Ты мне нужен. Единая книга

7 июля 3743 года. Междуземье. * * * Как и было запланировано, Лиана ушел на рассвете. Тайпан отправился проверять готовность "боевиков" и отдавать последние перед заключительной стадией операции распоряжения. В палатке, на единственном расстеленном матрасе, по настоянию Профессора отлеживался Кыс. С самого ритуала он так и не произнес ни слова, но зато беспрекословно исполнял все, что ему говорили, и на данном этапе это был неоспоримый плюс. Поэтому пока — все оставили его в покое, чтобы пришел в себя и спокойно обдумал ситуацию. Разве что около его матраса присел Коготь, с лицом человека, приступившего к исполнению миссии всей жизни: очевидно, принял у Тайпана пост "личного телохранителя". Беркут и Ирбис, сидя за столом, по бумажной карте отслеживали передвижение разведывательной группы. Прямо в центре, в том месте, где должна была состояться встреча с Черным Игроком, лежал КПК Ирбиса и периодически пиликал от входящих сообщений от Лианы. Лиана отчитывался иногда словами, иногда просто цифрами, а Ирбис после каждого такого отчета чертил на карте маршрут и отмечал точки, на которые по каким-то причинам указывал Лиана. Беркут молча за этим наблюдал, крайне редко что-то уточняя, и все время безостановочно барабанил пальцами по столу. Адамант, так и не придумав, чем он мог помочь, подошел к Беркуту со спины, положил руки ему на плечи и поверх его головы тоже просто стал наблюдать за Ирбисом. Понадеялся, что не помешает. Беркут промолчал, но поднял руку и на мгновение сжал его пальцы в своих: признал присутствие и одобрил. Адамант улыбнулся и начал легонько разминать напряженные мышцы у основания его шеи. Линия маршрута тем временем уже почти замкнулась вокруг КПК, оставался совсем небольшой участок. Но, увидев очередное сообщение, Ирбис неожиданно крепко выругался. .[PDA_Fart -> PDA_Irbis] Эх. Мы же с тобой договорились, дружочек. Ну, раз не хочешь по-хорошему, будет по-моему. .[PDA_Fart -> PDA_Irbis] Получишь обратно своего Лиану на моих условиях. Помрачневший Ирбис, так не беря КПК в руки, чтобы и остальным было видно, быстро напечатал. .[PDA_Irbis -> PDA_Liana] Доложить. .[PDA_Liana -> PDA_Irbis] 001 Ирбис поднял решительный взгляд: — Лиана у Фарта. Послышался шорох из угла: Кыс повернулся к ним и сел на матрасе. .[PDA_Fart -> PDA_Irbis] Это последнее, что ты от него получишь. .[PDA_Fart -> PDA_Irbis] Итак. Хочешь его обратно живым? Придете в назначенное место безоружными. И псов своих дома оставь. — Безоружными, — вслух прочитал Адамант, и в тишине палатки это прозвучало приговором. * * * Встреча должна была состояться в старом деревянном сарае, каким-то чудом еще не развалившемся. Скорее всего, какой-то клан раньше ставил в этом месте лагерь, но от остальных построек остались только груды гниющих, поросших сорняками досок. А этот сарай еще стоял: чуть накренившийся, почерневший и изъеденный древоточцами, с пробитой в нескольких местах крышей, но стоял. И для делишек, не нуждающихся в лишних свидетелях, был идеальным пристанищем. По крайней мере, по мнению Черного Игрока. Изначально, на саму встречу отправиться должны были только Ирбис, Беркут и Кыс, но Адамант вызвался пойти с ними. Лиана же четко дал понять ночью, чем все это может закончиться, и оставить Беркута в такой ситуации одного Адамант просто не мог. Тайпан остался в лагере. Взвешенное, хладнокровное, разумное решение. Адаманту даже стало слегка не по себе от него. Ведь это означало, что Ирбис готов к любому развитию событий, в том числе и к тому, что он не вернется из этого сарая. И оставил своего преемника, взявшего бы на себя в таком случае роль лидера, в безопасности. И этот преемник с этим согласился, без возражений, протестов и "а может, все-таки, дружище?" Адамант очень сомневался, что в Серых вот так отпустили бы своего лидера на смерть... не попытавшись даже встать с ним рядом и побороться. Но, очевидно, Этернити — это Этернити, и живет она по своим