Загадай желание.
20 июля 2018 г., 08:04
Вот закончился ещё один день. Такой же обычный, как и все остальные. Исин собирал со стола работы студентов, тяжко вздыхая. Сейчас он вернётся домой, снова погрузится в океан одиночества. Дом встретит его гробовой тишиной и пустотой. Как бы он хотел изменить это, но, увы, он не имеет такой возможности.
За окном пасмурно и холодно так же как и в его душе. Застучал по стеклу дождь, а в голове всплыла та сцена расставания. Тогда тоже шёл дождь, и с каждой его каплей сердце леденело. Но даже спустя столько лет, оно ни на секунду не забывало о такой непонятной и прекрасной любви. А всё начиналось так глупо. И ведь правду говорят, что от ненависти до любви всего один шаг… Солёная капля упала на лист бумаги. Исин вздрогнул и быстро вытер намокшие глаза. Связанные с ним воспоминания, словно острое лезвие, ранили и, словно лекарство, исцеляли.
Он поспешил с бумагами и покинул университет. Домой не хотелось совсем. Решил прогуляться по улицам и посмотреть на спрятавшихся в куртках и шарфах от пронизывающего ветра людей. Все они так торопятся в своё тёплое гнёздышко, ведь их там ждут. А его никто не ждёт и никому он не нужен такой. Грусть и тоска подкрадывались сзади, намереваясь захватить опустевшую душу в свои оковы. Близился день рождения Исина, именно тот день, когда его оставили, забыв про все признания в любви и тихие бессонные ночи в обнимку. Прошло шесть лет, обида никуда не делась, так же как и скромные чувства, заставляющие сердце продолжать стучать. Хоть и медленно.
Чжан не заметил, как пришёл в парк. Ноги сами понесли его в то место, где он ответил взаимностью на чувства. Ветер развевал незастёгнутое пальто и трепал чёрные, как смоль, волосы. Неожиданно на лице появилась ямочка. Он улыбался. Улыбался моментам, улыбался словам, улыбался прикосновениями, которые не стирались из памяти, а только прочнее заседали в ней. Всё–таки, он чертовски сильно скучает по этим глазам и улыбке, по рукам и голосу. Услышать бы его снова хоть раз…
На каблуках парень развернулся и направился в бар. Впереди выходные, можно себе позволить.
За барной стойкой в окружении девушек разных статусов и видов, он просидел около двух часов, не отпуская от себя бармена. Наконец ему надоело и в стельку пьяный отправился в свою обитель, дабы не заснуть прямо на тротуаре.
Добравшись до дома, Исин долго стоял перед дверью, так как сконцентрироваться и сфокусировать взгляд на замочной скважине было делом не из лёгких. Благо соседка–божий одуванчик сначала пристыдила нынешнюю молодежь за пьянки–гулянки, а потом всё же помогла Чжану аккуратно зайти, а не въехать, собирая все косяки и ножки мебели, в квартиру. Она ушла, посильнее захлопнув дверь и оставив бедного пьяного Исина на диване в гостиной. Мгновение, и комната сотрясалась от храпа.
***
Восемь утра. Не очень доброе утро, так как голова раскалывается и трезвонит телефон. Рукой нашарив его на тумбочке и нажав зелёную кнопочку, положил мобильный рядом с лицом. — Алло? — даже глаза не в силах открыть. — Исин! Доброе утро! Как делишки? Что делаешь? Всё хорошо? — послышалось на том конце. — Тао… Какого чёрта ты звонишь мне в… — посмотрел на часы, — в восемь утра, так ещё и в мой выходной? — Ай, я опять забыл твой график. Простииии! А почему голос у тебя такой странный? Опять пил? — Ты говоришь так, будто я из запоя не выхожу. И да, я опять пил. Тао, ты же знаешь, я… — Я слышал это уже сотню, а то и больше раз — его прервали. — Чжан Исин, ты когда уже выбросишь этого придурка из головы? За все шесть лет он ни разу не позвонил, ни написал, никакой весточки о себе не прислал. Почему ты должен переживать и убиваться, хотя не знаешь, жив ли он вообще! Тут Исин окончательно проснулся и подскочил с дивана, хотел что–то сказать, но не стал. — Что? Не можешь ничего сказать? А потому что это правда. Ты ничего о нём не знаешь. А он о тебе уже и забыл. Так почему, опять же, ты продолжаешь убиваться? — Он не забыл меня… — он очень хотел верить в это. — Да? Доказательства. Пускай он позвонит тебе, и тогда я возьму свои слова назад. А на нет и суда нет. — Но… — Перестань. Мне пора идти. И прекращай уже пить, умоляю тебя. — Тао положил телефон. В трубке раздались короткие гудки. Разбуженный и расстроенный, Исин направился в ванную. Под струями холодной воды, он привёл свои мысли в порядок. «Неужели, ты и правда забыл меня, Чунмён?»***
Ванкувер. Канада. — Ким Чунмён! Ну сколько можно сидеть в квартире и покрываться пылью? Так и плесенью зарасти недолго! — Ким быстро спрятал фото под подушку, но его сосед по квартире заметил это. — Чунмён… Я поймал тебя с поличным. Не пытайся отнекиваться! Я видел фотку. Давай, рассказывай. Мы живём вдвоём уже пять лет, а я о твоём прошлом знаю, как о своей прапрапрапрабабушке, то есть, ни хрена. Я заметил, что ты в определённый период времени становишься замкнутым и поникшим. Я даже календарик сделал и отслеживал все твои состояния! — парень приземлился на кровать рядом с Кимом и уставился на него. — Крис, ты в курсе, что ты меня пугаешь? — Да, а теперь рассказывай. Я готов выслушать сопливую историю любви. — С чего ты взял, что это история любви? — Почему–то мне так кажется. Я не прав? — Крис вздёрнул бровь. — Прав. — Чунмён достал из–под подушки фото и протянул его другу, тот начал его рассматривать. На нём был изображён парень лет восемнадцати с чёрными волосами, большими карими глазами и ямочкой на щеке. Он выглядел мило. — Кто это? — Крис перевёл взгляд на Чунмёна. — Тебя даже не смущает, что это парень? — удивление можно было прочитать в глазах Мённи. — Ой, да брось. В наши дни это нормально. Я тебя внимательно слушаю. Так кто это? — Это Исин. Чжан Исин. Человек, которого я ненавидел, потом полюбил, а потом заставил ненавидеть меня. А всё из–за моей слабости и боязни. — Мне это знакомо… — ложа руку на его плечо, сказал Крис. — Я как и ты просто испугался и решил сбежать, что я и сделал, собственно. Я совершил чудовищную ошибку, поступив так. Сейчас я жалею об этом очень сильно. Я не смог остаться с ним, а всё из–за моего страха… — он вздохнул. — Я обязательно расскажу тебе, а пока речь о вас. Продолжай. — Крис достал из кармана пачку сигарет и закурил. Чунмён поднял голову и предался воспоминаниям.***
