Dagger and Rose

Гарри устало постучал во входную дверь Норы. Его голова все еще кружилась после путешествия из Франции с помощью международного портключа. Ветхий дом был погружен в тишину, это было особенно удивительно в канун финала чемпионата мира по квиддичу. Он ожидал, что обнаружит Рона и других Уизли, за исключением разве что Молли, буквально приклееных к радио, слушающих предварительные сведения. Гарри сделал несколько вывереных движений палочкой над центром двери, чтобы отменить запирающие чары. Этому комплексу заклинаний его обучил старший Уизли в прошлом месяце. После чего, спокойно вошел внутрь дома. Схватив бутылку сливочного пива из холодильника, он уселся на диван напротив каминной решетки, в которой в этот раз не было огня и стал ждать. Он медленно потягивал пиво, лениво перекатывая сладкую, терпкую жидкость во рту, прежде чем проглотить. Через несколько минут, Гарри прикрыл глаза, решив немного вздремнуть. Шквал перьев и крики совы над головой юноши разбудили его. Комната была погруженна в полумрак. Очевидно, он проспал все это время. Он высмотрел Сыча — крошечную сову Рона — порхающего над ним. Рефлексы ловца не подвели и он схватил мельтешащего Сычика и отвязал два письма, привязанных к его лапке. Гарри взмахнул палочкой, наколдовывая люмус, и приступил к чтению. Гарри, мне кажется, я забыл рассказать тебе о том, что мой отец достал билеты на чемпионат мира по квиддичу. Гермиона и Дин здесь вместе со мной. Мы занимаем одну из верхних лож. Это потрясающе! Тебе следует увидеть игру ирландских охотников. Они двигаются, как единое целое. Складывается такое ощущение, что они думают одинаково. Я надеюсь, что грифиндорские охотники сейчас смотрят этот матч. Они могли бы многому научиться. Виктор Крам играет за сборную Болгарии. Мы наблюдали за ним во время разогрева… Письмо Рона продолжалось в той же манере почти на всю страницу. Гарри больше не мог заставить себя читать о матче, поэтому, быстро пробежал глазами оставшуюся часть письма. Он пригласил Дина? Гарри бы хотелось посетить финал чемпионата мира с единственной семьей, которую он когда-либо знал, но билеты были распроданы в течении месяца. Возможно, он мог бы преобрести билеты по сумасшедшим ценам у перекупщиков для себя и Рема, но он отказался от этой идеи, предпочтя провести этот вечер вместе с Уизли, а после вернуться в школу. Он развернул второе письмо, которое также было адресовано ему, но в отличии от неразборчивого подчерка Рона, оно было написанно аккуратным подчерком Гермионы. Дорогой Гарри, ты можешь поверить Рону? Что за идиот! Я только, что поссорилась с ним потому, что у него нет мозгов и он не потрудился предупредить тебя об изменениях в наших планах. Хотя, Рон утверждает, что ты очень занят, он должен был рассказать тебе об изменениях как минимум на тот случай если твои планы изменяться и ты попытаешься встретиться с нами в Норе. Как ты уже слышал от Рона, мистеру Уизли дали билеты на чемпионат мира по квиддичу в самый последний момент и он взял семью Дина и меня с собой. Кажется, Дин и Рон хорошо ладят между собой. Мне нравится Дин, но он не ты. Как плохо, что ты был так занят и не смог пойти с нами вместо Дина. Мы могли бы больше времени провести вместе, но я уверена, что ты вместе с профессором Дамблдором занимаешься более важными и занимательными вещами. Кубок мира — это что-то невероятное! Я никогда прежде не видела так много волшебников собранных в одном месте. Представь себе множество рядов закалдованых палаток на лугу в самом центре магловской части Англии. Хотя, стадион и окружен множеством защитных и маглооталкивающих чар, но на луг не было наложенно абсолютно ни каких заклинаний. Это не смотря на то, что магическому обществу