wheres my love?

***

      У каждого человека есть предел. Та точка невозврата, что достигнув её кажется, что дальше уже некуда. Точка, после который нет сил уже ни на что. Просто конец. Конец всех мечтаний, чувств, сил… Да чего угодно.

И для Чимина этой точкой стал Чонгук.

Проснувшись от противного звука будильника Чимин поморщился. Сел ровно на кровати и провёл руками по лицу, думая о том, какой ад его сегодня ожидает. Очередной день с догонялками Чонгука. Очередной день, когда хочется поверить в эту сладкую ложь и броситься к парню на шею, но все что он сделает, это выдавит хриплое «нет» и пошагает в сторону дома. Чимин так устал играть в эту непонятную игру «верю не верю», что хочется собрать вещи и уехать обратно в Пусан, где вероятность встречи с Чонгуком ровняется нулю. Но все, что может сделать Пак, так это взять себя в руки и пойти собираться на учебу. Выйдя из комнаты Чимин натыкается на отца, что с добродушной улыбкой желает ему доброго утра. Кивнув в ответ он проходит в ванную и облокотившись на раковину всматривается в своё отражение. Ужасные мешки под глазами, впалые щеки только делают акцент на том, что у Чимина все по максимуму плохо. Но возлагая надежды на косметику парень залазит в душ и начинает, наконец, своё утро.

***

      — Хей, Чимин! — крикнул Тэхен с другого конца коридора, упорно стараясь быстрее пройти к нему через толпу.       — Привет, Тэ, — с легкой улыбкой произнёс Чимин, когда парень подошёл к нему. Тэхен серьезно его оглядел и тяжело вздохнул.       — Чим, так дело не пойдёт, — он подошел ещё ближе и нежно огладил остро выступающую скулу на лице Пака. — Ты так себя в могилу загонишь. Чимин дернул лицом, тем самым намекая, чтобы Тэхен убрал руку. Ким убрал ее с лица, но после обеими руками схватил его за плечи.       — Пообещай мне, что все будет хорошо.       — Тэ…       — Пообещай! — повысил тон парень и в ожидание стал выискивать ответ в глазах напротив. Чимин не хотел врать, но расстраивать и так напуганного друга не очень то горел желанием. Поэтому:       — Обещаю.

***

      Бесповоротно влюбиться — это не просто запутаться в собственных ногах, встать и отряхнуть полы пальто. Бесповоротно влюбиться — это собственными руками напихать камни в свои карманы, и сделать шаг в воду. Это головные боли, бесполезные истерики, разодранные костяшки пальцев, напряжение в солнечном сплетении, пустой желудок, стадии отречения от близких знакомых и родителей, потому что тебе кроме него никто не нужен. Это испытанные чувства ненужности, когда твой предмет симпатии не отвечает взаимностью. Это ужасное чувство предательства, когда на твоих чувствах мастерски играют. Показывают свои якобы серьезные намерения, ты веришь в это, а позже сидишь около осколков разбитого сердца и думаешь: «Как такое могло произойти?» Любовь затмевает разум. Туманит его и мы перестаём думать, да и вообще забываем о том, что такое думать. Наше сердце берет управление над телом в свои руки, и чаще всего такие случаи заканчиваются крахом. Именно сейчас сердце Чимина настырно пытается взять бразды правление в свои руки и решить ситуацию по своему. Но разум в одно время настолько сильно пострадал, что сейчас ни одни уговоры, молитвы и все подобное не смогут переубедить его и поддаться глупому наивному органу. Наблюдать за попытками Чонгука вернуть их отношения довольно забавно. Уже не так больно и противно смотреть в его сторону. Чона жалко. Настолько жалко, что это чувство сводит зубы неприятными импульсами, которые не дают спокойно рядом находиться. И даже сейчас, проходя мимо Чонгука и наблюдая его извиняющуюся улыбку хочется крикнуть: «Да прекрати ты унижаться! Возьми себя в руки, как настоящий мужик и прими поражение с достоинством!». Да крикнуть так, чтобы весь мир услышал.       — Чимин! — названный закатывает глаза и продолжает идти дальше. — Чимин, подожди!       — Чего тебе? — парень резко тормозит и так же разворачивается лицом к его вечной проблеме и нескончаемому наказанию судьбы.       — Я тут подумал по поводу твоих слов, сказанных тогда, на кладбище, и… — Чимин снова закатывает глаза и разворачивается, продолжая свой путь.       — Ну стой же ты! — начинает психовать Чонгук и хватает его за локоть, но отличный удар слева помогает ему успокоить нервы. В этот момент им навстречу шли Юнги с Тэхенем и от увиденного что пара, что все присутствующие замолчали и замерли.       — Сколько раз мне нужно повторить фразу «не трогай меня»? Сколько раз мне нужно тебя послать с твоими извинениями? Сколько раз ты ещё думаешь отравить мне жизнь?! — истерически кричал Чимин не обращая внимание, на офигевшую публику. — Ты жалок! В тебе нет ни грамма мужского достоинства, чтобы смириться с тем, что ты больше не нужен мне. Тебе не нравится сама мысль того, что кто-то тебя не любит, потому что, о Бог ты мой, как это самого Чон Чонгука можно не любить?! Это же абсурд! Чимин медленно стал подходить к Чонгуку, что прижимал руку к месту недавнего удара и смотрел в пол, будто ему семь лет и его отчитывают за мамину любимую разбитую вазу.       — Прекрати пытаться вернуть то, что давным давно сам же и просрал, — напоследок прошептал ему Чимин, и развернувшись на пятках покинул рекреацию. Все присутствующие ещё некоторое время не могли отойти от шока, но уже через секунды три движение восстановилось и все разошлись по своим делам.       — Мда, друг, — сочувственно протянул подошедший Юнги. — Сколько раз ему надо тебя унизить, чтобы ты наконец признал своё поражение? Чонгук осмотрел его забитым взглядом и обернулся в след удаляющейся спине Чимина.       — Я буду всеми правдами и неправдами добиваться его, — уперто, будто все тот же маленький ребёнок, сказал Чонгук. — Я не хочу вновь его потерять.       — Ты знаешь его как никто другой, но почему-то продолжаешь использовать эти стандартные попытки, которые кроме как к злости ни к чему больше не приведут.