собственным правилам, Адаманту оставалось только промолчать. В сарае не было окон, но из-за сквозных дыр в крыше света хватало на более-менее комфортный обзор. Стоял малоприятный запах сырости и затхлости, а из темных углов чудились шорохи и поскребывания. С балок на потолке свисали гроздья... чего-то. То ли паутины, то ли чего-то еще. Некоторые из них раскачивались, словно на ветру, хотя Адамант сквозняка совершенно не чувствовал. В общем и целом, складывалось впечатление, что это не место деловой сделки, а... ловушка? И сейчас обе двери этого зловещего сарая заколотят снаружи, и на них с крыши спрыгнет тот, чьим обедом им суждено стать. Адамант поежился от такой картинки в голове и невольно сделал шаг поближе к Беркуту. Но... обошлось? По крайней мере, если это и была ловушка, то не междуземской твари в ней отводилась роль хищника. Вторая дверь напротив них открылась, и в помещение начали заходить бродяги. Вооруженные, в закрывающих лица масках. Вошли, рассредоточились. И только после этого показался сам Черный Игрок, да Лиана с Копать, которых на прицеле вели за ним. Черный Игрок. Адамант во все глаза уставился на него. Даже если Междуземье никогда до конца не верило в существование Игроков, называя их просто сказочкой для впечатлительных юнцов, тем не менее, сказочку про Черного Игрока любило особенной любовью и стояло за нее горой. Ведь что забористее пощекочет нервы безлунной ночью у костра, чем байки о жестоком, вездесущем и чуть ли не неуязвимом. Черный Игрок — легенда. Мрачная, страшная, кровавая любимая легенда. Была сейчас перед ним. А Адамант смотрел и не мог увязать образ безумного, не знающего пощады жнеца из баек и страшилок с этим человеком, стоящим сейчас перед ним. Грозный Черный Игрок оказался невысоким, жилистым, русым, немного в рыжину; с тонким длинным носом, теплыми карими глазами и крупными веснушками по всему лицу. В который раз за свою жизнь Адамант должен был признать: первое впечатление может быть так обманчиво. — Обыскать, — первое, что произнес Фарт, небрежно и почти лениво. И их четверых хорошенько "прошмонали". — Чисто, — "шмональщики" отошли, но оружие не опустили. Фарт довольно усмехнулся: — Наконец-то ты начал следовать указаниям, Ирбис. Ирбис не повелся на провокацию: — Я выполнил свою часть, выполняй свою. — О, — разыграл вселенское понимание Фарт, отошел на шаг в сторону, кивнул на Лиану: — Так ты его хочешь? Ирбис даже не ответил, продолжая сверлить его мрачным взглядом. — А ты хоть понимаешь, дружочек, — перешел на издевательский тон Черный Игрок, ухмыльнулся, и эта жутковатая ухмылка преобразила его простецкое лицо до неузнаваемости, — что ты сейчас не в том положении, чтобы чего-то требовать. Тем более от меня. У меня, — красноречиво обвел с десяток вооруженных бродяг. — А у тебя? — Твое слово. И Фарт расхохотался. Искренне, во все горло, закидывая голову назад. И от этого стало жутко по-настоящему. Адамант затаил дыхание, в эту самую секунду осознав, насколько же его предположение о ловушке было в точку. Но на лице у Ирбиса ни единый мускул не дрогнул, а Беркут только прищурился. Фарт понемногу успокоился: — Какие же вы наивные, ребятки. — Ты убьешь меня, — спокойно сказал Ирбис, — и получишь Этернити на хвост. — Твои псы меня не волнуют, — усмехнулся Фарт. — Они никогда не смогут достать меня в Междуземье. — А ты сталкивался с кровной местью за вожака стаи? — скопировал его усмешку Ирбис. Но Фарт вдруг со стоном закатил глаза: — И это все? Нет, нет, ну нет же!! — Адаманту даже показалось, что Черный Игрок в секунде от того, чтобы начать топать ножками, словно непослушный ребенок. — А где план "Б", где козыри в рукавах, где нестандартное мышление, в конце-то концов? Где все это?! Дружочек, ты меня прям разочаровываешь. С тобой становится скучно, Ирбис, — Игрок печально покивал. — А я не люблю, когда мне становится скучно. Так что осторожнее, дружок, если продолжишь в том же духе — в следующий раз я без