не совсем удается выглядеть как простые маглы. Представь себе, я видела волшебника одетого в розовую ночнушку с галстуком на шее и в ластах на ногах. Надеюсь ты в порядке. Я скучаю по тебе, Гарри, и с нетерпением жду встречи с тобой. с любовью Гермиона Сердце Гарри болезнено сжалось. Изменение планов? Каких планов? О чем она вообще? Гарри огляделся по сторонам, ища какой-нибудь кусок пергамента, и не найдя ничего, решил написать ответ на обратной стороне письма Рона. Рональду Б. Уизли: Спасибо тебе за вовремя присланное письмо. Я надеюсь, что матч доставил тебе огромное удовольствие. Передавай привет от меня твоим спутникам. искренне твой Гарри Дж. Поттер -Сюда, Сыч. Доставь это письмо Рону. Если можешь клюнь его в ухо побольнее. *** — Этот путь, Арри, — обернувшись позвала вейла и музыкально расмеявшись, юркнула между парой шероховатых отвесных валунов. Гарри пытался удержаться на ногах, спускаясь по извилистой тропинке на пляж. Хотя он за последние несколько недель много раз побывал в Шармбатоне, сопровождая директора в его частых визитах в школу, но это был первый раз когда у него появился шанс добраться до пляжа. Впереди виднелась песчаная тропинка по бокам которой росла высокая трава, в которой можно было увидеть белые и розовые средиземноморские цветы. Миновав валуны, он ступил на рыжевато серый песок и увидел глубокую голубую воду, которую он видел так близко впервые в жизни. В этот момент был небольшой прибой и маленькие волны накатывали на берег. Его спутница стояла перед ним с воздетами к небесам руками. Ее белое платье и платиновые волосы слегка колыхались от дувшего с моря нежного соленого бриза. Глаза Флер были невероятно голубого цвета — некой смеси безоблачного неба и лазурной воды. Сердце Гарри забилось быстрее от открывшейся перед ним совершенной картины. — La Côte d'Azur, c'est magnifique, non? — Oui, — выдохнул он, — Потрясающе. — Первый раз на Французской Ривьере, Арри? — поинтересовалась она, игриво подходя ближе. Он сначала слегка напрягся, но тут же заставил себя расслабиться. — Первый раз на каком-либо пляже, — смущенно ответил Гарри. Он развернулся и посмотрел вверх на отвесный утес откуда они только что пришли. На вершине величественно стоял замок — Шармбатон, отделанный синевато-серым и белым мрамором. Суровая красота. Не подалеку Гарри обнаружил большой камень на который он уселся, смотря на море. Он снял обувь и носки и закатал брюки до колен. Флер сбросила сандалии и села рядом с ним. — Ты никогда до этого не бывал на пляже? — Нет, в моем детстве родственники никогда не брали меня с собой на отдых, — Он бездумно уставился в даль, — Они иногда оставляли меня с нашей соседкой — сквибом, но тогда я не знал об этом. На самом деле, я не знал, что я волшебник до тех пор пока не получил письмо из Хогвартса. — А когда ты не оставался у соседки, где ты был? — спросила она, зная ответ, поскольку, изучала его досье. Гарри пожал плечами и ответил: — В остальное время, я хорошо справлялся с присмотром за самим собой. Они сидели в тишине несколько минут пока Флер не прервала ее. — Жаль, что сейчас ирисы не цветут. Гарри повернулся, чтобы взглянуть на вейлу и заметил, что она покусывала нижнюю губу. Ее брови были слегка нахмуренны. Между ними пролегла небольшая складка. Он почувствовал, что является не самым лучшим собеседником и убедительно произнес: — Флер, спасибо тебе, что привела меня сюда. Это потрясающе. Я никогда не видел ничего более красивого. Вейла покраснела под его взглядом и произнесла: -Это самое лучшее время для того, чтобы увидеть Шармбатон. У нас есть собственный пляж, — она надела фальшивую улыбку на лицо и сделала широкий жест рукой. — Разве тебе одиноко? — тихо спросил он. Она