Адский лёд

— Но зачем это надо Хагриду? — недоумевала Гермиона. — Он ведь всё равно жил в Хогвартсе, если бы он был преступником, то, скорее всего убийства бы не прекращались… Меня уже тошнило от разговоров о Хагриде, Реддле, дневнике и Тайной комнате. В итоге они решили, что не стоит идти к лесничему. Жизнь постепенно начала налаживаться, дети занимались подготовками к экзаменам или прочими скучными хлопотами, профессор Стебль радостно сообщала всем, что мандрагоры стали лазать друг к другу в горшки: — Скоро мы сможем вернуть к жизни всех несчастных из больничного крыла.       Самую большую пищу для размышлений преподнесли профессора во время пасхальных каникул. Нужно было выбрать дополнительные дисциплины для изучения их на третьем курсе. Гермиона радостно записалась на все предложенные факультативы. Дафна записалась на Нумерологию и Уход за магическими существами, а я, решив, что жизнь не обделила меня приключениями, записалась на Прорицание и Уход за магическими существами. Я твёрдо решила, что буду играть в сборной Слизерина по квиддичу, а время домашнего задания буду тратить на тренировки, поэтому-то и выбрала наименее сложные предметы. Никто из Слизерина не пошел изучать Древние руны, а уж тем более Маггловедение. Нумерологию выбрали лишь Дафна с Малфоем и Ноттом, а остальные записались на те же предметы, что и я. Мы каждый день ходили заниматься в библиотеку, чтобы подготовиться к экзаменам, но, в основном, юная мисс Грейнджер подгоняла на это всех нас. — Давайте разойдемся в разные углы библиотеки, возьмем книги, что хотим изучать, и вернемся через пятнадцать минут, — предложила Гермиона, — а потом сравним, и тот предмет, по которому будет больше голосов, тот и выберем. Мы оставили свои вещи за столом у окна, где обычно занимались. Я пулей направилась к стенду по зельеварению и набрала кучу книг, которые мне были интересны. — Аманда! — из-за поворота появилась Гермиона, вид её был встревоженный. — Иди за мной! Беспрекословно слушаясь подругу, я пошла за Грейнджер, та остановилась у нашего стола, нервно постукивая пальцами по столешнице: — Мы отлучились на пару минут, пришли, а тут такое… Все наши вещи были выпотрошены на стол. Везде лежали бумаги, книги, опрокинутые чернила — все смешалось в один большой бардак. — Кто-то явно что-то искал, — сказал Рон, который подбирал вещи с пола. Я окинула взглядом стол. — И он нашел, — ответил Поттер отрешенным голосом, — дневник Реддла исчез. — Зачем ты его вообще с собой взял?! — Гермиона, схватила со стола томик «Толкование древних рун» и помахала перед глазами Гарри. — Мы пришли готовиться к занятиям, — она оглянулась и шепотом добавила: — я же попросила тебя спрятать дневник. Гарри в спешке начал собирать вещи: — Я хотел, но… не знаю, почему я это сделал, — прошептал он, косясь в сторону недовольной миссис Пинс. — Экскуро! — Гермиона очистила стол, а потом поставила книги в одну стопочку. — Между прочим надо бы заявить о пропаже дневника. — Хочешь рассказать МакГонагалл, Снейпу или Дамблдору о Реддле и всей этой истории, связанной с Тайной комнатой? — Гермиона, Аманда, — пробормотал он, — Рон, я снова слышу этот голос. А вы слышали? Рон испуганно огляделся по сторонам, Гермиона же громко стукнула себя по лбу и еле заметно улыбнулась: — Ну, конечно! Как же я сразу до этого не додумалась! Я слегка улыбнулась. Неужели. Подруга исчезла за одним из стендов, Гарри с Роном непонимающе переглянулись и продолжили убираться. Когда Гермиона вернулась обратно, стол был чист, книги собраны, в руках у неё была старая книга «Ужасы, томящиеся в нигде». — Что это значит? — поинтересовался Рон, сев рядом, я, навалилась ему на плечо. — Сейчас, сейчас, — бормотала Грейнджер, ища название в оглавлении: — вот оно! «Василиск, от греческого βασιλίσκος, «базиликос» — царёк, — огромный змий, известный как «Царь змей». Длина сброшенной кожи его достигает около двадцати метров, и весит более двух тонн, всё тело его покрыто чешуйчатой бронированной кожей, ибо по крепости схожей с кожей дракона, устойчивой к заклинаниям. Многих чудищ и монстров, коих в наших землях встретить можно, не сыскать таинственней и смертоносней Василиска, также ещё именуемого Король Змей. Сей гад может достигать размеров воистину гигантских, а срок жизни его — многие столетия. На свет он рождается из куриного яйца, жабой высиженного. Смерть же несет путем диковинным, небывалым, ибо, кроме клыков ужасных и ядовитых, даден ему взгляд убийственный, так что ежели кто с ним очами встретится, тотчас примет кончину скорую и в муках великих. Особливо боятся Василиска пауки, сторонятся елико возможно, ибо он есть враг их смертельный; сам оный Василиск страшится лишь пения петушиного, ибо гибельно оно для него. Первый известный науке Василиск выведен был Герпием Злостным, греческим темным магом, коей умел говорить на змеином языке. Справится с Василиском может только маг, владеющий змеиным языком, ибо, поэтому они крайне опасны для всех, в том числе и для тёмных волшебников. К счастью, встреч с Василисками не замечалось уже более четырехсот лет». — И ты хочешь сказать, что это Василиск является ужасом из комнаты? — затаив дыхание, прошептал Рон. — Да, — отчеканила Гермиона, — и я зуб даю, что он передвигается по трубам. — Но я же видел, как Реддл застал огромного паука! — удивился Поттер. — Если это так, то… — …Реддл все тебе наврал, — Гермиона задумалась, — пауки не обладают столь могущественной силой. Вы идите к Хагриду, а я еще информацию поищу.