Flashback. 6 лет назад. Ким Чунмён — прекрасный принц, мечта любой девушки, казалось, он был идеален во всём. Вот только была у него одна проблема. Он был настоящим эгоистом. Он жаждал внимания к себе, своей персоне. Но люди не замечали его высокомерности, они были ослеплены его красотой и делали, как он скажет. Жизнь казалась ему такой сладкой, что сводило зубы, считал, что корона не только никогда не спадёт с головы, но и станет только больше, ведь он такой невероятный. Однако, ему пришлось убедиться в обратном, когда в его жизни появился этот Чжан Исин. — Чунмён, слышал, к нам студент из Китая переводится! Ему восемнадцать лет недавно исполнилось, говорят, что нереальный красавчик и просто гений, иначе как объяснить, что мы уже на втором курсе, а он будет учиться с нами! — один из друзей сел напротив Кима. — А мне плевать. Какой бы он там не был, я лучше его, я лучше, чем кто–либо. Весь мир ничто, по сравнению со мной! — полная уверенность и шкала самооценки стремительно достигла своего максимума. Прозвенел звонок. В аудиторию вошёл профессор. — Доброе утро, студенты. Думаю, многие из вас уже осведомлены о новоприбывшем студенте из Китая. Его зовут Чжан Исин. Вдаваться в подробности не буду, просто скажу, что он гений и никто из вас с ним рядом не стоял и стоять никогда не будет. Входи! — последние слова профессора не на шутку разозлили Чунмёна. В помещение тихой красивой походкой вошёл парень и одарил своей улыбкой присутствующих, показывая ямочку на щеке. Не прошло и секунды как аудитория взорвалась восхищенными визгами и воплями девушек и даже парней. Этот студент сразил наповал своей красотой, а когда он раскрыл рот — из ушей полилась радуга, созданная из наслаждения. Его голос был мягким и ласкал слух. Все были в восторге от него, кроме Чунмёна. Он рассматривал Исина и пылал яростью, стискивая зубы и сжимая кулаки. Ким отмечал в нём только недостатки: нос кривой; что за старомодная причёска?; такое уже давно никто не носит; слишком узкие плечи; он мужик вообще?; а ещё эта ямочка!; как отвратительно звучит его голос!; он ужасен в корейском! Что за хрень? Но больше всего его раздражала эта слащавая улыбка, от которой воротило. Исин почувствовал на себе взгляд, отличающийся от остальных, и посмотрел на Чунмёна. На мгновение он замер, поражённый серьёзностью и красивыми до неприличия чертами лица. Густые чёрные брови, волосы цвета горького шоколада, пухлые розоватые губы, белая, словно фарфоровая, кожа и взгляд, пробирающий до самых костей и пускающий волну дрожи по телу. Невозможно было оторвать глаз от этого ангела. «Как же он прекрасен… Минутку… Он смотрит на меня?» — пронеслось в голове Исина и уши начали краснеть. «Какого чёрта он пялится на меня?! Он совсем нюх потерял! Да как он смеет! Ненавижу!» — Ким фыркнул и отвернулся, придумывая как выжить новенького с универа.***
Шли дни, Ким всё больше захлёбывался в собственной ненависти к Чжану, игнорируя его и наблюдая, как популярность утекает сквозь пальцы. В скором времени, он и вовсе лишился своей излюбленной короны, которую столкнул ветер зависти и тупой злости, и покатил её прямо к ногам Исина.«Как же я тебя ненавижу!»
«Как же я тебя люблю!»
Исин не понимал такого отношения к себе. Что он сделал Чунмёну, что тот его совсем не замечает? Почему? Как будто Чжана и вовсе не существует. От этого на душе становилось гадко и хотелось заставить этого человека проронить хоть слово в его сторону. Он таял от того, как звучал голос Чунмёна и всем сердцем желал, чтобы он разговаривал с ним. Ненависть Кима и любовь Чжана росли в геометрической прогрессии. Каждый сгорал от этих чувств. Однажды шатен достиг предела, когда девушка, которая ему безумно нравилась, оказалась в объятиях Исина. Если бы он тогда разобрался во всём спокойно, то он бы знал, что Исин просто помог ей встать после того, как она неудачно упала споткнувшись. Но мы не ищем лёгких путей, верно? Мы лучше закатим истерику и разразим большой скандал. Чунмён схватил Чжана за грудки и впечатал того в стену, раздался сдавленный стон. — Ты, я смотрю, совсем охерел?! Думаешь, можешь просто прийти и спокойненько так забрать себе всё, что я с таким трудом строил и создавал?! Ты заграбастал мою славу, моё уважение, мою толпу, мою девушку! — в каждое слово вложено уйма злобы и отчаяния, каждое слово выплёвывалось прямо в лицо, — Как только ты появился, я потерял всё! Я тебя ненавижу, всей душой! Ненавижу! — он кидал Исина то в одну стену, то в другую, скалясь как животное. Вокруг собралась толпа, но никто не решался вмешаться. Чжан упал на пол и еле дышал. Было больно. Больно не от ударов, которые сыпались на него, а от слов, сказанных с особой жестокостью. Он жмурил глаза, принимая удары в спину и живот и отвечая на них только тихим шипением и кровью со рта. — Чтоб ты сдох, тварь! Самый сильный удар пришелся прямо по сердцу. Исин начал задыхаться. Человек, которого он полюбил с первого взгляда, который был идеалом, который мерещился ему повсюду, пожелал ему поскорее сдохнуть, ведь он его ненавидит… Чунмёна оттащили от потерявшего сознание Чжана и вызвали скорую.***