молчала долгое время. Ее улыбка исчезла из-за невеселых воспоминаний. — Я всегда одинока, Гарри. Я — вейла, а мы всегда одиноки, — ее челюсть напряглась. Гарри понимающе кивнул. — Я понимаю. Флер сдержала возражение, так как она осознала, что он, возможно, действительно понимает ее. Они продолжили сидеть в молчании, наблюдая за накатывающими волнами. Спустя несколько минут, они поднялись и Флер взяла Гарри за руку. -Давай прогуляемся. — Поднялся сильный ветер, растрепав и без того не послушные волосы Гарри и взлохматил волосы Флер. Она еще крепче ухватилась за его руку и пошла рядом с ним. Ее рост хорошо сочетался с гарриным. Они слегка прищурились от порывистого ветра и шагнули в прохладную воду, направляясь вдоль берега. Небольшие прохладные волны прибоя то и дело накрывали их ноги. *** — Гарри, пришла пора приступить к новой фазе твоего обучения. — Директор подошел к круглому столу, находящемуся в углу кабинета, и, выдвинув маленький ящик внизу стола, достал крошечный в кожанном переплете томик. Гарри подошел к столу и встал за плечом наставника, наблюдая за тем, как директор просматривает древнюю книгу. Его сучковатые покрытые пятнами руки бережно перелистывали пожелтевшие от времени страницы. Он остановился на странице на которой была изображена только одна сложного вида руна, имеющая сходство с связанными веревками окружающие бестелесный глаз. — Гарри, это руна Visum. Ты видел ее когда-нибудь? — Нет, сэр. — Это меня не удивляет. Мало кто знает о ее существовании и еще меньше знает о ее возможностях. Это первая руна с которой я хочу, чтобы ты слился. Это символ зрения. Когда ты сможешь понять эту руну как следует, мы предпримем меры, чтобы ты., если можно так выразиться, впитал ее в свое существо. — Гарри выглядел смущенно, явно ничего не понимая. — Приношу извенения. Это сложно понять. Я имею ввиду, как сказали бы кентавры — «erudintia» — глубокое познание истинной сущности чего-то. «Впитать в свое существо» — значит это самое «erudintia» — то есть открыть в себе сущность этого знака. Мне жаль, что Английский язык не в состоянии более точно описать этот процесс. — Он сделал драматическую паузу и поклонился для эффекта, — Видишь ли, Гарри, я рунаскрайв и я планирую научить тебя этому искусству тоже. Директор был поражен тем, что такое важное заявление практически не произвело ни какого впечатления на его ученика, который только спросил: — Альбус, что значит рунаскрайв? — Древняя и секретная форма магии, которая крайне редко применяется в наши дни. И да, из-за твоей ученической связи, ты не сможешь обсуждать это ни с кем даже с очаровательной мисс Грейнджер. Твое обучение этому искусству — эта та причина по которой я предложил тебе стать моим учеником. Я верю, что тебе понадобится эта сила когда ты столкнешься с Вольдемортом. Гарри обдумал то что сказал ему наставник и спросил: — Эта и есть та сила о которой не знает Вольдеморт? — Нет, — ответил он быстро, — Вольдеморт также заинтересован в этом искусстве, хотя совершенно не так как ты. Это поможет тебе когда тебе придет время столкнуться с ним, но это не поможет тебе сразить его. — Как это работает? — На самом деле, довольно хорошо. — Он хихикнул над растроенным видом Гарри и прервался на мгновение, чтобы положить лимонную дольку себе в рот. — Подумай об этих символах, наподобе этого как о неких усилителях, подобно твоей палочке они позволяют трансформировать твою магию в определенные формы. Руна Visum — простейшая из основных форм. С помощью нее, у тебя появится магическое зрение. В свое время, она позволит тебе чувствовать определенные типы магических аур и видеть тех кто находится под чарами невидимости или накрыт мантией невидимкой. Это первая руна, которую