мы всегда любили друг друга.

       Учебная неделя проходит без каких-либо происшествий, скорее всего из-за того, что Вону не отходит от Сынчоля. Он снова бросает курить, нервно кусая губы и ненавидя Сунена за то, что тот специально закуривает рядом с ним. Все возвращается в привычное русло, как будто Мингю никогда не тревожил сердце Вону. Все внутри у Чона плачет и тоскует, но он лишь заполняет это все Сынчолем, не давая себе вновь упасть, разбиться и стать ненужным.        Вону хочет влюбиться в Сынчоля, так было бы проще, Чхве бы даже позволил ему целовать себя, а будь он в хорошем настроении, Вону мог бы рассчитывать даже на большую близость. Он убеждает себя, что рядом с Сынчолем безопаснее для его покалеченного сердца, ведь тот не требует от него ничего, кроме преданности. Вону знает, он не предаст Сынчоля никогда больше. Ни ради Мингю, ни ради Сунена.        У Сынчоля много дел, потому что Ли теперь воюют с какой-то группировкой, они назначили встречу с Чхве. Видимо, чтобы попросить помощи. Сунену все еще не разрешено встречаться с Ли, поэтому Вону приходится ехать с Сынчолем. — Мы очень благодарны, что Вы смогли добраться до нас, — Сокмин улыбается, рукой указывая на диван, и сам садится первым, только после этого Сынчоль усаживается неподалеку, а Вону остается стоять. — Кто-то решил подставить нас, — говорит Ли, переходя сразу к делу. — Мои люди не смогли найти следов стрелявших, но вся эта ситуация очень плохо влияет на нашу репутацию. Клан, с которым был обмен в ту ночь, очень важен в нашем деле, теперь, мы утратили их доверие, и более того, они уверены, что это мы стреляли в их человека. — Думаете, кто-то Вас подставляет? — Хмурится Сынчоль, и Вону отдает ему должное, актер из него просто прекрасный. — Думаете, это я? — Чхве щурит глаза, всем своим видом показывая, насколько он оскорблен. — Нет, мы уверены, что это не Вы, — мягко улыбается Сокмин. — Дело в том, что мои люди следили за Вашими, извините за это, но до нас дошли слухи. И мы уверены, что Ваши люди не причастны к этому.        Вону в мыслях едва ли не теряет сознание. Вау, Сынчоль действительно все продумал. До Вону только сейчас доходит — почему Сынчоль послал Мингю и Минхао. Сынчоль собирался уничтожить Мингю. — Что же, — Чхве вскидывает брови, вставая со своего места. — Рад, что мы все прояснили, — говорит он. — Это все? — Нет, — Сокмин тоже встает с места. — Нам нужна Ваша помощь. Моим людям досталось из-за перестрелок, другие считают нас виноватыми в этой ситуации, поэтому помощи нам ждать неоткуда. — Что именно от меня требуется? Я не буду отправлять своих людей на смерть, — грубый голос Сынчоля становится еще жестче, он начинает злиться, но Вону знает, что это лишь напускное. — Мы бы хотели, чтобы Вы нашли виноватых, — поясняет Сокмин.        Сынчоль молчит, играет задумчивость, и Вону задыхается где-то внутри, не позволяя ни одной эмоции показаться на лице. Сынчоль задумал это все с самого начала. — Это мы можем, — заверят Чхве. — Мои люди займутся этим, и в кратчайшие сроки, мы узнаем, кто подставляет Вас. Конечно, если кто-то действительно подставляет Вас.        Сокмин поджимает губы, давит в себе злость и недовольство, потому что сейчас это было неуместно, ему придется играть по правилам Сынчоля, если он не хочет потерять все, что имеет.        Вернувшись обратно в особняк Сынчоля, Вону запирается в ванной, умываясь холодной водой, чтобы привести себя в порядок. Вся эта игра заставляет его нервничать, и он осознает, что Сынчоль натравит Ли на Мингю, и это закончится смертью Кима. Конечно же Сынчоль не собирался оставлять это все просто так. И с самого начала, он использовал Вону, чтобы добраться до Мингю.        Вону не знает, что ему делать. Должен ли он рассказать все Мингю и дать тому шанс защитить себя, или оставить все как есть? Ведь Мингю точно не тот, кто встанет рядом с Вону и кто защитит его в дальнейшем. Зато Сынчоль сделает это. Вону уверен, что Сынчоль бросит самого себя под пули, чтобы спасти его. В Мингю Вону вообще не уверен.        У Вону сердце разбивается снова и снова, вся эта ситуация заставляет его сходить с ума, и шум в ушах усиливается. Ему бы к морю… Он выходит из дома на задний двор, находя там Сынчоля. — Хен, — выдыхает он тихо, усаживаясь на лавочку рядом с Чхве, который заворожено смотрел на закат. — Ты собираешься подставить Мингю? — А что? — Спрашивает Сынчоль хрипло, даже не поворачиваясь к парню. — Будешь защищать его? — Я люблю его, — шепчет сорвано Вону, опуская взгляд на свои коленки, ощущая как слезы собираются в уголках глаз, и как сильно, на самом деле, все это время кричало его сердце. — Пожалуйста, хен, не причиняй ему боль.        Сынчоль мягко треплет Вону по волосам, придвигаясь ближе, тянет к себе, заставляя уткнуться лбом в плечо, и нежно целует в макушку. — Прости, Вону-а, — тихо говорит Чхве, и Вону громко всхлипывает, он понимает, что обратного пути нет, и что Сынчоль в любом в случае сделает то, что задумал. — Иди к нему, ладно? Проведи с ним весь день, а после вернись ко мне и оплакивай его в моих объятьях.        Вону кивает, быстро вытирая свои слезы. Он идет по почти темным улицам, ощущая себя полностью потерянным. Покупает сигареты рядом с домом Мингю, выкуривает сразу две, задыхаясь от дыма и собственных слез. А после стучится в дверь Мингю.