", которое неслось сейчас на рейд, было просто невообразимо. И что с ними делать, представлялось тоже крайне смутно. Авангард, хорошо, они снесут, а дальше-то как? Когда "адские псы" будут здесь, и рейд будет окружен здоровенными, непредсказуемыми, смертоносными тварями... А они "в чистом поле", обороны никакой, отступать некуда. Ирбису захотелось крепко выругаться. Дело дрянь. И вдруг. Настолько быстро, что никто не успел среагировать, Кыс отделился от группы и по высокой траве бегом бросился навстречу стремительно приближающейся к ним стае. Все пораженно замерли, в первые секунды даже не сообразив, что произошло. И тут в полнейшей тишине во весь голос выматерился Тайпан, смачно сплюнул, выхватил из-за спины автомат и кинулся за "беглецом", по многолетней междуземской привычке стараясь попадать ровно след в след впереди идущего. Ирбис требовательно развернулся к Беркуту: — Какого черта он творит?! Но Беркут на него даже не посмотрел, да и на Кыса тоже. Беркут, прищурившись, уже внимательно "прочесывал" взглядом местность впереди и едва заметно шевелил губами, будто беззвучно проговаривал что-то. И вдруг отстраненно негромко произнес: — Он сейчас замкнет цепь. — Что? — не понял Ирбис. Беркут наконец обернулся к нему, посмотрел прямо в глаза и спокойным, но беспрекословным тоном заявил: — По моей команде все ложатся. И Ирбису хватило доли секунды, чтобы в этом взгляде прочитать главное — Беркут не пытался подорвать его авторитет, Беркут экономил время, которого у них почти не было. Кивнул. И отдал громкий приказ: — По команде Беркута все ложатся. После — огонь на поражение. Стрелять без команды. Никто не шелохнулся, но без сомнения все всё услышали. А стая была уже на подходе, всё отчетливее слышался старческий полулай-полухохот, и уже точно можно было сказать, что это действительно церберы. Огромная стая обезумевших, непонятно какой силой гонимых церберов. И вдруг из-за пригорка, за которым скрылись Кыс с Тайпаном, вылетело что-то, что отчетливо блеснуло в лучах солнца. — ЛОЖИСЬ! — скомандовал Беркут, и рейд, ни секунды не колеблясь, лег. Тут же раздался звук электрического разряда, и от земли в блестящую штуку врезалась молния. И уже от молнии вспыхнул странный зеленоватый пар, стеной стоящий над пригорком. Что там и как дальше вспыхнуло и сдетонировало никто заметить не успел, потому что раздался взрыв, а потом еще один, и еще, и еще... Во все стороны полетели куски земли, камни, горящая трава и кустарник, кому-то не повезло и его окропило зеленой вязкой жидкостью, оставившей после себя кислотные ожоги... Но больше всех не повезло все-таки церберам, угодившим в самый эпицентр этого местного подразделения ада. Утробные рыки и пронзительные предсмертные визги раздавались и после отгремевших взрывов. Тварей разметало по площади в несколько десятков квадратных метров, основная масса погибла сразу, еще часть догорела и поздыхала от повреждений, а по оставшимся без промедления открыли огонь люди. Этерновцы, конечно, не ожидали такого поворота, но профессиональных военных подобное выбить из колеи не могло. Поэтому чуть только прекратился ливень из грязи и ошметков церберовских туш, начался прицельный отстрел выживших псин-переростков. * * * Пока Профессор осматривал и подлатывал раненых (благо, легких, тяжелых не было), весь рейд, устроившись на незапланированный привал, с интересом наблюдал прелюбопытнейшую для них сцену: настолько взбешенного своего лидера они видели крайне редко. Сначала весь рейд послушал весьма изобретательную, но слишком уж витиеватую нецензурную тираду, смысл которой угадывался смутно, зато она просто замечательно отражала общее настроение их лидера. Потом Ирбис перешел на объяснения терминов, начав с таких, как "дисциплина", "приказ" и "ПДД", и, так как мата заметно поубавилось, объяснения получались довольно доходчивыми. Еще были перечисления наказаний за неподчинение, стандартные нотации по основным положениям и немного о субординации. И всего этого удостоился всего лишь один счастливчик. Нетрудно догадаться, Кыс. Когда стало понятно, что они с Тайпаном благополучно отбились от остатков стаи, удачно укрывшись за тем своим пригорком, получив при этом всего лишь ссадины и незначительные ожоги, Ирбис и сорвался. Чуть только дождался их возвращения к колонне, поставил Кыса перед собой и начал "воспитательный процесс". Хотя, судя по виду, Кыса он не впечатлил, что, впрочем, было ожидаемо. — Ты хоть понимаешь, гаденыш, что я с тобой за такое сделать могу?! — видя, что слова все-таки на засранцев не действуют, прорычал Ирбис. — Ничего, — нагло ухмыльнулся