ты изучишь. Увы, как и большинство стоящих знаний, обучение будет проходить медленно и потребует громадных усилий, — он прервался, чтобы прочистить горло и продолжил, — И именно поэтому, я вынужден настаивать, чтобы ты вернул мне маховик времени. Мы не можем рисковать неблагоприятными воздействиями между различными формами магии. Гарри кивнул, соглашаясь со словами наставника, и протянул ему сокровенный прибор. Директор положил его в шкафчик, отделанный темным деревом и нараспев произнес заклинание, запечатав его. Гарри с тоской вздохнул, следя за манипуляциями Дамблдора. С маховиком времени и свободным использованием выручай комнаты, он провел более чем год в интенсивных тренировках. Год проживший в «неблагополучной семье» состоящей из него, Сириуса и Ремуса. Год воспоминания о котором он сохранит до конца своей жизни, возможно, очень короткой жизни. — Так благодаря руне Visum, вы могли видеть сквозь мою мантию невидимку? — Да, — Дамблдор улыбнулся, смотря на Гарри поверх своих очков, — Хотя если возможно, я всего лишь зачаровываю мои очки и они выполняют туже самую функцию. — Что подразумевается под фразой " впитать в свое существо»? Звучит, ммм, жутковато. — Для начала под этой фразой подразумевается, что ты должен подготовить свой разум и магию к принятию руны. Это не сложно в случае такой безобидной нейтральной руны как Visum. Но это также подразумевает несколько сессий специальной формы медитации, которой я обучу тебя и которая будет ускоренна нашей связью. Что касается самого процесса «впитания в свое существо», ты должен будешь использовать атаме, своего рода усилитель палочки, чтобы вырезать руны на теле и пропитать их особыми чернилами, которые я помогу тебе приготовить. Используемые для этого ингридиенты — редкие и за частую очень дорогие, да к тому же для каждой руны нужен особый набор ингридиентов. Гарри, ты не можешь разглашать следующую информацию: подготовка чернил является главной целью магического искусства под названием алхимия. Все превращения свинца в золото были всего навсего побочными эффектами некоторых более экзотических отваров, которые мы — алхимики, открыли. — Гарри кивнул немного ошелоломленный от потока информации. — Тем не менее, если твой крестный не испортил тебя, чего я ожидал бы, то у тебя должно еще остаться достаточно средств для покупки всех необходимых ингридиентов, — он добродушно улыбнулся. — После использования нужных заклинаний и дальнейшей медитации, ты испытаешь положительные стороны впитывания руны. В начале, этот процесс весьма болезнен и время адаптации зависит от волшебника и от твоей предрасположенности к такому типу магии, а также от руны. — После завершения ритуала, у меня останутся шрамы? И что вы можете сказать на счет остальных рун? — Если ритуал пройдет как надо, то он не оставит шрамов, но останется слабая отметина, невидимая для тех у кого нет руны Visum или для тех у кого нет способности видеть магические ауры. И даже в случае если найдутся люди с этой руной, им понадобятся особые заклинания, чтобы увидеть большинство из этих отметин. Осмелюсь сказать, что у тебя уже есть шрам и вероятно ты не очень расстроишься если у тебя их больше не будет? — Гарри кивнул, — Что касается твоего второго вопроса: на самом деле это не один вопрос, а несколько и я сейчас на них отвечу. Ты поймешь почему в свое время. Достаточно сказать, что есть много различных рун и нужно быть черезвычайно осторожным при впитывании некоторых рун. Чем сильнее символ тем сильнее его воздействие на мага. Более того некоторые руны могут изменить носителя до неузнаваемости, делая его тенью себя прежнего, подчиняя силам стоящим выше смерти. Другие связывают свою душу крепче чем самый тугой узел. Ты