Стены, пол, потолок, занавески, даже мебель были в палате белого цвета. Невозможно было пошевелиться. Боль сковала конечности. Исин шумно выдохнул и провёл взглядом по комнате. Его взору предстал человек, сидящий рядом с кроватью. Этот человек спал и этим человеком был Чунмён. Глаза округлились, а рот открылся. Он попытался сесть поудобнее так, чтобы не разбудить его, но чему быть, того не миновать. Ким приоткрыл глаза и увидел пришедшего в себя Чжана, который шипел от боли. Встал и, не говоря ни слова, помог сесть, поправил подушку, подоткнул одеяло и также молча вышел. Сказать, что Исин был в шоке, ничего не сказать. Это точно был Чунмён, но что это с ним? Чжан пробыл в больнице ещё несколько дней. За всё это время Ким не приходил. Когда он спросил о нём у медсестры, его щёки порозовели и от улыбки появилась ямочка. Она сказала, что Чунмён просидел рядом с ним три дня, пока он был без сознания, видимо, тот неплохо его так покалечил. — Он ни на секунду не отходил от тебя. По ночам старался не засыпать, чтобы следить за твоим состоянием. И знаешь, у него прекрасно получалось. Я иногда замечала, что он держал тебя за руку и что–то говорил. По–моему, он просил прощения. — говорила медсестра. После услышанного Исин ещё сильнее забеспокоился за Чунмёна. Он же ненавидит его, так почему?.. Исина выписали из больницы и, когда он вернулся в университет, вся масса поклонников начала верещать о том, как они беспокоились, как переживали, как молились за его здоровье. Говорили все, но ни один из них не навестил его. Те, кто называли себя его друзьями, не вспомнили о нём, пока он лежал без сознания в больнице, а тот, кто в лицо говорил о ненависти и желал смерти, пришёл, просидел рядом и даже просил прощения. Всё это стало таким важным для Чжана, что он решил непременно поговорить с Кимом. Он хотел узнать, почему он пришёл. Но в универе Чунмён не появлялся уже несколько дней, с того дня как Исин пришёл в себя. И это до жути пугало всех, а его тем более, учитывая, что тот никогда не пропускал занятия. Прошла неделя, Ким не приходил. Исин не находил себе места, у него было предчувствие, что что–то случилось. Он решил что нужно что–то делать и узнал адрес дома Чунмёна. Хорошо и причина под руку попалась для визита, если что вдруг. Профессор попросил отнести ему некоторые документы, а Чжан не долго думая согласился. После пар он отправился к его дому. POV Исин Что же произошло, что он так много пропускает? И все, кто хоть как–то пытались с ним связаться, терпели фиаско. Так, спокойно, Чжан Исин. Наверняка, этому есть логическое объяснение. Не будем паниковать. Вроде это та улица. Ага. Вот и дом. Красивый. Теперь собираемся с духом и звоним в дверь!.. Или не звоним. Я уставился на дверь и не шевелился. Ну почему я такой трус? Давай! У тебя же есть веская причина для прихода сюда. Не дрейфь! Сначала стучу. Тишина. Стучу посильнее. Тишина. Теперь уже тарабаню. Тишина. Начинаю переживать так, что трясутся руки, и долго звоню в звонок. За дверью послышалось хриплое: «Иду…» и она открылась. Её открыл Чунмён, укутанный в плед, и, увидев меня, он попытался закрыться обратно, но я не позволю и просто, я ж идиот, просунул руку в щель в момент, когда она почти закрылась. Боль адская. Я вскрикнул, схватился за руку и сел на корточки. — Ты что делаешь, кха–кха–кха… придурок?! А если бы я тебе, кха–кха, руку сломал?! У тебя вообще голова есть, кхе–кхе? — Чунмён нагнулся ко мне и взял за локти, его голос осип, он хрипел и часто кашлял. От его прикосновений бежали мурашки, его руки и пальцы невероятно мягкие… Опять кашляет. Он заболел? Я поднялся. — Зачем ты пришёл? — кутается в плед. Наверно, морозит. — Кое–что отдать. Вот. — протягиваю пакет документов. — Ты заболел? — Есть немного. Что–то ещё? — забирает пакет и смотрит на меня потускневшим взглядом. — Позволь проводить тебя до кровати. — Чжан Исин, ты идиот или да? — Чего? — брови поползли вверх. — Я что, сам не дойду до своей спальни? Вали. — закрывает дверь прямо перед моим носом. Супер. Ты, как всегда, всё профукал…. М? А где звук засова? Он не закрыл дверь? Это мой шанс! Я сломя голову побежал в аптеку и купил лекарства для него. Вернулся и спокойно вошёл в дом. Я тихо прошёл по комнатам, пока не наткнулся на комнату Чунмёна. Её дверь была приоткрыта и я увидел, как он лежал на кровати, укрытый двумя одеялами, а рядом на тумбочке стоял только стакан воды. Он помереть захотел? Фух. Ну что ж… за такие выходки, он точно меня убьёт. Аккуратно захожу и ловлю на себе расфокусированный взгляд. — Ты… Как ты вошёл? Что ты здесь делаешь? — он попытался приподняться, но сил не было и он упал обратно. — Прости, но ты выглядишь совсем плохо, я хочу помочь. А дверь ты не закрыл. — я начал разбирать бутылёчки, коробочки. — Мне не нужна помощь. Уходи. — Не уйду. — смотрим друг на друга и вижу, как его брови перестают хмуриться. Успех! — Чёрт с тобой… — отвернулся. Он весь мокрый. Надо температуру померить! — Где аптечка? — показывает на шкаф. Я взял её, положил на столик, приготовил прохладной воды и полотенце. За всеми моими передвижениями следили два любопытных красивых глаза. Приготовив всё необходимое, я сел на кровать рядом с Чунмёном, и померил температуру. Он весь горел, а градусник показывал тридцать девять. Я ахнул от удивления и просто заставил пить лекарства, вкусные и не очень. Он кривился, морщился, и вообще выглядел как самый милый кролик на свете. Кролик. Затем я начал делать ему холодные компрессы. Я был так увлечён заботой, что совсем забыл про свою руку, которая уже порядком посинела, а на месте содранной кожи появились красные пятна. — Сильно болит? — Чунмён коснулся больного места. Я растаял от такой нежности и помотал головой. — Нет, всё хорошо. — вожу полотенцем по его шее. Она такая сильная. Его кадык так выпирает. Вечно бы смотрел. — Зачем? — он закрыл глаза рукой. — Что зачем? — Зачем ты заботишься обо мне? Почему ты так добр ко мне? Я же избил тебя, я же пожелал тебе смерти, я же… — Прекрати, пожалуйста. Есть две причины, по которым я это делаю. Во–первых, у тебя очень доброе сердце, ты не такой, каким хочешь казаться, ты мягок и нежен, внутри тебя нет злобы. Хоть я и не понимаю, почему ты говорил все те слова. А во–вторых…. — сказать?.. Скажу. — Я влюблён в тебя. Я не могу обижаться на тебя, потому что люблю. Воспринимай это, как хочешь, но я забочусь о тебе, потому что люблю. — я правда признался ему в чувствах. Что же я наделал? — Любишь? — он… улыбается? Эта улыбка… она