Кыс ему в лицо. Но Ирбис, видимо, ожидал подобного ответа, поэтому лишь улыбнулся, сладко и опасно: — Уверен? Наша с тобой сделка гарантирует только сохранность твоей жизни. Ничего более. Всё остальное — на мое усмотрение, — и продемонстрировал, что в руке все это время держал ни что иное, как наручники. Намек яснее ясного. Кыс состроил скептическую физиономию: мол, ну-ну. Но Ирбис был смертельно серьезен: — Еще хоть намек на подобную выходку, и до конца рейда будешь мешком с дерьмом на плече у Тая болтаться. Понял меня?! Кыс совершенно не запуганно усмехнулся: — Я-то понял. А вот ты не посмеешь. Ирбис скопировал его усмешку: — Это почему, малыш? Давай-ка внесем ясность. Я для тебя — лидер клана, командир рейда и владелец. И какой же из этих пунктов, позволь узнать, мешает мне "посметь"? Кыс жестко прищурился: — А не пошел бы ты на хуй, малыш? Ирбис наигранно вздохнул: — Значит, не хочешь по-хорошему, да? Тай, — сделал жест. И Кыс почувствовал, как его со спины за предплечья ухватили сильные руки. Попытался дернуться, раз, другой, но бесполезно. Тайпан хоть и не мог похвастаться внушительной мускулатурой, но его жилистое натренированное тело обладало такой силой, что позволяло без проблем удерживать вырывающегося "пленника". Кыс понял, насколько тщетны его попытки, и зло уставился на Ирбиса. — Последнее слово? — все-таки дал ему еще один шанс его "владелец". И Кыс то ли осознал, что Ирбис всерьез вознамерился исполнить свою угрозу, то ли, все-таки не удержавшись и покосившись на мгновение в сторону, убедился в продолжающемся тотальном игноре, но, прикрыв глаза, сдавшись, кивнул: — Не надо. Я понял. Не повторится. Ирбис качнул головой, и руки Тайпана исчезли с его предплечий. А мгновением спустя этот непредсказуемый хищник вдруг улыбнулся — искренне, широко, по-настоящему — и протянул ему раскрытую ладонь: — Спасибо за это, — кивнул на пепелище, место недавнего побоища. — Без тебя были бы потери. Кыс несколько секунд смотрел на него, приподняв бровь, потом закатил глаза, коротко пожал предложенную руку и отошел чуть в сторонку. Достал зажигалку, подбросил пару раз на ладони, но все-таки не закурил. Беркут, сидя неподалеку и прижимая одной рукой к себе Адаманта, продолжал что-то изучать в своем КПК: его эта сцена нисколько не интересовала. * * * На первый и единственный запланированный привал остановились уже перед самым Разломом. И достаточно долгий: Ирбис дал возможность перевести дух перед решающим рывком. Место выбрали защищенное с одной стороны скалой, а с трех других — хорошо просматриваемое, но при этом не так хорошо преодолимое. Незваным гостям, если бы они к ним сунулись, пришлось бы туго на пересеченной местности, да под пулями... И все равно Ирбис, поймав взгляд Лианы, попросил-приказал: — Обойдешь? Снайпер сделал еще пару глотков воды из фляги, кивнул и повернулся к двум парням, отлеживающимся на одном уни-одеяле. Проводники хоть и не несли на себе тяжелый груз, но устали не меньше остальных: все-таки постоянная концентрация внимания, предельная сосредоточенность, ответственность за весь рейд очень выматывали. Лиана усмехнулся: — Ну, парни, у кого еще осталась жажда приключений на задницу? Проводники почти синхронно застонали, но все же начал медленно приподниматься тот, кого звали Копать. — Я могу сходить, — неожиданно раздался негромкий голос. Все обернулись на него. Лиана фыркнул: — Вот уж в чьей неиссякаемой жажде приключений на задницу я никогда не сомневался! Кыс криво ухмыльнулся: — Боишься, не проведу? Но Лиана лишь небрежно отмахнулся: сомневаться в способностях Игрока, как проводника, было глупо. В этом он как раз не сомневался. — А чего тут сидеть? — будто поняв общий настрой, пожал плечами Кыс. — Скучно. Лиана коротко переглянулся со своим командиром и, получив от того молчаливое одобрение, в свою очередь пожал плечами: — Ладно, пошли. Копать, еще не до конца поверив в свое счастье, что ему все-таки не придется тащиться сейчас со снайпером в разведку, так и замер в полусидячем положении и с приоткрытым ртом. Лиана взглянул на него и хмыкнул: — Отбой тревоги. Отдыхай, солдат. Копать пару раз моргнул, потом заулыбался благодарно и брякнулся обратно на одеяло. — А действительно, чего тут сидеть? — вдруг заявил Тайпан, поспешно затолкал в рот сухпаек, который до того спокойно ел, и с набитым ртом добавил: — Я с вами! Лиана очень скептически на него уставился. Тайпан от такого преувеличенного внимания чуть не подавился, но все же благополучно проглотил и возмутился: — Да что?! Лиана покачал головой: — Сначала ты за ним бежишь суицидничать под