всяких сожалений тебя уберу. Адамант, услышав в словах Черного Игрока заветное "в следующий раз", вздохнул свободнее. А Ирбис только и сказал: — Лиану верни. — Соскучился уже? — хмыкнул Фарт, повернулся к своему пленнику. — Вы, голубки, и пары часов друг без друга не можете, да? Хотя, — сделал шаг ближе и взял Лиану за подбородок, — признаю, эту мордашку я бы тоже не хотел надолго отпускать. Лиана, неприязненно дернув головой, отодвинулся от его руки. Черный Игрок просто фыркнул на это, а вот Ирбис, чуть не выходя из себя, прорычал: — Фарт, давай без игр. Я выполнил твое условие, держи слово. — Без игр? — снова в голосе Игрока зазвучали издевательские нотки. — Ты действительно становишься слишком скучным, дружок. Скучным, банальным и предсказуемым. Может, мне стоит... — Тебе стоит заткнуться, — неожиданно в разговор вклинился Кыс. — У нас тут дело на пять минут, а ты как обычно свой балаган разводишь. Хреново, когда ты самопровозглашенный гений от актерства, а добровольных зрителей от тебя тошнит, да? Адамант даже зажмурился на секунду: кажется, случилось то, чего так опасался Ирбис, и Кыс-таки договорился до обоймы. Но Фарт на удивление мягко улыбнулся и окинул Кыса медленным взглядом: — Что, Кысеныш, жаждешь внимания? Не боись, и до тебя очередь дойдет. Кыс демонстративно сплюнул. А Фарт, расхохотавшись, снова повернулся к Лиане: — Кто бы что ни говорил, но мои слова — не пустой звук. Свободен. Пока. В следующий раз так легко не отделаешься. Адамант уже правда начал считать Этернити высокопрофессиональным кланом. И даже постарался найти оправдание для поступка Ирбиса, в последний момент поставившего жизнь своего человека выше успеха операции и жизни заказчика. Но следующими своими словами именно Лиана напрочь перечеркнул эту лестную характеристику своего клана. Адамант вообще не понял, что вдруг дернуло профи-снайпера за язык. — Что, Фарт, жалеешь, что не успел воспользоваться этой задницей, пока была такая возможность? Не надейся, "следующего раза" не будет. — Ну почему же "не успел"? — не остался в долгу Фарт. — Может, просто "не захотел"? — Ну да, — усмехнулся Лиана, — и уязвимость энергощита ты предлагаешь за каждого, кого не хочешь. Фарт переменился в лице, разом помрачнел и стал выглядеть по-настоящему опасным. Шагнул ближе и снова взял Лиану за подбородок: — Ты слишком много на себя берешь, малыш. И забываешь, что я еще могу передумать. И сделал то, чего Адамант совершенно не ожидал. Поцеловал Лиану, напористо, жадно, смакуя каждое мгновение своей власти над ним. Лиана попытался бороться, но со связанными руками и дулами автоматов, упирающимися ему в спину, быстро осознал всю тщетность. Ирбис дернулся было вперед, но Беркут его перехватил и остановил до того, как успели среагировать люди Черного Игрока. — Наслаждайтесь цирком, это надолго, — снова прозвучал скучающий голос Кыса. — Эй, отморозки, верните зажигалку, я еще успею выкурить последнюю сигарету. И если Кыс этим добивался внимания, как предположил Фарт, то он его действительно добился. Фарт оторвался от губ своего пленника, резко обернулся. Насчет Лианы лишь небрежно махнул рукой — мол, отдавайте — и больше внимания на него не обращал. В руке ожидаемо появился пистолет: — Сюда, сученыш. — А ты ничего не забыл, Фарт? — за Кыса ответил Ирбис. Черный Игрок даже снова повеселел: — Ты серьезно все еще хочешь получить плату за него? Ваших жизней недостаточно? — Недостаточно, — заупрямился Ирбис. — Код доступа давай. И можешь делать с ним все, что хочешь. — Прям-таки все? Ирбис помедлил с ответом, но, в конце концов, просто вздохнул: — Мы пытались ему помочь. Он отказался. А здесь, потому что свою жизнь хочет подороже продать. Фарт хмыкнул и какое-то время молча разглядывал своих оппонентов. Скорее всего, искал подвох, решил Адамант. Но, видно, так и не нашел, потому что все-таки достал свой КПК и что-то на нем набрал. В кармане у Ирбиса пиликнуло от принятого сообщения. — Сюда, — повторил