уже знаешь одну из них, произведенную, хоть и неуклюже, из одной из наших рун… Черная метка. *** Флер разделила копну белокурых волос маленькой девочки на три хвостика и начала причесывать один из них. Обе девушки сидели гуськом на кремого цвета пуховом одеяле, которым была накрыта постель Габриэль. Изящная рассческа то и дело запутывалась в небольших узелках. — Чем ты занималась, что у тебя такой бардак на голове? — раздраженно фыркнула Флер, беря более грубо зазубренную рассческу с поверхности лазурного цвета лакированого письменного стола. Подобно всем вещам в замке Делакур, вещичка была изящной, дорогой, хотя не производила впечатления напыщенности. Она приступила к убиранию колтунов из платинового цвета волос маленькой девочки. — У меня были уроки верховой езды, — невинно произнесла Габриэль. — Почему ты не заплетаешь их в косу? Мне бы сейчас не пришлось сидеть и расчесывать их как следует! — Потому что, глупая, ты собиралась прийти сюда и я знала, что ты поможешь мне привести их в порядок, — маленькая ведьма нахально улыбнулась через плечо своей старшей сестре. — И тогда бы мама не оставила нас одних на долго. Флер вздохнула, подавляя улыбку. Габриэль самодовольно улыбнулась. — Итак, дорогая сестричка, расскажи мне о нем… — О ком? — Флер безуспешно пыталась тянуть время, рассматривая рассческу. — Да кто бы это не был. О ком ты все время думаешь? — хихикнула она, — Я знаю, ты встретила кого-то. Я подслушала, как папа и мама говорили об этом. Флер возмущенно прикрыла ей рот: — Шшш, мама может услышать, — она понизила голос и, вздохнув, продолжила, — Я встретила парня. Конечно же, мы просто друзья. Роберт… — Он богат? — прервала ее Габриэль. — Ох, он довольно богат, но он последний в своем роде. Я сомневаюсь, что мама была бы заинтересована в нем. Она не видела бы в этом союзе ни какой выгоды в отличии от семьи Дапуис — члены которой так хорошо связанны с политикой… — Она в смирении нахмурила брови. — Где ты с ним познакомилась? — В Шармбатоне. Он — англичанин из Хогвартса. Он посещал нашу школу время от времени в течении нескольких прошлых недель. Мы стали друзьями. Может быть даже очень хорошими друзьями… — Она лучезарно улыбнулась младшей сестре, — А самое лучшее то, что я могу оставаться сама собой рядом с ним. Глаза Габриэль расширились и она открыла рот от изумления: — Правда? Твоя аура не действует на него? — Нет, он сильный. — Она продолжила расчесывать волосы сестры, ее движения были нежными, но твердыми. — Мы поделились друг с другом многими историями. Он — герой в маленьком теле и, в отличии от моего жениха, более почтителен. На днях, мы ходили на пляж… — Она рассеяно вздохнула, — Я взяла его за руку и мы гуляли вдоль прибоя и несколько часов проговорили на разные темы. — Он пытался поцеловать тебя? — Он — превосходный джентльмен. Но чего ты ожидала от ученика Дамблдора…? — Она победно улыбнулась младшей сестре. Габриэль была поражена как только сопоставила все кусочки: — Гарри Поттер! — воскликнула она. Затем понизив голос добавила, — Ты подружилась с le Survivant? Старшая сестра поколебалась мгновение, затем быстро кивнула. Габриэль взволнованно хихикнула. *** Гарри шел по проходу в Хогвартс Экспрессе, вглядываясь в каждое купэ мимо которого он проходил. По всюду он видел взволнованные лица, готовые к началу учебного года. энтузиазм, которого он не разделял. Он заметил несколько знакомых лиц и почувствовал отчуждение как будто он отличался от них. Его длительная изоляция в купе с изнурительными тренировками и гнетущее чувство — побочный эффект от присоеденения рун — действовал как своего рода невидимый барьер сродни стеклянной двери купе. Когда он добрался до последнего вагона, то заметил Рона, Гермиону, Дина