такая искренняя. Я впервые вижу его улыбку. Моё сердце бьётся как сумасшедшее. — Дурак. Нельзя любить своего врага. — Ты прав, врага нельзя любить, именно поэтому ты мне не враг. — я никогда так уверенно не говорил. Он смущается и отворачивается. Какое же прекрасное чувство… Мы замолчали. Я продолжал трогать его лоб, контролируя температуру, и дрожал от того, что он неловко водил пальцами по моей руке. Я, наверно, сплю. Послышался щелчок. В комнату вошёл какой–то парень. — Чунмён–хён! Я принёс тебе лекарства. Как ты себя чувствуешь? Ой, привет. — он посмотрел на меня и протянул руку. — Я Лухан, а ты кто и что здесь делаешь? Я пожал руку и хотел было представиться, как Ким опередил меня: — Лухан, это Исин, мой друг. Учимся в одном университете. Исин, а это Лухан, мой племянник. — шок, шок. Он назвал меня по имени! Вы слышали это? Он назвал меня по имени!!! А ещё он сказал, что я его друг! Здесь явно что–то не так. Стоп… племянник? — Очень приятно… Но… Племянник? — Да, он младше меня всего на год. Живём втроём. Мой второй племянник ещё в школе. — Чунмён говорил тихо. Лухан улыбнулся. — Понятно. Что ж… раз ты не один теперь и есть кому присмотреть за тобой, я, пожалуй, пойду. Поправляйся скорей и возвращайся в универ — по тебе все скучают. — я нехотя поднялся. — Это невозможно, чтобы по мне кто–то скучал… — Ну значит, я единственный… — подошёл, открыл дверь. — Спасибо тебе… Исин. — я не удержался и, вернувшись к кровати, обнял его, потом отстранился и ушёл. За дверью раздался вздох умиления Лухана и смущённое «Дурачок…» Чунмёна. Я прям взлетел от счастья. На следующий день Чунмён пришёл в университет. Вы можете себе представить, как взрослый парень, авторитет и гордость универа, пищит как девчонка, несётся через весь коридор и набрасывается на другого парня, сжимая его в своих объятиях? Так вот… Это мы. Я — тот авторитет, а моя жертва — это Чунмён. Я думал, что он оттолкнёт меня, но он похлопал по спине, а все вокруг потёрли глаза. Может им померещилось? Ну ещё бы, ведь раньше он ненавидел меня, унижал, даже избил, а сейчас, я думаю, мы стали немного хотя бы приятелями. Хаха! Но я веду себя так, будто он мой закадычный друг, а он и не против, значит, всё хорошо? Ага. Мы ходили вместе, разговаривали, он смеялся над моими шутками, а я не знал, плакать или смеяться с его шуток. Он постоянно улыбался. С чего такие резкие перемены? Уж очень резкие. Но, знаете, я влюбляюсь всё сильнее в этого ангела, когда он именно такой нежный белый кролик. К нам начали подходить люди, все сначала не решались говорить с Чунмёном, но он сам завязал с ними беседу. Для всех это было каким–то чудом, а для меня — великой радостью. Из того, что мне о нём рассказали, я понял, он хочет быть самым лучшим, что слишком сильно любит только себя. Но что его заставило так поменяться? Может он так сильно винит себя за случившееся, что решил таким образом исправиться? Понятия не имею. С тех пор мы стали не разлей вода. Я познакомился с его вторым племянником Чанёлем. Он славный мальчик с оттопыренными ушами и прекрасным музыкальным слухом. Лухан стал моим другом. Я часто посещал их дом и был невероятно счастлив, когда Чунмён, одетый в домашнюю уютную одежду, наливал мне чай и улыбался, извиняясь за своей вид. К теме любви мы больше не возвращались. Да я и не хотел особо. Я его люблю, а он не ненавидит меня, даже разговаривает со мной. Это всё, что мне нужно. Хотя, иногда, я желаю оказаться в его объятиях и просто так стоять с ним в дождливую погоду, молча, слушая дыхание друг друга и стук сердца. Романтик, капец. Два дня назад Чунмён пригласил меня на день рождения Чанёля. Вот почему я сейчас верчусь перед зеркалом, не зная, что надеть, а праздник сегодня! Я же не могу заранее подумать. Но зато я купил подарок. Уже хорошо. Только вряд ли он ему понравится. Я посмотрел на растение в горшке. Н–да… Бантик привязать что ли?.. Из размышлений меня вырвал звонок телефона. Когда я увидел имя звонившего, мой фейс чуть не треснул, так как я заулыбался как последний идиот. Любовь, что поделать. Я взял трубку. — Алло? Исин, я уже возле общежития. Мне за тобой подняться или ты сам как–нибудь? — послышался голос, который обдаёт жаром моё тело. — Я сам спущусь… — ага, он подъехал, а я до сих пор в трусах. Круто. Где там моя кофта «на все случаи жизни»? Я быстро надел чёрные джинсы и растянутую толстовку. Обожаю такие удобные вещи. Захватил цветок и вышел из общежития, летящей походкой направляясь к знакомой зелёной иномарке. Чунмён начал ржать над моим презентом. Ну, а если мне в голову ничего не лезло?! Я же не виноват! — Исин…хи–хи. Что это? — Это цветок! Между прочим он очень красивый, когда цветёт. — Да я вижу, что это цветок. Ладно, поехали. Мы прибыли довольно быстро. Я вошёл в квартиру за Чунмёном. Меня с порога встретил Лухан. — Исин! Привет! Рад тебя видеть! Как ты? Всё хорошо? — он просто золото. — А меня не хочешь поприветствовать? — лицо Лу на миллиард долларов! Хахаха! — Какого чёрта ты так пугаешь меня?! На кой ты встал за моей спиной?! Совсем жить надоело?! Уйди на кухню, ужастик! Ещё, блин, с таким лицом! Фух… Сейчас умру. — он схватился за сердце, а я не могу остановиться ржать, ибо это надо было видеть. Мы прошли в гостиную. — А где именинник? — спросил я, усаживаясь на кресло и ставя на столик растение. — Он ещё в школе, но скоро должен вернуться. — Понятно. Прошло около получаса и Чанёль пришёл домой. Посыпались поздравления, пожелания и подарки. Чунмён подарил игровую приставку, Лухан — одежду, а я… цветок! — Вот. Это очень редкий и особый сорт лилий. Она многолетняя, что не свойственно для обычных цветов, и цветёт раз в пять лет в течение недели. Цветение уже было в этом году, поэтому, если ты будешь за ним ухаживать, то через пять лет он снова распустится. Знаешь, об этой лилии ходит одна легенда. Она гласит, что если подарить распустившийся бутон человеку, которого любишь, то вы навсегда будете вместе. Я не знаю, правда