Фарт. И на этот раз Кыс действительно подошел к нему. Адамант до последнего не верил, что это произойдет. Что Этернити, пообещавшая его защищать... что Беркут!.. вот так запросто отдадут — продадут — засранца. Но Кыс не выглядел напуганным или отчаявшимся. Кыс выглядел... очень уставшим и осунувшимся, но в целом — собой обычным. И его взгляд не изменился, в нем не появилось затравленного выражения, в нем оставалось спокойствие и мелькала почти насмешка, с которой он сверху вниз смотрел на уступающего ему в росте Черного Игрока. Но в то же время... чудилось Адаманту в этом спокойствии смирение. Фарт снова окинул его внимательным взглядом и будто бы только сейчас заметил: — Ой. А что это у нас с лапкой, котенок? — поддел пальцами белую повязку и потянул вверх. Кыс поморщился и резко отдернул руку, промолчал. Фарт медленно-медленно гаденько ухмыльнулся, покосился на Беркута: — Да вас можно поздравить! — Обойдемся, — откликнулся Беркут. Адамант чуть не поперхнулся воздухом: Фарт знает! И Беркут этому совершенно не удивлен! Неужели именно на это рассчитывал Беркут, когда надевал кольцо: что Черный Игрок не рискнет убивать Принца-Консорта Ледена. Ведь если "псы" из Этернити и правда могли гоняться за ним очень долго и безрезультатно по всему Междуземью, то армия Ледена — это совсем другое дело. Против целой армии у него никаких шансов. И он не мог этого не понимать... ведь и насчет того, чтобы "убрать" безоружного беспомощного Беркута он сегодня даже не заикнулся. Значит, действительно понимал! У Кыса... есть шанс? — Ну, хоть первой брачной ночью-то успели воспользоваться? — продолжил ухмыляться Фарт. На этот раз Беркут промолчал, а Фарт гнусно захихикал. — И после этого ты отдаешь его мне? Молчание затягивалось, Адамант уже решил, что Беркут снова не ответит, но тот все-таки глухо произнес: — Это его решение. — А это тогда зачем? — Фарт снова схватил Кыса за перебинтованную руку, тот снова ее отдернул. — А это — мое, — мрачно ответил Беркут. — О, как романтично, — умилился Фарт. — Но глупо, если ты думал, что это меня остановит. Похоже, им с Фартом пришла одна и та же мысль, и Адамант даже не знал, радоваться этому или ужасаться? Беркут прикрыл на мгновение глаза и сжал кулаки, но тон его голоса не изменился, не выдал его настоящих эмоций: — Жаль разочаровывать тебя, дружочек, но о тебе я тогда вообще не думал. — О, как романтично, — с издевкой повторил Фарт. — И ты не представляешь себе, наш правильный Беркут, с каким же кайфом я сейчас это сделаю, — дуло пистолета уперлось Кысу промеж глаз, но Черный Игрок продолжал смотреть исключительно на Беркута: — Двух зайцев одним выстрелом! Черт, великолепно, просто фантастически! — расхохотался. — И, знаешь, в благодарность за это даже сделаю тебе одолжение — не стану портить эту мордаху. Сможешь напоследок в гробу полюбоваться. Пистолет переместился ниже, уперся Кысу в грудь, Черный Игрок перевел на него взгляд: — Последнее слово, котенок? — Иди к дьяволу, ублюдок, — устало откликнулся Кыс. И раздался выстрел. Несколько бесконечно долгих секунд Кыс продолжал стоять на ногах, а Фарт смотрел в его лицо и, казалось, с упоением ловил каждое мгновение, пытался запомнить все оттенки эмоций. А когда Кыс все-таки упал, покосился на Беркута, которого удерживал на месте Ирбис, но так, чисто формально удерживал, потому что Беркут даже не пытался вырываться из его рук, просто стоял, не шевелясь, и застывшим взглядом смотрел на тело Кыса в луже крови у ног Черного Игрока. — Благодарю за сотрудничество, — с непередаваемым удовлетворением ухмыльнулся Фарт, а потом присел над Кысом, проверил отсутствие пульса на его шее: — Готово. Уходим, парни. * * * Черный Игрок и его люди быстро покинули помещение, на свое место с металлическим лязгом встал засов со внешней стороны двери, и — как по щелчку пальцев — одновременно случились две вещи. Закатив глаза, на пол рухнул Лиана, и с почти звериным рыком к телу Кыса бросился