церберов, теперь жертвуешь получасом законного отдыха... — подошел, положил руку на плечи: — Ох, дружище, чую я неладное. Чую, кое-кто решил коварно покуситься на выстраданное семейное счастье нашего дорогого друга и горячо уважаемого лидера. Дружище, ты же правда в курсе, что это, — кивнул на фактический "трофей" Ирбиса, — чужая собственность? — То есть как — "чужая"? — очень убедительно расстроился Тайпан. — А я думал, друзья должны всем делиться... И этерновцы вокруг дружно загоготали. А судя по виду Кыса, на этот раз фразу про "охренительных друзей" очень хотел сказать именно он. Ирбис, успевший отойти к стоящему в одиночестве в стороне ото всех Беркуту, улыбнулся выходкам друзей и негромко пояснил, видимо, на всякий случай: — Не обращай внимания, они шутят. Но Беркут, невидящим взглядом смотрящий перед собой, ровно ответил: — Меня это не интересует. Ирбис покосился на него и чуть улыбнулся, самым краешком губ, зная, что Беркут все равно не увидит. А потом вздохнул преувеличенно громко и бодро выпалил: — Не интересует? Черт, а я-то думал... ну, что я буду к нему лезть, если у вас отношения не выясненные, правильно же? Но, раз ты говоришь, что не интересует... — задумался. — Да я и сам это, в принципе, целый день видел... — решительно ударил кулаком по ладони и сделал шаг в сторону друзей и Кыса: — Черт! Тогда какого я теряюсь, такая задница пропадает... А в следующее мгновение обнаружил себя уткнутым мордой в землю, с заломленной за спину рукой в болевом захвате. Еле вывернул голову из-под тяжелой ладони, посмотрел на за секунду уложившего его разъяренного Беркута и уже открыто усмехнулся: — Не интересует, да. Ну, я же так сразу и понял. Беркут моргнул и, кажется, только сейчас осознал, что он сделал: рефлексы сработали быстрее мозга. В лагере стало так тихо, что отчетливо послышался шелест травы на ветру. Все уставились на них. — Слу-у-у-ушай, — протянул, разрушая сюрреалистичный момент, Тайпан. — Беркут, а научи меня так же! А то этот гад уже все мои приемы выучил, и вот так уложить его у меня уже не получается! Все-таки иногда "охренительные друзья" бывали крайне полезными: например, в ситуациях, которые необходимо было перевести в шутку, чтобы не иметь дело с последствиями. Беркут немного расслабился, выдохнул, окончательно приходя в себя, хмыкнул: — Зачем ты просишь об этом ученика, когда в твоем распоряжении есть учитель? Тайпан вскинул брови: — Точно! — отыскал глазами старшего бродягу: — Коготь, научи! Коготь просто улыбнулся, совершенно не воспринимая дурачащихся этерновцев всерьез. — Тай, куда без очереди?! — возмутился все еще придавленный к земле Ирбис. — Я старший по званию! — Ха! — довольно залыбился Первый Офицер. — Это тебе, Ирб, не какие-нибудь там аггинские войны, здесь твои звания не прокатят! Здесь каждый сам за себя, так что сам в очередь! И Тайпан вместе с подключившимся к процессу Лианой принялись доставать Когтя, который все-таки сдался через какое-то время и пообещал показать им пару малоизвестных приемов. Беркут тем временем освободил, наконец, Ирбиса из захвата и встал, предложил ему руку. Ирбис не отказался, а Беркут специально, поднимая, дернул его на себя посильнее, чтобы прошептать в ухо: — Никому ни слова. Ирбис усмехнулся и так же негромко ответил: — Естественно. Они дружески ударили друг друга по плечам и разошлись. * * * Лиана с Кысом — и увязавшимся все-таки за ними Тайпаном — ушли. Этерновцы перекусывали, отдыхали, проверяли и чистили оружие. Профессор со своим ассистентом, таскающим за ним его немаленьких два медицинских "чемоданчика", в очередной раз обходил своих "пациентов", кому-то менял повязки, кому-то просто раздавал медикаменты. Ирбис с Беркутом прикидывали оставшийся маршрут, на КПК Ирбиса рассматривая карту той части Разлома, через которую они собирались идти. И вдруг поверх карты всплыло входящее сообщение. .[PDA_Liana -> PDA_Irbis] 101 Беркут вопросительно покосился на Ирбиса, а тот не обратил на это внимания, сосредоточенно хмурясь, глядя на дисплей. И неожиданно громко распорядился: — Код сто один от Лианы. Двое добровольцев со мной. Копать, тоже идешь. Этерновцы на мгновение притихли, обрывая все разговоры между собой, и тут же начали вызываться: готовы идти были все. Ирбис сам выбрал пару человек, а потом серьезно посмотрел на ждущего от него ответ Беркута: — Код сто один — раненый в группе. Ты идешь? Беркут разом помрачнел, но ответил на удивление спокойно: — Меня. Это. Не интересует, — и не заметил, как рука, неумышленно судорожно сжавшаяся в кулак, чуть не раздавила ударопрочный КПК, который в ней находился.