и Джинни сидевших в одном купе. Ощущая пустоту в груди, он постучал и медленно начал отодвигать дверь в сторону, открывая проход. — Привет ребята, — произнес Гарри, ощущая неловкость. В памяти у него еще были свежи воспоминания о вечере когда проходил финал чемпионата мира и эти воспоминания все еще причиняли ему боль. — Гарри! — радостно прощебетала Гермиона и, поднявшись, быстро обняла его. — Я не думала, что ты будешь в поезде. Я думала, ты уже в Хогвартсе. — Я тоже не думал, но Альбус попросил меня приехать на поезде на тот случай если что-то произойдет. И мы оба подумали, что было бы хорошо если я смогу поболтать с вами побольше. — Он улыбнулся Гермионе и та, покраснев и кинув быстрый взгляд на Рона, вернулась на свое место. — Значит Альбус, да, Гарри? — произнес Дин с прохладцой в голосе. — По имени называть директора, я догадываюсь, что тогда это правда? Ты действительно его ученик? — Он встал и, официально пожав руку Гарри, вернулся на свое место. Его рука демонстративно легла поверх места на котором сидела младшая Уизли. Коренастый парень был одет в магловскую одежду: черные джинсы, кроссовки и просторную футболку. Он выглядел спокойным, ведя себя так непринужденно. — Да. Много работы. Хотя что угодно превзойдет проживание в доме у Дурслей. Джинни в кратце взглянула на Гарри и, покраснев, улыбнулась. — Привет, Гарри, — после этих слов она отвела взгляд, а Дин в этот момент положил руку ей на плечо и демонстративно потянул ее назад, прислоняя к себе. — Все в порядке, Гарри? — с вызовом спросил Дин. — Да, все хорошо, дин. Томас бросил на Джинни собственический взгляд и слегка сжал ее плечо. Джинни избегала смотреть Гарри в лицо, поэтому, она уставилась ему в грудь, затем на ноги, талию, пах затем, покраснев до корней волос, уставилась на свои скрещенные на коленях руки. Дин по своему понял гаррин взгляд и произнес гордо: — Мы встречаемся с чемпионата мира. Тебя не было там, Гарри? — Он наклонил голову и продолжил, — Я не видел тебя там. Слышал у тебя было несколько очень важных дел и ты не мог посетить данное мероприятие. — Нет, у меня были другие планы. Некоторые друзья пригласили меня к себе, чтобы послушать игру по радио, — Он бросил быстрый взгляд на Рона, который демонстративно смотрел в другую сторону. — Но в конце-концов, мы не провели этот вечер вместе. Так Ирландия победила, да? Я догадываюсь, что Симус будет просто невыносим… — Он через силу улыбнулся единственный в купе и почувствовал, что пришла пора уходить. — Поздравляю, Дин! Обращайся с Джинни хорошо. Ты знаешь, она для меня как младшая сестра. — Он снова улыбнулся, покрасневшей рыжеволосой девушке, и повернулся к ее брату. — Рон, — произнес Гарри, кивая рыжеволосому парню в потертой одежде, смотрящему в окно. Гарри застыл на пороге купе в неловком молчании. Он заметил как Рон положил руку поверх руки Гермионы, которая как раз повернулась, чтобы посмотреть на своего молчаливого попутчика. — Хорошо, думаю я пойду. Увидимся в школе. — Пока, Поттер, — выплюнул Рон когда дверь закрылась. ** — Поттер! Ничтожество. — Хорошо знакомый, лениво растягивающий слова, голос вывел Гарри из задумчивости. Попутчики Гарри в купе только при этих словах осознали кем является их молчаливый спутник и на их лицах читалось потрясение. — Малфой. Как всегда красноречив. — Сидишь с первокурсниками? — Он откинул голову назад и высокомерно рассмеялся. — Становится все лучше. Я доведу до твоего сведения, что все считают тебя обманщиком, кем ты собственно и являешься, ученик старого дурака. Чему он тебя учит? Любви к грязнокровкам? — Малфой, будь добр оставь меня в покое иначе последствия для тебя будут тяжелыми. И захвати с собой… Твоих дружков, — Гарри указал на