Беркут. — Оп, стоять, — успел поймать Лиану Ирбис, прижал к себе одной рукой, усмехнулся: — Никуда ты от меня не денешься. А потом свободной рукой достал из потайного кармана маленький плоский бутылек без маркировки, зубами выдернул пробку, отплюнул ее в сторону и вновь заговорил с задыхающимся, трясущимся в судорогах Лианой: — А ну-ка, открывай ротик... так, ложечку за Ирбиса... — влил ему в рот жидкость из этого бутылька и улыбнулся, увидев, как тому практически сразу полегчало. — Ирб, заткнись уже, — попросил Лиана, с трудом переведя дыхание. И вдруг Ирбис мягко прикоснулся к его лбу губами, чуть слышно прошептал: — Отлично сработано, солдат. Лиана просто, ничего не ответив, закрыл глаза. Противоядие начало действовать почти мгновенно, тело перестала бить крупная дрожь, но навалилась неимоверная вялость, будто все мышцы разом атрофировались. Самостоятельно ни стоять, ни сидеть Лиана пока не смог бы, и Ирбис, понимая это, осторожно усадил его на пол и сам пристроился рядом, подставляя свое плечо для опоры. Беркут упал на колени перед Кысом. И просто схватил его в охапку, со всей дури притискивая к себе, будто так мог стать живым щитом, не выпускающим душу из бездыханного тела. — Кыс, открывай глаза. Слышишь меня, засранец, сейчас же открывай глаза! Я не прошу, я приказываю... У Адаманта, подошедшего поддержать партнера, сердце защемило от этого отчаянного требовательного шепота. Сглотнул и все-таки ухватился за жесткое, до предела напряженное плечо, пытаясь оттащить, пытаясь уговорить: — Беркут, пожалуйста, пойдем. Не надо. Он... — Нет! — выкрикнул Беркут и с силой вырвался из его рук, больше не обращая на него внимания, все его внимание было сосредоточено только на одном, оставшемся в целом мире: — Кыс. Ты сейчас же открываешь глаза. Слышишь меня? Ты. Сейчас же. Открываешь. Глаза, — пауза, ничего, естественно, не произошло: — Засранец, да сколько уже можно мне душу выматывать?! Открывай глаза, я сказал!.. Адамант закусил губу. Надо было срочно придумывать, как Беркута выводить из шока, так же невозможно совсем. "Только бы подпустил к себе", — пронеслось в голове. И тут случилось то, чего случиться просто не могло. Но оно случилось. Кыс, бездыханной тушкой зажатый в руках Беркута, вдруг глубоко вдохнул, будто вынырнув с глубины, и действительно открыл глаза. Адамант застыл в полнейшем ступоре. Беркут тоже. Но лишь на секунду, потом отмер и сжал Кыса даже еще сильнее, утыкаясь куда-то ему в плечо: — Су-ука, вот скажи, засранец, сколько еще раз в этой гребаной жизни я тебя похоронить должен? Какое-то время Кыс просто морщился, пытался отдышаться и проморгаться. — Если не разожмешь руки, — прохрипел, наконец, — еще один раз точно... И Беркут сломался: рассмеялся тихонько, с подозрительно истеричными нотками. — Как же я тебя ненавижу, засранец. Ты себе даже не представляешь... Адамант отошел обратно к Ирбису с Лианой, сел рядом с ними у стены. Копать предусмотрительно отправили к дальней двери — сквозь щелочку наблюдать за обстановкой снаружи: чтобы не особо вникал в то, что происходило внутри. Несколько минут просто молчали. — Это был план, — в конце концов, утвердительно произнес Адамант. — Естественно, это был план, — даже как-то снисходительно ответил Ирбис. — И Лиана добровольно сдался в плен, — проигнорировав этот тон, вполне возможно, что и оправданный, продолжил Адамант. Лиана фыркнул: — "001" — "все идет по плану". Но Фарт был свято уверен, что захватил нас честно, не хотелось расстраивать беднягу. — Поцелуем был передан яд, — следующий только что осознанный факт. На это этерновцы так вообще промолчали: слишком очевидно. К тому же, еще и начавшаяся снаружи перестрелка о многом говорила: Черного Игрока, скорее всего, уже нет. И теперь просто проходит зачистка его запаниковавших дружков-подельников. Адамант нахмурился, неотрывно глядя туда, где Кыс потихоньку приходил в себя, а Беркут пытался его то напоить, то придушить, судя по всему. — Но как он