это или нет, но, согласись, звучит красиво. — Чанёль, улыбаясь, кивнул. Я украдкой взглянул на Чунмёна. Он стоял с нежной улыбкой на лице. Мы кушали приготовленный Луханом тортик, смеялись, веселились. Время было уже позднее. Тут Чанёль завёлся. — Браааат! Ну пойдём в кино! Я так хочу посмотреть этот фиииильм! Ну пошлииии! — он тянул Лухана за руку, пытаясь стащить с дивана. Тот вздохнул и повёл его на какой–то там супер–пупер фильм, оставив Чунмёна и меня одних. Только спокойствие. Он встал и пошёл к раковине, начал мыть посуду. — Чунмён, давай я тебе помогу! — Не надо. Ты наш гость, не заморачивайся. Исин… — Что? — Оставайся сегодня у нас. Уже поздно идти куда–то, да и далеко, а я уже выпил, чтобы отвезти тебя. — О, ну, если ты не против… — сказал с кирпичом на харе, а в душе я уже плясал с единорогами посреди зефирной полянки с шоколадными реками и под двойной радугой… Это не лечится. Я узнавал. — Чунмён, я могу спросить у тебя кое–что? — Конечно. — Почему ты так изменился? Ты же ненавидел меня всей душой. А сейчас мы друзья. Ты даже в больницу приходил ко мне и сидел три дня. — В тот день, когда тебя увезли… Я осознавал, что я делаю, и мне было наплевать. Но, когда ты потерял сознание, я понял, что натворил. Мне пришло осознание. Ты ведь не виноват. Ни в чём. Ты не виноват в том, что нравишься людям, не виноват, что они видят то, в чём ты лучше меня. Люди сами тянулись к тебе, потому что ты излучаешь свет и тепло, а я… только темноту и холод. Я строил эту славу долгое время, а зачем и не знаю даже. После того случая, я решил исправиться, стать хоть чуточку добрее и вежливее, но мне нужна была помощь. Я не знал, что делать, переживал так, что слёг с простудой, а потом пришёл ты… Думаю, это и стало тем шагом… — я слушал с открытым ртом. Он считает меня примером… А о каком шаге он говорит? — Вот, как–то так, Исин, подай мне те тарелки на столе. — Хорошо. — у вас бывало, что спотыкаешься об ничто? Ну вот и я прямо сейчас лечу мордой на пол с посудой в руках. Зажмурился. Будет больно… Вдруг я почувствовал, как Чунмён обнял меня за талию и прижал к себе. Послышался звон разбивающегося сервиза. — Ты в порядке? — его голос прямо возле моих ушей. — Д–да, я в порядке… Спасибо… Я не знаю, сколько мы так простояли, но я всем сердцем желал, чтобы это не кончалось. Я чувствую, как он дышит. От этого мурашки бегут по телу. Он начал отстраняться, ведя руками по моим плечам и останавливаясь на моей ладони. Я смотрел в его глаза и читал в них противоречия. Будто он метался. — Почему твои глаза похожи на овечьи? — что, простите? — У тебя глаза, как у овечки. — такой серьёзный взгляд. Он продолжал держать меня за руку и рассматривать моё лицо. Скажите мне, что я сплю. Я невольно улыбнулся. — Как я мог ненавидеть эту ямочку?.. — Чунмён ткнул пальцем в ямочку на моей щеке. То есть сейчас он любит её? Господи, что происходит? — Скажи мне, когда человек не находит места, когда все мысли занимает другой человек, когда хочется поскорее увидеть его, прикоснуться, когда ночами не спишь из–за него, это и есть любовь? — я точно сплю. Но если это сон, не будите меня. Ну и зачем он заговорил про любовь? Мне больно. — Да. Это и есть любовь. — я опустил глаза. — Вот оно как… Понятно. Никогда не думал, что так спокойно это приму. — я задрал голову. — Раз так, то Исин, я, кажется… — что он собирается сказать? Неужели… — ВААААУУУ! ВОТ ЭТО СЦЕНА! МЫ ВАМ НЕ ПОМЕШАЛИ? — я аж вскрикнул и повернулся на вошедшего Лухана. А Чунмён закрыл глаза и прошипел сквозь зубы: «Лухан… Очень вовремя… Как всегда…» Я слегка оттолкнул его от себя и покраснел до самых кончиков пальцев. Что же он хотел сказать? — Я не знаю, что тут произошло, но вы же уберёте за собой, верно? — оглядывая хаос, сказал Лу. Мы кивнули и начали прибираться. Пора ложиться. Чунмён постелил в своей комнате матрас. — Придётся потесниться. Не возражаешь? — Нет, конечно! — да как я вообще могу возражать? Я лежал уже под одеялом на матрасе, как ко мне прилёг Ким. — Почему ты ложишься сюда? У тебя же кровать есть! — кто–нибудь остановите моё сердце! — Мне неловко. Я буду спать на кровати, а ты на холодном полу. Так не пойдёт. — Эм….Чунмён? — Да? — он уже глаза закрыл! Офигеть. — Кровать. — Что кровать?.. — оооо, давай, дорогой, шевели извилинами. — Блин, точно! Я идиот! — хахахаха! — Хахахахахаха! Пошли! Мы вдвоём легли на кровать и я сразу отвернулся. — Эй, почему ты отвернулся от меня? Поговори со мной. Расскажи мне что–нибудь. — толкает меня в бок. Я оглядываюсь. — Что тебе рассказать? — сажусь. — О себе, о своей жизни. Я ничего о тебе не знаю. Расскажи. — Ну хорошо… С чего бы начать?.. Как ты знаешь, меня все называют гением, но это не моя прихоть. Так нужно моим родителям. С самого моего рождения они пытались сделать из меня того, кем я по сути не являюсь. Да, я рано научился писать, читать, поэтому они решили, что это Божий дар. Ну что за глупости? Уважаемые люди захотели, чтобы их сын стал тем, о ком будут писать в газетах, говорить в новостях, о ком будет знать весь мир. Что ж… Они этого добились, вернее, я сделал то, что они хотели… А чего хотел я? Я хотел как все дети бегать на улице, играть с друзьями, дурачиться, но вместо этого я не видел света из-за огромной горы учебников. Вся моя жизнь проходит в учёбе, которая уже снится мне в кошмарах, понимаешь? Я устал от всего этого. Я всегда был один. Им не нужен я, им нужны мои успехи и достижения, чтобы они могли хвастаться. Я будто на поводке….Ты не поверишь, как я был счастлив, когда добился разрешения на перевод сюда. А сейчас я ещё больше счастлив, потому что у меня есть вы… — замолчал. На одном дыхании я выложил всё, что так давно мешает мне спокойно жить. Я глянул на Чунмёна. Он смотрел на стену. Я тоже уставился на неё. Тут я услышал шорох. Он коснулся моей руки, замер на мгновение и сжал её посильнее, давая понять, что он со мной. Я не знаю, почему, но я начал плакать. Чунмён заметил это и другой рукой вытер слёзы. — Не плачь… Я рядом. — гладит меня по голове. Я уже не просто плакал, я начал конкретно реветь завывая. Он положил мою голову себе на плечо. — Я рядом. Ты не один. Отныне, у тебя есть я. А у меня — ты. — услышав это, я распахнул глаза. Мне же не послышалось — Успокаивайся, пожалуйста. Прости, что растеребил старые раны… — его волосы защекотали мой нос. Он положил свою голову на мою. И именно в такой момент я начал засыпать. Я молодец. — Спокойной ночи, Исин. Сегодня тебе не будут сниться кошмары, обещаю. — я уснул с улыбкой на лице и слезами на щеках. Конец POV Исин.***