***

      Чимин залетает в туалет настолько быстро, насколько только может. Он поднимает взгляд на зеркало и внимательно себя осматривает. Жалок. Некоторое время он просто смотрел, но вскоре не выдержал. Первый всхлип и он спиной скатывается по стене вниз. Садится и начинает плакать. Просто навзрыд. Слушая грустную песню в голове с каждой строчкой сильнее закапывает себя в эту могилу, из которой никак не выбраться. Чимин лезет в карман за телефоном и открывает переписку годовой давности. Перечитывает и истерика усиливается. Зачем Чонгук тогда так поступил? В это время в помещение заходит Тэхен. Парень замирает в дверях на некоторое время, а после словно ошпаренный срывается к сидевшему на полу зареванному Чимину.       — Что такое? Что случилось?       — Всё хорошо.       — Нет, так не может быть, рассказывай! — Тэхен взволнованно берет его руки в свои и нежно поглаживает. Но Чимин не можешь вымолвить и слово. Он старается, но все что получается это открывать-закрывать рот словно рыба, потому что из глаз градом льются слезы и истерика душит. Ему больно. Ему невероятно больно. И Чимин не знает, как это объяснить. Он сидит, плачет, а Тэхен рядом не понимает что происходит и выжидающе смотрит на Пака, который словно немой, не может и слова вымолвить, потому что в горле стоит комок. Когда истерика хоть немного отступает Чимин вздохнув захлебываясь в слезах произносит:       — Всё хорошо. Но всё совсем не хорошо. Всё настолько хреново, что Чимину даже страшно говорить об этом. Его никто и ничто не успокоит.       — Просто тебе чертовски не хватает любви. Это единственная правдивая фраза, которую Паку когда-то говорили. Ему и правда не хватает любви. Чимину и правда не хватает чувства, что он кому-то нужен. Не хватает ощущения, что он кому-то нужен. Ему не хватает таких простых вещей, черт побери.       — Дай ему шанс, — но видя в заплаканных глазах немой вопрос Тэхен продолжает. — Чонгук готов подарить тебе любовь. Чимин захлебываясь слезами истерично смеётся и поднимает потухший взгляд на друга.       — Я отдал ему сердце, а он взял его, насмерть исколол и швырнул мне обратно. Тэхен вздыхает и поднимается с пола оставляя Чимина лишь смотреть ему вслед. На выходе из помещения Ким оборачивается на парня:       — Никто не видит твое будущее яснее, чем я, — он вздыхает и заглядывает в заплаканные глаза Чимина. — Это будет осень, октябрь и петля.

***

я от пули тебя закрывал, широко свои руки раскинув, только падал когда, не знал, что я гибну от выстрела в спину.

      Иногда наступает момент, и ты понимаешь, что зря впустил кого-то в свою жизнь. Ты осознаешь, что на самом деле, ты этому человеку был не нужен, просто ему было скучно и не с кем провести время. Каждое утро Чимин просыпается с чувством, будто что-то идет не так в его жизни. Каждое утро, как только парень открывает глаза, начинается ад, имя которому — он сам. Это отягощающее, неприятное чувство будто якорем висит на шее и тянет Чимина на дно. Туда, где нет ни начала, ни конца — одно сплошное отчаяние. Каждый день начинается с войны миров внутри него. Ощущение неправильности происходящего преследует куда бы Чимин ни шел. Каждый его день — акт самоубийства в бесконечной рекурсии. Который повторяется изо дня в день. На протяжении двадцати лет. Сначала Чимину казалось, что все на самом деле хорошо, что так и должно быть. Что это единственный возможный вариант. Затем он понял, что что-то не так. И от этого понимания его мир стал постепенно разрушаться. Из некогда процветавшей вселенной внутри — теперь руины. И на каждом из сломанных столбов черным по белому написано: «что-то не так», «ты не такой», «с тобой что-то не так», «ты ничего не достоин», «лучше бы ты не рождался». Изо дня в день Чимин смотрит на свое отражение в зеркале и пытается узнать себя, понять кто он есть на самом деле. Но вместо человека отражается двуногое бессилие. Разбитое сердце, которое бьется уже на издыхании. Чимин спрашивает себя: «что не так?». B ответ — тишина. И эта тишина оглушает. Гудки в телефонной трубке начинали надоедать, но Чимин точно решился на это. Он готов выслушать и только после этого уйти. Возвращаться он точно не станет.       — Алло?       — Назови мне причину, почему ты меня бросил, — сиплый голос еле слышно, но Чонгук чётко понимает кто ему звонит. — Объясни мне, почему ты так поступил? Голоса в его голове злобно смеются и без умолку повторяют: «ты ему не нужен, ты ничтожество». Мысли раздирают в клочья, а единственное, что Чимин делает — это:       — Чимин… Ты плачешь?       — Нет, это радость льётся из меня. На некоторое время воцаряется тишина, после на другом конце трубки слышны слова: «я отойду не надолго».       — Давай на набережной через полчаса?