выжил? — Кольцо, — просто ответил Ирбис. — Кольцо? — Обручальное кольцо. Беркут надел на него обручальное кольцо, а значит, взял под защиту Перстня Айдж. — Под защиту Перстня Айдж? — все еще не понимал Адамант. Ирбис с интересом взглянул на него, но все-таки объяснил: — А ты думаешь, почему Перстень Айдж такой ценный? Это мощный артефакт. Правда, сложно сказать, на что он действительно способен: слишком много в легендах отсебятины и приукрашиваний. Но все-таки есть вещи доказанные. И важнейшая из них всегда держалась в секрете... то, что это, наверное, самая совершенная в мире система экстренной реанимации и поддержания жизни. Адамант приподнял бровь. — И защищен таким образом не только сам Великий Король, но и его супруг. После ритуала. Пока носит обручальное кольцо. Нам Беркут рассказал сегодня. Ты, я надеюсь, тоже будешь помалкивать. Адамант кивнул, но задумался: что-то тут не складывалось. Он снова мельком взглянул на партнера: — Но он испугался. По-настоящему. Ирбис лишь пожал плечами: — Я думаю, мы все до конца не верили, что Перстень Айдж способен вытащить из клинической смерти. Но он вытащил. — То есть, — после паузы осторожно спросил Адамант, — если бы Беркут не сорвался с этим ритуалом — вы бы пустили Кыса в расход? Этерновцы как-то подозрительно долго молчали, но все же Ирбис спокойно ответил: — В изначальном плане расчета на Перстень Айдж не было. Это стало просто более удобной корректировкой. Еще помолчали. Адамант нахмурился: — Выходит, все это время Беркут был практически бессмертен... Лиана снова фыркнул. Ирбис тоже усмехнулся: — Не думаю. Не мог же он носить Перстень в Междуземье. Слишком узнаваемая вещица, не находишь? Да и потом, есть вещи, от которых даже Перстень Айдж не спас бы: кислота, лава, отгрызание головы... или других частей тела. Шрам вон свой на лице он тоже явно без Перстня заработал. Адамант задумался. Действительно, не носил Беркут свой Перстень никогда. Никогда? Вдруг вспомнилась черная перчатка на правой руке. Перчатка, дающая небольшую защиту от прото-частиц, Беркут надевал ее, когда ходил с "попрыгунчиком" и прощупывал им землю: например, когда водил группы и ему надо было делать вид, что он обычный бродяга, который — как и все обычные бродяги — предельно осторожно и с опаской ходит по Междуземью. Но были такие случаи, когда Беркут брал эту перчатку туда, где пригодится она ему ну никак не могла. К примеру, вспомнил Адамант, когда они с Кысом пошли разбираться с Ловчим. Шли они только вдвоем, два Игрока, а Беркут все равно положил перчатку в рюкзак... Адамант тогда это заметил, пошутил еще: "Так и знал, что в "попрыгунчиках" — главный секрет Игроков!" А Беркут только молча улыбнулся и накрыл его губы долгим нежным поцелуем на прощание. "Вот, значит, как, — горько подумал Адамант, — значит, не только жизнью ты готов был ради него рисковать... но и разоблачением". То есть полным крахом всего того, что у него было на тот момент. Минус клан, Междуземье... "трофей". "Нет, Беркут, я не хочу быть твоей уверенностью, — жестко прищурился Адамант. — Я хочу быть тебе необходимым так же, как этот засранец". А иначе — все это не имеет смысла. Дверь открылась, показалась взъерошенная голова Тайпана: — Чисто, Ирбис. Можете выходить. * * * Для Лианы и Кыса принесли носилки. Лиана, конечно, попытался возразить, но Ирбис настоял, аргументируя тем, что так будет быстрее. Многого снаружи им разглядеть не удалось: как только они вышли, "боевики" этерновцев закрыли их со всех сторон щитами и так сопроводили до самого лагеря. Очевидно, всю шайку Черного Игрока им нейтрализовать не удалось, и они опасались шальных пуль. Но, тем не менее, Ирбис выглядел довольным: главная цель-то уничтожена, и заказчики выжили. Лиану с Кысом сразу же отнесли в "царство" Профессора. — Наконец-то, — с порога ворчливо "поприветствовал" их главный врач, указал на два стола: — Сюда и сюда. Первым подошел к Лиане, с фонариком заглядывая в глаза: — Противоядие