В такой позе они проспали всю ночь. Чунмён не выпускал руки Исина, а Исин не переставал улыбаться. С каждым днём их отношения теплели и становились крепче. Чунмён стал чаще касаться Исина, смотреть в его глаза и отводить взгляд в сторону. Лухан заметил мечтательный вид Кима и лишь хитро улыбался. А вот Чжан не замечал ничего, он просто наслаждался каждым моментом, проведённым с ним.***
В канун рождества, Чунмён, приготовив подарок для Исина, пригласил его в парк вечером. Тот сразу согласился и с нетерпением стал ждать вечера. Парк вишнёвых деревьев. Тихо. Ни души. На землю огромными хлопьями падает снег. Стоят двое. Стучат два сердца. Взгляд глаза в глаза. Томный выдох. И первый сдвинулся с места. Приблизился ко второму, вручая подарок. — С Рождеством тебя, Исин. — Чунмён улыбнулся, увидев такую полюбившуюся ямочку. — Спасибо… А у меня для тебя ничего нет… Прости… — Исин поник. — А мне ничего и не нужно… Снег всё также укрывал землю, словно одеяло. Двое молчали, но в голове столько мыслей. — Я хочу спросить… — Ким взъерошил волосы, стряхивая снежинки. — Спрашивай… — То, что ты сказал тогда, правда? — А что я сказал? — То, что любишь меня…. — Чунмён покраснел и отвёл взгляд. — Это правда. И с каждым днём я люблю сильнее. Хотя уже и не знаю, куда сильнее. — без всяких колебаний последовал ответ. — Тогда… Чжан Исин, ты будешь встречаться со мной? — Исин округлил глаза и посмотрел на парня. — Встречаться? — Да. Разве люди, любящие друг друга, не должны быть вместе? — Ким улыбнулся, взяв Чжана за руку. — Это значит…. — Да. Я люблю тебя, Исин. Слишком сильно, чтобы молчать. Поэтому сейчас я предлагаю тебе стать моим парнем. — Чунмён…. — слёзы счастья не нужно скрывать. — Ты серьёзен? — Как никогда. Я обещаю, что буду оберегать тебя, что буду всегда рядом днём и ночью. Когда тебе плохо и грустно, когда ты счастлив, я буду рядом. Я сделаю всё, чтобы ты больше не плакал и только улыбался, показывая мне свою очаровательную ямочку. Говорят, что от ненависти до любви всего один шаг… Я сделал этот шаг. И не жалею. Для меня счастье видеть тебя, а теперь я хочу видеть тебя каждый день, слышать твой сладкий голос, смех и чувствовать каждое твоё прикосновение на моей коже… Каждый день, каждую ночь, только вдвоём и до конца… — держал за руки и смотрел прямо в овечьи глаза, которые уже стали мокрыми. Он обнял его, и тут же получая объятия в ответ. Исин уткнулся носом в грудь и всхлипнул. Он был на седьмом небе. — Давай вместе исполним наши заветные желания…***
Лухан пищал от новости о том, что они начали встречаться. Он был рад за них, а Чанёль… Чанёль ещё слишком маленький. Вот. В университете все сразу пронюхали ситуацию, а те даже и не прятались. Но никто не придал этому значения, все просто были рады их счастью и поддерживали всеми силами.***
Объятия, поцелуи, тихие стоны и скрип кровати. Сейчас есть только они и никого более, весь мир меркнет. Два разгорячённых тела соприкасаются, получая неимоверное удовольствие. Руки свободно гуляют по плечам, спине, прессу, который так и манит пройтись по нему нежными поцелуями, что Исин и делает. Чунмён запрокидывает голову назад и стискивает зубы. Исин прикусывает кожу на животе и зализывает ранку и так по всем аппетитным местам такого любимого идеального тела Кима, оставляя отметины. Чунмён хватает его за волосы, оттягивает от себя и припадает губами к шее, также кусая кожу до крови и слушая протяжный стон, который сводит с ума. Он спускается к ключицам и проводит по ним языком, очерчивая каждый сантиметр. Руки уже давно борются со штанами, но никак не справляются. На помощь приходит Исин, пальчики которого ловко расстегнули ремень, пуговицу и с лёгкостью спустили штаны вниз вместе с боксерами. Он захлопал глазками, увидев размеры Чунмёна. Очень впечатляет… — Я больше не могу терпеть, Исин… — прорычал Ким прямо в ухо Чжану и вошёл в него, он был подготовлен, так что член Кима без проблем начал доставлять удовольствие обоим. Толчки становились быстрее, стоны громче, Исин впился острыми ноготками в плечи Чунмёна и прижался к нему. Тело было скользким и блестело из–за пота и смазки, которая сочилась из возбуждённого органа Исина. — Чунмён, я сейчас…. — Я тоже… — и оба обильно кончили, пачкая животы и простынь. Ким обнял Чжана со спины и прошептал: — Я люблю тебя… — И я тебя… — Исин повернулся к нему лицом и поцеловал в губы, пропуская его язык исследовать рот. Языки сплелись в жарком танце, струйка слюны побежала со рта Чжана и возбуждение снова накатывает на обоих, они стонут друг другу в поцелуй, сердце стучит где–то в ушах, а перед глазами всё плывёт…. Оторваться друг от друга их заставил телефон Исина. Он разрывался от звонков. — Тебе надо взять трубку… — еле дыша, сказал Чунмён. — Хорошо… — Исин чмокнул его в щеку и взял телефон в руку. Тут его лицо изменилось. Нажал зелёную кнопочку. — Алло? — Исин, ты почему так долго телефон не берёшь? — строгий мужской голос послышался из трубки. — Я не слышал… В душе был… — Исин сглотнул. — Как учёба? Слышал, ты занял первое место в конкурсе «Мистер Гениальность». Хорошо. Так и продолжай. Кстати, мы с матерью собираемся приехать на недельки две и посмотреть на твой университет и на твои успехи, пообщаться с преподавателями. Так что, пожалуйста, приведи всё в порядок. Мы прилетаем завтра. Пока. — раздались короткие гудки. Исин выронил телефон и пустым взглядом смотрел куда–то в угол. — Исин, что случилось? Кто это был? — Отец. Они приедут завтра. На две недели…***