***

      Мы спускались с холма, направляясь к дому лесничего. Небо уже темнело, надо было спешить. Гарри постучал в дверь, и она отворилась: — Эвона кто ко мне пришёл! Что стоите? Заходите! Гарри вошел в дом первым и сел за высокий стул. Хагрид же поставил чайник, нарезал большие куски от огромного пирога и поставил тарелки перед нами. — Скоро экзамены? — спросил Хагрид. — А где Гермиона? — С ней всё в порядке, она готовится к занятиям в библиотеке, — соврала я. — Хагрид, — подал голос, Рон, — а что случилось пятьдесят лет назад, когда открылась Тайная комната? Лесничий в это время собирался выпить молока, и подавился напитком, чуть не выронив чашку из рук: — Что? — Хагрид, мы знаем, что это не ты открывал Тайную комнату пятьдесят лет назад, — вставил свое Гарри, — но почему тебя исключили? На лбу Хагрида выступил пот, он нервно начал ерзать на стуле, отводить глаза, но всё же он ответил: — Это… да… не я открывал комнату, Дамблдор сумел убедить в этом министерство, — Хагрид сжал в руках чашку, — у меня был питомец, когда я учился школе… паук-акромантул по имени Арагог. — Акромантул? — воскликнул Рон, а потом удивленно уставилась на меня. — Акромантул как питомец, ты представляешь?! — Это просто огромный паук, — сказала я пожав плечами. — Меня сдал один ученик, свалив преступление на меня, но это было совсем не так… — продолжал великан, — а теперь я здесь… эвона, как всё получилось. В доме наступило неловкое молчание, только Клык немного поскуливал, я посмотрела в пыльное окно. — А ты не познакомишь нас с Арагогом?