когда?.. Ирбис, взглянув на часы, назвал время с точностью до минуты. Профессор кивнул, жестом позвал одного из своих ассистентов: — Кровь на анализ. Сразу же ко мне, если будут отклонения. Ассистент тут же поспешил выполнить приказ. Профессор перешел к другому столу, на котором второй ассистент уже аккуратно срезал с Кыса экипировку. — Так, а тут у нас что, ваше... — осекся, почти незаметно, — сумасбродие. Кыс морщился, но терпел боль молча. Профессор вздохнул: — Пуля? — Не сквозная, — мрачно ответил Беркут. Профессор кивнул, а надев перчатки и обработав руки дезинфицирующим средством, снова посмотрел на застывших рядом с выходом "посетителей": — Вам лучше выйти. Беркут нахмурился. — Давайте-давайте, — с пониманием, по-доброму откликнулся врач. — Незачем вам на это смотреть. Ирбис, пожалуйста. Ирбис ободряюще сжал рукой плечо Беркута, тот помедлил, но все-таки развернулся, и все "лишние" вслед за ним вышли. А Профессор приступил к прямым обязанностям: — Наркоз. * * * Снаружи у входа остался Коготь, а Беркута, положив руку ему на плечи, Ирбис увел за собой в командирскую палатку. Адаманта неожиданно на два слова позвал Тайпан. В командирской палатке долго молчали. Беркут мрачно размышлял о чем-то, а Ирбис ждал подходящего момента, чтобы начать разговор. Обстановку немного разрядило сообщение от Профессора, что операция прошла успешно и в данный момент жизни Кыса ничего не угрожает. — Значит, как и планировали, выходим на рассвете. Беркут кивнул, хоть и по-прежнему молча и глядя исключительно в землю у ног. Но Ирбис решил использовать эту возможность, чтобы все-таки завести разговор: — Знаешь, зачем мне понадобилось делать из него "трофей"? Беркут потер ладонью глаза и будто бы встряхнулся, посмотрел наконец-то на Ирбиса, признавая необходимость этого обсуждения: — Знаю. Он — Игрок, и вполне мог попытаться поиграться за твоей спиной. А так у тебя был полный контроль его переписок. Плюс проверка на твердость намерений: действительно ли ему это нужно, как далеко он готов зайти. Ирбис просто улыбнулся: — Точно. Даже добавить нечего. — Но как "трофей" он тебе не нужен, — спокойно продолжил Беркут. — Извини, если это создаст тебе неудобства, — кивнул Ирбис. Беркут помедлил с ответом: — Нормально. Только я с Адамантом сначала переговорю. — Конечно. Сюда его позвать? — Позови. Адамант вошел в палатку, уже без Ирбиса. — Беркут? Беркут поднялся ему навстречу, и, как только Адамант подошел ближе, заключил его в крепкие объятия, зарылся носом в волосы. — Извини, я... в последние сутки принимаю решения, совершенно не советуясь с тобой. Адамант с силой зажмурился, но все-таки обнял его в ответ. В голове очередным доказательством пронеслось: не "принимаю такие решения", а просто "принимаю их, не советуясь с тобой". Было больно... но, кажется, после разговора с Тайпаном о том, что предложение Этернити на самом деле в силе, и принятого решения стало терпимо. А Беркут тем временем продолжил: — Ирбис не может оставить себе Кыса в качестве "трофея", и свободным его не сделаешь... Не возражаешь, если я формально передам тебя Когтю? Адамант невольно поморщился, хотя и логику не признать не мог. А что еще Беркуту оставалось? Кыса у Ирбиса кто-то должен был по-любому забрать. Кто? Тот же Коготь? Смешно. Во-первых, тогда Междуземье бы думало, что Ирбиса в поединке смог победить какой-то неизвестный немолодой бродяга... удар по репутации неслабый. Беркуту, уже достаточно хорошо известному Междуземью, проиграть хоть не зазорно. А во-вторых, отдать этого засранца кому-то еще Беркут бы сейчас не смог. Адамант это прекрасно, хоть и с горечью понимал. Так же, как понимал и то, что, похоже, принял единственно верное решение. Аккуратно, но настойчиво высвободился из объятий: — Извини. Беркут нахмурился. Адамант бесстрашно заглянул ему в глаза: — Я останусь в Этернити. — Что? — переспросил Беркут так, будто ослышался. — Я останусь в Этернити, — твердо повторил Адамант. — Ирбис