Прибывшие родители сразу же отправились в университет, даже не подумав отдохнуть после перелёта. Исин познакомил их с Чунмёном, но не сказал об отношениях, потому что не каждый сможет принять, что его единственный сын влюблён в парня, особенно его родители. Они были очень строгими в одежде, в манере речи, во взгляде. Исин боялся их, боялся посмотреть на них, боялся что–либо сказать. После их приезда, Чунмёна не покидало странное неприятное чувство. Каждый раз, когда он был с Чжаном, ему казалось, что за ними следят. Вскоре, во дворе универа к Киму подошёл человек и сказал, что его хотят видеть родители Исина. Тут уже стало не до шуток. Он пришёл к ним. Сидящий за столом господин Чжан и стоящая рядом госпожа Чжан встретили его холодным взглядом с примесью отвращения. Без какого–либо приветствия, г–н Чжан начал: — Какие отношения связывают тебя и моего сына? — Мы друзья… — тихо ответил Ким. — Это ложь. Спрошу ещё раз. В каких вы отношениях? — Я же сказал, что мы друзья. — после его слов г–н Чжан швырнул на стол фото. — Присмотрись. Чунмён взял фотки и опешил от увиденного. На них он и Исин. Обнимаются, целуются, держатся за руки и даже занимаются сексом. Вот почему его не покидало ощущение наблюдения. Ким закрыл глаза рукой. «Вот же чёрт….» — Будешь и дальше утверждать, что вы просто друзья? Значит так….Как ты уже понял, наверно, мы этого не позволим. Ты нашему сыну не ровня и никогда не станешь ею. Ты ничего не можешь дать ему. Ничтожество вроде тебя станет для него только обузой и помехой в жизни. — Чунмён слушал это и злость кипела внутри него. — Ты думаешь, что вы навсегда останетесь вдвоем, потому что у вас там какая–то любовь? Ни черта подобного! Исин должен думать о будущем и о своей карьере, а ты будешь ему только мешать. — Почему вы решаете это за него? — он сжал кулаки и злобно скалился. — Может потому, что мы его родители и он должен делать так, как скажем мы? Если до тебя не доходит это, тогда пойдём другим путём. Ты должен исчезнуть из его жизни. Это не то что нужно ему, да и ты не тот, кто нужен. Если согласишься, мы дадим, что пожелаешь, ну, а если будешь противиться, он лишится всего: дома, родителей, моих денег, будущего. У него не будет ровным счетом ничего. А ты лишишься жизни. Поверь, я могу сделать это. — Чунмён дёрнулся. На свою жизнь ему было плевать, а вот жизнь Исина имела огромный смысл для него. — Лучше тебе сделать правильный выбор, Чунмён. — Какие же вы твари… — О, поаккуратнее со словами, а то мы можем и разозлиться… У тебя будет квартира, машина, учиться продолжишь, всё будет, как раньше, только не будет Исина. Ким смотрел в пол. По кулакам текла кровь, из–за впившихся в ладони ногтей. Что делать? Что ему делать?! — Что же ты выберешь? «Прости меня, Исин… Но это для твоего же блага… Прости…» Слёзы покатились с глаз, а Чжаны победно ухмыльнулись. Чунмён согласился. Через два дня он улетает в Канаду. Лухан уже совершеннолетний. Он сам позаботится о Чанёле. Именно в день рождения Исина, он сделает ему больно и не сдержит обещания быть рядом. Он просто уйдёт. Навсегда. Лухану он написал письмо, в котором всё объяснил и попросил не говорить Исину. От этого зависела его жизнь. Лухан был в истерике, а Чунмён — в отчаянии. В день рождения Чжана, Ким просто отключил телефон, просто поехал в аэропорт и просто улетел в Ванкувер, оставляя за спиной предыдущую жизнь, где есть Исин, и начиная новую, в которой его нет. Лухану было известно о нём всё, так как они звонили друг другу, а Исин был в неведении. Так надо. Лухан просил у него прощения, гладя по голове и вытирая огромные капли слёз с его лица. В Ванкувере Чунмён въехал в квартиру и решил жить с кем–нибудь, чтобы хоть как–то отвлечься от тяжёлых мыслей. Под руку попался молодой парень по имени Ву Ифань, который попросил называть его Крисом. Конец Flashback.***
Чунмён шумно выдохнул. Так больно вспоминать об этом. — Сухо… Ты же знаешь, где сейчас Исин. — И что? — А ТО, ЧТО ТЫ ПРОСИРАЕШЬ СВОЙ ШАНС УВИДЕТЬСЯ С НИМ! ТЫ ЖЕ ЗНАЕШЬ, ГДЕ ОН, КАК ОН, ПОТОМУ ЧТО ТЕБЕ РАССКАЗЫВАЕТ ЛУХАН! ТАК ПОЧЕМУ ТЫ ДО СИХ ПОР СИДИШЬ В ЭТОЙ КВАРТИРЕ И ТРАВИШЬ МЕНЯ СВОИМ СТРАДАЛЬЧЕСКИМ ВИДОМ?! — Крис возмущался, а Чунмён закрывал уши руками. — Крис, какой в этом смысл? Он ненавидит меня. — Ну и откуда ты это знаешь? Тебе Лу сказал это? — руки в боки. — Нет, но… — Слушай, у тебя есть шанс всё изменить. Это у меня нет. Если бы я только знал хотя бы страну, в которой он сейчас, я бы бросил всё и всех и отправился к нему. Увидеть. Лишь увидеть. О большем и не прошу. Потому что не заслужил. Так и ты. Хотя бы увидеть, услышать голос. Бери билеты и вылетай в Корею. Сделаешь ему сюрприз на день рождения! — Да ты рехнулся! — Ким вскочил, но тут же был опущен обратно на кровать взглядом Ифаня. — Хочешь, я с тобой полечу? — Что? — Ну, буду рядом в случае чего. Хоть сопли тебе подотру и плечо дружеское подставлю. — Крис засмеялся. — Иди нахер… — Прости–прости. Я же шучу. Ну так что? Летим? После недолгой паузы, Чунмён наконец кивнул и позвонил Лухану, оповещая его о своём приезде и отводя телефон подальше от уха, когда олень заорал от счастья.***