***

      В сторону леса направлялась одна одинокая фигура Хагрида, так подумал бы любой, кто заглянул с окна, но на самом деле фигур было четыре. Я с Гарри и Роном пробирались под мантией-невидимкой, которую я всегда носила с собой. Когда мы прошли вглубь леса, куда уже не доставал солнечный луч, мы сняли с себя мантию. Мы говорили обо всём, об экзаменах, в основном, Хагрид рассказывал нам о Арагоге, какой он милый и пушистый. Шли мы не меньше полутора часов, а мантии цеплялись за ветви деревьев, кустарники прочие колючие растения, коих в лесу было полным-полно. Хагриду же прогулка даже нравилась, он то и дело напевал себе под нос какие-то мелодии. — О Мерлин! — вдруг воскликнул Рон, спрятавшись за широкой спиной Хагрида. Впереди на обширной лощине, меж деревьев находилось огромное количество больших мохнатых пауков, чей рост достигал размеров с лошадь. — Не бойся, — добродушно улыбнулся лесничий, когда к нему подошёл один из стаи. — Они не укусят. В доказательство своим словам, он погладил это чудище, отчего паук издал звук мало похожий на урчание, но похоже этому большому насекомому нравилось. В следующий миг, оно начало щелкать своими острыми как нож желваками. — Хагрид! — лязгнуло чудовище. — Хагрид пришёл! Развернувшись на своих многочисленных ногах, насекомое прошло вглубь леса. — Э-э-это б-был Арагог? — спросил Рон. — Куда там, — рассмеялся Хагрид, идя вперед, — это был самый маленький из его семейства. — Арагог! — радостно воскликнул лесничий, подступая вперед. Откуда-то из глубины чащи, медленно передвигая своими конечностями, вышел паук размером со слона. В отличие от своих детей, его брюшко было почти седое, а многочисленные глаза были белого цвета. Он был слеп. — Хагрид! — лязгнул монстр, я даже подумала, что лязг был радостным. — Мой старинный друг. Хагрид, продолжая улыбаться, подошел к нему и обнял, так что желваки паука оказались у его шеи. Рон вскрикнул, обратив тем самым на себя внимание. — Ты принёс нам ужин, — лязгал Арагог, — как это мило с твоей стороны. — Это не ужин, — строго отчеканил великан, — познакомься, Арагог, это Аманда Певерелл, Рон Уизли и Гарри Поттер, мои друзья. У них к тебе есть вопросы. Паук громко лязгнул. — Какие могут быть вопросы ко мне от людей? Хагрид в это время улюлюкал над маленькими пауками. Поттер тихо заговорил: — Это вы убили девушку пятьдесят лет назад? — спросил он. — Я бы мог дать волю инстинктам, но из-за уважения к Хагриду, я никогда не причинял вреда людям из замка. Я рос в каморке, которую никогда не покидал, а тело убитой девочки нашли в туалете. Её убило чудовище, которое живет в замке. Мы, пауки, смертельно боимся этого дьявольского порождения. Я хорошо помню, как молил Хагрида отпустить меня, учуяв, что оно бродит по замку. — Мы знаем, что это за существо… это Васи… — Никогда не смей произносить это имя! — разъярённо щелкнул жвалами Арагог. — Никогда! Остальные пауки от страха отступали назад, Хагрид, услышав неладное, тут же подбежал к нам. — Уведи их Хагрид! — восклицал Арагог. — Или, клянусь, мои дети разорвут их в клочья! Лесничий ничего не сказал и повернул обратно, мы последовали за ним. Хагрид выглядел подавленным, даже расстроенным. — Арагог не любит чужаков, — вздыхал он, — так что не корите себя за это. Поттер скис, но теперь был уверен, что ужасом из комнаты точно был Василиск.

***

      Профессора были на взводе, Гермиона нервничала, то и дело, читая книги, даже во время завтраков, обедов и даже ужина! Про Реддла они и вспоминать не стали. Я с горечью на душе читала историю магии. В голове возникали дурацкие мысли, и я отложила книгу. Вдруг Поттер громко выкрикнул: — Туалет! Сейчас я находилась в библиотеке вместе с друзьями, поэтому мадам Пинс на него громко зашипела. — Если вам надо в туалет, мистер Поттер, не стоит об этом всех извещать! Остальные ученики прыснули со смеху, даже я с Роном и Гермионой. — Арагог говорил, что девочку убили в туалете, — произнес Гарри так, словно открыл новую теорему по трансфигурации, — а вдруг её привидение до сих пор там? — Ты хочешь сказать, что это Плакса Миртл? — ахнула Гермиона. — Что же вы раньше не сказали, что труп нашли в туалете? Мы быстро собрали свои вещи, собираясь направиться к Плаксе Миртл, но вдруг по замку пробежался голос профессора Дамблдора, усиленный мегафоном: — Всем ученикам немедленно вернуться в свои спальни. Всем преподавателям собраться в учительской. Пожалуйста, как можно скорее. Гермиона тут же рванула в сторону коридоров, пробираясь через толпу растерянных учеников, мы поспешили за ней: — Что, что случилось? Твоя спальня ведь в другой стороне, — поспевали за ней мы. — Мы в учительскую, подслушаем что случилось. Твоя мантия-невидимка с собой? Я вытащила серебристую ткань, и мы вчетвером скрылись под ней. Из-за поворота вскоре показался запыхавшийся профессор Флитвик. Мы поспешили за ним следом. Вскоре все учителя собрались: одни растерянные, другие испуганные, лишь профессор Снейп стоял так, словно, ничего особенного не произошло. — Монстр напал на ученика, — известил профессор Дамблдор, — на сей раз утащил в Тайную комнату. — Откуда такая уверенность? — спросил профессор Снейп, сжав руки. —Наследник Слизерина оставил еще одну надпись на стене прямо под первой, — сказала профессор МакГонагалл, бледнея, — «Ее скелет будет пребывать в Комнате вечно». Профессор Флитвик и профессор Стебль громко всхлипнули. — Кто на этот раз? — спросила мадам Трюк, обессилено упав в кресло. Дамблдор мимолетно посмотрел на место, где стояли мы, и сказал: — Джинни Уизли.