Креба и Гойла. Он не возражал против драки, но вместе с тем, он не хотел, чтобы дети ехавшие с ним в одном купе были ранены каким-нибудь шальным заклинанием. Малфой отступил, но перед тем как выйти, он пожелал оставить последнее слово за собой. — Я вижу Уизел наконец-таки добился своего и начал встречаться с грязнокровной принцессой. Ревнуешь, Поттер? — Не особо, — соврал Гарри. — Правда, — ухмыльнулся он, — может быть одна из этих первокурсниц окажется достаточно слепой, чтобы ты смог заинтересовать ее. Как насчет тебя? — С этими словами, он взял одну из девочек за подбородок и приподнял ее голову, оценивающе смотря на нее как будто она была лошадью, а не человеком. — Ты будешь красавицей через пару лет. Держись подальше от этих отбросов. — Произнес он, делая жест в сторону Гарри. — Малфой, у меня нет желания разговаривать стобой. Пожалуйста, закрой дверь с обратной стороны и подними ты свой уровень IQ хотябы до среднего уровня. — IQ? — тупо переспросил он. — Это выше твоего понимания, так что просто забудь об этом, — хихикнула одна из первокурсниц, черноволосая девочка явно маглорожденная одетая в темно-синюю юбку и белую блузку, зарабатывая свирепый взгляд со стороны бледного юноши. Малфой ухмыльнулся и громко закрыл за собой дверь. Гарри вернулся к книге, лежащей у него на коленях. Спустя минуту он почуствовал что-то не ладное. Боковым зрением он уловил слабый отблеск желтого сквозь окошко в двери, точно такой же отблеск был когда он смотрел на свою мантию неведимку. Он поднялся и подошел к двери, вытаскивая палочку. Выглянув наружу, Гарри ничего не увидел, но он не мог открыть дверь когда вокруг него были безащитные первокурсники и в любой момент они могли выйти из купе. Гарри повернулся к круглолицому мальчику в очках, сидевшему ближе всех к выходу и сказал ему: — Когда я выйду закройте и заприте дверь. Не открывайте ее никому пока поезд не прибудет в Хогсмид. И держитесь подальше от окна. — Его напряженность отрезвила ребенка. Он нервно кивнул как и все в купе. Гарри вышел в коридор и повернулся лицом по направлению движения поезда где он впоследний раз видел мерцание. Внезапно дверь одного из купе отъехала в сторону и Гарри задохнулся когда почувствовал взрыв острой боли в спине. В следующий миг перед глазами Гарри поплыли красные пятна и он почувствовал металический привкус во рту. Он обернулся вокруг и, подняв палочку, прицелился в центр бледно желтой массы. Прежде чем он смог выпустить заклинание, его рука была отклонена жестким ударом по запястью, которое после этого начисто вышло из строя. Стиснув зубы, Гарри схватил палочку левой рукой, попутно пытаясь заехать голенью в пах противника. Скрытый от глаз человек снова напрыгнул на Гарри с ножом и на этот раз, воткнул его под правое ребро юноши, лезвие двинулось вверх прямо в легкое Гарри и противник сделал болезненый поворот ножом. Гарри сделал быстрое движение палочкой прошептав про себя «confringo», его легкие были уже не в состоянии выпускать воздух. Масса перед ним взорвалась мокрым шквалом красных брызг и разодранных частей тела. Исковерканное тело обернутое в пропитанную кровью мантию неведимку, рухнуло на пол перед ним. Гарри почувствовал головокружение. Потеря крови достигла практически критической отметки. Он схватился за шнурок висевший на шее, скользя вниз по стене. Стена и окно соседнего купе были забрызганы кровью, хлеставшей из его ран. Голова упала прямо в центр растекшейся по полу кровавой лужи. Он не мог сейчас сказать была то его собственная кровь или его противника. Он слабо прошептал ключевую фразу, активирующую аварийный портал: — Телепортируй меня. — Эта фраза была придумана Ремусом. Он потерял сознание еще до исчезновения из поезда.