предложил, я согласился. Можешь передать меня Тайпану. Беркут отступил на шаг, медленно скрестил руки на груди. Адамант покусал губу. Вдруг растерял всю свою уверенность под этим немигающим стальным взглядом. — Беркут, я не предаю тебя! — все-таки не выдержав, воскликнул Адамант, хотя пообещал себе, что не станет оправдываться. — Просто даю нам обоим время! — Время на что? — мрачно уточнил Беркут. — На то, чтобы подумать и решить, — вздохнул Адамант, — действительно ли мы нужны друг другу. Беркут выгнул бровь. — Я не собираюсь тебе изменять, — продолжил Адамант. — Тайпан — это тоже всего лишь формальность. Я ведь тоже "трофей", хоть уже и не первый номер, но все еще "трофей", и мне нужен хотя бы формальный владелец. Но я буду ждать твоего решения столько, сколько потребуется. — Моего решения? — снова лишь переспросил Беркут. И Адамант почувствовал себя мухой, бьющейся в стекло. Это вновь был тот холодный, отстраненный... чужой Беркут, которого он "встретил" после амнезии. Тот Беркут совсем его не помнил, не доверял ему... похоже, как и сейчас. Не хотел больше слушать. Подумал, что предал. Потерял доверие. Вот прям за секунду. За два слова. И все. Жжет мосты, даже не попытавшись что-то исправить. И Адаманту вдруг стало так обидно... и даже не стыдно эту обиду выплеснуть. — Он тебя столько раз предавал... но с ним ты никогда так... Миг — и стекло между ними треснуло, осыпалось осколками. Беркут сбросил напускное равнодушие и подался вперед, с горящим от ярости взглядом выпалил: — И ты, черт возьми, думаешь, что это не было больно?! Это больно. Каждый раз больно. Каждый. Гребаный. Раз! Адамант замер на месте, хотя разъяренный Беркут был всего в нескольких дюймах от него: — Но я тебя не предаю... — Не предаешь? — почти выплюнул Беркут. — Ах да, всего лишь говоришь, что бросаешь... — Да не бросаю! — сорвался уже Адамант. — Как ты не понимаешь, я не могу так! Чувствовать, что он тебе необходим, а я... ну, я просто есть. Просто твоя привычка. Не могу, понимаешь? Но это не означает, что я не хочу быть с тобой! И если ты почувствуешь, что я тебе так же необходим, что без меня тебе пусто, я буду только рад. Но на меньшее... прости, я не согласен. От этой вспышки Беркут, казалось, даже слегка успокоился, но взгляд его не смягчился. — И я буду ждать твоего решения, обещаю. Я не предаю тебя. Беркут еще какое-то время молчал, потом мучительно поморщился и обошел его, направляясь к выходу. На пороге задержался, полуобернулся через плечо: — Если продолжим разговор, я приму окончательное решение уже сейчас. Адамант закрыл глаза, полностью осознавая, какое это было бы решение. — Поговорим позже, — глухо обронил Беркут и вышел. * * * Кыс открыл глаза и неожиданно не увидел ничего, кроме пятна яркого света. Попытался проморгаться и сквозь невольно выступившие слезы разглядеть хоть что-то. Вспомнил про ранение, наркоз... вяло удивился, что почти ничего не болит: это сколько же обезболивающего они в него вкачали? Попытался встать — не получилось, попытался хотя бы пошевелиться, покрутить головой... в итоге, слишком уж быстро вымотался, снова почти провалился в забытье. Успел понять только, что один, отгороженный ширмами... издалека доносились голоса, но вслушиваться в то, о чем они говорили, было откровенно лень. Хотелось спать, так безумно хотелось спать... Внезапно раздались два звуковых сигнала. Его КПК предусмотрительно положили рядом с его матрасом. Усилием воли прогнав дрему, Кыс потянулся за ним. В "одобренных" обнаружились два сообщения. . [PDA_CORE -> PDA_ALL] Смена владельца "трофея". "Трофей" — Адамант {4}. Прежний владелец: Беркут. Новый владелец: Тайпан. . [PDA_CORE -> PDA_ALL] Смена владельца "трофея". "Трофей" — Кыс {-}. Прежний владелец: Ирбис. Новый владелец: Беркут. Так безумно хотелось спать, ничего в жизни так не хотелось, как спать, спать, спать... И можно, пожалуйста, он больше не будет просыпаться? Потому что Адаманта Беркут ему точно не простит.