Сеул. Южная Корея. Самолет прибыл из Канады поздно ночью. Лухан с Чанёлем встретили Кима в зале аэропорта. — Как же вы изменились… Особенно ты, Чан… Вылитая Эйфелева башня. Только с ушами! — все залились смехом. Чунмён представил племянникам Криса. Они познакомились и отправились домой. С порога их встретил Бэкхён. Проделав ту же процедуру представления друг другу, все разошлись по комнатам. Надо было выспаться, завтра будет тяжёлый день. Нужно выбрать подарок для Исина. Утро следующего дня. Все позавтракали, переоделись и направились в торговый центр, Крис и Бэкхён остались дома. Шаря по бутикам и магазинчикам, ребята выискивали подарок для именинника. Но за три часа ходьбы, путного они так ничего и не нашли. Решили присесть отдохнуть на диванчик у фонтана. Да, фонтан в торговом центре. Всё норм. — Лу, я пойду в туалет схожу. — Чанёль ушёл, но не прошло и пяти минут, как парни увидели, что он несётся на полном ходу обратно. — ЛУХАН! ТРЕВОГА! ИСИН ЗДЕСЬ!!! — Что? Ты уверен? Может ты обознался? — ДА ТЫ ИЗДЕВАЕШЬСЯ! ЭТУ СИНЮЮ КОФТУ С ЕДИНОРОГОМ Я ВЕЗДЕ УЗНАЮ! — Чанёль бегал из стороны в сторону. — Вот чёрт! Это точно Исин! Ребят, валим, валим! — они спрятались за углом как раз вовремя, потому что на горизонте показался Чжан. — Исин…. — Чунмён улыбнулся. — Это та кофта, что я подарил ему на рождество… — А я–то грешил на Исина, что у него плохой вкус! — Лухан захихикал. — Что ж делать? Знать бы, куда он пойдёт, чтобы мы НЕ шли туда. — Чанёль вздохнул. — Мы можем успеть уйти и он нас не заметит. — Как это, Чунмён? — Лу скрестил руки. — Сейчас он зайдёт в цветочный. Будет рассматривать каждый цветок, каждый листик, каждый горшочек, тыкать пальцем в землю, проверяя уровень увлажнения, потом захочет что–то купить, но увидит цену и раскроет рот. — абсолютно непринуждённо сказал Ким, а братья офигели. — Откуда ты это знаешь?.. Лухан, мы же проверим его слова? — Конечно проверим, Чанни! Хе–хе–хе. Чунмён закатил глаза. А всё получилось именно так, как он сказал. Исин вошёл в цветочный магазин. Повертел в руках все растения, вроде что–то присмотрел, но увидев цену, передумал и вышел от греха подальше. Чанёль в шоке. Лухан в шоке. Все в шоке. Мир в шоке. Они уставились на Кима, а тот лишь пожал плечами. — Прошло шесть лет, а пристрастия так и не изменились… Ребята вернулись домой. Крис ржал до слёз после истории в торговом центре, а Бэкхён придумывал, что подарить Исину, ведь его праздник уже завтра.***
Чунмён не спал всю ночь. Из головы не шёл Исин и мысль о скорой встрече. Утром в дом Паков приехали гости — Чондэ и Минсок. Они были очень рады, услышав о возвращении Чунмёна. Лухан представил им Бэкхёна. Тот не мог отвести от этой пары глаз. Они идеально подходили друг другу. В их словах и действиях чувствовалась любовь и стопроцентное взаимопонимание. — У них прекрасная история любви, Бэкки. Чен–пример для подражания. Если бы я оказался в такой ситуации, в какой оказался однажды он, я бы не справился. Это такая любовь, о которой пишут стихи, сочиняют песни и снимают фильмы. Это сильная любовь, подпитываемая душевными переживаниями друг за друга. Я ещё никогда не видел чего–то подобного…. — Лухан готовил тесто для праздничного торта и шептал Бэку, заметив его пристальный интерес к паре. — Ты расскажешь мне? — Когда–то обязательно.***
Вечер. Исин возвращается домой, где его ждёт его друг Тао. Они познакомились, когда Чжан ездил на конференцию в Китай. И сразу стали друзьями. Праздник намечен на восемь. «Надеюсь, Тао успел приготовить закуски…» Он пришёл и Тао встретил его с распростёртыми объятиями. Они доделали дела и уже ждали прихода гостей. В дверь позвонили. Исин открыл и на него набросился Сюмин и Лухан, поздравляя с днём рождения. После них вошли Сехун, Чанёль и Бэкхён, которых сзади подпинывал Чондэ. Все прошли в гостиную. Тао познакомился с пришедшими. Все в сборе. Или нет? Чунмён и Крис сидели в машине на улице и ждали сигнала от оленя. Празднование началось. Сыпались подарки, лилось рекой шампанское, звучали тосты и пожелания, а Исин только благодарил и улыбался. Неискренне. Фальшиво. Наконец пришло время задуть свечи на шоколадном торте. Тут Лу скинул сообщение Чунмёну, чтобы они поднимались к ним. И вот они стоят перед дверью. Звенит звонок. — Я открою! — Лухан соскочил и побежал к двери. — Так, Мён, ты готов? Всё будет хорошо. Не волнуйся. — получил кивок и вернулся в комнату. — Кто там? — спросил Чжан. — Никто. Все свечи зажгли? Ну хорошо. Загадай желание, Исин. — Вы же знаете, что я желаю каждый год уже шесть лет подряд… Я хочу увидеть его. Хотя бы раз… — с этими словами он задул свечи. Все захлопали. — Исин, у нас для тебя есть особый подарок. Это исполнение желания. — Что? — Исин раскрыл рот. — Входи, Чунмён! — крикнул Лухан. Исин выронил бокал, когда увидел вошедшего. Ноги подкосились. Он стоял перед ним в чёрном костюме и с букетом его любимых роз. — Чунмён? Это правда ты? — кивок, и слёзы предательски побежали по щекам. Исин прижался к нему. Чунмён не отставал. Он покрывал его лицо поцелуями, собирая каждую слезинку. Все улыбались и вытирали скупые мужские слёзы с глаз. Не скоро ещё все заметили Криса, стоящего в сторонке и смотрящего на воссоединившуюся пару. — Крис, ты чего там встал? Проходи к столу. — сказал Сюмин. И Ифань начал подходить, как резко остановился, ловя на себе испуганный взгляд. — Тао?! — Ифань?! — вот и познакомились. Все уставились на них, даже Чунмён с Исином. Тао и Крис смотрели друг на друга, не шевелясь и не говоря ни слова. — Тао… — он закрыл рот рукой. Его плечи дрожали. Все не понимали, что происходит. Тао вышел из–за стола и встал рядом с Ифанем, обнимая его. — Ифань… Не могу поверить… Я снова вижу тебя… После стольких лет… — шептал на ухо. — Теперь ты не сбежишь от меня… Не отпущу… — Крис схватил Тао за талию и, прижимая к себе, поцеловал его. Все ахнули. Теперь до Чунмёна дошло. Тао и есть тот парень, которого бросил Крис… Просто невероятно и замечательно. Он глянул на Исина, а тот в упор смотрел на него. — А ты? Ты снова оставишь меня? — Нет. Ни за что. Я тебе всё расскажу. И если ты меня всё ещё любишь, мы можем начать всё заново… — Я люблю тебя. Ни на секунду не переставал любить… На этот раз давай у нас всё будет хорошо! Исин прильнул губами к губам Чунмёна, вовлекая его в сладкий поцелуй и запуская цепную реакцию. То есть заставляя Сехуна целовать Лухана, Чена целовать Сюмина, а ЧанБэкки… А Чанёль просто, покраснев до кончиков своих оттопыренных ушей, взял Бэка за руку.Желания имеют такое свойство исполняться. Только нужно проявить терпение и не переставать верить. И тогда даже самые смелые и невероятные мечты осуществятся.
